Полукровка

Thousand Foot Krutch – War Of Change

            ***

      Я обещала.        Я должна забыть.        Нельзя привлекать внимание. Никто не должен заметить, что внутри меня - ураган, что каждый вдох обжигает, будто ледяной ветер. Сиф знает. Но она молчит, и я благодарна за это. Лишние вопросы, шепот за спиной, любопытные взгляды - этого мне не вынести.        Я сижу на террасе, сжимая в ладонях кружку с чаем. Пар поднимается тонкой дымкой, но даже его тепло не может растопить лед в груди. Солнце ласкает кожу, ветер играет прядями волос - вокруг так мирно, так обычно…        А там - темнота.        Холод.        Одиночество.        Стоп.        Я зажмуриваюсь, впиваясь ногтями в керамику. Нет. Я пообещала. Не думать. Не вспоминать. Не страдать.        Смотри на солнце, Анастасия. Дыши. Живи. Но как? Когда каждую секунду мысли срываются в пропасть, где он - в каменной клетке, где нет ни света, ни надежды…        Нет. Ему там и место.        Я резко допиваю чай, почти обжигаясь. Глотаю - горько. Бросаю кружку на стол и мчусь в комнату, срывая с себя платье, как будто оно давит, душит. Тренировочная одежда, быстрые движения - бегство.        Площадка. Клинки. Пот. Боль в мышцах.        Что угодно - только не тишина.        Я опаздываю. Но главное - бежать. Вперёд. В привычный ритм. В жизнь, где его нет.        - Всем привет, - сорвалось с губ натянутой улыбкой, той самой, что носят продавцы дорогих магазинов и чересчур вежливые англичане. Ну а я, как-никак, наполовину англичанка - должно было сойти за правду.        - О, наша валькирия вернулась в строй! - Тор осклабился во всю ширь, будто солнце, вырвавшееся из-за туч.        Сиф подошла почти бесшумно. Её пальцы слегка коснулись моего локтя, а голос упал до шёпота, который никто, кроме меня, не уловил бы даже с божественным слухом:        - Ты как?        - Нормально, - ответила я тем же тоном, будто выдавала пароль.       - Ну что за женские тайны? - Фандрал вклинился в разговор с ухмылкой, крутя в руках тренировочный меч. - Приступаем?        Сиф слегка сжала мое плечо - жест, который значил держись - и отошла к оружию. Фандрал тут же занял место напротив меня, хотя изначально Тор уже сделал шаг вперёд. Может, так даже лучше.        Я бросила взгляд на принца Асгарда - его плечи, казалось, выдерживали вес небес, а Мьёльнир на поясе напоминал, что передо мной живое олицетворение бури. Несокрушимый. Непобедимый.        А у меня внутри клокотало что-то другое.        Ярость.        Не знаю, кому она предназначалась - Локи, себе, всему этому абсурду - но Фандралу не повезло оказаться передо мной. Первая атака была резкой, почти грубой. Мой клинок со звоном ударил по его гарде, заставив его отшатнуться.        - Ого! - Вольштагг присвистнул, наблюдая, как я, словно демон наседаю на Фандрала. - Кое-кто сегодня явно не в духе.        - Всё прекрасно, - процедила я, снова занося клинок.        - Во-оу! - Фандрал отпрыгнул, едва увернувшись от удара, который мог бы распороть ему живот. Ну, теоретически - если бы не доспехи. Но всё равно. - Ты будто выпускаешь пар. Признавайся, кто тебя довёл?        Я резко выдохнула, чувствуя, как пальцы впиваются в рукоять.       - Никто.        - Если Локи что-то тебе сделал, ты только скажи! - громовой голос Тора прокатился по тренировочной площадке.       Имя Локи ударило по мне, как удар молота. Я замерла на месте, будто вросла в землю. Фандрал, не ожидавший такой резкой остановки, едва не вонзил меч мне в бок - лишь боевой рефлекс позволил ему в последний момент отвести клинок в сторону с металлическим лязгом.       - Ты что, одурела?! - рявкнул он, его обычно игривые глаза теперь горели искренним испугом. - Так нельзя останавливаться! Я мог...       - Анастасия, ты не ответила, - настаивал Тор, его голос стал мягче, но в синих глазах читалась стальная решимость.       Я почувствовала, как ладони становятся липкими от пота. Взгляд сам собой потянулся к Сиф - её сжатые губы и чуть приподнятые брови говорили яснее слов: держись.       - Нет... - наконец выдохнула я, заставляя голос не дрожать. - Он... он тут ни при чем. Я просто...       Мозг лихорадочно искал какое-то оправдание.       - Я просто думала о том, как неудачно сложилось моё первое настоящее сражение, - слова вышли неестественно ровными, как заученный урок.       Тор задумался на секунду, затем лицо его озарилось пониманием.       - А-а... - протянул он, широко улыбаясь. - Не терзай себя! Никто не может предугадать всё на поле боя. Ты сражалась достойно - я видел. В следующий раз будешь внимательнее. Главное - все живы!       - Да... ты прав, - я натянула улыбку, чувствуя, как она жжёт щёки, как маска, что вот-вот треснет.       - Отлично! Тогда продолжим! - Тор хлопнул в ладоши, и эхо разнеслось по двору.       Теперь моя очередь с Вольштаггом. Я взглянула на его двухметровую тушу, затем на свои тонкие запястья. Ну да, разные весовые категории - это ещё мягко сказано. Хотя... кого я обманываю? Здесь я всегда была самой мелкой птахой в стае волков. Но если волки приняли меня в свою стаю - значит, буду драться по-волчьи.       Воспоминание нахлынуло внезапно, будто холодный ветер из темных коридоров дворца...       Голос Локи звучал в голове так четко, словно он стоял рядом:       - Ты должна использовать в бою ВСЕ свои преимущества, - его слова обжигали, как зимний ветер. - Ты маленькая. Быстрая. Ловкая. Контролируй каждую мышцу - и тогда не будет значения, насколько противник превосходит тебя в силе, - он замолчал. - И не забывай про магию, - добавил он, хитро прищурившись.       Картина всплыла перед глазами так ясно...       Темница. Локи полулежит на каменном ложе, томно листая страницы древнего фолианта. Я устроилась в кресле, стараясь принять непринужденную позу. Он знал. Конечно знал. О предстоящем походе в Ванахейм. О страхе, который я так тщательно прятала за напускной уверенностью.       Мои пальцы нервно теребили край платья. Да, с клинками я управлялась уверенно - годы тренировок не прошли даром. Но магия... Магия все еще давалась с трудом. Когда-нибудь я объединю оба навыка, - мечтательно подумала я. И тогда...       - Но это же невозможно! - вырвалось у меня вслух. Одновременно фехтовать и колдовать - это как... как...       Локи поднял глаза от книги, и его губы растянулись в той самой ухмылке, что всегда выводила меня из себя.       - А кто обещал, что будет легко, полукровка? - страница с шуршанием перевернулась. - Но представь лицо противника, когда ты рассечешь его клинком, а следом ударишь ледяным шипом.       Я надула губы:       - Мне кажется, я никогда не...       - О, боги, только не начинай это нытье! - он закатил глаза с таким драматизмом, будто играл в придворном театре. - Ты либо учись, либо иди жалуйся Фригге. Выбор твой.       - Лааадно... - протянула я, скрещивая руки на груди. Но в глубине души знала - он прав. Конечно, он прав..       - Ну что, Анастасия, готова?       Голос Вольштагга грубым аккордом ворвался в мои воспоминания, возвращая меня на тренировочную площадку. Передо мной возвышалась его могучая фигура, боевой топор уже был наготове.       - Да! Поехали!       Он атаковал стремительно, как медведь, но я - проворная лиса - успела увернуться и оказалась у него за спиной.       - Используй свое тело, - звучал в голове голос Локи.       Я быстрее. Я ловкая. Другого выбора у меня и нет.       - Хм, неплохо... - одобрительно проворчал Вольштагг, уже готовя новую атаку.       На этот раз его удар сопровождался коварной подножкой. Земля резко ушла из-под ног, и я очутилась на коленях. Черт! Вот тебе и ловкость! Когда великан шагнул ко мне, собираясь символически приставить оружие к моей шее, в глазах у него читалось преждевременное торжество. Ошибаешься, дружище.       Вы ждали магического удара? А я приготовила сюрприз.       Быстрый взмах рукой - и под его ногой появляется зеркальная ледяная гладь. Его ступня предательски скользит, могучие руки мельтешат в воздухе, пытаясь удержать равновесие. Этого мгновения мне хватило, чтобы вскочить на ноги и, как тень, оказаться у него за спиной. Холодный клинок уже прижат к его шее.       - Кажется, я победила, - шепчу я ему на ухо, не скрывая довольной ухмылки.       - Эй, это нечестно! - возмущается он, когда я отступаю, убирая клинок.       Подбежавшие товарищи разражаются смехом - никто не ожидал такого финала.       - Почему нечестно? - Сиф скрещивает руки на груди. - Анастасия победила. По всем правилам.       - Да... - Вольштагг недовольно крякает. - Но с помощью магии. Это... неспортивно что ли.       Я уже открываю рот, чтобы возразить, но Тор опережает меня:       - В настоящем бою важна только победа и твоя жизнь, - его голос звучит неожиданно серьезно. - Она переиграла тебя. Пусть с магией, пусть с хитростью - но победила.       - Узнаю почерк, - Фандрал бросает многозначительный взгляд на Тора, и в его глазах читается неподдельное восхищение.       - Да, - Тор вздыхает, и в его голосе пробивается грусть. - Это... в стиле Локи.       Наступившая пауза становится вдруг слишком громкой. Я чувствую, как Сиф одобрительно сжимает мое плечо, а Вольштагг, отряхнувшись, наконец разражается добродушным смехом:       - Ладно, чертовка! Признаю поражение. Но в следующий раз я тебя так просто не проведу!       И в этот момент я понимаю - возможно, уроки Локи действительно пошли мне на пользу. Даже если признаться в этом вслух я пока не готова.       Локи...        Имя снова прозвучало в воздухе, и я на миг исчезла. Словно кто-то выдернул меня из реальности, оставив лишь оболочку.        Черт! Когда это закончится?!        Но... это правда. Все эти хитрости, нечестные приемы, магия в самый неожиданный момент - чистой воды его почерк.        Сиф бросила на меня быстрый взгляд - и тут же перевела разговор на планы на завтрашнюю тренировку. Спасибо.        Тренировки... Они всегда были моим спасением. Дома, на Земле, я могла часами лупить грушу, пока пальцы не стирались в кровь, пока гнев не превращался в изнеможение. Здесь все иначе - клинки, магия, живые противники... Но эффект тот же. Усталость заглушала мысли.        После обеда я засела в библиотеке. Настоящей библиотеке - с теплом камина, с мягкими креслами, с запахом старых книг. Не то что...        Не то что в подземелье.        Опять.        О чем бы я ни думала - все ведет к нему.        Но ничего. Просто... прошло еще слишком мало времени.        Недели. Целые недели - а я все еще не могу. Ни дня без мыслей о нем.Как он? Что делает? Скучает ли? Ненавидит ли меня?        Я теряла счет дням, но не воспоминаниям.        И каждый раз...        Я шла туда.        Знакомый коридор.        Холодные ступени.        Дверь в темницы.        Я останавливалась перед ней, ладонь уже тянулась к ручке... А потом - разворот. Снова и снова.        Почему?        Гордость? Боль? Или просто страх - увидеть его и понять, что...что все его слова были правдой.        Что я для него - ничего.        А он для меня...        Все еще всё.        И хуже всего - я ненавижу себя за это.       Я ненавижу себя.        Ненавижу за то, как легко позволила ему проникнуть под кожу - будто я и правда тот глупый мотылек, что бьется о пламя, зная, что сгорит, но не в силах остановиться.        Откуда во мне взялась эта жажда? Это нелепое, постыдное желание, заставившее мое тело предательски отзываться на каждый его взгляд, каждый жест, каждое прикосновение? Что он со мной сделал?        Он - разрушитель. Он ломает все, к чему прикасается. Я знала. Видела его истинное лицо, слышала истории о его предательствах, сама наблюдала, как холодно он может раздавить чужую жизнь. Я понимала, за что его заточили.        И все же...        Я не убежала. Не отвернулась. Вместо этого - ринулась прямо в пламя, наивно веря, что смогу быть рядом. Что смогу...        Согреть его. Его - ледяного великана, монстра, как он сам себя называет. Но разве я думаю о нем так?        Нет.        Я видела в нем что-то еще. Что-то настоящее - под маской цинизма и яда. И мне казалось, я чувствовала это в те редкие моменты, когда его голос терял язвительность, а прикосновения становились... почти нежными.        - Ты мне небезразлична, - разве он не сказал это?        Или это тоже была ложь?        Он - мастер иллюзий.        Но в тот раз... он превзошел самого себя. Потому что заставил меня поверить, что я - особенная. Что я могу быть тем, кто растопит его холод.        А потом... Разбил все вдребезги. И теперь мне остаются только вопросы.        Почему я поверила?        Почему мне так хотелось, чтобы это было правдой? И самый страшный из них. Что, если где-то в глубине - это и было правдой?        Но теперь неважно. Потому что даже если это так...Он все равно выбрал тьму. А я...        Я просто дура, которая слишком поздно поняла, что некоторые сердца нельзя согреть. Особенно если они сами этого не хотят.       Притворяться было невыносимо.        Мы сидели за общим столом - шумные, сытые, довольные. Фандрал с Вольштаггом орали что-то про последнюю тренировку, Тор хохотал, потягивая медовуху, а я...Я разглядывала узоры на своей тарелке, как будто в них был скрыт ответ на все вопросы. Иногда я поднимала глаза, подстраивала улыбку под общий смех, кивала в нужных местах. Но большую часть времени просто молчала.               Сиф знала.        Ее взгляд скользил по мне, тяжелый и понимающий. Она видела - видела, как пальцы непроизвольно сжимаются вокруг вилки, как я замираю, когда кто-то невзначай упоминает его имя.        Фандрал и Вольштагг, конечно, списывали все на Ванахейм.        Она просто переживает из-за того боя - наверное, думали они.        И я не поправляла. Пусть верят в эту удобную ложь.        Но Тор...        Тор присматривался.        Его голубые глаза, обычно такие ясные и прямодушные, теперь сузились в едва уловимом подозрении. Он ловил мои паузы, мои вздохи, мое отсутствие в разговоре.        - Ты уверена, что все в порядке? - словно спрашивал его взгляд.        Я опускала глаза.        Пожалуйста, не догадывайся. Потому что если он поймет... Если он узнает...То мне не выдержать его жалости. А еще хуже - его гнева.        Так что я молчала. И ждала, когда эта боль наконец отпустит. Хотя все внутри кричало, что не отпустит никогда.       Длинный коридор дворца был почти пуст, лишь эхо моих шагов глухо отражалось от высоких сводов. После тренировки - странной, непривычно тихой без Тора - мне захотелось к воде. К шуму волн, к песку, к одиночеству...        Но судьба, как всегда, распорядилась иначе.        Они появились в конце коридора.        Тор, величественный и сияющий, вел под руку хрупкую темноволосую девушку. Его пальцы бережно сжимали ее ладонь, а в голубых глазах светилось то самое выражение, которое я видела лишь тогда, когда он говорил о Мидгарде...        Так вот куда он пропал.        - Анастасия! - его голос раскатился под сводами, как добродушный гром. - Позволь познакомить тебя с одной прекрасной дамой.        Я автоматически улыбнулась - привычная маска вежливости, отточенная за годы жизни..        - Джейн Фостер, - представил он, и его грубые пальцы нежно сжали ее миниатюрную руку, будто боясь повредить. - Джейн, это Анастасия.        - Приятно познакомиться, - мой голос прозвучал ровно, хотя внутри все замерло от удивления. Она здесь? На Асгарде? - Тор много рассказывал о тебе.       Она была... не такой, как я ожидала.        Маленькая - даже меньше меня, с живыми карими глазами и взглядом, полным любопытства. Не асгардка, не воин... но в ней чувствовалась сила другого рода. Та, что заставила бога грома смотреть на нее так, будто перед ним - вся Вселенная.        - Взаимно, - Джейн улыбнулась, и в ее улыбке не было ни капли высокомерия, лишь искренность.        Тор не отпускал ее руку.        Вот оно что...        Теперь стало ясно, почему он так часто исчезал у Хеймдала. Почему его взгляд иногда устремлялся к Бифрёсту с такой тоской... Он не просто влюблен. Он потерял голову. И глядя на них, я вдруг осознала две вещи: Тор счастлив. По-настоящему. Мне от этого почему-то стало еще больнее.        - Надо же, я в курсе, что мы с тобой вроде как землячки, - улыбнулась Джейн, и в ее глазах мелькнуло что-то теплое, родное.        Я хотела было поправить ее:        - Ну, не совсем... Я родилась в Англии...        Но она лишь рассмеялась, махнув рукой:        - Ах, да ладно! Бери масштабнее - ты же все равно с Земли!        Я невольно улыбнулась в ответ.        - Точно, - кивнула я. - Ну, как тебе Асгард?        Ее лицо озарилось восторгом, но почти сразу же тень тревоги скользнула по нему. Она бросила быстрый взгляд на Тора.        - Тут невероятно красиво... Но я здесь не просто так, - ее голос дрогнул.        Я напряглась. Эй, Джейн, куда делась твоя улыбка?        - Что-то случилось? - спросила я, и внутри уже начало клубиться холодное предчувствие.        Тор сжал кулаки, его обычно ясные глаза стали мрачными.        - Да, - ответил он. - И кое-что серьезное.        И тогда он рассказал мне историю, от которой кровь стыла в жилах.        Темный эльф. Малекит. Существо, одержимое безумной идеей - погрузить вселенную во тьму. А для этого ему нужно Схождение Миров - редчайшее явление, когда границы между реальностями истончаются, словно туман. Оно случается раз в пять тысяч лет.        И, конечно же, именно сейчас.        Но самое страшное - эфир.        Древнее оружие, живое и ненасытное. Оно способно искажать саму материю, превращая ее в антиматерию. Оно вселяется в тела, высасывая из них жизнь, оставляя лишь пустые оболочки. И Малекит хочет использовать его. Я слушала, чувствуя, как холод ползет по спине.        - Когда? - спросила я, хотя уже знала ответ.        - Через несколько дней, - сказал Тор.        Джейн сжала его руку, и я вдруг поняла - она уже втянута в это. И теперь мы все - в опасности.       - Значит, этот эфир сейчас... - мой взгляд сам перескочил с Тора на Джейн, и сердце сжалось.        - Именно, - подтвердила она тихо. - И он... постепенно убивает меня.        Я резко повернулась к Тору:        - Но должен же быть способ его извлечь? Один...        - Нет, - Тор перебил меня, его голос прозвучал жестко. - Даже Всеотец не всеведущ. Но мы найдём выход.        Я кивнула, стараясь скрыть дрожь в голосе:        - Если ты так говоришь, значит, так и будет. Джейн... - я встретилась с ней глазами. - Ты действительно можешь не бояться. Всё будет хорошо.        - Спасибо, - Её губы дрогнули в слабой улыбке. - Надеюсь.        - Ладно, нам пора, - Тор положил руку ей на плечо.        - Приятно было познакомиться, - сказала я.        - Взаимно, - Джейн кивнула. - Думаю, ещё увидимся.        Они ушли, а я...        Я передумала идти на пляж. Вместо этого направилась в библиотеку. Потому что знала слишком мало. Слишком мало о тёмных эльфах. О Малеките. О той древней войне, что бушевала ещё до моего рождения.        Лишь обрывки знаний:  тьма, существовавшая до рождения Вселенной, тёмные эльфы, порождённые этой тьмой, Малекит - их предводитель, переживший века, Один и его отец еще сражался с ним.       Ёлки-палки...        Сколько же веков прошло? А он всё ещё жив.        И теперь... Он хочет вернуть своё. Асгардцы когда-то отняли у него эфир - оружие, слишком мощное, чтобы его уничтожить.        И потому...Они спрятали его. Глубоко под землёй. Где никто не должен был его найти. Но что-то пошло не так...        И теперь Джейн - его сосуд.        А время истекает.        Я перебирала древние фолианты, лихорадочно ища хоть что-то, что могло бы помочь. Потому что если даже Один бессилен... Кто-то же должен знать ответ?        Или...        Есть ли вообще выход?       Я резко подняла голову от древнего фолианта, страницы которого только что поглощали все мое внимание. В библиотеке, обычно такой тихой и умиротворенной, звук бьющегося где-то стекла прозвучал, как взрыв.  Грохот. Крики. Лязг стали.        Что-то пошло не так.        Я вскочила, забыв про книгу. Пергамент с громким шумом рухнул на каменный пол, но мне было уже не до него. Сердце бешено колотилось в груди, когда я выбежала в коридор.        Хаос.        Стражники в сверкающих доспехах мчались по мраморным плитам, их тяжелые сапоги гулко отдавались под сводами. Лица, обычно непроницаемые, теперь были искажены яростью и... страхом?        - Что происходит?! - схватила я за руку одного из воинов, едва успев остановить его стремительный бег.        Он резко развернулся, и я увидела капли пота на его лбу, сбившуюся прядь волос из-под шлема.        - Пленники, мисс! - выдохнул он, и его глаза расширились. - Они вырвались!        И прежде чем я успела что-то сказать, он уже рванул дальше, его плащ развевался за спиной, как кровавое знамя.        Пленники. В голове тут же вспыхнуло одно имя:        Локи.        Ноги сами понесли меня вперед. Я летела по коридорам, обгоняя стражников, сердце бешено колотилось в такт шагам. Каждый поворот, каждая лестница - все было знакомо до боли.        Я рванула в свою комнату, дверь с грохотом распахнулась от моего удара. Пальцы дрожали, когда я хватала кинжалы - те самые, что всегда лежали на почетном месте. Холодная сталь мгновенно оказалась в ножнах за моей спиной.        Ни секунды на раздумья.        Коридоры мелькали, как в кошмарном сне. Я бежала, обгоняя даже самых быстрых стражников. Воздух обжигал легкие, но я не могла остановиться.        Чем ближе к темнице - тем страшнее становились звуки. Звон клинков, сталкивающихся в смертельной схватке. Дикие, нечеловеческие крики. Глухие удары тел о каменные стены.        И вот - место битвы.        Коридор темницы, обычно такой мрачный и тихий, превратилась в ад.        Кровь. Ее было так много. Она брызгала на стены, стекала по древним камням, смешиваясь с грязью и потом.        Фандрал сражался как демон, его обычно игривые глаза теперь горели холодной яростью. Меч в его руках сверкал, описывая смертоносные дуги. Вольштагг ревел, как раненый медведь, его огромный топор крушил все на своем пути. Один удар - и очередной противник летел в стену с раздробленным черепом.        Но хуже всего были они.        Пленники.        Твари.        Я никогда не видела ничего подобного. Их кожа была серой, как пепел, покрытой странными шрамами, будто кто-то выжигал на них руны. Глаза - полностью черные, без зрачков, без проблеска разума. Только животная ярость.        Один из них заметил меня.        Его копье просвистело в сантиметре от моего лица, когда я успела отпрыгнуть в последний момент. Запах гнили ударил в нос, когда я вплотную приблизилась к нему.        Уворот. Шаг в сторону. Удар!        Мои клинки вонзились ему в спину с мокрым хлюпающим звуком. Тварь захрипела и рухнула на колени, черная кровь хлынула из раны.        - Неплохо, Анастасия! - крикнул Фандрал, одновременно отражая удар очередного чудовища.        Я даже не ответила, уже прорываясь вглубь темницы. Мне нужно было знать. Где он? Что с ним?        И главное...        Это его рук дело?        Я бежала, оставляя за спиной крики и звон стали, кровь стучала в висках. Потому что если это его работа...        Я будто плыла сквозь бойню - отбивалась на автомате, клинки сверкали, враги падали, но я почти не замечала этого. Все мысли были там, в конце этого проклятого коридора, за последним поворотом.        Сколько недель я не решалась сюда спуститься. А теперь бежала, как одержимая, с комом в горле и ледяным предчувствием в груди:        А вдруг его клетка пуста?        Но нет.        Он был здесь.        Тот же самый, каким я его помнила - полулежащий у мерцающей магической стены, длинные ноги небрежно вытянуты, спина прислонена к холодному камню. В руках - книга. Естественно.               Будто ничего не изменилось.        Будто вокруг не лилась кровь, не гремели крики, не умирали люди.        Он читал.        Спокойно. Уверенно. Как король, наблюдающий за бурей из окна своего дворца.        - Локи... - мой голос прозвучал тише, чем я планировала.        Он медленно поднял глаза от страниц.        Взгляд.        Сначала - рассеянный, будто я потревожила его в самый интересный момент. Потом - осознание.        И наконец...        Холод.        Он окинул меня тем самым взглядом, от которого когда-то замирало сердце. Теперь же оно лишь больно сжалось.        - Ты что здесь делаешь? – его голос был ровным, пустым. Будто спрашивал о погоде.        Я застыла, ощущая, как гнев поднимается из самой глубины.        - Вообще-то... - мои пальцы сжались в кулаки, ногти впились в ладони. – Оглянись вокруг!        Я резко махнула рукой, указывая на бойню за спиной.        - Весь Асгард в огне, пленники вырвались, люди гибнут! - голос сорвался на крик. – А ты... ты просто сидишь тут и ЧИТАЕШЬ?!        Он медленно прикрыл книгу, не сводя с меня глаз.        - И что, по-твоему, я должен делать? - он наклонил голову, и в уголке его губ дрогнула тень улыбки. - Аплодировать?               Всё произошло за мгновение.        Тень метнулась сбоку - я едва успела рвануться влево. Стальной клинок пленника со скрежетом вонзился в мерцающую стену клетки Локи, и та вспыхнула ослепительным светом, но не поддалась.               Я не успела опомниться.        Чудовище уже летело на меня, его черные глаза пустые, как бездны, а изо рта капала слюна, едкая, словно кислота. Я занесла кинжал - удар! - но он парировал своим мечом, и от силы столкновения у меня онемели пальцы.        Ошибка.        Я слишком резко рванулась вперёд, и монстр - черт возьми, как он быстр! - отпрыгнул в сторону. Инерция понесла меня вперёд. Я едва не грохнулась лицом в камень, но в последний момент...        Удар ногой в спину.        Боль взорвалась вдоль позвоночника. Воздух вырвался из лёгких со стоном, и я отлетела к самой стене Локи, ударившись плечом о каменный столб у мерцающей стены.        Дыши.        ДЫШИ.        Но тело не слушалось. Грудную клетку сдавило, будто тисками, спина горела, словно переломанная. Я судорожно схватилась за стену, пытаясь подняться на колено, но не могла. Ноги не слушались, руки дрожали.        А он шёл.        Монстр. Палач.        Он видел мою слабость и не спешил. Каждый его шаг отдавался в тишине, как удар колокола. Его меч волочился по камням, оставляя за собой чёрные полосы.        - Вставай. Вставай, черт тебя дери!        Но тело не подчинялось. Я чувствовала взгляд Локи на себе. Горячий. Пристальный. Но он не двигался. Ну, конечно. А что он может?        Монстр уже поднял меч для последнего удара.        И тут...        Как будто ничего не произошло.        Но его глаза...        Они горели.        Яростью.        Чем-то ещё.        И я поняла.        Он не мог просто смотреть, как я умираю.        Даже если сам этого не осознаёт.       - Локи… - тихо произнесла я, приложив ладонь к его стене.       И тогда - впервые за всё время - его маска дала трещину.        Глаза, всегда такие насмешливые, теперь расширились от ужаса. Губы дрогнули. Брови сдвинулись.        Он боялся.        Боялся за меня.        И самое страшное - он был бессилен.        - Нет, нет, нет, нет... - его шёпот сливался с гулом магии, пальцы впились в прутья, будто пытаясь разорвать их.        Я в последний раз встретилась с ним взглядом - и что-то внутри дрогнуло. Почему он так близко? Почему он не может быть здесь, рядом?        Но времени не было.        Я резко развернулась, прислонившись спиной к его клетке, чтобы видеть приближающегося монстра. Тот шёл медленно, наслаждаясь моментом. Его когти скребли по камню. Глаза светились голодом.        Его голос.        Он всё ещё заботился.        Даже если сам не хотел в этом признаваться.       - Магия, Анастасия, примени её! - Локи кричал, и в его тоне впервые звучала настоящая паника. - Ты ведь можешь! Соберись! Пожалуйста!        Пожалуйста. Это слово перевернуло всё. Я закрыла глаза.        Вдох.        Выдох.        И. Лёд.        Он вырвался из моих ладоней, как живая буря, пронзая монстра, сковывая его, дробя на миллионы сверкающих осколков.        Тишина. Я дышала. Он молчал.        А потом...        Дыхание выравнивалось, хотя каждый вдох всё ещё обжигал рёбра. Но боль отступала - его слова словно влили в меня новую силу.        Мгновение. Всего одно мгновение. Но мне хватило.        Я рванулась вперёд, забыв про боль, про дрожь в руках, про всё. Два клинка в кулаках - и вот они уже вонзаются в грудь твари, пробивая гнилую плоть. Мы рухнули вместе, я - сверху, он - подо мной, захрипев в последний раз.        Тишина.        Я поднялась, шатаясь, кровь стучала в висках. Взгляд сам потянулся к Локи - он стоял у самой мерцающей стены, глаза горели.        Я сделала шаг к нему.        Но.        - Анастасия! - Фандрал схватил меня за руку, резко дёрнув назад.        - Там хуже! - его голос был хриплым, лицо в крови. - Тёмные эльфы. Верхние уровни. Это только начало.        Я отшатнулась, но он уже тащил меня к выходу.        Последний взгляд через плечо. Локи не сводил с меня глаз. Его губы шевельнулись. Но что он сказал - я не услышала. Потому что Фандрал рванул меня за собой, в хаос, в бой, в огонь. А его фигура - одинокая за решёткой - осталась там.        В темноте.        Как и всегда.       Я выбежала из подземелья - и мир перевернулся.       Коридор, по которому я только что шла, теперь был разрушен. Стражники бежали в панике, их крики сливались с грохотом обрушающихся стен. Я рванула дальше, сердце бешено колотилось, ноги сами несли меня к центру кошмара.       Тронный зал.       Тот самый, что всегда поражал своим величием - с золотыми колоннами, высокими сводами, сияющим троном - теперь лежал в руинах. Мой взгляд скользнул по обломкам - и остановился на троне.        Троне Одина. Разрушенном. Разбитом. Осквернённом.        Но главное потрясение меня ожидало впереди... Фригга. Она погибла.       Нет.        Нет, нет, нет.        Перед глазами всплыли образы:  она смеётся, глядя, как я практикуюсь в магии воды, качает головой, когда я, разбитая, приползаю после тренировки, гладит по волосам, когда мне больно, и шепчет: Ты сильнее, чем думаешь.        Она никогда не жалела. Она давала силу. Свет. Тепло. Дом. И её больше нет.        Малекит.        Имя вспыхнуло в сознании, как раскалённый клинок. Он сделал это. Он убил её. Он отнял её у всех нас. У Локи. У Тора. У меня. У Асгарда.        Я сжала кулаки, и что-то внутри - что-то тёмное, яростное, почти забытое - закипело в груди.        Он заплатит. Он будет страдать.        Сначала я должна найти Тора.        Потому что он сейчас теряет больше всех. А потом... Потом будет месть.       Я не могу сидеть. Не могу стоять. Не могу дышать.        Комната, обычно такая уютная, теперь давит на меня стенами. За ночь я, кажется, выплакала все слезы, но боль не уходит.        Фригга.        Она стала для меня больше, чем наставница. Больше, чем королева. Она была матерью. Той, что согревала, когда в мире не оставалось тепла.        И теперь...        Её нет.        Но я знаю, кому ещё больнее. Локи. Тому, кто не смог защитить её. Тому, кто любил её больше всех. Тому, кто заперт в клетке, даже когда весь мир рушится. Я должна что-то сделать. Один не примет меня сейчас.        Но Тор...        Тор поймёт.        Я вышла из комнаты, шагая твёрдо, хотя сердце рвётся на части.        Коридоры пусты. Тишина глухая, тяжёлая. И вот он.               Тор.        Стоит на террасе, огромный, сильный - и сломленный. Его плечи подрагивают, руки вцеплены в каменные перила.        - Анастасия, - его голос хриплый, чуждый.        Я подхожу ближе, не позволяя себе дрогнуть.        - Тор, мне нужно с тобой поговорить.        Он не поворачивается, но кивает.        - Я слушаю.        Я глубоко вдыхаю.        - Я хочу поговорить о Локи.        Теперь он оборачивается. Его глаза красные, опухшие, но в них вспыхивает что-то - удивление? Гнев?        Я не отступаю.        - Ты можешь поговорить с Одином. Пусть он позволит Локи присутствовать на похоронах.        Тор замирает. Его лицо искажается - боль, ярость, сомнение.        - Ты... ты не понимаешь, о чём просишь, - его голос дрожит.        - Понимаю.        - Нет! - он взрывается, сжимая кулаки. - Он…        - Он её сын! - перебиваю я, и голос звучит громче, чем я планировала. - И он любил её, Тор. Так же сильно, как ты.        Тор резко мотнул головой, его обычно ясные глаза теперь были полны мрачной решимости.        - Тор, это жестоко! - голос сорвался на крик. - Ты же знаешь, как она ему дорога! Пожалуйста! Это слишком...        - Нет.        Одно слово. Твёрдое. Окончательное.        Но Тор...        - Я уже говорил с отцом, - его голос упал, став почти шёпотом. - Он непреклонен.        - Но это же... - я сглотнула ком в горле. - Всего лишь в последний раз...        Нет.        - Но он же выпустил его тогда! Когда я... - голос задрожал. - Когда он лечил меня!        Тор вздохнул, его пальцы сжались в кулаки.        - Это была не его воля, - тихо проговорил он. - Мама настояла.        Тишина.        - То есть... он бы позволил мне умереть? - шёпотом вырвалось у меня. - Если бы не она?        Тор отвернулся.        - Анастасия, давай не будем...        - Всё ясно.        Я резко развернулась и рванула прочь, не дав ему договорить.        Шаги. Быстрые. Гневные. Коридор расплывался перед глазами.        Один.        Его решение.        Его жестокость.        - Почему?! - кричало что-то внутри.        Локи. Его боль. Его одиночество. Его право проститься. Украденное.        Дверь в комнату захлопнулась с таким грохотом, что задрожали стены. Я не плакала. Я кипела. Шаги. Туда-сюда. Туда-сюда.        Я сделала всё, что могла. Но этого недостаточно. Один не слушает даже Тора. Что я могу сделать?        Нарушить приказ? Освободить его самой?        Безумие.        Но...        Разве она не сделала бы того же? Для него? Для нас? Я остановилась у окна.        На похороны царицы собрался весь Асгард, такой церемонии я никогда не видела…Ладья с телом Фриги, направляющаяся словно к краю мира, шары света, запущенные в небо, огни…И лица собравшихся вокруг, таким я никогда не видела Одина, Тора, оба убитые горем, как и каждый присутствующий здесь. Тут должен быть Локи, вновь подумала я, а он там. Несправедливо!       Отгоняя от себя последние сомнения, я спустилась в подземелье и медленно направилась по коридору в сторону темницы Локи. И хоть я толком не понимала, что ему сказать, я просто захотела быть с ним рядом. Ведь ему сейчас тяжело, возможно тяжелее всех.       Темница Локи. Тишина, нарушаемая лишь редкими каплями воды, падающими где-то в глубине коридора. Я замерла у входа, втягивая в себя запах разлитого вина, раздавленных фруктов и чего-то ещё - горького, как пепел.        Он сидел на полу, спиной к стене, колени подтянуты к груди. Его обычно безупречные чёрные волосы были всклокочены, словно он бесконечно проводил по ним пальцами. Рукава зелёного камзола - порваны в нескольких местах, будто он дрался с невидимым врагом.        На полу перед ним лежала книга. Та самая, что он всегда читал. Теперь её страницы были измяты, некоторые - вырваны. Один лист, ближайший к нему, испещрён чёрными чернильными кляксами, будто он пытался что-то написать, но перо раз за разом выскальзывало из пальцев.        Я сделала шаг ближе.        Его дыхание было ровным, но слишком медленным - как у человека, сознательно       заставляющего себя дышать. Пальцы левой руки судорожно сжимали и разжимали край плаща.        Я не сдержала шёпота:        - Локи...        Он не поднял головы. Но его пальцы впились в ткань крепче. Тень скользнула по его лицу - не гнев, не боль, а что-то глубже.        Безмолвное признание:        Она ушла. И он не смог её защитить. Не смог проститься. Не смог даже оплакать - как все.        Я опустилась на колени по другую сторону стены, не касаясь её.        Мы сидели так - разделённые мерцающей стеной, но вместе. В молчании. В потере. В памяти о ней.        А где-то наверху Асгард горел в свете погребальных огней.        Но здесь, в глубине, было лишь двое. И тень женщины, которая навсегда осталась между ними.       - Локи... - мой голос дрогнул в темноте камеры. Он поднял голову медленно, будто каждое движение давалось с нечеловеческим усилием.        Его глаза...        Обычно такие живые, полные озорства или яда, теперь были пусты. Без блеска. Без огня. Как два потухших сапфира в бледном лице.        - Зачем ты здесь?        Голос - хриплый, будто он кричал. Или молчал слишком долго.        Я открыла рот, но слова застряли в горле. Что я могла сказать?        - Локи, я хотела... просто...        Руки сами сжались в кулаки. Я пришла без плана, без правильных слов - только с этой невыносимой тяжестью в груди, которая гнала меня сюда.        - Мне так жаль, что Фригга...        - Не нужно.        Он отрезал резко, будто слова были ножом. Его пальцы впились в колени, суставы побелели.        Я сделала шаг вперед:        - Локи, я понимаю, как тебе...        - Ты?        Он резко поднял голову, и в глазах вспыхнуло что-то - не ярость, не насмешка. Боль. Голая, невыносимая.        - Ты понимаешь, каково это - сидеть в четырех стенах, не имея возможности хотя бы просто БЫТЬ РЯДОМ, когда ее хоронили?!        Последние слова сорвались на крик, эхо разнеслось по камере. Я сглотнула:        - Я знаю. Я пыталась убедить... но Один...        - Неудивительно, - он горько усмехнулся, и эта улыбка была хуже любой ярости.        - Это несправедливо.        Он медленно поднялся, шатаясь, как пьяный. Подошел к самой стене, так близко, что дыхание запотело на магическом барьере между нами.        - Анастасия, - его голос стал тише, но каждое слово жгло. - Пора бы уже перестать верить в справедливость его слов и действий.        Пауза.        - Один часто смотрит поверхностно... и поступает неразумно. Он не такой всесильный и мудрый, как о нем думают.        Глаза встретились с моими - и в них было нечто новое. Не гнев. Не боль. Правда. Голая. Опасная.        Как клинок, воткнутый между ребер.        И я поняла.        Он не просто скорбит.        Он винит.        Одина.        Себя.        Возможно, даже весь Асгард.        А я...        Я стояла перед ним, не зная, как зашить эту рану, которая кровоточила между нами.        Потому что иногда... Даже желания недостаточно. Я сделала шаг вперёд - и мир разбился. Рука упёрлась в невидимую преграду, холодную и непреодолимую.        - Я не понимаю...        Пальцы скользнули по мерцающей поверхности, которая ещё недавно была для меня открытой дверью.        - Вот как, - Локи засмеялся.        Но это не был смех.        Это был звук разбитого стекла.        - Видимо, с её смертью спало действие её чар.        Его голос резанул, как лезвие.        - Это ведь Фригга сделала так, что ты могла быть здесь.        - Нет, нет, нет...        Я опустилась на колени, ладони прижались к барьеру.        - Как я могу пройти?!        Голос сорвался на крик.        - Никак, - он резко отвернулся.        И добавил тише, но больнее:        - И тебе здесь нечего делать.        Слова ударили больнее, чем любая магия. Я застыла. Сердце разбито. Надежда растоптана. Он за решёткой. Я снаружи. И между нами не просто стена.        Пустота.        Без неё. Без Фриги. Без её волшебства. Без её тепла.        Я не плакала. Я даже не дышала. Просто сидела там, прижавшись к барьеру, глядя на его спину. Он не обернулся. Не смягчился. Не подошёл.        Потому что иногда... Даже самые сильные…Ломаются.        Я поняла это.        Но всё равно не ушла. Потому что... Кто-то должен помнить. Что он не просто пленник, не просто предатель. А тот, кого, тоже любили. И кто тоже скорбит.       - Уходи…       - Локи, не говори так, я хочу...        - Чего ты хочешь!? - его голос взорвался в темнице, резкий, ранящий. Он резко повернулся, и в его глазах горело что-то дикое, отчаянное. - Оставь меня в покое! Оставь меня здесь одного, как и должно быть!        - Да почему ты такой упрямый?! - я ударила ладонью по стене, и она вспыхнула в ответ, ослепительно, как будто насмехаясь над моей беспомощностью. Голос сорвался на крик. - Я лишь хочу поддержать тебя, как же ты не понимаешь! Твоя мать была не единственная, кому ты был дорог!               Тишина.        Он замер, будто мои слова ударили его физически.        - У тебя впереди вечность, чтобы быть одному... Почему ты отталкиваешь меня?        Его дыхание замедлилось, и он опустился напротив меня, по ту сторону стены, зеркально повторяя мою позу.        - Потому что у нас с тобой разные пути, - его голос стал тише, но каждое слово горело, как раскаленный уголь. - У тебя своя вечность. У меня - своя.        Он говорил так, как говорят с детьми - простые слова, жесткие истины.        - Локи, нет... - я прижала ладонь к стене, чувствуя, как холод проникает в кожу. Он был здесь, так близко, но недосягаемо. - Пожалуйста...        - И сейчас ты уйдешь отсюда, - он не дрогнул, его глаза не смягчились. - И никогда больше не спустишься сюда. Поняла?        Я замотала головой, стиснув зубы, кусая губу, чтобы не разреветься.        - Да что же ты такая упрямая!? - он вскипел, вскочил и резко отвернулся, будто не в силах больше смотреть на меня.        Но я видела.        Видела, как его плечи напряглись.        Видела, как его пальцы сжались в бесполезные кулаки.        Видела, как тень пробежала по его лицу, когда он закрыл глаза, будто защищаясь от чего-то.               - Это ты упрямый!        Мои слова повисли в воздухе, острые, как лезвие. Локи резко развернулся, его глаза вспыхнули - не привычной насмешкой, а чем-то яростным, живым.        - В тебе есть хоть капля самоуважения?! - его голос звенел, как натянутая струна. - Ты не должна здесь быть после всего… Уходи! Неужели в тебе нет гордости?        Я замерла. А потом... Рассмеялась.        Тихо. Горько.        - Я, похоже, потеряла остатки самоуважения и гордости, когда позволила играть собой и довериться тебе.        Тишина.        Его лицо дрогнуло - тень пробежала по нему, быстрая, неуловимая.        Но я уже повернулась.        Уже пошла.        Не оглядываясь.        Я шла по песку, не чувствуя его под босыми ногами. Не замечая, как ветер рвет волосы, как вода остывает у берега. Озеро лежало передо мной - черное, зеркальное, усыпанное отражениями звезд.        Как его глаза в тот миг, когда он испугался за меня.        Почему? Почему я все еще держусь за это? За его смех, когда он учил меня магии. За его руки, которые казались такими нежными. За его страх, когда я чуть не погибла.        Я видела.        Видела, как он сжал кулаки, как его голос сорвался на крик. Видела, как тень боли скользнула по его лицу сегодня. Но он все равно оттолкнул.               Снова.        Снова.        Снова.        Есть ли во мне гордость?        Ветер ударил в лицо, холодный, резкий, как его слова.        Да. Есть. Но гордость - это не убежать. Не забыть. Не притвориться, что ничего не было.        Гордость - это принять. Что я влюбилась. Что он - часть меня. И что теперь... Мне нужно идти дальше.        Я подняла голову к звездам.        Вдох.        Выдох.        Тишина.        Я не забуду дорогу к его темнице. Но я не вернусь. Не сейчас. Может быть, никогда. Потому что иногда... лучше отпустить. Даже если оба остаются в тюрьмах. Он - в своей. Я - в своей.        Разделенные.        Но навсегда оба одинокие.