Wedding Games

1.

      Жатва в дистрикте – очень странный день. Капитолий пытается превратить всё в праздник: повсюду свадебные гирлянды, шарики, музыка. Но на самом деле это день прощания - с одним или с одной, кому не повезёт. Несмотря на уверенность Цезаря Фликермана, попасть на Игры мечтает далеко не каждый – если вообще такие найдутся. Особенно в Двенадцатом.       Потому что со Свадебных Игр не возвращаются. Принято считать, что проигравшие трибуты остаются жить в Капитолии. Так ли это – никто не знает. Но в любом случае, семья прощается с ними навсегда.       Китнисс заняла свое место среди молодежи ее возраста и вот уже пятнадцать минут была занята тем, что теребила одну из своих светлых кос: ради Жатвы пришлось пару прядей обесцветить. Сначала хотели покрасить всю голову – но возник резонный вопрос: куда потом деть отросшие корни? Поэтому ограничились временными мерами: главное – быть похожей на Прим во время Жатвы, а дальше уже не так важно.       Прозвучал гимн, означающий начало церемонии, и на деревянной сцене появилась Эффи Бряк в умопомрачительном свадебном платье – этикет Игр требовал, чтобы все сопровождающие были одеты подобным образом. Но Эффи отличилась: на ее голове красовалось огромное белоснежное перо, угрожавшее свалиться в любую минуту, а из-под подола выглядывали серебристые сапоги на шпильке – такие сияющие, что смотреть было просто невозможно.       Глядя на эту карикатурную «невесту», Китнисс в очередной раз задумалась: почему Игры называются «Свадебными»? Кто придумал так опорочить прекрасный и чистый праздник – союз двух любящих людей? Раньше Игры назывались Любовными, потому что считалось, что трибуты борются за Любовь. Но потом участники и участницы стали позволять себе такое… Китнисс видела одну запись старых Игр и при воспоминании об этом краснела – это было просто неприлично. Наверное, чтобы и дальше не развращать публику, было решено понизить градус страсти и Игры переименовать. Последние лет десять Игры называются Свадебными и правила переделаны под эту тематику: главный приз – шикарная капитолийская свадьба, и все говорят только об этом. А гибель трибутов – так, ерунда. Это для Капитолия. А в народе слова «любовь» и «свадьба» потихоньку превращаются в ругательства, их начинают бояться.       Эффи долго выражала свои восторги по поводу предстоящих Игр – Китнисс всё это благополучно пропустила мимо ушей и чуть было не проворонила тот момент, когда из стеклянного шара было извлечено имя Прим и названо во всеуслышание. - Примроуз Эвердин! Ну где же ты, душенька? Покажись нам! – ласково зазывала Эффи, а толпа начала беспокойно оглядываться. - Китнисс, очнись! – рявкнул из ушного микрофона голос Хеймитча. – Давай, дуй на сцену!       Она и правда словно очнулась ото сна и ровным шагом направилась к трибуне. Потом, равнодушно принимала поздравления и объятия Эффи.       Если из жителей Двенадцатого кто и удивился, увидев Китнисс, никто не подал виду: какая разница, кто там поедет на Игры? Главное, что не мы. Большинство предпочитали думать, что просто обознались. - Какая же ты красавица, Примроуз! – Эффи демонстративно всплакнула. – Я уверена, что в этом году повезет именно тебе!       И на этом церемония Жатвы окончилась.

2.

      Никто не пришел попрощаться с ней в Дом Правосудия. Впрочем, Китнисс никого и не ждала: Прим и мама отбыли в Тринадцатый, а с Гейлом она простилась там же. И все же было как-то не по себе. - Не кисни, солнышко, всё идет по плану, - тихонько подбадривал Хеймитч в микрофон. – Как только окажешься в поезде – принимайся за работу. Слушай внимательно и запоминай. Состав ведут миротворцы – разговоры у них могут быть интересными.       Китнисс кивала, хотя Хеймитч не мог ее видеть, но мысли были далеко. До нее только сейчас начало доходить на что она подписалась. Жуть. Но обратной дороги нет.       В «свадебном поезде» не оказалось ничего стоящего внимания, кроме вкусной еды и невообразимого платья Эффи из рисовой бумаги – она предлагала Китнисс одеть точно такое же, но та отказалась.       Началась трансляция Жатвы в дистриктах, и пришло время увидеть своих соперниц – Китнисс смотрела на экран с огромным вниманием.       Дистрикт Один – красивая блондинка в нежно-голубом платье. И имечко под стать – Диадема. Фальшиво улыбалась, махала ручкой, посылала всем воздушные поцелуи. А взгляд очень злой. Опасна.       Дистрикт Два – Мирта. Симпатичная, но не умеет правильно себя подать. Вызвалась добровольцем, грубо толкнув какую-то девушку. Да, такой палец в рот не клади. Опасна.       Трибутом из Третьего оказалась неуклюжая девушка с испуганными газами и короткой стрижкой. Её бояться нечего – такие на Играх отсеиваются первыми, потому что не могут за себя постоять. Китнисс даже не стала запоминать ее имени.       Зато в Четвертом снова реальная соперница – Рен, жгучая брюнетка аристократической красоты. Пожалуй, самая старшая среди всех – ей двадцать. Взгляд холодный и расчетливый. Кажется, она думает, что уже победила.       В Пятом дистрикте разыгралась трагедия: очаровательная девушка с веснушками оказалась уже помолвлена. Поднимаясь на трибуну, она обливалась слезами, а ее жених так надрывно выкрикивал «Малини! Малини! Любимая!», что его удалили с площади миротворцы.       Худенькую пацанку из Шестого Китнисс, подумав, тоже решила не принимать в расчет: такая, конечно, умеет драться и ругаться, но вряд ли понравится зрителям.       Дистрикт Семь - рыжая Финч. Настоящая лиса. Про нее так прямо ничего не скажешь – слишком непонятно. Китнисс мысленно поставила напротив нее знак вопроса, но так и не решила, к какой категории эту лису отнести.       Трибуты из дистриктов Восемь и Девять были похожи, как две капли воды – Китнисс даже глаза протерла: обе блондинки с длинными косами, обе в розовых платьях – сговорились что ли? Натали и Розали. С ума сойти. И ведь точно не сестры.       Дистрикт Десять – манерная шатенка Лойс. Всю церемонию презрительно молчала. Китнисс подумала, что по такой, наверно, никто не будет плакать. Но ее стоит опасаться: в тихом омуте…       Малышка из Одиннадцатого, Рута, вызвала недоумение. Смуглая кудряшка. Молчаливая и тихая. Совсем еще девочка. И кто только придумал отправлять на Игры таких крох? Какая может быть свадьба в шестнадцать лет?!       Запись собственной церемонии вызвала у Китнисс неудовольствие: она показалась себе сутулой букой с нелепой прической. И на Прим не похоже ни капли. Увы, если это видят в других дистриктах, то её вряд ли кто-то воспримет всерьез, как сильного соперника.