The Slytherin Prince

В то время как Сехун и Тао разглядывали чаинки на дне чашки или хитросплетения линий на ладони, Чонин решил, что с него довольно, и сменил мадам Диспатч с её туманными предсказаниями на посредственный факультатив по уходу за магическими существами. Была среда. Он в одиночестве брёл по тропинке от Хогвартса до хижины лесничего и немножко грустил. Его окружала осень, но не друзья, способные хоть как-то отвлечь от мыслей о Чунмёне. В понедельник они с Сехуном засиделись допоздна в факультетской гостиной – делали домашнее задание по травологии. Пришёл Чунмён, чтобы позвать их спать. Привычным жестом он потрепал Чонина по волосам и улыбнулся. Тогда как-то случайно и совсем ненамеренно в голове у Чонина пронеслась одна мысль: хён очень красивый. А потом словно что-то щёлкнуло, и весь вторник и среду Чунмён больше не заговаривал с ним, не касался его, даже не смотрел в его сторону. И Чонина это обижало, а ещё он не понимал, что было не так? Что он такого сделал? Или что должен сделать, чтобы у них с Чунмёном всё было как раньше? - Ты на факультатив? Подожди, вместе пойдём, – чья-то рука легла Чонину на плечо, от чего он крупно вздрогнул. Чонин обернулся. - Привет! – темноволосый паренёк тепло улыбнулся ему, Чонин узнал в нём однокурсника из Рейвенкло – старательного отличника, весельчака и просто дружелюбного малого по имени Тэн. – Мы с тобой, кажется, не общались раньше (что очень странно, ведь я знаю всех в этой школе), ну да ничего. Мы быстро поладим, я уверен. Тебя же Чонин зовут, так? - Да. - Здорово, рад наконец-то поговорить с тобой. А то ты такой молчун, - Тэн хихикнул. – Всё-таки странно выходит. Я иногда зависаю с Тао, да и с Чунмёном тоже бывало. Но не с тобой. - Да. Тэн рассмеялся звонким по-детски искренним смехом. - Как ты многословен! Но мне не привыкать иметь дело с такими из себя интровертами с табличкой на лбу «не влезай, убъёт», - Тэн взглянул на наручные часы. – Надо поторопиться, урок сейчас начнётся. И они заспешили к хижине на занимательный урок о каких-нибудь нарлах или шишугах. Но занятие пролетело незаметно. Не потому, что Канин наконец-то научился увлекательно рассказывать, а потому что Тэн всё время находился рядом, шутил, делал уместные или не очень замечания, но не был навязчивым, скорее органичным – как воздух, и Чонин сам не заметил, как стал отвечать смехом на его шутки, улыбаться и удивляться, почему же они не общались раньше. Едва наметившаяся осенняя депрессия убралась прочь – Тэн был словно инъекция витаминов или солнечный луч, способный проникнуть в любую темницу, пробить любую стену и найти общий язык даже с самым несговорчивым человеком (Чонином, например). Тэна любили все. Да и невозможно было его не любить. По крайней мере, так казалось Чонину до того момента, пока… - Глядите-ка, кто это у нас тут? Тэн завёл себе нового дружка? Они как раз возвращались в Хогвартс после занятия и бурно обсуждали достоинства мётел с дубовым древком против мётел с древком из осины – шла действительно серьёзная дискуссия об аэродинамических качествах каждой метлы, но какой-то недружелюбный тип с колючим взглядом и кривой ухмылочкой перегородил им дорогу. Чонин узнал его – пятикурсник Ли Тэён, который был неплохим игроком в квиддич, но, судя по всему, весьма дерьмовым человеком. Настоящим слизеринцем, если верить в стереотипы. - Лучше иди куда шёл, - устало отозвался Тэн. Видимо, Тэён уже успел крепко его достать. - Спорим, это из-за тебя прислали ту тётку из министерства? – запальчиво начал Тэён, складывая руки на груди. - При чём тут я? – Тэн удивлённо изогнул бровь. - Даже не знаю. Это же не я виляю задом перед этим губошлёпом, - кивнул Тэён в сторону ошарашенного его словами Чонина. – Министерство, значит, не зря обеспокоено сохранностью наших задниц? - Не понимаю, о чём ты, - Тэн бесхитростно захлопал ресницами и мило улыбнулся. – Пойдём, Чонин. Не стоит обращать внимания на каждого встречного придурка. - Иди-иди, чёртов пидареро, - крикнул Тэён вдогонку. - До чего неприятный тип, – поморщился Чонин, когда они отошли на достаточное расстояние. – Чего он так к тебе привязался? - Хотел бы я знать! Может, я ему просто нравлюсь? – невесело усмехнулся Тэн и поспешил сменить тему. Чонин узнал, что Ли Тэён делал это постоянно. Подлавливал Тэна после уроков и выливал на него свежую порцию язвительных замечаний и грубых оскорблений. Неделя сменялась неделей. Они с Тэном каждый раз шли на факультатив вместе и также вместе выслушивали колкости от Тэёна, которому, похоже, больше нечем было себя занять. И Чонин действительно не понимал, как такой хороший парень, как Тэн, мог вызывать у Тэёна столько злобы. С этим вопросом он решил пойти к Чунмёну. Чонин специально выбрал время, когда Бэкхён тайно (но об этом уже знала вся их компания) встречался с Чондэ в раздевалке слизеринской сборной по квиддичу, так что Чунмён был в комнате один. Как и всегда, в свободное от учёбы, квиддича и обязанностей старосты время Чунмён читал. В тот вечер вторника у него в руках оказалась книга с интригующим названием «Как приручить дракона». - Да, я знаю Тэёна, - ответил Чунмён. - Он охотник в нашей команде. А что с ним? - Он урод! – воскликнул Чонин, Чунмён удивлённо выгнул бровь. - Не замечал. Он тебя чем-то обидел? - Не меня. Но он постоянно достаёт Тэна без всякого повода. И шутки у него злые. И я не понимаю, что такого Тэн ему мог сделать. К удивлению Чонина, Чунмён не воспылал праведным гневом, а… рассмеялся. - Тэён нормальный парень, думаю, у его глупого поведения есть свои… ммм… причины, - ответил он загадочно. - Ушам своим не верю, ты его оправдываешь?! - Вовсе нет. Просто говорю, что со стороны не всегда видны истинные мотивы тех или иных поступков, - умно ответил Чунмён. Чонин в безмолвии уставился на него, отказываясь понимать. Не такого ответа он ждал. Ведь он пришёл за помощью, за пониманием, за дружеским участием, а что в итоге он получил? Общие фразы, чтобы побыстрее от него отделаться? Последняя соломинка переломила верблюжью спину – Чонин вскипел и поспешил озвучить все накопленные за долгие недели мысли. - Да что с тобой такое, хён? Ты так говоришь со мной, будто… - Чонин тяжело сглотнул, не в силах закончить фразу. - Тебе больше не интересно со мной, так? Или ты специально избегаешь меня, потому что на это тоже есть причина, о которой я не знаю? Если так, то мог бы честно сказать, что больше не хочешь проводить со мной время. Чонин с силой вдохнул, прежде чем бросить последнюю фразу, которая поставила жирную точку в их разговоре: - Я думал, ты смелый. А ты, хён… ты оказался самым обыкновенным трусом. И он вышел, бесшумно закрыв дверь, чтобы больше не мешать Чунмёну проводить время за книгой. А Чунмён остался сидеть, понурив голову. Две неосторожные фразы, которые привели ко взрыву. И Чунмён знал, что был виноват сам. Он вздохнул. Как ни горько было это признавать, но Чонин был прав. Чунмён больше не мог быть ему другом. - Твой хён не трус, Чонин, а самый настоящий дурак, - сказал Чунмён тишине. Дурак. Который по уши в тебя влюблён.

***

В то утро ничто не предвещало беды – пятикурсники толпились у двери кабинета защиты от тёмных сил и ожидали занятия, мило (или не очень) общаясь на самые разные темы. Но Исин подкрался незаметно. Бэкхён как раз по старой доброй привычке доставал Чондэ подколами (которые заимели ещё более пошлый оттенок, нежели прежде), когда к ним подошёл Исин и без особых раздумий чмокнул Бэкхёна в шею, (чем заслужил очень недвусмысленно-ревнивый взгляд от Чондэ). - Эй, ты чего такой любвеобильный? – спросил Бэкхён, глупо хихикая. - У тебя же девушка есть. - Мне моя девушка даёт только с величайшего соизволения в ночь, когда луна пересекает созвездие скорпиона или рака, уже и не помню точно, - приунывший Исин почесал затылок. - Бедолага, - сказал Бэкхён тоном человека, у которого таких проблем точно нет. - А мы с Чондэ предпочитаем стабильность. Например, вчера… - Кто-то сейчас лишится стабильности раз и навсегда, - вставил своё веское слово хмурый Чондэ. - Понял, - поспешно согласился Бэкхён. - Что это тут сейчас произошло? – послышался возмущённый голос дамы в розовом. - Вы читали правило на первом этаже? «Демонстрация избыточной эмоциональной привязанности среди учеников в стенах школы - запрещается». Вы двое, - она кивнула на Исина с Бэкхёном, - в мой кабинет. И им не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ней.

***

- Что с тобой, Чондэ-хён? – заботливо поинтересовался Тао. – Ты не заболел? Чондэ поморщился, в пятый раз перечитывая абзац про морщерогих кизляков и всё равно не улавливая смысла. - Дурное предчувствие, вот и всё, - сказал он. - Это из-за Бэкхёна? Чондэ мрачно кивнул, укрывшись книгой от любопытных глаз Тао и Чанёля и беспокойных – Кёнсу. Исин с Бэкхёном должны были час как вернуться, но их всё не было. Какое изощрённое наказание за безобидную шутку могла придумать для них Джессика Чон? - Заждался, пирожочек? – услышал Чондэ, и тут же бэкхёновы руки обвили его шею. – Вы даже себе представить не можете, что выдумала эта министерская выскочка! Она дала нам перья, пергаменты и заставила нас с Исином написать «Я должен вести себя прилично» сто раз. - У, это вы ещё легко отделались, - Чанёль махнул рукой. - Я сначала тоже так решил, но перо оказалось не из простых. Смотри, - Бэкхён отогнул рукав мантии, демонстрируя собравшимся нацарапанную на руке надпись «Я должен вести себя прилично». Тао присвистнул, Чондэ стиснул челюсти. - Использование чёрного пера для наказания учеников - недопустимо. Ты должен немедленно сообщить об этом директору, - серьёзно заявил Кёнсу. - Да ладно тебе, - Бэкхён отмахнулся, занимая стул рядом с Чондэ, - со мной всё в по… Не произнося ни слова, Чондэ порывисто притянул Бэкхёна к себе и крепко обнял (так, как вообще-то запрещала делать Джессика Чон и её любимое министерство). -…рядке, - сдавленно выдохнул Бэкхён. Чондэ редко проявлял инициативу сам, редко показывал, насколько Бэкхён был ему дорог, но в ту минуту что-то в нём надломилось. - Я больше не позволю ей причинять тебе вред. Мы должны быть осторожнее, слышишь? – сказал он так, будто никто кроме Бэкхёна не мог его услышать. Обычно Бэкхён начинал препираться или шутить, но он был так ошарашен внезапной нежностью от Чондэ, что смог выдохнуть только: - Как скажешь. - А что делать с Джессикой мы решим позже. Я надеюсь, никто не думает, что фокус с чёрным пером пройдёт ей даром? – сказал Кёнсу пугающе. Увидь его сейчас, Джессика в ту же минуту упаковала бы все свои розовые вещички в чемодан и убежала бы под крылышко министерства. Не надо выводить Кёнсу из себя – это вам любой Чанёль подтвердит. . . . На следующее утро на каменной стене появилось объявление с таким содержанием: «Объявляется набор учеников в отряд нравственности. Вступившие получают зачёт по этике и морали автоматически. Обращаться в кабинет Дж.Чон».