The Slytherin Prince

Чонин спустился в подземелья вслед за другими первокурсниками. Именно там, под низкими потолками, между ледяных каменных стен располагался кабинет зельеварения. Занятия проходили совместно с гриффиндорским факультетом. Когда Чонин зашёл, почти все места уже были заняты. На правой стороне расположились гриффиндорцы, левую - оккупировали слизеринцы. Чонин решил не испытывать судьбу, и присел за самую последнюю парту на левой стороне. Только после того, как Чонин приготовил пергамент, чернила и достал котёл, он позволил себе осмотреться. Вдоль всех стен стояли шкафы с разнообразными склянками, жидкостями, эликсирами, заспиртованными змеями, жабами и ещё бог знает чем. Чонина передёрнуло. - Это нечестно! Чонин обернулся на знакомый голос. Сехун стоял в проходе, не зная, что ему предпринять. Свободные места оставались только на правой, гриффиндорской стороне. На стороне Слизерина было только одно свободное место – рядом с Чонином. Сехун выбирал меньше из двух зол. Скривившись, он нехотя сел на левую сторону, видимо, решив, что маглорождённый слизеринец всё же лучше гриффиндорца. - Только не думай, что мне это нравится, - заявил Сехун, почувствовав на себе насмешливый взгляд. – У меня не было другого выбора! Чонин хохотнул, а Сехун нахохлился и принялся с надменным видом доставать письменные принадлежности. И в этот самый момент… - Вы не будете безмозгло размахивать палочками на моём занятии! …в класс ворвался человек-летучая мышь. В мгновение ока два широких окна оказались наглухо зашторены, а свечи в люстрах ярко вспыхнули. Человек в длинной чёрной мантии с грацией кошки прошёл между рядами к преподавательскому столу. Его чёрные волосы достигали плеч. - Меня зовут Ким Хичоль, - сказал он, растягивая слова. – Вы здесь, чтобы приступить к изучению величайшей магической науки. Крайне точной науки, - он говорил тихим голосом, но все ученики внимательно слушали его. Хичоль обернулся. Эффектным движением руки он откинул прядь со лба, взял со стола череп какого-то бедного животного и продолжил говорить пугающим голосом: - Я могу научить вас как разлить по флаконам вечную молодость, как обрести жидкую удачу, как сварить антипохмельное зелье и воткнуть пробку недругу в задн… кхм… и многому другому, - добавил он многозначительно. – Если вы, конечно, не полные тупицы и чуть более обучаемы, чем большинство моих учеников. После его речи в классе воцарилась полная тишина. Ким Хичоль цепким взглядом шарил по кабинету, осматривая всех учеников. Чонину стало не по себе, когда взгляд профессора скользнул по нему. Какая-то гриффиндорка с первой парты подняла трясущуюся руку и промямлила: - Извините, сэр… Хичоль развернулся, взмахивая чёрной мантией, словно крылом, и завис над ней. - Да? – протянул он надменно. - А разве вы не должны учить нас как разлить по флаконам известность, как сварить триумф и как заткнуть пробкой смерть? - Ну что за зануда? - Хичоль вздохнул. - «Гарри Поттера» перечитала? У нас тут реальная магия, а не всякая абракадабра! Минус балл с Гриффиндора! Правая половина класса загудела. - А ну цыц! – Хичоль с громким стуком вернул череп на стол. – Учебник, страница номер 394. Все ученики тут же зашелестели книгами. На указанной странице находился рецепт зелья от фурункулов. - Разбились на пары и работаем! – приказал Хичоль, кружась по кабинету. Сехун, с выражением крайней безысходности на лице, придвинулся к Чонину. Они внимательно прочитали рецепт и принялись за работу. Пока Сехун толок в ступке крапиву и змеиные зубы, Чонин взвешивал на рычажных весах высушенные листья ангелики и мяты. Сехун и Чонин почти не разговаривали друг с другом, но работа спорилась. Зелье получалось изумрудно-зелёного цвета, как и говорилось в рецепте. Сехун довольно закивал и даже улыбнулся. Он уже собрался подозвать профессора, чтобы похвастаться успехами, как один из котлов на правой стороне класса вдруг задымился. Густые чёрные клубы дыма тотчас заполнили кабинет. После дыма последовал громкий хлопок, потом вскрик. Зелье забурлило и перелилось через край котла. Жижа попала сначала на парту, потом на пол. И слизеринцы и гриффиндорцы, проявив небывалое единодушие, забрались с ногами на стулья. Девчонки завизжали. - Идиот! – закричал Хичоль, взмахивая палочкой. Зелье тут же исчезло. – Нужно было добавить пару веточек мяты, а не целый пучок! Гриффиндорец, на которого профессор обрушил свой гнев, весь сжался от испуга и заплакал. - Как ваше имя? – спросил Хичоль строго. - Ху… Хуан Цзытао, - промямлил он. - По вашей милости я снимаю с факультета ещё пятнадцать баллов, - бесстрастно заявил Хичоль. – А теперь вам лучше пойти в больничное крыло, пока не появились фурункулы. - Фурункулы? – Цзытао всхлипнул и принялся плакать ещё горше. Места на руках, шее и лице, на которые попали брызги зелья, покраснели. Сехун вытянул шею, с явным злорадством наблюдая за незадачливым первокурсником. Когда на носу Цзытао вскочил огромный прыщ, Сехун не сдержался и прыснул со смеху. Цзытао поднял голову и тут же перестал плакать. Он посмотрел на Сехуна таким злым взглядом, что даже Чонину сделалось не по себе. - Отведите его в больничное крыло, - приказал Хичоль Сехуну. - Что? – Сехун вскинулся. - Почему я? - Живо! Сехун поднялся и с недовольной миной поплёлся к выходу, гриффиндорец последовал за ним. - Шоу окончено, возвращайтесь к заданию!

***

Взбудораженные после происшествия на зельеварении ученики немного пришли в себя на заклинаниях, которые преподавал декан факультета Гриффиндор, Пак Чонсу. Профессор встал на небольшой помост, чтобы возвышаться над учениками, и принялся учить какому-то замысловатому заклинанию. Чонин весь язык сломал, пытаясь повторить за профессором. Ещё сложнее стало, когда к непонятным словам добавились особые движения волшебной палочкой. - Ну же, у вас всё получится! – подбадривал профессор Пак, ярко улыбаясь. Чонин тогда подумал, что Гриффиндору даже с деканом повезло больше. А вот Рэйвенкло он совсем не завидовал. Их декан, Виктория Сон, дамочка лет тридцати со строгим пучком на голове и не менее строгим взглядом, сразу дала понять, что не потерпит нарушения дисциплины. Едва зайдя в класс, Виктория вынула палочку и, изящно взмахнув ей, превратила письменный стол в свинью, а потом обратно в стол. - Так я буду делать с каждым, кто опоздает на мои занятия, - сказала она ледяным тоном. Надо ли говорить, что все ученики решили: на трансфигурацию нужно приходить вовремя. Это был самый невероятный учебный день в жизни Чонина! Вместо привычных математики, литературы и биологии – зельеварение, заклинания и трансфигурация. Чонин с облегчением осознал, что он был не хуже других учеников. Даже тех, кто родился и вырос в семье волшебников. Сехун наряду с ним размахивал палочкой, и у них обоих ничего не получалось. После занятий Чонин был полон впечатлений, и ему не терпелось поскорей поделиться ими с Кёнсу. Он резво выбежал из кабинета трансфигурации и начал подниматься по лестнице, да так и замер посередине в растерянности. Он вспомнил, что не знает, как добраться до библиотеки, где они с Кёнсу условились встретиться. Он хотел было вернуться назад и спросить у кого-нибудь, как лестница вдруг начала менять направление. Чонин едва устоял на ногах. Лестница остановилась. Чонин поспешно поднялся по ступенькам наверх, оглядываясь по сторонам. Стены, как и по всему замку, были увешаны картинами, фигуры на которых перемещались с полотна на полотно. Чонин точно знал, что раньше не был в этой части замка. Коридор пустовал. Чонин почувствовал неладное. Он поспешно вернулся к лестнице и спустился вниз, но оказался в точно таком же пустынном коридоре, только картины изменились. - Извините, - Чонин робко подошёл к одному из полотен с изображением усатого мужчины, - вы не знаете, как мне попасть в библиотеку? Мужчина надменно глянул на него, фыркнул и отвернулся. Чонину стало не по себе. Он медленно шёл по коридору, надеясь встретить хоть кого-нибудь. Но никого не было, а он всё шёл и шёл. В коридоре становилось темнее и страшнее, даже зажжённые факелы не разгоняли тьму. Чонин весь затрясся и повернул назад. Его гулкие шаги расходились эхом по пустому коридору. Чонин совсем запутался. Вконец выбившись из сил, он опустился на корточки, спрятал лицо в ладонях и тихо заплакал от бессилия. Чонин не знал, сколько прошло времени, прежде… - Эй, - кто-то коснулся его плеча, - что ты тут делаешь? Чонин поднял голову. Перед ним стоял слизеринец, которого он видел на церемонии распределения. Чонин тогда хорошо запомнил его светлые волосы и горделивую осанку. - Я искал библиотеку и потерялся, - ответил Чонин тихим голосом. - Кто же ищет библиотеку близ запретного коридора? Ты что, совсем не слушал наставления директора? - Я просто… - Чонин стыдливо потупился, - лестница изменила направление. Я не знал, что сюда нельзя. - Вставай, - слизеринец протянул Чонину руку, – я отведу тебя. Чонин поднялся. Старшекурсник, не выпуская ладони Чонина, повёл его за собой. - Тебе повезло, что я тебя нашёл! А то будь это завхоз или декан, не избежать тебе наказания. Они быстро минули коридор, спустились по лестнице, свернули, подождали, пока очередная лестница сменит направление, и снова спустились вниз. Старшекурсник вёл Чонина по запутанным коридорам легко и уверенно. Вскоре они вышли в коридор, по которому сновали ученики. Они прошли мимо и поднялись вверх по широкой лестнице (у Чонина уже в глазах рябило от них). - Вот, пришли, - сказал старшекурсник, останавливаясь перед громоздкой деревянной дверью и расцепляя их руки. – Запомнил дорогу? Чонин покачал головой, старшекурсник засмеялся. - Тогда больше не ходи один, ладно? – попросил он. Чонин кивнул. - Спасибо, - пробормотал он едва слышно. - Был рад помочь, - старшекурсник потрепал Чонина по голове на прощание и ушёл. - Спасибо, - ещё раз повторил Чонин, глядя ему вслед.

***

- Где ты был так долго? – Кёнсу сразу же принялся отчитывать Чонина, едва тот переступил порог библиотеки. - Я заблудился, прости, - честно признал Чонин. Он сел за стол, за которым Кёнсу делал уроки до его прихода. - Вам уже задали задание? – спросил Кёнсу, освобождая половину стола от книжек и пергаментов. - Целую кучу! Написать сочинение по зельеварению, заучить заклинания и практиковать движения палочкой, - перечислил Чонин жалобным голосом, но его глаза горели от предвкушения. – Никаких тебе больше задачек по математике! - Это точно! – Кёнсу улыбнулся. – Я с заданиями уже покончил, так что могу помочь, если хочешь. - Конечно! Чонин достал пергамент, перо, чернила и учебник по зельеварению из сумки. - Лучше бы нам с домашкой помог! К ним за стол, изрядно потеснив, подсели Чанёль и Чондэ. - Ну рассказывай, - Чондэ без стеснения закинул руку Чонину на плечо, - как тебе первый урок зельеварения. - Спорим, Хичоль снова был в образе Северуса Снейпа? – вклинился Чанёль. - Он так со всеми первокурсниками знакомится. - В образе кого? – не понял Чонин. - Ты что, «Гарри Поттера» не читал?! – Чанёль выпучил глаза. - Ах да, забыл, что ты жил среди маглов. «Гарри Поттер» - это очень известная книга. Ей все магические дети с пелёнок зачитываются! - Поговаривают, будто Хичоль когда-то хотел стать актёром, - доверительно сообщил Чондэ. - Но что-то не срослось, и теперь мы вынуждены быть невольными ценителями его непревзойдённого таланта, - Чондэ закатил глаза. - Особенно он любит образ зельевара из этой книги, но иногда он перевоплощается в Гарри Поттера, Дамблдора, Долорес Амбридж… - А однажды вообще нечто было! – подхватил Чанёль. - Он посмотрел какой-то магловский мультик, и пришёл на урок в образе принцессы с длинными рыжими косичками! - Да, в тот день мы ещё варили замораживающее зелье, - вспомнил Кёнсу. - Раз он такой странный, почему тогда его все боятся? – не понял Чонин. - Потому что он псих? - Потому что это Ким Хичоль, - хором произнесли Чанёль, Чондэ и Кёнсу так, будто не было на свете ничего более очевидного. Чонин в растерянности захлопал ресницами. - Я должен к этому привыкнуть, - сказал он. - Кста-ати, - протянул Чанёль, - предлагаю записать Чонина в наш клуб Защиты Автономии Демократических Домовых Эльфов или коротко - З.А.Д.Д.Э. - Как? Задэ? – переспросил Чонин. - Ага. ЗАДДЭ, - раздался ядовитый голос, - как сокращение от задница-Чондэ. Чонин обернулся. Он увидел ученика в слизеринской мантии с книгой в руках. Тонкие пальцы поглаживали корешок, на лице была гаденькая ухмылка. - Бэкхён, иди куда шёл, - равнодушно отозвался Чондэ, демонстративно отворачиваясь от него. - Конечно, пойду, - Бэкхён подошёл к книжному стеллажу и вернул книгу на полку. - Что мне делать в компании жалких гриффиндорцев и слизеринца-грязнокровки? И он покинул библиотеку, высоко задрав нос. - У, змеёныш! – прошипел Чондэ ему вслед. – Не понимаю я, как Чунмён с ним дружит. - Думаешь, этот твой Чунмён чем-то отличается от Бэкхёна? – спросил Кёнсу с сомнением. – Он всё же чистокровный слизеринец, не забывай. - Я не хочу спорить на эту тему, - холодно отозвался Чондэ. - Но я ведь… тоже слизеринец, - решил напомнить о себе Чонин. - Ох, Чонин, я совсем не… - Эй, - Чанёль пихнул Кёнсу локтем в бок, – мы нормально к слизеринцам относимся. А Чондэ так вообще от них без ума! - Прекрати! И вовсе я не без ума! - И вы, - Чонин робко улыбнулся, - будете со мной дружить? - Конечно! – отозвались они хором.