Искупление

      При виде тюрьмы в лучах восходящего солнца ее сердце наполнилось радостью — осталось лишь добежать до ворот. Спустя мгновение кто-то сбил женщину с ног, повалил в кусты, заткнув потной ладонью рот. Она отчаянно отбивалась, пытаясь освободиться, крикнуть о помощи — но все было тщетно; при виде склонившегося над ней Губернатора у жертвы все похолодело и обмерло внутри — лучше бы она умерла. Грубые пальцы сомкнулись у нее на горле… тут Андреа проснулась, резко подскочив в кровати и судорожно глотая воздух. — Андреа, успокойся — ты среди друзей, в тюрьме. Помнишь меня? — Мишонн, отбросив книгу, мигом подлетела к постели, обняв подругу за плечи; та затравленно озиралась вокруг, с трудом различая грань между сном и реальностью. Поняв наконец, что бояться нечего, блондинка прильнула к своей сиделке: — Прости, что не доверяла тебе, Мишонн. Я скучала… — Рада, что ты в итоге выбрала верный путь, — Мишонн повернула голову вбок, безуспешно пытаясь скрыть радостные эмоции по случаю воссоединения. — Мне тоже тебя не хватало.       Простые и незамысловатые признания были произнесены с неподдельной искренностью (сказывались последние события), что окончательно растопило лед в их отношениях; обменявшись с Андреа улыбками, женщина ввела подругу в курс дел: — Ты проспала все утро; мужчины взбудоражены, не знают, чего ожидать. Уже час они спорят в столовой, пытаясь найти решение — и они хотят узнать от тебя подробности да и я тоже. У тебя хватит сил на это? — Зимой бывало и похуже — так что да, я готова.

***

      В просторном зале-столовой собрались все взрослые жители тюрьмы. Рик нетерпеливо шагал вдоль столов, храня угрюмое молчание; Хершел, сидевший в сторонке вместе с дочерьми и Гленном, настороженно следил за поведением лидера. Дэрил за другим столом в очередной раз протирал тряпицей болты для арбалета, отрешаясь от происходящего вокруг; его старший брат с довольной ухмылкой вырезал на столешнице ножом какую-то надпись (вероятно, матерного содержания). Кэрол качала на руках Джудит, умиляясь спящей малюткой. Лишь Карл отсутствовал — пока взрослые решали вопросы войны и мира, он дежурил на вышке, готовый предупредить остальных в случае приближения неприятеля. Когда в столовую зашли Андреа и Мишонн, собравшиеся заметно оживились, устремив на них взоры. Рик обратился к блондинке, поглядывая не слишком дружелюбно: — Что все это значит? Почему ты вернулась?       Андреа вздохнула: — Губернатор не тот, за кого себя выдавал во время переговоров; он собирался перебить всех при следующей встрече, якобы окончательной… кроме Мишонн, которая нужна ему живой. — Постой-ка, — Дэрил отложил в сторону арбалет, — Какая такая окончательная встреча? Я думал, у нас тут война объявлена! Так ведь, Рик? — арбалетчик повернулся к полицейскому. — А может, она лжет? — Мэгги с подозрением посмотрела на Андреа, а Гленн добавил: — В самом деле — с чего нам тебе верить? — ТИХО! — неожиданно гаркнул недовольный поведением молодежи Хершел — он-то знал подробности разговора между Риком и Филиппом. — Она все объяснит, я знаю, — продолжил старик спокойнее, одобрительно глядя в глаза Андреа — та с благодарным облегчением кивнула, радуясь, что не вся группа относится к ней с предубеждением. — Как… как ты узнала о грядущей встрече? — спросил наконец Рик, проигнорировав вопрос Дэрила. — Милтон показал мне камеру пыток, предназначавшуюся для Мишонн, и сообщил, чтобы я предупредила вас о ловушке, которую Губернатор решил устроить, когда вы придете на переговоры. Он узнал о моем намерении и устроил погоню. Возможно, сейчас ублюдок мертв — но не он один в Вудбери желает войны. — Проклятье! Черт, как я мог поверить в это?! — бормотал Рик, проклиная себя за наивность и беспечность: он и не предполагал, что Губернатор будет действовать подлыми методами. В зале понемногу поднимался ропот — общее мнение выразил язвительный Мерл: — Похоже, наш дружелюбный офицер кое-что забыл сообщить остальным. Что хоть выторговал — бесплатное участие в шоу «Арена Вудбери»? — Но зачем утаивать эту информацию от нас, Рик? — поднялся с места удивленный Гленн.       Граймс молча выслушивал упреки в свой адрес, собираясь с мыслями. Встретившись взглядом с Хершелом, он встретил в глазах старика поддержку — нужно было рассказать тяжелую правду. На миг зажмурившись, Рик глухо сообщил: — Во время прошлой встречи с Губернатором тот предложил мне сделку. Он сказал… он сказал, что оставит тюрьму в покое, если я отдам ему Мишонн, — женщина ошарашено уставилась на шерифа при упоминании своего имени. — Я согласился на это, чтобы сохранить жизни прочих. Я едва не совершил ужасную ошибку… мне стыдно перед вами… — Рик нервно сглотнул, глядя себе под ноги.       На некоторое время установилась полная тишина — никто и представить себе не мог, что их лидер выторговал мир ценою жизни отважной самурайки. Наконец, полицейский продолжил: — Помните, что я говорил в первую ночь после того, как мы оставили ферму? Я не имел права отдавать кого-либо ради в жертву ради всеобщего блага — потому что МЫ и есть общее благо. Что нам делать, как жить и умирать — решать отныне не мне, я не Губернатор. Стоит ли сражаться, или покинуть тюрьму — каждый должен решить для себя самостоятельно.

***

      Результаты голосования были неоспоримы: за исключением Кэрол и Хершела, все высказались за оборону нового дома. Андреа с горечью осознавала, что недавние предложения оказались иллюзиями — мир был невозможен. Но сейчас ей было чуть легче оттого, что она находится с теми, за кого готова отдать свою жизнь. — Андреа, ты сказала, что Губернатор «возможно» мертв. Почему ты так не уверена? — спросил у женщины Хершел. — Сейчас нам нужно беспокоиться не об этом, — отрезал Рик. — У нас в запасе, может быть, есть несколько дней — но рано или поздно нападение случится; и когда они придут сюда — мы должны быть ГОТОВЫ к встрече. — Можно вновь вычистить внешний двор и соорудить баррикаду на месте ворот, — предложила Мишонн. — Неплохо бы закрыть пролом в задней части тюрьмы, — отозвался Дэрил. — Защитные костюмы дадут нам преимущество в перестрелке, — заметила Мэгги. — Можно использовать ненужные машины и автобусы как дополнительное укрытие, расположившись за ними. — добавил Гленн. — Собрать побольше мертвецов у стен — это на какое-то время отвлечет солдат Губернатора — высказался Мерл.       Рик согласился с предложениями и повел за собой боеспособных мужчин во двор; там он указал им на кучу заготовленных заранее кольев и срубленных стволов. — Свяжем их в общее заграждение вроде рогатки, поставим на месте снесенных ворот — люди, конечно, легко смогут убрать ее с пути, но большую часть мертвецов задержит — объяснял Рик — Из остатков сделаем шипы, расставив их перед и за заграждением, чтобы затруднить дорогу технике. В дистанционном бою у нас больше шансов, чем в открытой схватке — в ходе прошлой атаки в Вудбери мы выяснили, что местные в целом отвратительно стреляют. Тюрьму можно удержать, если превратить ее в крепость — так что за работу!       Мерл и Гленн не стали спорить с очевидными доводами шерифа — засучив рукава, они начали связывать колья крест-накрест найденными проводами и веревками, а Рик с Дэрилом потащили тяжелое бревно, которое должно было стать опорой конструкции. Диксон старший и с одной рукой был весьма полезен — скрутив несколько крестовин, он оглядывался в поисках крепежа; увидев под ногами корейца кусок проволоки, он окликнул юношу: — Эй, парень, перебрось-ка этот моток!       Гленн посмотрел на Мерла исподлобья, подобрал проволоку и молча швырнул ее в лицо мужчины; Диксон в последний момент успел закрыться протезом — но провод все равно вскользь задел его, оцарапав щеку до крови. Мерл немедленно вскочил, оскалившись: — Какого хрена ты творишь, сопляк?       Гленн медленно поднялся, глядя Мерлу в глаза, и процедил сквозь зубы, положив пальцы на рукоять пистолета в кобуре: — Сам просил перебросить!       Рик с Дэрилом, прикручивавшие крестовины к бревну, переглянулись — полицейский хотел вмешаться, но арбалетчик бросил напарнику тихо «Нет, я сам…» — а потом бросился к задирам, вставая между ними: — Так, хватит — вы оба! Вудбери мало было? — зло отчеканил Дэрил, а потом повернулся к брату, ткнув пальцем тому в грудь, и прошипел: — Забыл, благодаря кому тебя приняли? Знай свое место, старый засранец! Мерл оценивающе посмотрел на брата, потом на Рика с Гленном — и фыркнул, отмахнувшись: — Тебя не спрашивали! — и нагнулся за проволокой; выждав на всякий случай еще несколько секунд, остальные тоже вернулись к делу.

***

      Пока мужчины работали во дворе, остальные проверяли оружие, готовясь к вылазке за ворота — Мэгги и Бет заряжали магазины, Мишонн точила катану; Кэрол, уложив малышку, подошла к Андреа, растерянно стоящей в одиночестве: — Нам бы пригодилась помощь в зачистке внешнего двора; думаю, тебе понадобится это — и передала блондинке небольшой пистолет. Андреа резко выдохнула, разглядывая оружие: — Моя первая пушка «Леди Смит», подарок отца… — Его носил Ти-Дог, а потом Аксель, но настоящий владелец — это ты. Обрети с ним свое прошлое, Андреа — искренне пожелала Кэрол. — Спасибо тебе… я пытаюсь… — блондинка любовно провела по выгравированным на металле буквам, а потом обняла давнюю подругу; на миг ей показалось, что вернулись старые добрые времена лагеря под Атлантой, когда они вместе стирали белье и готовили ужины. Впрочем, это ощущение длилось недолго — Мэгги, засунув в карман дополнительный магазин к автомату, холодно скомандовала: — Нам пора, выдвигаемся.       И вооруженные женщины отправились за ней к выходу; Хершел, оставшийся в одиночестве, смотрел им вслед, с сожалением покачивая головой. — Ну, начали! — скомандовал Рик, отмыкая замок на решетке ворот. Дэрил первым выскочил за ограду, пустив из арбалета стрелу в ближайшего ходячего; пока он перезаряжал оружие, Мерл прикрыл брата, ударив штыком мертвеца. Следом вышли остальные — Гленн, Мэгги, Кэрол, державшиеся поближе друг к другу; Мишонн невозмутимо двинулась в сторону ворот, размахивая мечом направо и налево, с охранной вышки открыл стрельбу Карл.       Андреа держалась позади, отдельно от остальных — никто не предложил ей составить компанию. Обойма пистолета опустела слишком быстро — а ведь Шейн предупреждал ее о недостатках «Смита и Вессона». Другого огнестрельного оружия у блондинки не было, а меж тем к ней приближалась парочка ходячих. Диксоны и Мишонн вырвались далеко вперед, приближаясь к воротам, а трое других выживших встали спиной к спине, отражая огнем натиск мертвецов; Андреа с надеждой обратила свой взор к ним — Мэгги случайно повернулась к ней, оценила опасную ситуацию и сделала вид, что ничего не заметила, пристрелив ходячего, подбиравшегося к Гленну.       От такого отношения к себе Андреа захотелось взвыть волком — но в ее ситуации это было непозволительно. Выхватив нож, она ударом под коленную чашечку сбила с ног ближайшую тварь, потом шагнула к следующей — увернувшись от цепких лап, женщина оказалась у мертвеца за спиной и вонзила острие под основание черепа. В следующий миг холодная рука сомкнулась у нее на лодыжке и дернула, опрокинув блондинку на спину — упавший ходячий быстро пришел в себя и тянулся к желанной добыче. Андреа отбрыкивалась от зомби, борясь за свою жизнь — но нож лежал вне досягаемости, а вокруг не валялось даже камешка, которым можно было бы огреть мертвеца по башке.       Раздался выстрел — и схвативший женщину ходячий обмяк, забрызгав ее бриджи бурой кровью из свежей дыры в черепе. Андреа подняла голову, ища глазами своего спасителя — но Рик Граймс уже убрал револьвер назад в кобуру и двинулся дальше к воротам. Пару секунд назад он ехал в кузове пикапа под управлением Бет вместе с рогаткой — но завидев опасность, спрыгнул на землю и пристрелил мертвяка. Впрочем, по мужчине было незаметно, что он испытывал какие-либо эмоции по поводу Андреа — лишь мимоходом убил еще одного мертвеца. Слова благодарности застряли у блондинки в горле: Рик был сам похож на робота… или на Губернатора — последняя мысль пугала ее больше всего.       Рядом с бывшими воротами машина остановилась — прикончив ходячих в непосредственной близости от себя, Диксоны забрались в кузов и сбросили заграждение вниз, Гленн и Мэгги подбежали следом, подхватили пластины с шипами и установили их снаружи. Когда они вернулись за стены, Рик вместе с Дэрилом приподняли свой конец бревна и загородили ходячим проход внутрь; после того как Мишонн, зарубив последних мертвецов в поле, вернулась к группе, полицейский объявил: — Хорошо, с этим покончено. Дэрил — соберите с братом все трупы и сожгите их. Потом отправишься в сторону Вудбери — но только один, нужно выяснить, что происходит в городе. Помни — лишь наблюдение издалека, никаких активных действий! — Понял, — кивнул Дэрил, поправляя лямку арбалета, а Мерл недовольно засопел, но спорить не стал. — Мэгги, Гленн и Бет — расставьте во дворе машины так, чтобы они прикрывали подходы к башням и выходы из тюремных блоков; подумайте о дополнительных укреплениях — я полагаюсь на твою находчивость, Гленн. — Сделаем все возможное, — заверил друга кореец, а девочки согласно закивали. — Кэрол, Мишонн — вы пойдете со мной: нужно очистить подземную часть тюрьмы и завалить дыру в задней части ограды! — Рик, а я? — спросила подошедшая к остальным Андреа. — Э… Можешь пока передохнуть — прохладно молвил шериф, отводя взгляд. — Так, займемся делом! — скомандовал он прочим, и люди стали расходиться.

***

      Братья Диксоны притащили поленья, сложив из них костер; потом забросили на дрова несколько тел, лежавших поблизости, и подожгли их, облив перед этим бензином; после этого они принялись методично расхаживать по зачищенному полю, оттаскивая мертвецов. Трупов вокруг валялось порядочно, и через полчаса оба Диксона покрылись потом. Взявшись за очередного мертвеца, Мерл заметил: — Черт, эти твари становятся все тяжелее. Знаю, что такого быть не может — но клянусь второй рукой, это так! Может, перекур устроим? «Голубки» уже закончили работу. — Не сейчас. Давай, на счет три — выдохнул прилично уставший Дэрил. — … Два! Три! Братья швырнули тело в жадное пламя — языки пламени лизнули прогнившую плоть ходячего, потом занялась его одежда и задымились жидкие волосы. — Ребята, постойте минутку! — к Диксонам, тяжело дыша, подбежал Гленн. — Что случилось, Гленн? — спросил Дэрил, утирая пот со лба. — Не жгите женщин… пожалуйста — мне нужно осмотреть их — попросил кореец. — Окей — протянул смутившийся арбалетчик. — Не буду даже задавать вопросов — заметил его брат, ухмыльнувшись. — Ну, тогда пошли дальше работать, — одернул однорукого Дэрил, отправляясь за оставшимися телами, пока Гленн в перчатках осматривал принесенные для сожжения трупы. Спустя пару минут кореец победно вскинул руку — в зажатом кулаке он держал кольцо с бриллиантом. Он решился сделать Мэгги предложение.

* * *

      Андреа в расстроенных чувствах вошла в тюремный блок — ее так и не признали своей; большинству было вообще плевать, умрет она или останется жить. Все ее благородные стремления разбивались о стену непонимания и холодности — а может, в этом была и ее вина? Говоря по чести, она была не самым лучшим членом группы: относилась свысока к Лори, терзала сердце бедного Дейла, подвергала сомнению лидерство Рика, оставила Мишонн, подстрелила измученного Дэрила, когда тот возвращался с поисков Софии.       В общем, была эгоистичной самовлюбленной сукой — и чего добилась в результате? Некому было раскрыть душу, чтобы облегчить душевные раны и найти силы двигаться дальше. Едва передвигая ноги, Андреа добралась до первой попавшейся камеры и рухнула на постель, уткнувшись в подушку — слезы катились по ее щекам. Каждая минута здесь приносит ей нестерпимую боль, а в Вудбери путь заказан; остается одно — уйти, странствовать в одиночестве, сторонясь одиночек и обходя за версту лагеря выживших… Она боялась довериться кому-то вновь — незнакомец мог оказаться очередным Губернатором.       Блондинка, погруженная в свои мысли, не сразу услышала чьи-то шаги в коридоре; кто-то постоял у ее камеры, а потом зашел внутрь и сел на табурет у кровати. Андреа, стесняясь своих слез, замерла, притворяясь спящей — но спустя минуту мягкая ладонь коснулась ее плеча: — Андреа, не стесняйся, поплачь, доченька — если тебе станет легче — мягко сообщил женщине Хершел; манеры поведения, голос и тон сказанного почему-то напомнили ей Дейла, отчего сердце сжалось еще сильней. Закусив до боли губу, Андреа преодолела свое отчаяние и приподнялась с подушек. Взглянув в мудрые глаза старика, срывающимся голосом она ответила: — Я больше не могу так жить… совершенно запуталась в этой жизни. Что мне делать, Хершел? Мужчина смотрел на нее сочувствующе: — Еще не поздно все исправить — ты молода и полна сил. Но сначала загляни в свое сердце и спроси у себя: чего ты желаешь больше всего в этом мире? Нельзя жить без надежды — иначе твое дальнейшее существование не будет стоить и ломаного цента. Андреа на миг замерла, что-то обдумывая — а потом упала на колени перед Хершелом, поцеловала его ладонь: — Прощения! За то дурное, что принесла группе своими поступками. Я готова пойти на все, чтобы вернуть доверие этих людей! Старик молча внимал словам женщины, а потом проговорил негромко, но твердо: — Я чувствую, что ты говоришь эти слова искренне — так освободи свою душу от тяжкого груза. Садись рядом, дочь моя — и повторяй вместе со мной слова молитвы: «Господи, мы согрешили, но Ты не помяни греха и исцели нас благодатью Своей. Дай нам, грешным, обрести Твоё прощение и примирение с общиной Церкви. Соделай, дабы мы в искреннем покаянии обновили завет с Тобою и исправили наши вины пред Твоей благостью и премудростью. Очисти нас и обнови, дабы мы могли лучше свидетельствовать о Тебе; помилуй тех, кого мы ввели в соблазн. Господи, мы согрешили, но мы веруем в Твоё милосердие и уповаем на него; обрати нас, да свернём с ложных путей. Прими наше раскаяние, ибо уповающий на Тебя не постыдится. Мы согрешили, не исполняя заповеди Твои, и отступили от Тебя. Возврати нам радость, о Господи, оправдай нас и даруй нам мир. Аминь».       Андреа вторила каждому слову Хершела — в эти мгновения он казался ей великим человеком, в ясных глазах которого светилась вселенская мудрость; постепенно горе отступало, а сердце наполнялось возвышенными чувствами — теперь она знала, что сумеет справиться с прошлым. Ее дом — здесь.

* * *

      Солнце начинало спускаться к закату, а у забора тюрьмы по-прежнему чадил костер. Мерл Диксон, забрасывая тщедушный труп в огонь, пожаловался брату: — Слушай, я уже подыхаю от этой гребаной работенки! Уж лучше бы мы оставили все как есть, а так только задачу Губернатору упростили. — Ты же сам знаешь, что это надо было сделать. Да и потом, этот, кажется, последний — отдуваясь, сообщил Дэрил, скидывая на костер «своего» мертвеца. — Рик все правильно решил — бой должен состояться на наших условиях. — Хах, братишка, — Мерл усмехнулся, глядя на огонь, — ты все с шерифом соглашаешься! Пошарь у себя в штанах — у тебя яйца-то на месте? А если да — тебе ли они принадлежат? Помню, раньше ты считал подобных ему людей слабаками, овцами. Что случилось с тобой? — Что случилось с тобой и Гленном с Мэгги в Вудбери? — нахмурился Дэрил. — Я делал кое-что похуже! — хрипло ответил старший брат, оскалив зубы. — Тебе нужно подрасти — все теперь изменилось! Эти люди смотрят на меня словно я дьявол в человеческом облике — объявился и похитил двух любящих пташек! Видал как все обернулось? Давай, присоединяйся — такие, как я, всегда при деле! Да ты и сам, поди, этого хочешь — только кишка тонка?       Дэрил с горечью посмотрел на Мерла, которого он сейчас любил и ненавидел всем сердцем, а потом положил тому руку на плечо и молвил глухо: — Я просто хочу вернуть своего брата.       Мерл изменился в лице. Отстранившись, он растерянно пробормотал: — Проваливай отсюда, мужик! — и зашарил по карманам, забыв, что все сигареты остались в Вудбери; Дэрил немного помолчал, а затем перебросил поудобней арбалет, прощаясь: — Мне пора отправляться. Может, уже и не свидимся — так что держись тут, старик — и отправился к мотоциклу, оставив брата у костра.       Во внутреннем дворике Диксон-младший встретился с Гленном, вешающим обратно сорванную дверную решетку в блок «Д»; положив арбалет на стол, мужчина помог поставить створку на место — закрепив ее цепью, он спросил, с трудом подбирая слова: — Это… Мерл не подходил к тебе с извинениями насчет вашего прошлого? Потому что ему правда жаль, что так все случилось. Он исправится — или я его заставлю. Должен же быть выход — нужно лишь проявить немного милосердия.       Гленн с каменным выражением на лице собрал инструменты в ящик, поднял его и положил на стол. Собравшись с духом, кореец ответил: — Он привязал меня к стулу, пытал и оставил меня в комнате с ходячим. Возможно, я смог бы его простить. Но он… он захватил Мэгги и притащил к человеку, который мучил ее и унижал. Ее жизнь дороже мне моей собственной — понимаешь?       Дэрил нахмурился — здесь он был бессилен что-либо изменить. Забрав со стола арбалет и бинокль, сунув за пояс заряженный «кольт», он направился к мотоциклу. Заведя его со второй попытки, он поехал в сторону Вудбери, к своей славе — или возможной смерти.

* * *

      Гленн обнаружил Хершела в столовой, вместе со своими дочерьми читавшего Библию; увидев его, старик на миг прервался: — Гленн, мальчик мой — садись с нами, послушай одну притчу…       В другой ситуации кореец бы отказался, сославшись на занятость — но без решения отца он не смел спрашивать Мэгги насчет их отношений, поэтому присел за стол, взяв за руки Мэгги и Бет. Тем временем Хершел вновь углубился в Писание: «Иисус же сказал им вторично: мир вам! Как послал Меня Отец, так и Я посылаю вас. Сказав это, дунул, и говорит им: примите Духа Святого. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся. Тогда Петр приступил к Нему и сказал: Господи! сколько раз прощать брату моему, согрешающему против меня? до семи ли раз? Иисус говорит ему: не говорю тебе: до семи раз, но до семижды семидесяти раз. Посему Царство Небесное подобно царю, который захотел сосчитаться с рабами своими; когда начал он считаться, приведен был к нему некто, который должен был ему десять тысяч талантов; а как он не имел, чем заплатить, то государь его приказал продать его, и жену его, и детей, и всё, что он имел, и заплатить; тогда раб тот пал, и, кланяясь ему, говорил: государь! потерпи на мне, и всё тебе заплачу. Государь, умилосердившись над рабом тем, отпустил его и долг простил ему. Раб же тот, выйдя, нашел одного из товарищей своих, который должен был ему сто динариев, и, схватив его, душил, говоря: отдай мне, что должен. Тогда товарищ его пал к ногам его, умолял его и говорил: потерпи на мне, и всё отдам тебе. Но тот не захотел, а пошел и посадил его в темницу, пока не отдаст долга. Товарищи его, видев происшедшее, очень огорчились и, придя, рассказали государю своему всё бывшее. Тогда государь его призывает его и говорит: злой раб! весь долг тот я простил тебе, потому что ты упросил меня; не надлежало ли и тебе помиловать товарища твоего, как и я помиловал тебя? И, разгневавшись, государь его отдал его истязателям, пока не отдаст ему всего долга. Так и Отец Мой Небесный поступит с вами, если не простит каждый из вас от сердца своего брату своему согрешений его».       Три юных сердца внимали гласу Хершела и со стыдом осознавали, что они вели себя неправильно, сделав изгоями тех, кто живет с ними под одной крышей. У каждого из троицы были причины не любить Мерла и Андреа — но это не давало им права относиться к обоим с презрением. Нужно уметь прощать — и не важно, насколько тяжела была вина проступка, если совершивший его раскаялся в содеянном. Гленн догадался, что Хершел не зря попросил его присоединиться — последние дни эта ярость из-за событий в Вудбери сводила парня с ума, мешала жить. Сейчас он чувствовал себя последним дураком и стыдился прошлого. По взгляду Мэгги кореец понял, что та думала примерно о том же. «Значит, так и быть…» — решил юноша и с удивлением осознал, будто камень с души свалился — и расплылся в умиротворенной улыбке под благосклонным взором старика. Лучшей возможности для задуманного им дела нельзя было представить… — Сэр, я хочу кое-что попросить у вас — начал он, когда глава семейства отложил Библию. — В эти сложные времена я хочу попросить руки вашей дочери, — твердо вымолвил кореец, положив правую руку на запястье Мэгги, а левой доставая из кармана кольцо.       Хершел с тихой улыбкой посмотрел на возмужавшего за год юношу, на растроганную и счастливую Мэгги, на удивленную Бет — и проговорил: — Ты получил мое благословение.       Гленн обратился к любимой, страшно волнуясь — но Мэгги, едва удерживая радостные слезы, ответила на немой вопрос одним коротким словом: — Да — и прильнула к парню.       Бет прижалась к обоим влюбленным: — Мы с папой рады за вас — а потом неожиданно добавила весело, — А что же насчет свадьбы? Вы же не можете обойтись без церемонии, верно? Папа будет священником, а я… Можно я буду твоей подружкой, сестричка?       Мэгги переглянулась с Гленном, встретив в глазах того одобрение, и кивнула: — Так и сделаем.

* * *

      Андреа сидела за столом в камере и чистила свой пистолет, вспоминая события последних дней. Возможно, скоро они все погибнут, если Вудбери нанесет удар — но женщина не боялась такого исхода: уж лучше погибнуть, сражаясь за своих друзей, чем медленно умирать в одиночестве.       Дверь тихо скрипнула — в комнатку зашла Бет; немного помявшись, девочка осторожно спросила: — Ты в порядке? Я просто хотела проведать тебя — мы ведь целый год не разговаривали.       Андреа повернула голову, откладывая оружие, и ответила, стараясь выглядеть непринужденно: — Конечно, Бет. Я просто думала обо всем, что произошло с нами. — Прости нас, Андреа — прямо высказалась девушка. — Меня, мою сестру, Гленна — мы были, как все остальные — злились на тебя из-за того, что ты связалась с Губернатором. Но все мы когда-то делали то, о чем потом жалели. Никто не идеален. Мы все еще твои друзья. Знаешь, Гленн и Мегги решили пожениться — ты пойдешь на церемонию? Конечно, я даже не представляю, как тебе сейчас трудно; но зато помню, что ты мне сказала на ферме, вернув к жизни: «Боль не уйдет — просто нужно освободить для нее место…» — Спасибо тебе, Бет — улыбнулась женщина, увидев надежду на начало новой жизни. — Но разве меня приглашали? — Меня тоже никто не приглашал — но я там буду. Думаю, они решили, что все и так придут. Так что, ты пойдешь? — Я даже и не знаю. А когда?

***

      Вечером в большом зале собрались все жители тюрьмы — за столиками расселись Рик с Карлом, Кэрол и Бет, Андреа и Мишонн; даже Мерл, долго отказывавшийся смотреть на «сопли», тихо устроился в уголке (Кэрол пришлось пообещать, что всем желающим нальет виски «за здоровье молодых»). Хершел, бывший священником, выглядел моложе на добрый десяток, но всех прекрасней была любящая пара — в потрепанной одежде, но счастливые как никогда. В руках у Мэгги был букет из поздних цветов — Мишонн пришлось пробираться с Бет в лес, оберегая непоседливую Грин от мертвецов. — Если говорю я на языке человеческом и ангельском, но нет во мне любви, то я всего лишь эхо или звон пустой, — звенел голос Хершела. — Если есть у меня дар предсказания и могу познать все тайны, если у меня есть вера, способная сдвинуть горы, но нет любви — я ничто. Любовь добра. Ей не завидуют, ей не гордятся. Любовь неприятна злу, но радует истину. Она всегда защищает, она правдива, она упорна. Эти двое готовы принести свои клятвы. — Мэгги, любовь моя, я клянусь беречь и защищать тебя, клянусь любить тебя и сделать все, что в моих силах, чтобы это продолжалось как можно дольше, — сбиваясь от волнения, сказал Гленн. — Сегодня, в день торжества любви, я клянусь разделить свою жизнь с тобою. В горе или в радости — я хочу, чтобы мы провели ее вместе — ответила светящаяся Мэгги. — Мэгги, берешь ли ты этого мужчину в свои законные мужья дабы чтить его и заботиться о нем, пока смерть не разлучит вас? — Да. — Гленн, берешь ли ты эту женщину в свои законные жены дабы чтить ее и заботиться о ней, пока смерть не разлучит вас? — Да. — Тогда властью, которой наделили меня необычные обстоятельства нашей жизни и Господь Бог — я объявляю вас мужем и женой. Можешь поцеловать невесту — Хершел закрыл Библию.       Гленн и Мэгги слились в нежном поцелуе под улыбки и овации собравшихся — в этот момент все чувствовали себя одной большой семьей.

***

      После окончания церемонии выжившие разбрелись кто куда — Андреа, желая доказать серьезность своих намерений, вызвалась идти в дозор на сторожевую вышку. Поднявшись наверх, женщина окинула взглядом окрестности — как же здесь было красиво! Под козырьком обнаружился небольшой склад оружия и боеприпасов; проверив остроту имевшегося там ножа (и порезав палец в процессе), блондинка взялась за основное оружие — снайперскую винтовку «Remington 700 VLS». Не самое удобное оружие в случае серьезной драки — в магазине помещается только четыре патрона, но ее почему-то притягивала именно эта винтовка.       Тут женщину осенила догадка: все потому, что ее постоянно таскал Дейл — это единственное напоминание о нем, оставшееся группе. Андреа, вздохнув, с нежностью провела по деревянному ложу — казалось, оно еще помнит узловатые руки старика. Что ж, теперь у ружья новая хозяйка — самое время доказать, что она не посрамит своих умерших наставников, тем более что другой возможности попрактиковаться у нее может и не быть.       Встав спиной к заходящему солнцу, Андреа высмотрела в оптический прицел ходячего за заборами, метрах в ста от нее. Тщательно прицелившись, она прижала приклад поплотнее к плечу, задержала дыхание и плавно нажала на спусковой курок. «Пуф!» — мертвец рухнул в пожухлую траву, но спустя несколько секунд зашевелился, вновь поднимаясь: пуля попала ему в шею, не задев мозг. — Черт, промахнулась! — в сердцах воскликнула Андреа, щелчком затвора извлекая гильзу из патронника; прицелившись хорошенько и учтя в этот раз слабый ветерок, она выстрелила вновь — и ходячий упал, на этот раз навсегда. Что ж, для первого раза неплохо — но патронов здесь достаточно, можно хоть всю ночь отстреливать мертвецов. Этим Андреа и собиралась заняться. — Нашла себе новое хобби? — с улыбкой заметила Мишонн, поднявшись на сторожевую башню к подруге — в окрестностях валялось около двух десятков мертвецов, убитых прицельными выстрелами в голову, и на шум продолжали подходить новые потенциальные жертвы. — Держи, я принесла поесть. Может, тебя сменить? — Спасибо за заботу, Мишонн — но думаю, что я справлюсь — заметила Андреа, в задумчивости поглаживая приклад винтовки. — И потом, что ты будешь делать здесь со своим мечом? Если повезет, лишь одного мертвеца броском убьешь — добавила она с веселыми искорками в глазах. — Посмотрим, как ты запоешь завтра, когда я оставлю тебя без боеприпасов! — усмехнулась самурайка, радуясь возвращению прежней Андреа, с которой она путешествовала рука об руку полгода. — И все же, если устанешь — я готова тебя сменить…

***

      Мерл Диксон сидел у костра из сжигаемых мертвецов, прислонившись к колесу стоявшей рядом тачки, время от времени прикладываясь к бутылке виски. Из машины пели Motorhead, сзывая басами всех ходячих в округе. Когда Мишонн вынырнула из сгущающихся сумерек к огню, подвыпивший Диксон осклабился: — А, это ты… Что, не спится? Так мы можем погреть друг друга! — Еще чего захотел! — фыркнула надменно Мишонн. — Так вот ты чем теперь занимаешься — выносишь мусор? — она указала на тлеющие угли костра. — Не спеши с выводами, дорогуша — расслабленно ответил Мерл. — Рик, Губернатор… все, кому нужно вычистить ночной горшок, зовут тебя — а ты тут как тут — насмешливо заметила женщина. — С твоим братом все иначе. — Да, так и есть, — с легкой улыбкой на губах подметил однорукий. — Рик скажет ему «прыгай», а тот лишь спросит, как высоко! — Нет. Рик нуждается в нем, уважает его характер. Думаешь, почему он поставил вас на самой тяжелой работе? — Потому что кто-то должен копаться в дерьме, так? — Хах, продолжай думать в том же духе, олух, — рассмеялась Мишонн. — Правда в том, что это твой шанс начать все с чистого листа: с твоими навыками у тебя впереди новое начало. Но ты выбираешь путь изгоя, оставаясь здесь и напиваясь в хлам. Никто не станет оплакивать тебя в случае смерти, даже Дэрил — теперь у него новая семья, — закончила женщина с заметной грустью. Диксон отставил бутылку, больше не ухмыляясь. — Будешь дальше лезть мне под кожу — язык отрежу! — на полном серьезе пригрозил он самурайке. — Твой дружок Рик собирался сдать тебя Губернатору, потому что он спасал свою собственную задницу. Благодари судьбу, что блонди вовремя притащилась в тюрьму! Ты такой же изгой как и я, девочка, — спокойно подвел итог Мерл. — Возможно. Но я хотя бы что-то делаю, чтобы исправить положение, — вздохнула Мишонн, соглашаясь с Диксоном. — Давай же, мы можем вернуться к ним — оба — она указала на тюремный блок. — Нет. Не могу я вернуться туда, разве не понимаешь? — Мерл обиженно поджал губы. — Иди, обними перед сном Рика, пожелай горячей ночки пташкам и обнадежь Кэрол насчет моего братца, а я останусь тут. — Может, когда-нибудь ты изменишься в лучшую сторону, Диксон — если не убьешь себя раньше… — покачала головой Мишонн, отправляясь спать.

* * *

      Огни в тюрьме погасли, округу освещала только полная луна — Андреа продолжала нести свою вахту на вышке, ежась от холода. Внизу по лестнице послышались шаги — женщина встрепенулась, хватаясь за оружие — но облегченно выдохнула, увидев высунувшуюся из люка башку Диксона: — Тебе чего не спится? — Скучно внизу — вот, решил заглянуть. Согреться не хочешь? — предложил с ухмылкой Мерл, показывая блондинке бутыль. — Хм, давай… — согласилась Андреа, принимая виски — выпивка помогла бы снять лишний стресс. — Слушай, а разве бутылку не полагалось разделить на всех? — Шерифу по должности не положено, пташкам сегодня явно не до бухла, а Дэрил отчалил геройствовать. Выходит, сегодня мой день! — заметил Диксон, получив виски назад. — Да, поздравляю — буркнула блондинка, наблюдая за окрестностями. Мерл, однако, входил во вкус общения. — Ну и как тебе в моей шкуре — хорошо чувствовать себя изгоем? С каждым днем их тут все больше, как погляжу. — Лучше так, чем страдать, понимая, что предаешь своих товарищей. Если я не могу спасти всех — то тогда постараюсь выручить самых близких мне людей. А вот на что ты надеешься — это совсем другой вопрос. — Я хочу находиться с братом;.Дэрил хочет быть в тюрьме, — признался Мерл, сделав еще один глоток. — Вся эта война… может, тюрьма устоит; может, если я помогу ее защитить, мне простят старые дела. — Слишком много «может» — высказалась блондинка, с пониманием разглядывая Диксона. — Сойдет для начала — кивнул Мерл. — У тебя, похоже, и такого плана нет. Пытаешься отстреливать ходячих? Пустая трата патронов. Готовишься к войне с Вудбери? — Да, если они придут. — А убивать людей приходилось? — Нет… — честно призналась Андреа. — А я убил шестнадцать человек, с тех пор как все началось. И скажу тебе — это чертовски непросто. У тебя не хватит духу выстрелить в человека, я знаю. — С чего ты взял, что не смогу? Хотя… среди моих противников будут те, кого я хорошо знала в городе… пожалуй, ты прав. — Тогда ты труп, блонди, — холодно отчеканил Мерл. — Люди должны выполнять свою работу — или они умирают. Скажу тебе вот что: среди убитых мною были и вудберийцы — один парнишка спас мою задницу, когда я охотился за твоей темнокожей подругой — но через несколько минут сказал мне пару слов поперек, и я вышиб ему мозги. БЕЗ СОЖАЛЕНИЯ. Поэтому запомни, дорогуша — никогда не сомневайся. Когда они придут — забудь обо всем, что у тебя с ними было; они для тебя просто мишени — стреляй без промаха; убей, чтобы не быть убитой. Только так можно выжить в этом мире!       Андреа выронила из рук винтовку, поняв, насколько все далеко зашло. «Ты должна быть сильной — ради них», — сказала она сама себе, но будущее выглядело таким пугающим. Она выхватила бутылку из руки удивленного Мерла и сделала пару больших глотков, поперхнувшись с непривычки. Жизнь открывалась перед ней с новой, гораздо более жестокой стороны.

***

      Пока Мерл с Андреа на вышке делились переживаниями, в блоке «С» понемногу замирала жизнь — Рик заботливо поправил одеяло засыпавшего Карла, перед тем как улечься самому, Кэрол дремала урывками, качая колыбель с Джудит (и волнуясь из-за Дэрила). Гленн и Мегги мирно спали в одной постели, уже как муж и жена. Мишонн бодрствовала лежа, держа меч в ножнах под рукой; Хершел беззвучно читал молитвы под мерное сопение Бет на верхней койке. Мирная жизнь обитателей могла оборваться в любой из ближайших дней…