Альтернатива убийству

Утром ты снова получаешь завтрак в постель. Ты чувствуешь себя несколько неловко, зная причину, почему он так заботится о тебе. Но отказываться было бы совсем не вежливо. - Знаешь, я тут подумал, может мы могли бы с тобой прогуляться, - неожиданно говорит он, и ты давишься. – Типа… сходить на свидание, я полагаю. - То есть? Ты мне твердил, что за мной гоняются все великие головорезы, которые держат меня на мушке, а теперь хочешь спокойно выйти на улицу? Если он наврал про это, думаешь ты, то ты точно врежешь по белобрысой морде. - Похоже, пошёл один слух и... никто не берётся за это дело. Потому что он не заплатил бро. - Дэйв, - ты скрещиваешь ноги и садишься ровнее.- Как давно моя голова обесценилась? Он молчит и смотрит на свои ноги. Ты начинаешь догадываться, почему. - Месяц, около того. - Что? - Эгберт, я просто… - Какой, блять, месяц?! Ты утверждал мне не так давно, что мне нельзя выходить, что я здесь ради собственной безопасности! Какого чёрта, Дэйв?! - Джон… - То есть, я мог бы быть уже дома? Я мог бы избежать столько херни, а меня теперь кошмары до конца жизни преследовать будут! - Я просто хотел… А, не важно. Бесполезно оправдывать свои эгоистичные мотивы. Ты пылаешь от ярости, и когда он встаёт с постели, ты кидаешь ему вслед завтрак. Тарелка с кружкой звонко разбиваются о пол. Он поворачивается и удивлённо смотрит на разлитую гущу, но ничего не говорит. - Какого хрена я ещё здесь?! – продолжаешь кричать ему вслед ты, когда он выходит за дверь. – Дэйв, иди в жопу! Меня больше ничего здесь не удержит, слышишь?! Ты встаёшь, ругая самого себя за мокрую ловушку у кровати, и выходишь следом. Сейчас ты не думаешь о том, дома ли его бро и можно ли тебе без последствий выйти из комнаты. Ты думаешь о том, что не закончил говорить всё, что думаешь о нём. Об этом лживом отморозке. В квартире невероятно тихо, вставшее солнце освещает только половину гостиной и кухни. Ты обходишь вокруг диван, сворачиваешь на кухню и обнаруживаешь Дэйва там, сидящего возле холодильника. Он уткнулся лицом в сложенные на коленях руки. - Дэйв, мне… - Ты ничего не замечаешь? – спрашивает Дэйв, не поднимая головы. Ты опешил от неожиданного вопроса. На всякий случай смотришь по сторонам, но не замечаешь ничего необычного. - Его нет. Ты вздыхаешь. - И? - Третий день. Ты только пожимаешь плечами и прислоняешься к столу. - Он всегда приходил домой. Если его не было ночью, то всегда предупреждал. Третий день от него ни слуху. Твой пыл начинает остывать. Ты делаешь глубокий вдох и не сводишь глаз с Дэйва. - Что это значит? Он пожимает плечами. Затем бормочет: «Ничего хорошего». Вы так и молчите, каждый задумавшись о своём. Он, как ты подозреваешь, о брате, а ты пытаешься перебороть жалость к нему, потому что он всё ещё подонок. В конце концов ты решаешь оставить разборки на потом. - Ну что? Угостишь меня мороженным? Ты в его одежде, закутанный в шарф по самые уши, чтобы никто не узнал тебя, стоишь в лифте. Дэйв выглядит немного отчуждённо. Его голова явно забита не предстоящим свиданием. Ты улыбаешься в складках шарфа, произнося про себя «свидание». - Может, всё не так плохо? – спрашиваешь ты его. – Может, он просто… нашёл себе кого-нибудь? Или напился? Ты пробовал звонить ему? - Не доступен, - коротко отвечает он, игнорируя остальные вопросы. Ты уверен, что всё хорошо, и что Дэйв зря беспокоится. Поэтому надеешься просто поднять ему настроение этим свиданием. И, наверное, отложить разговор о возвращении тебя домой до тех времён, когда Дэйв перестанет так волноваться. На несколько секунд тебя оглушает шум машин, стук каблуков и доносящаяся издалека музыка. Но потом ты успокаиваешься и внутри всё расцветает. Перед тобой снова целый мир, а не квартира на верхнем этаже. Вокруг множество людей, среди которых ты, впервые, чувствуешь себя в безопасности. Дэйв смотрит на тебя, убрав руки в карманы. Похоже, ему всё ещё кажется, что ты можешь убежать. Но тебе совсем не хочется бросать его одного. И ты берёшь его под руку, чтобы успокоить, и он тут же отводит взгляд. - Так… Куда ты меня поведёшь? – спрашиваешь ты, ощущая себя в какой-то нелепой романтической ситуации. А ведь всего-то поцеловались один раз. - Увидишь, - уклончиво отвечает Дэйв. Тебе, в общем-то, всё равно, куда. Лишь бы не обратно. Вы проходите квартал и садитесь в автобус. Ты стараешься вести себя как можно более незаметно, потому что уже увидел пару объявлений со своим лицом. Очень странное чувство видеть собственный портрет, под которым написано «пропал». Потому что это ты, и ты здесь, ты знаешь, что происходит, но больше никто не посвящён в эту тайну. Через час непонятных торопливых прогулок ты начинаешь настаивать на том, чтобы Дэйв сказал, куда вы идёте. - Хорошо, - кивает он и резко дёргает тебя в переулок между магазинами, пролезает в дырку в заборе. - Ты решил меня ещё раз похитить? – саркастически интересуешься ты. - Да, Джон, именно так. Я похищаю тебя, пока ты похищен, чтобы извлечь из ситуации максимум иронии. - Серьёзно? - Ага. Вы подходите к старому красному дому, на котором потрескалась краска и обвалилась крыша в паре мест. Возможно, это не самое подходящее место для романтических свиданий, но ты в восторге. Вы залезаете внутрь через окно. Дэйв продолжает молчать, только тянет тебя за руку. И, наконец, вы останавливаетесь в одной из комнат. - А теперь слушай. У меня большие проблемы. Те три дня, что его не было дома, за квартирой следили. Я не знаю, кто это и чего хотят, но оставаться там явно не вариант. Ты внимательно смотришь на него, думая, что он шутит. Он снимает очки и проводит по лицу ладонью. - Это единственное место, которое я знаю в городе, в котором мы можем спрятаться. Хотя, подозреваю, что им нужен только я, а ты вообще не упёрся. За тобой стоит старый диван, который больше похож на распухший труп, покрывшийся мхом, и ты не решаешься сесть на него. - Похоже, всё кончено, - продолжает он, и ты поднимаешь на него взгляд. – Бро больше нет. Жив он или нет, но ты больше не его проблема. Так что, - он пожимает плечами и смотрит на забитое досками окно. – Ну, в общем, делай, что хочешь, Джон. Ты хмуришься. - Беги, Лесси, ищи папу. Тебя одновременно и оскорбляет эта фраза, но в то же время внутри тебя что-то щёлкает, и ты чувствуешь себя так, словно это раскрыли твои кандалы. - А как же ты? Он снова жмёт плечами. Его высокая фигура мелькает в проёме бывшей двери и скрывается в другой комнате. - Про этот дом все давно забыли, даже власти. Вряд ли кто сунется сюда. Поторчу пару дней здесь, - он снова проходит мимо двери, глядя на потолок, и доходит до лестницы на второй этаж, - может придумаю чего. В конечном счёте, свалю в Мексику с тремя пакетами кокса в заднице. Тебя начинает раздражать его уверенность в том, что ты уйдёшь и оставишь его. Ты не собираешься бросать его одного. Поэтому, когда он снова заходит в комнату, ты подходишь к нему. - Дэйв, - ты берёшь его за плечи, - поехали со мной. - Пфф, - он закатывает глаза. – Не говори ерунду. - Пожалуйста, Дэйв. Когда он начинает отходить от тебя, ты опускаешь руку и сжимаешь его ладонь. Он останавливается и опускает голову. Ты видишь, как подёргиваются его плечи от смеха. - Джон, куда я поеду? К тебе домой? К твоему отцу, у которого я тебя отнял? Ко всем этим людям, которые переживали за тебя? - Во-первых, ты поедешь не к ним, а ко мне. Во-вторых, я не хочу, чтобы вот так… - ты пытаешься закончить фразу про себя. Чтобы вот так закончились ваши отношения? Ваша дружба? Ты не знаешь, как назвать то, что происходит между вами. - Это бред, а тебе лучше уйти. - Теперь ты меня прогоняешь? После двух месяцев заточения? - Блять, Дэйв, ты и так попортил мне жизнь, не ухудшай ситуацию, просто поехали. - Нет. - Господи, какой же ты упёртый! - Да. - Что «да»? Ты поедешь? - Нет. Да – я упёртый, нет – я не еду. На секунду у тебя темнеет перед глазами от желания врезать барану. Но вместо этого ты рвёшься вперёд и прижимаешься к его губам. Ты не уверен, действительно ли это то, что ты хотел сделать. Ты отпускаешь его руку, и он кладёт её тебе на талию. По телу снова бегают колющие мурашки, ты резко выдыхаешь, чувствуя его горячий язык. Ты касаешься его шеи, мягкой кожи, и все мысли в твоей голове пропадают. Ты приоткрываешь глаза и понимаешь, что твои очки запотели от вашего горячего дыхания. Поверх линз ты смотришь на его закрытые глаза и усыпанный веснушками нос. И тебе не хочется знать, что творится у него на душе в этот момент. - Дэйв, - шепчешь ты, отстранившись, - поехали… Его глаза всё ещё закрыты, он прислоняется лбом к твоему и едва заметно кивает. Ты начинаешь понимать, насколько сильны его чувства к тебе. И ты снова целуешь его, прижимаясь сильнее, позволяя ему почти до боли сжимать тебя в объятиях. Через полчаса вы сидите на прогнившем крыльце. Город уже начал потихоньку погружаться в сумрак. - Ещё раз, - его голос слегка дрожит от волнения и холода. – Последнее, что ты помнишь, это что тебя похитили? - Да, - ты уставши киваешь. – И я не помню, где меня держали, помню, что всегда было темно, когда я приходил в себя, - монотонно повторяешь ты план, который вы уже вместе зазубрили, - потом помню, что очнулся в этом доме, потом пришёл ты, узнал меня, вызвал полицию, Дэйв, не волнуйся, я не выдам никаких лишних деталей. Он нервно кивает и кладёт подбородок на сложенные руки. В последнее время, точнее, после того, как он признался тебе, ты стал замечать, как сильно изменилось его поведение. Ты стал видеть всё больше в нём человека, чем киборга, которым он показался сначала. Удивительно, как такой эмоциональный человек мог выглядеть пофигистом. Потом ты смотришь на тёмные очки, которые он так и не надел снова, и снимаешь вопрос с повестки. - Дэйв, мне, - «нравятся твои глаза,» - хочешь сказать ты, но в начале улицы появляется полицейская машина, ослепляя вас яркими фарами.