Искупление

      Гленн восседал на куче рюкзаков и мешков, разглядывая из кузова многотонного армейского грузовика близлежащие окрестности, и одновременно болтал с сидевшей рядом Розитой. — И давно ты познакомилась с Абрахамом? — Уже скоро полгода, как мы путешествуем вместе, — кивнула девушка. — Я вляпалась в серьезную передрягу в каком-то городишке в Техасе — и тут появился он, разогнал мертвецов и предложил ехать с ним и Юджином. — А они что-нибудь рассказывали о своем прошлом? — поинтересовался Гленн. — Я много раз пыталась выведать это у Юджина, но у него был всегда лишь один ответ, «ЭТО СЕКРЕТНО», — засмеялась мексиканка, подражая пафосному тону ученого. — Что касается Абрахама… он рассвирепел и предупредил, чтобы впредь не лезла в его прошлую жизнь — и я больше не спрашивала. Юджин после намекнул, что это очень темная история, но подробности рассказывать отказался. — А ты сама чем занималась? — перевел тему кореец. — Тренер в фитнес-зале. Все хотела на приличный колледж скопить, а потом наступил конец света… — ответила девушка. — Хах… — покачал головой парень. — Похожая история, но меня поперли уже со второго года обучения — деньги закончились, а потом еще в полицию потащили, долгие разбирательства с родителями… Временами я даже рад, что мертвые восстали из могил. — Этим-то и занят Юджин; надеюсь, в Вашингтоне все прояснится… — вздохнула Розита. — Слушай, мне интересно, — Гленн стал серьезней, — Абрахам — он точно не опасен? Не слишком-то дружелюбен солдат, знаешь ли… — Я тоже так думала, когда впервые его встретила… — сокрушенно кивнула девушка. — Но потом… потом я поняла, что за внешней грубостью скрывается доброе сердце. Да, он бывает жесток, горяч, несдержан на язык — а затем вновь становится собой, просит прощения за грубость и старается загладить вину… — Розита мечтательно улыбнулась. — Знаешь, за это я его и полюбила… Душа Абрахама надломлена, но со мной он становится мягче; я для него что-то вроде тихой гавани, понимаешь? — Воу! — выдохнул Гленн. — Наверное, непросто тебе с ним… — Ну, пока что справляюсь… — улыбнулась девушка, гордо тряхнув головой — и вдруг, охнув, повалилась на мешки, потому что грузовик резко затормозил.       Гленн глянул вперед — дорогу перекрыл небольшой затор из трех разбитых машин, вокруг которых бродили несколько мертвецов. Парень не успел опомниться, а со ступенек кабины уже соскочил вниз громила Абрахам — вооруженный одним лишь ножом, он играючи разобрался с тремя ходячими по пути. Гленн потянулся было к автомату, чтобы прикрыть усатого — но Розита предостерегающе ухватилась за его плечо. — Нет. Даже не вздумай стрелять! — сурово предупредила она его и, подхватив мачете, кинулась на подмогу мужику. Положив вдвоем еще четырех тварей, они занялись растаскиванием машин — на помощь пришлось призвать даже толстяка Юджина; кореец, все еще выздоравливающий от травм, был вынужден наблюдать за слаженной работой экипажа издалека. — Фух… Спасибо, что разобрались с мертвецами — а то я уже не знал, как быть дальше! — из кустов у дороги выбрался молодой улыбающийся мужчина с поднятыми вверх руками; приблизившись к изумленным товарищам, он остановился. — Трэвис, обычный путник — и не собираюсь причинять вам зла. — Насрать, руки не опускай! — Абрахам наставил на незнакомца пушку и тщательно обыскал. — Какого дьявола тебе надо? — Сейчас вместе проще путешествовать, правда? Впрочем, вы это и без меня знаете; в благодарность за свое избавление я хочу помочь вам… — вызвался незнакомец. — Судя по вашему виду и тощему рюкзаку, это будет непросто… — нудно прокомментировал из-за спины Абрахама Юджин, но Розита была настроена более радушно: — Конечно, мы с радостью примем любую поддержку. — Говори тогда, парень — нам пора двигаться дальше, — буркнул Абрахам. — Я тут наткнулся на одну карту — она ведет в место под названием Терминус. Это убежище для всех; думаю, мы могли бы помочь друг другу, если бы сообща отправились туда — как считаете?

* * *

      Андреа проснулась в серой тьме от того, что ей кто-то зажал ладонью рот. — Андреа, тише, это Мэгги… — услышала она еле слышный шепот девушки; перестав вырываться, блондинка чуть привстала: — Что? — Тише, тебе говорят! — так же приглушенно проскрипел голос Диксона.       Перед Андреа присела Мэгги и, приставив ко рту указательный палец, предложила прислушаться. Мимо них, издавая стоны и шаркая ногами, брели ходячие; вернее, так — в нескольких метрах от них брели СОТНИ мертвых. Незамеченными троица осталась лишь благодаря спустившемуся перед рассветом туману, но он же не давал героям и шагу ступить в сторону, не наткнувшись случайно на мертвецов. Сейчас маленький лагерь представлял собой крохотный островок в море ходячих, грозившем захлестнуть его в любой момент.       Андреа, дрожа от холода и подступившей опасности, встала спиной к спине к Мерлу и Мэгги, сжимая в руках отвертку. И дураку было ясно, что первый же выстрел будет равнозначен их гибели; впрочем, любая схватка грозила обернуться бедой, если мертвецы заподозрят хоть что-то своим тупым, но эффективным «коллективным» разумом. Так они простояли в тумане около получаса (точно поручиться за это никто не мог) — а рассвет все никак не желал наступать, равно как не иссякал и поток мертвых. Нервное напряжение сказывалось на выживших — Андреа чувствовала, как начинают дрожать коленки; рядом Мэгги пыталась сдержать мелкий стук зубов; даже Мерл покрылся испариной в эту прохладную пору.       Ходячий шагнул в центр их лагеря, издал надрывный хрип — и тут же свалился, хладнокровно пораженный штыком Диксона. Из тумана выступил еще один мертвец — Мэгги раскроила тому череп монтировкой; следующего прикончила Андреа, вонзив тонкую отвертку тому в глаз. На шум густо пошли новые мертвецы — троица поразила еще нескольких, но те продолжали прибывать. И вот первый луч солнца прорезал тьму… — Бежим! — рявкнул Мерл, кинувшись в сторону; Андреа и Мэгги последовали его примеру, спотыкаясь об кочки и отталкивая встречавшихся по пути ходячих — все стадо кинулось за ними в погоню. Оглянувшись назад, блондинка потеряла равновесие и упала в покрытую росой траву; спустя миг она вновь была на ногах, но попутчиков уже не увидела. Кричать, привлекая к себе мертвых, было бессмысленно, и женщина помчалась вперед, искренне надеясь, что с Мэгги и Мерлом все в порядке. Сейчас ей предстояло бороться за свою собственную жизнь…

* * *

      Команда Абрахама вечером разбила лагерь посреди заброшенного поля; наверное, раньше местный фермер выращивал тут кукурузу или пшеницу, но сейчас там поднимались лишь невысокие сорняки. Розита у костра возилась с нехитрым ужином, Форд латал очередную мелкую неполадку в моторе грузовика, время от времени поглядывая по сторонам, Юджин, пользуясь последними лучами солнца, с интересом читал какую-то книжку, а Гленн расспрашивал незнакомца о неизвестном убежище. — Я сам немного знаю… — оправдывался Трэвис. — Похоже, что оно расположено на пересечении нескольких железнодорожных линий; у живущих там много припасов, и они охотно принимают новичков. Иначе, к чему эти знаки? — То есть, ты уже видал эти указатели прежде? — с загоревшимся взглядом спросил кореец. — Ну да… уже три или четыре за последние недели, — кивнул его собеседник. — Может, Мэгги тоже видела их… — еле слышно прошептал парень, осознавая свою возможность. — Что? — переспросил Трэвис. — Не, я так, о своем… — улыбнулся Гленн. — Ужин готов, ребята! — позвала всех к котелку Розита, прервав их беседу.       Еще пару часов все они сидели у затухающего костра, тихо ведя разговоры. Затем путники повалились спать в грузовик, оставив девушку на страже. Ночь была вполне себе спокойной, пока… — Гленн, вставай! — разбудил юношу в темноте Юджин. Протерев глаза, тот увидел ругающихся Абрахама и Розиту: — Где он? Ты должна была заметить! — бушевал громила. — Я не знаю! Может, он просто в кустики отошел… — оправдывалась девушка. — Что стряслось? — все еще плохо соображая, спросил Гленн. — Трэвис ушел… — монотонно ответил толстяк. — И украл часть наших запасов.       Тут пришла очередь Гленна удивиться — незнакомец выглядел порядочным человеком прошлым вечером. — Но почему? Получается, он врал про Терминус — ведь туда он направлялся, разве нет? — Нет, не думаю, что это была ложь, — ответил ученый. — Но у него наверняка были свои мотивы, чтобы оставить нас. Может, ему не понравился Абрахам; может, он боялся нас; а может, он профессиональный вор — еда и патроны сейчас дороже золота. — Черт… — выдохнул Гленн. — И что теперь? — Я иду за этим куском дерьма — парень не мог уйти далеко. — ответил на сомнения корейца угрюмый Абрахам. — Мы проезжали незадолго до остановки железнодорожный переезд — вполне возможно, он сейчас бежит туда. — Ты пойдешь ОДИН? — кореец выпучил глаза. — Думаешь, справишься с ним и ходячими по пути? — А что еще делать — позволить ублюдку уйти безнаказанным?! — сурово отозвался Абрахам, кладя в карман штанов дополнительный магазин к автомату. — Да пусть уходит, чтоб ему подавиться теми консервами! — настаивал парень, но громила отрезал: — Нет. Ждите меня тут, я скоро! — и, подхватив «Калашников», скрылся во мраке ночи.

* * *

      Запыхавшаяся Андреа чуть не врезалась в стену внезапно выросшего перед ней дома. Ощущая дыхание мертвых за спиной, она нащупала оконную раму — но лишь сломала пару ногтей в бесплодной попытке поднять створку и пролезть внутрь. Отчаявшись, блондинка разглядела на уровне грунта окошко в подвал — оно было лишь едва прикрыто. Рискуя всем, женщина проскользнула в лазейку — и грохнулась на холодный пол, пролетев около двух метров. Постанывая от боли, она с трудом поднялась, оценивая обстановку: кругом в пыли валялся домашний хлам, но признаков живых либо мертвых не было. Сжав в руке пистолет, Андреа осторожно двинулась вперед — нужно было разобраться, куда она вообще попала.       Дом оказался прекрасным аристократическим особняком, построенным в позапрошлом веке — с большими окнами, высокими потолками, обилием мебели — и был полностью заброшен. Убедившись в том, что поблизости не было мертвецов, женщина устало присела на роскошный стул. Ее товарищи были потеряны, она сама оказалась в какой-то глуши, с одним пистолетом и кучей ходячих снаружи — сердце блондинки болезненно сжалось… Тут она услышала чей-то отдаленный плач. — Кто-то живой… — пробормотала она, осторожно продвигаясь к источнику шума; звуки вели ее вверх на второй этаж — лестница скрипела, хотя Андреа старалась двигаться как можно тише. За окнами понемногу светлело — туман начинал расходиться, внушая надежду на лучшее. — А ну стой… — из темноты к ее виску приставили пистолет. — Брось пушку и повернись…       Андреа ничего не оставалось, как подчиниться… и встретиться взглядом с потрясенной Мэгги! — Фух, Андреа! Я чуть не убила тебя! — девушка опустила оружие, бросаясь обниматься. — Ничего, я в порядке… Как ты сюда попала? — спросила блондинка, слегка отойдя от шока. — Просто бежала… выбила плечом заднюю дверь, услышала чей-то плач — и вот я тут… — призналась Грин. — А Мерл? — как-то само сорвалось у женщины; Мэгги, не обратив на внимания на тон фразы, виновато покачала головой: — Не знаю. Ничего не видно было в этом тумане. Слышала, как он матерился, отбиваясь — но меня саму окружили, пришлось бежать в другую сторону… Андреа в сомнениях подняла оброненное оружие: — Похоже, получить ответы мы можем только от того, кто укрылся в этом доме… Рискнем? — Мэгги кивнула, приготовив к бою «беретту». Осторожно ступая, они подошли к искомой комнате — за запертой дверью продолжал плакать и причитать женский голос. — Эй, кто там? Мы просто хотим узнать, все ли в порядке? — крикнула Андреа, взяв на прицел дверь. — Уходите! — ответила незнакомка почти в истерике. — Просто убирайтесь! — Мы заблудились в тумане и ищем железную дорогу, — добавила громко Мэгги. — Просто укажите нам путь, и мы уйдем… — Налево от главного входа и прямо! — ответили сквозь рыдания из комнаты; Мэгги потянула подругу за руку, призывая оставить несчастную, но та неожиданно уперлась: — Может, мы можем ей чем помочь… или даже взять с собой. Мэгги, нельзя так просто оставить человека! — Не очень-то ей нужна помощь, судя по крикам… — недовольно заметила девушка. — А что, если она собирается покончить с собой, как ты недавно? Может, мы еще переубедим ее. Помоги выбить дверь… — попросила Андреа, берясь за тяжелую вешалку. Раскачав ее, они стукнули в закрытые створки раз, другой; наконец, сидевшая в комнате сдалась: — Ладно-ладно… я выхожу…       Дверь распахнулась, и на пороге появилась усталая женщина — болезненно бледная, с растрепанными длинными волосами и странным блуждающим взглядом. — Как тебя зовут? Мы можем чем-то помочь? — обратилась к ней Андреа.       Незнакомка лишь взглянула на блондинку потерянным взглядом, а Мэгги потянула подругу за рукав, тихо прошептав: — Андреа… она же укушена…       Женщина опустила взгляд ниже и заметила, как неизвестная зажимает рукой окровавленный бок; обе женщины опустили пистолеты, с жалостью глядя на несчастную; неожиданно та тихо заговорила: — Я же говорила, что вы мне не нужны. Хотя… — ее взгляд упал на оружие подруг. — Нет… — Андреа отступила на шаг, поняв намерения укушенной. — Должен быть другой выход… — Пожалуйста… умоляю… я не хочу стать одной из этих мерзких тварей! — просила несчастная со слезами на глазах. — Назад! — Андреа в испуге прицелилась в обреченную, но та лишь подалась вперед: — Стреляй… только в голову…       Мэгги, шмыгая носом, мягко положила руку на плечо блондинки, а другой протянула несчастной собственный пистолет. — Спасибо… спасибо… — промолвила бедняжка, с благоговением принимая дар. — Я знаю, как стрелять. Прощайте…       Андреа с Мэгги отвернулись, обнявшись и глотая горькие слезы; грохнул выстрел — и тело, соскользнув по стене, упало на пол. Мэгги нагнулась, подняв чуть теплое оружие, и повернулась к подруге, морально опустошенная: — Идем… ходячие скоро будут здесь…

* * *

      Абрахам вернулся на рассвете, разбудив дремавших в лагере. Зашвырнув в кузов рюкзак с продуктами, он устало присел у едва тлеющих углей костра, вытирая с лица пот. — Что с Трэвисом? — настороженно поинтересовалась Розита; Гленн же обратил внимания на свежие пятна крови на одежде солдата. — Поговорили немного — он отдал награбленное, и я его отпустил… — хмуро вымолвил Абрахам, протирая тряпкой нож. — Ложь… — пробубнил Юджин, даже не взглянув на вояку; Форд только злобно посмотрел на ученого и продолжил свое занятие. — Ты убил его, так? — услышав мнение эксперта, не унималась мексиканка. — Снова? — Он же просто… — начал Гленн. — ВОР! — повысил голос Абрахам. — Он крал у нас еду. Это могло сказаться на нашей задаче, и поэтому я устранил проблему. Совсем. — Так нельзя поступать постоянно, Эйб… — пытаясь усовестить громилу, выдохнула Розита. — А что, если бы Гленн, предположим, взял продукты? — Надеюсь, он не такой тупой засранец, как Трэвис, — угрюмо промолвил Абрахам. — В ином случае…       Гленн тяжело переживал по поводу случившегося — он мог понять непреклонную решимость Абрахама (солдатская дисциплина), но от одной мысли, что теперь ради банки тушенки могут легко прирезать, корейцу было не по себе. — Готовьтесь, через полчаса выезжаем, — устало молвил громила.       Гленн полез в карман, сверившись с часами Хершела, а Юджин переспросил: — Куда? — В Терминус. Узнаем, насколько там гостеприимные люди живут, — буркнул Абрахам, сплевывая в сторону.

* * *

      Он потерял все, чем дорожил в этой жизни — и уже не первый день просто брел вперед, не разбирая дороги. За ним пытались гнаться мертвые — он на ходу убивал их и шел дальше. Пустой желудок его мало заботил, но когда на глаза попадалась мелкая дичь, мужчина снимал ее из арбалета и швырял в найденный на дороге вонючий потертый рюкзак — такой же никому не нужный, как он сам. Хотелось просто сдохнуть уже — но смерть не шла к нему, а устраивать суицид не было желания. Состояние Дэрила можно было описать одним словом — апатия; груз вины за случившееся так и не оставил арбалетчика, угнетая и подавляя его волю…       Мужчина выбрался на перекресток дорог и понял, что силы на пределе: недосып, плохое питание и отсутствие спутников только усугубляли его моральное состояние. Диксон, сбросив с плеча арбалет, бухнулся на колени, безучастно разглядывая трещинки на асфальте — будь что будет, он уже устал выживать, как дикий зверь…       Прошли часы, прежде чем рядом послышались чьи-то шаги — незнакомая компания обступила Дэрила; чей-то грубый голос хмуро промолвил: — Хм, вы только гляньте… — Чур, жилетка моя! Мне нравятся крылья… — со смехом заметил его напарник.       Диксон смотрел на стоптанные в пути коричневые ботинки чужака, и внутри его понемногу разгорался гнев — ладно бы просто убили, так эти сволочи еще и унизить его напоследок собираются! Кто-то шагнул вперед, нагибаясь за арбалетом — Дэрил молниеносно вскочил, ударом кулака сбив наглеца с ног, а в следующий миг уже приставил свой нож к горлу одного из грабителей. На Диксона тут же нацелилось несколько стволов их товарищей — и мужчина чуть улыбнулся: сейчас наконец-то наступит конец… — А ну погодь! — рявкнул, утирая кровь из носа, тот, кого Дэрил поприветствовал кулаком. — Его ботинки забираю себе… — предупредил приятелей бородатый мужик с залысиной, довольно осклабившись. — Я сказал — ПОГОДЬ! — грозно напомнил тому получивший сдачи, по-видимому, лидер команды; поднявшись на ноги, он шагнул к Дэрилу: — Уважаю таких людей, как ты — бойцов… Знал, что нас много — и все равно стал отбиваться…       Диксон злобно смотрел на мужика, по-прежнему крепко удерживая заложника; лидер бандитов спокойно продолжал: — Убьешь нашего товарища, и мы так разъебем твои внутренности, что тебя даже мама родная не узнает. Не будь идиотом: самоубийство — это глупость; зачем причинять боль себе, когда есть те, кто слабее? — ухмыльнулся тот, показывая крепкие зубы. — Меня зовут Джо…       Арбалетчик посмотрел в глаза чужаку, обдумывая слова бандита — ему фактически предлагали присоединиться. Раньше он бы послал всех к черту, но сейчас… — Дэрил, — вымолвил Диксон, убирая нож; остальные мародеры опустили оружие, принимая тем самым в свои ряды нового соратника. Мужчина поднял свой арбалет и молча пошел за компанией — сейчас его не волновало, что это за люди, чем они живут и куда направляются; если они будут кого-то убивать, он присоединится. Потому что ему стало абсолютно ПОХУЙ на остальной мир.

* * *

      Андреа и Мэгги, тихо выбравшись из дома-ловушки, расположились на привал чуть впереди на рельсах у железнодорожной стрелки. — И долго мы будем ждать? — осторожно поинтересовалась Мэгги, постукивая монтировкой по шпалам — ничего другого из снаряжения, помимо пистолета, у нее не осталось. — Столько, сколько сможем, — терпеливо сообщила Андреа, глядя в ту сторону, откуда они пришли. — Может, Мерл уже рядом… — Но у нас даже корки хлеба не осталось, и патронов всего ничего… — прокомментировала их положение Грин. — Я знаю, Мэгги… просто прошу тебя — давай подождем еще немного… — грустно промолвила Андреа, скучая по третьему участнику их «сумасшедшей» команды.       Солнце уже успело подняться высоко, но на путях так никто и не появился. Вздохнув, Андреа поднялась, решив уже продолжить свой путь с одной лишь Мэгги — как в кустах послышался шум, и полминуты спустя на железную дорогу метрах в тридцати от путников выбрался исцарапанный Диксон с двухстволкой на плече (бог знает, где только он умудрился отыскать ее). Андреа, при виде его не сумев сдержать улыбки, ринулась навстречу уставшему мужчине — и, обняв Мерла, поцеловала того в губы со всей нежностью, вызванной долгим ожиданием. Удивленный Диксон несколько мгновений пребывал в ступоре от такого горячего проявления чувств, а потом, выронив ружье, прижал женщину к себе, отвечая взаимностью. Когда их поцелуй закончился, Мерл задорно обратился к тихо подошедшей, но тоже улыбающейся Мэгги: — Вот это я понимаю встреча! Пупсик, не желаешь присоединиться? — и девушка, не сумев устоять в этот момент, тоже обняла Диксона (правда, без поцелуев). Спустя минуту Мерл, наконец, чуть высвободился из объятий: — Ну, а теперь двинули дальше — а то уже время обеда, а у нас и пожрать нечего!