Страна восходящего солнца

С улицы раздается громкий собачий лай. Майк распахивает веки и резко садится на футоне, но тут же вспоминает, что рядом спит Честер, которого он только что мог благополучно разбудить своим неаккуратным движением. Замирает, опасливо поворачивает голову, боясь встретиться с замученным сонным взглядом, и с облегчение тихо выдыхает. Обошлось. Честер не проснулся. Майк с любовью вглядывается в его лицо: под глазами залегли глубокие тени, кожа вокруг них покраснела и чуть опухла от слез. В груди щемит от жалости, Шинода отчаянно хочет, чтобы Честера ничего не мучило, чтобы ничего не причиняло ему боли, но это может исправить лишь время. Уснуть не получается на протяжении вот уже нескольких часов. Рано утром, на рассвете, они ходили в лес, чтобы похоронить Момо – ее последним пристанищем стало красивое могучее дерево рядом с рекой. За все это время Беннингтон не проронил ни слова, – он был очень уставшим и мрачным – а после вновь залез под одеяло, позволив Шиноде крепко себя обнять, и забылся беспокойным сном. Майку же не спится. Какое-то нехорошее, тревожное чувство мучает его, не отпускает, зарождает в сердце волнение. Скопившиеся за прошедший день события перемешались между собой и сейчас вертятся в голове вихрем, давя на стенки черепа. Несостоявшаяся встреча, смерть Момо – все это странно и очень подозрительно. Осторожно выбравшись из постели, японец целует Честера в уголок губ и тихо выходит на улицу. Сегодня пасмурно, солнце прячется где-то за хмурыми облаками, которые обещают дождь или даже грозу. Воздух прохладный, колкий, как в начале зимы. «Что будет дальше?» – спрашивает себя Майк. «Что будет, когда приедет отец? Когда он обо всем догадается?» Скрыть что-то от этого человека практически невозможно. Он словно видит тебя насквозь, читает как открытую книгу. От него не утаить, не спрятать свои чувства, особенно когда они настолько обострены и так и норовят вырваться наружу. Это похоже на игру в прятки: рано или поздно тебя все равно найдут. Вопрос заключается лишь во времени. Но и это не единственная проблема. В деревне неспокойно. Невидимая угроза нависла тяжелой свинцовой тучей за спиной, грозясь пролить сильный ливень, смыть все на своем пути. Шинода боится, что события десятилетней давности могут вновь повториться. И не стоит надеяться на мирное решение всех проблем – все идет именно к этому. Только... только вот Честера это коснуться никак не должно. – Помогите! Майк невольно вздрагивает, отрываясь от своих мыслей. Показалось? – Пожалуйста, сюда, на помощь! – отчаянный крик доносится откуда-то с окраины деревни и становится все громче. Голос кажется ронину знакомым. Он поспешно выходит за пределы двора, чтобы посмотреть, что происходит. По дороге тащится старая телега, запряженная двумя тяжеловозами. Лицо ее повозчика исказила гримаса ужаса, в глазах застыл страх. Шинода безошибочно узнает в нем фермера, который живет недалеко от деревни выше в горах вот уже много лет. – Иоши! – он подбегает к старику, пытаясь понять, что случилось. – В чем дело? – Я... я нашел его в лесу... – японец нервно указывает головой в сторону повозки. Его руки и голос сильно дрожат, – когда возвращался с полей. Он был еле живой... Шинода с трудом сглатывает подступивший от волнения ком, подходит к телеге. Ярко-красный цвет ощутимо бьет по рецепторам – среди сена лежит человек. Одежда на нем изорвана и пропитана кровью, на животе виднеется открытая глубокая рана, которую он пытается зажать рукой. Лицо белое как снег, из горла вырывается тяжелое свистящее дыхание. Моргнув пару раз и все еще не веря своим глазам, Майк понимает, что это тот самый человек, с которым он должен был встретиться вчера днем. В голове снова проносятся мысли о нападении, случившемся полгода назад, о частых пропажах людей, о запуганном поведении Такахиро в последнее время и о его незапланированной встрече в Нагасаки. Из повозки доносится стон – это заставляет Шиноду опомниться. Вокруг уже собрались ничего не понимающие люди, они стоят в стороне и не решаются подойти ближе. – Несите его в мой дом, живо! – кричит Майк, обводя всех присутствующих полубезумным взглядом. – Я отыщу лекаря!

***

За дверью раздается какой-то назойливый шум. Честер раздраженно морщится во сне, возится, инстинктивно пытаясь забиться поглубже в одеяло, в надежде отрезать себя от всех окружающих звуков. В постели холодно и пусто, но он только через несколько минут обнаруживает, что Майка рядом нет. – Майк?.. – парень опасливо выглядывает из комнаты, проходит чуть вперед по коридору. – Майк, что... – но договорить не успевает, осекается и застывает на проходе: в комнате скопилось не меньше шести человек. По центру сидит пожилой врач, склонившийся над истекающим кровью мужчиной, а в углу – перепуганный Шинода. – Чез, подожди в комнате, пожалуйста, – умоляет Майк, вытирая вспотевший лоб рукой, оставляя на нем кровавый след. – Я не хочу, чтобы ты это видел. – Боже, что произошло? – не обращая внимания на просьбу ронина, Честер молниеносно подскакивает к нему, заботливо берет за руку. Затем смотрит на раненого, пытаясь побороть накатывающие друг за другом приступы тошноты из-за вида крови. – Его нашли в лесу... – не своим голосом отвечает Шинода. – Это... это ему мне нужно было передать письмо отца. Я ждал его так долго, даже не догадавшись осмотреть окрестности. А он... он все это время лежал там и... Я мог бы найти его раньше! – Послушай, ты не виноват. Ты не мог об этом знать, верно? – Беннингтон заботливо стирает со лба любимого кровь. – Кенджи... – тихий сип наполняет комнату, обрывая общий шепот. Майк на коленях подползает к мужчине, ловит его медленно потухающий взгляд. – Вы должны покинуть деревню... Тут нельзя оставаться. Они убьют... всех... – Кто? Кто это сделал, Акира-сан?! – Ты сам знаешь, – японец вдруг начинает мучительно хрипеть и кашлять собственной кровью. – Поднимите его голову, иначе он захлебнется! – командует лекарь, и два молодых парня сразу же выполняют его приказ, осторожно поддерживая мужчину под шею. – Он просил передать, – немного успокоившись, продолжает тот и вцепляется мертвой хваткой в плечо Майка, притягивает ближе к своему лицу, отчего Шиноде становите не по себе. – Просил передать, что скоро мы заплатим... заплатим за все наши ошибки, – а потом опять заходится сильным кашлем. В голове какая-то каша. Мысли никак не хотят укладываться на место, вертятся, крутятся. Неужели все это происходит наяву? – Пойдем, – Честер помогает Майку подняться на ноги и выйти во двор: его шатает, колени буквально подкашиваются от слабости. – Ты слышал, что он сказал? – тихо спрашивает Шинода, опускаясь на лавку. Он щурится, когда Беннингтон принимается смывать с его лица и рук кровавые подтеки влажной тряпочкой. – Да. – Мы боялись этого больше всего. Жили в страхе, в скорби по своим родным много лет, терпя лишения и невзгоды. И ради чего? Ради того, чтобы пройти через это снова? – Нет, – Честер заключает лицо Майк в свои ладони, смотрит прямо в глаза. – Вы жили ради того, чтобы начать все заново. Ради того, чтобы идти дальше. – Тогда в этом не было никакого смысла... – Майк опускает голову. – А ты предпочел бы смерть? – Возможно. Обиженно вздохнув, Честер убирает руки и отходит в сторону. – Я боюсь потерять тебя, как ты не понимаешь? – с болью в голосе признается Шинода. – Ты – все, ради чего я живу. Если с тобой что-то случится... – Майк, – уверенно перебивает его юноша. – Ничего не случится, – он возвращается на свое место, ласково гладит по пальцам. Смотрит с нежностью: хочет успокоить. – Тут очень небезопасно, теперь ты знаешь. Отец должен что-то решить. Нельзя оставлять эту ситуацию в таком состоянии. – Как бы поступил ты на его месте? – Я бы удавил Каташи собственными руками, – с ненавистью цедит ронин. – Но мы пока не знаем, сколько у него воинов. Если он нападет внезапно, как в прошлый раз, мы не будем готовы к атаке. А другие поселения отказывают нам в помощи. – Даже после того, что произошло летом? – Даже после этого. Они не хотят влезать не в свою драку. Поэтому отец и поехал в город, чтобы получить поддержку властей и своих капитанов. После этих слов из дома выходит лекарь, на ходу вытирая руки о пропитанную кровью ткань. На застывший во взгляде Майка вопрос он лишь безнадежно качает головой. – Слишком серьезная рана. Возможно, мне удалось бы спасти его вчера, но он потерял слишком много крови. Шинода закрывает глаза – еще одна напрасная смерть.

***

Такахиро и Джейсон возвращаются в деревню на следующее утро, чуть над горами загорается рассвет. Приблизившись к воротам, они не слышат ни заливистого лая, ни радостного поскуливания... Джейсон напрягает слух, пытаясь уловить за забором хоть малейший намек на присутствие собак, но там совершенно тихо. Это непривычно. – Отведи лошадей в стойло, – устало обращается мужчина к своему сыну, спрыгивая из седла. Переговоры длились почти двое суток без перерыва на сон, из-за этого в глазах нестерпимо щиплет, тело ослабло от отсутствия отдыха и долгого переезда. Во дворе никого нет. Такахиро хмыкает, догадываясь, что за эти три дня Майк, Айко и Честер жутко бездельничали, тихо проникает в дом. Он заранее уверен, что старшего сына в своей комнате искать бесполезно, поэтому прямиком направляется в комнату Беннингтона и обреченно вздыхает, когда его взгляд выхватывает из полумрака спальни два тесно переплетенных тела. Он знал. Знал, что рано или поздно так случится. Видел, как они смотрят друг на друга, как прикасаются, как разговаривают. Это было заметно со стороны даже тогда, когда они еще сами не подозревали, что между ними что-то происходит. Такахиро осторожно будит Майка. Ему нужно многое рассказать и о многом спросить. – Как все прошло? – вяло интересуется парень, оказываясь в кабинете отца. – Три моих капитана согласны послать часть своих самураев на охрану деревни и в патруль, – японец стягивает с себя доспехи и бережно устраивает их на деревянном каркасе. – Они прибудут через две недели. – Так нескоро?! – Это самый короткий срок, за который все отряды смогут добраться сюда, – мужчина невозмутимо приподнимает брови. Желания сейчас что-то доказывать или спорить совсем нет. – Ты знаешь, что произошло в твое отсутствие, отец? – вкрадчиво начинает Майк. – Знаешь, что здесь произошло? Этот пугающий тон заставляет Такахиро напрячься. Он чувствует, что Майк взволнован и сильно напуган. – Что, Кенджи?.. – от повисшей тишины терпение быстро иссякает. – Говори же! – Твой друг, Акира, убит! – на одном дыхании выпаливает Шинода. Он не хотел сообщать об этом именно сейчас, но был вынужден. – Я не встретился с ним в назначенный день – его нашли в лесу только вчера. Он умер в нашем доме... Теперь понимаешь, к чему приводит подобное бездействие? Ронин невидящим взглядом смотрит на сына, отказываясь верить в его слова. – Перед смертью он сказал, что нам нужно покинуть деревню, – Майк понижает голос, – и если ты ничего не предпримешь в ближайшие дни, то все мы – покойники. А теперь ответь, есть ли у нас в запасе еще две недели? – Отведи меня к нему... – сипит Такахиро. – Отведи сейчас же. Я больше не желаю ничего слышать! – Его перенесли в дом лекаря. Я послал гонца. Сегодня вечером за телом приедут родные, – юноша виновато опускает голову. – Мне очень жаль... Мужчина еще долго стоит в ступоре, а потом срывается с места и стремительно покидает дом. – Майк! – только что вошедший Джейсон непонимающе смотрит вслед отцу, который чуть не столкнулся с ним в дверях. – Где Момо? Я никак не могу ее найти, – он удрученно разводит руками. – О, Джей... – Шинода безнадежно прикрывает руками лицо – день явно не задался с самого утра. – Момо заболела. Мы... похоронили ее два дня назад. Джиро молчит, но на его застывшем лице можно легко прочитать все то, что он сейчас чувствует. – А Хана? – спрашивает сухо. – Последний раз я видел ее в амбаре. Она очень тоскует... Сходи, может быть, она там. Ее нужно покормить. – Ты даже об этом не позаботился? – неожиданно резко возражает младший, сверля Майка злым взглядом. – А что этот твой Честер? Отдыхает, да?! Это становится последней каплей. На секунду Майку кажется, что он не удержится, устроит брату хорошую взбучку, ведь сил переваривать его выходки больше не осталось. – Не смей со мной так разговаривать! – внутри клокочет, кипит, ярость туманом застилает глаза. Джейсон вздрагивает и прикусывает язык – он как обычно говорит сначала, а только потом думает, и это бесит Шиноду больше всего. – Ты и представить себе не можешь, что здесь было после вашего отъезда! Акира Ямамото мертв, деревня под угрозой нападения, так какая тут к черту может быть Хана?! Приступ проходит так же быстро, как и появляется. Сжав зубы, Майк медленно выдыхает, понимая, что ему стало намного легче. Эмоции, накопившиеся за последние дни, требовали немедленного выхода, и они его наконец-то нашли. Пусть даже таким путем. – И-извини... я не знал... – опешив, лепечет Джиро. – Иди отсюда, – Майк отмахивается рукой и направляется обратно в комнату, оставляя брата в полном одиночестве. На сегодня общения с родственниками ему уже точно хватит.

***

Когда в спальню заглядывают первые лучи солнца, Шинода отодвигает седзи, впуская внутрь весенний и на удивление очень теплый воздух. По такой погоде он скучал всю зиму. Из-за навалившихся событий Майк совсем забыл, что хотел устроить ханами. Время цветения сакуры уже подходит к концу, и, недолго думая, парень решает, что сейчас самый подходящий момент. Плевать, что подумает отец, плевать, что подумает Джейсон. Им просто необходимо отвлечься от плохих мыслей, которые не хотят выпускать из своих удушающих объятий, и провести нормально хотя бы один полноценный день. Звуки природы, доносящиеся с улицы, заставляют Честера тут же проснуться. Он поднимает голову, спросонья пытаясь понять, почему ему под одеяло задувает утренней прохладой и почему в лицо так ярко слепит свет. – Что ты делаешь? – недовольно интересуется он, удостоверившись, что причиной всему является Майк. – Бужу тебя, – смеется тот и плюхается на живот рядом с Беннингтоном. – Погода отличная, посмотри! Честер протирает глаза, с недоверием смотрит на японца. Еще только вчера он был неразговорчивым и угрюмым, как серая туча, а сейчас весь светится и улыбается, будто бы ничего не произошло. – Приводи себя в порядок. Я хочу тебе кое-что показать, – хитро говорит Майк. – М-м-м... А я не хочу... – начинает ныть Честер, укрываясь одеялом с головой. – Господин Такахиро приехал, я слышал. Я еще немножечко полежу и пойду к реке за водой... Шинода закатывает глаза. Как ему осточертело это упрямство! – Никуда ты не пойдешь, – он запускает руки под покрывало, щекочет юношу за ребра холодными пальцами. Честер подскакивает вверх с жутким воплем, отчего ронин не удерживается от победной ухмылки, но продолжать свое изощренную пытку не собирается. – Он ушел, а Джейсон сейчас спать ляжет – они всю ночь ехали. Тихо сопя, Беннингтон залезает обратно в тепло, все еще подрагивая от неприятных прикосновений. – Тогда отстань от меня... В таких ситуациях обычно самый эффективный способ – это сорвать покрывало, но Майк не хочет прибегать к подобной жестокости. Он знает: есть более щадящий метод, который не понесет за собой никаких последствий. Разочарованно цокнув языком, он встает с футона и медленным шагом направляется в коридор. – Ладно, позову Айко, раз ты не в настроении... – главное, не выдать несерьезность своих намерений иронией в голосе. Через секунду из дальнего угла комнаты доносится рычание. Уловка удалась. Честер похож на взъерошенного обиженного котенка. Он нехотя выбирается из постели и босыми ногами шлепает на террасу в одной юкате, даже не накинув поверх теплую одежду. Хоть и на улице уже достаточно тепло, но не настолько, чтобы находиться снаружи в таком виде, поэтому его сразу начинает трясти. Японец лишь качает головой, выходя следом, подхватывает с пола кимоно Беннингтона. Подходит вплотную и накидывает его любимому на плечи, после чего крепко обнимает, мягко прикасаясь губами к влажной от воды шее. – Не обижайся, – с мокрых каштановых волос на лицо стекают прохладные капли, Майк прикрывает глаза и трется носом о щеку Честера, с наслаждением вдыхает его запах. – Я хочу, чтобы мы провели ханами. Вместе. Скоро деревья отцветут, и тогда придется ждать еще целый год. А сегодня такой день хороший... Честер издает довольный стон, расслабляясь в руках Шиноды, целует его за ухом в ответ, как бы давая свое согласие – на этого зануду невозможно долго злиться, даже если очень сильно хочется. Остаток дня проходит беззаботно и до элементарности просто. Никакой суеты, что обычно бывает, когда приезжает Такахиро, никаких дел. Раскидистые ветви сакуры приятно шелестят над головой, скворцы не утихают ни на секунду, свистят, перелетают с ветки на ветку. Потягивая зеленый чай, Беннингтон опускает голову Майку на плечо, внимательно слушая бесконечные рассказы Айко, ее звонкий голосок и смех. Девушка прерывается только на мгновение, когда Майк тянется вниз и украдкой целует Честера в губы. Краснеет, но смотрит счастливо, с радостью. И никто из них за увлеченными разговорами не замечает слабо улыбающегося Такахиро, вернувшегося в дом...