Время для всего

Круговерть дел захватила Тревелиана. Инквизицией стали интересоваться не только местные торговцы, сплавляющие им необходимые припасы, но и персоны куда более значимые. От бесчисленного множества встреч с баннами, главами гильдий и другими представителями среднего класса у него кружилась голова. В один день нужно было ехать за сорок миль в какой-нибудь хутор, разбираться с поставками лошадей, в другой Жозефина настаивала на том, что следует увеличить контакт с аудиторией и толкнуть небольшую речь для привлечения новобранцев. Максвелл упустил тот момент, когда на нем оказалась такая куча обязанностей. Он никогда в своей жизни не решал столь многого количества вещей. Его чаще радовало, чем огорчало, что он младший в семье. От него многого не ждали. Возложив все родительские чаяния на первого сына, Тревелианы не требовали лишнего от второго. Ему не подыскивали невест с младенчества, не заставляли вести длинные заумные беседы за званными вечерами. Для него был избран хороший надежный путь, чтобы утвердиться в жизни. Многие младшие дети, не наследующие титула и не претендующие на состояние семьи, шли на службу в орден храмовников. Он туда не рвался, но и ничего против того, чтобы быть винтиком в машине закона, не имел. Тревелиан привык к тому, что практически все решается за него. Поэтому разом навалившиеся ответственность и ворох дел огрели его обухом по голове. Что-то у него получалось, что-то пока нет. Он старался. Прошло несколько недель с тех пор, как «быки» были наняты, а Тревелиан не мог выкроить и пяти минут на то, чтобы побеседовать с их командиром. Особой нужды в этом не было: Каллен довольно часто общался с Железным Быком и все важные, по его мнению, сведения доносил до Максвелла на коротких собраниях. Кассандра насмешливо хмыкала, когда тот хвалил его подготовку, а Варрик возводил глаза к небу и шепотом выдавал ей какую-нибудь остроту. Искательница плотно смыкала губы, стараясь не засмеяться над его комментариями, и воспринимала происходящее легче. Тревелиан был благодарен гному хотя бы за это. Когда он отнес кузнецу свой доспех на перетяжку ремней и вправление погнувшихся деталей, то понял, что совершенно свободен. Впервые за много дней. Убедив себя, что скорее жаждет посмотреть на новых лошадей, а не на то, как обустроился отряд «быков» в палаточном лагере неподалеку от Убежища, Максвелл двинулся в ту сторону. В своем желании пообщаться с кунари он не видел ничего зазорного. Каллен не посчитал бы эту встречу признаком недоверия к своим словам и оценке. Подходя к небольшому городку из тентов, Тревелиан осознал, что понятия не имеет, где найти Железного Быка. Ни одна из палаток не стояла в отдалении, ни одна не выделялась размером или иным окрасом. Вероятно, командир не считал нужным как-то показывать свое положение. В этом была логика. Максвелл пробрел вдоль ряда тканных домов, но так и не увидел знакомых лиц. Разочарованный, он дошел до конюшен. И там ему улыбнулась удача. Перевесившись через ограду загона, Кремизиус Акласси кормил одну из лошадей хлебом. Та доверчиво тыкалась мордой в его руки и благодарно фыркала ему в лицо. Смеясь, парень вытирал с себя слюну и гладил животное по шее. Тревелиан испытал легкую неловкость оттого, что прерывает это единение, но все же откашлялся, привлекая их внимание. Кремизиус, которого не без участия Железного Быка, все звали просто Кремом, обернулся. Он спрыгнул с ограды и, стряхнув крошки с рук, склонил голову. — Сэр, — пробормотал он. — Я не заметил вашего присутствия. — Ты тоже любишь лошадей? — заминая обоюдное смущение, Максвелл прошел к загону. Лошадь, которую кормил Крем, отступила назад. Незнакомым она не доверяла. — Обожаю, — признался наемник. — Могу весь день тут торчать. Ну, то есть… когда нет работы, сэр. Тревелиан посмотрел направо. Его коня держали в отдельном стойле, хотя в этом и не было особой нужды. Мест под всех лошадей было недостаточно. — Ваш жеребец просто красавец, — со знанием дела сказал Крем. — Слышал, эта порода одна из самых выносливых. — Да. Предпочитаю надежность скорости, — Максвелл понадеялся, что тот не вспомнит после этих слов, как он упал с коня. Парень вновь подманил кобылу ближе. — Шеф их не очень любит. Они его боятся. — Я бы тоже опасался. Залезет на тебя такой и все… — он сделал паузу. — Ты хорошо его знаешь? — Кого? Шефа? — Крем пожал плечами. — Достаточно. Он хороший человек… кунари. Не дает нас в обиду. Знает, что нам нужно. Да и дерется ого-го. Обычно как. Сидит командир где-нибудь в кустах, приказы раздает, но шеф всегда в первых рядах… Понимая, что сказал, наемник замолчал. Он вскинул на Тревелиана тревожный взгляд. — Ваша милость, я не имел в виду, что вы где-то сидите… я не это хотел сказать. Простите. — Я даже не заметил, — Максвелл успокаивающе похлопал его по плечу. — Мне бы с твоим командиром поговорить. Где он? — Сейчас не самый лучший момент… — Крем вздохнул, решая, что не ему выбирать, какой момент лучший для начальства, а какой нет. — Его палатка вторая с правого краю. Но я бы немного обождал. Тревелиан поблагодарил его за информацию и последовал к тентам. По указке наемника он нашел необходимую палатку. Он не знал, чем внутри нее были заняты, но шорохи, доносящиеся из нее, ему сразу не понравились. Услышав женское хихиканье, Максвелл нахмурился. Конечно, каждый имел право делать все, что хотел, со своим свободным временем, но все равно он находил это несколько экстравагантным. Он уже решил пройти мимо, когда полотно на входе зашевелилось, и из-за него показалась гномка с пустым бидоном. Ее темные волосы были взлохмачены, а щеки пылали огнем. Увидев Тревелиана, она испуганно отшатнулась назад и чуть не выронила свою тару. — Сэр, сэр… Вестник… — забормотала она и мелкими шажками попыталась войти обратно. — Я тут просто… Она уперлась спиной в выходящего за ней кунари. — Беги, Хельга, это ко мне, — Железный Бык погладил ее по плечу, подталкивая вперед. Выдохнув с облегчением, гномка бросилась наутек. Тревелиан сглотнул. Непонятное чувство волнения и неприязни на несколько секунд заняло все его ощущения. — Это Хельга, — представил убежавшую кунари. — Носит мне по утрам козье молоко. Говорит, полезно для пищеварения. А у меня от него в животе восстание кишок происходит. Но что поделать. Ручки у нее просто чудо. — Мне не нужно этого знать, — поморщился Максвелл. — Как хочешь. Грудь Железного Быка, раньше кое-как, но прикрытая парой ремней, держащих наплечи, теперь была абсолютно обнажена. Порозовевшая серая кожа, влажные волосы на грудине — Тревелиан предпочел бы на это не смотреть, но кунари стоял так близко, что пришлось бы задрать голову, чтобы встретиться с ним взглядами. Это казалось еще интимнее. К счастью, тот сам понял неловкость момента и отошел в сторону к бочке с водой. Окунув в нее лицо так глубоко, как позволяли рога, уперевшиеся в ее борта, командир наемников вынырнул и отряхнулся. — Ты, наверное, не просто так на меня посмотреть зашел. Хотя я не против, если что. — Конечно нет! — Максвелл укорил себя за излишнюю горячность. — Нам еще не удавалось поговорить. Без свидетелей. — С глазу на глаза? — усмехнулся кунари, очевидно, подмечая неполноценность своего зрения. — Хочешь узнать тех, кто на тебя работает, поближе? Мне нравится этот ход. Располагает. Железный Бык двинулся вперед, и Тревелиану ничего не оставалось, как отойти с его дороги, пропуская к тюку с вещами, который он загораживал. — Что ты хочешь узнать? — спросил тот. — Самочувствие у меня отличное, кормят у вас хорошо. У ребят тоже все нормально. Дичок кашлял пару дней назад, но мы натерли его перцем, хоть сейчас ему десяток венатори подавай. Живьем съест. Порывшись в одежде, он достал относительно чистые штаны. — Я бы хотел узнать о тебе и твоей деятельности, Железный Бык, — Максвелл вновь отскочил с его пути, когда тот скрылся в палатке. — Пока что все, что я о тебе знаю, так это то, что ты работаешь на некий Бен-Хазрат, хорош в бою и… и не любишь козье молоко. Из тента послышался тихий смех. — Не очень много информации, верно? Задай вопрос, если он у тебя есть. — Ну. Как, например, ты… осуществляешь передачу отчетов? — бросил Тревелиан первое, что пришло ему в голову. Он несколько раз обдумывал эту беседу. Просчитывал, как она могла бы проходить, планировал, как затронуть интесующие его темы. А эти несколько причудливые ее начало и течение перепутали все его мысли. — Рыжая проверяет все, что я им посылаю, тебе об этом не стоит волноваться. Я не говорю ничего лишнего. Только факты, которые не повредят. Чем вы занимаетесь, какие цели, кто у вас главный. — И кто главный? — опешил Максвелл. — А, то есть ты сам не знаешь. Железный Бык показался снаружи. — Я… — Тревелиан замялся. — Я не думаю, что у нас есть главный. Верхушка Инквизиции — это совет, каждый представитель которого занимается определенной ветвью нашей деятельности и… — Заниматься этим может кто угодно, но вот… — он улыбнулся уголком рта, — если вы достигнете цели, люди запомнят одного. Как и если вас постигнет неудача. Один виновник. Эта фраза звучала так откровенно и вызывающе, кунари словно требовал от него признания. Признания, которого у него не было. — В нашу первую встречу ты стал обращаться ко мне, — вспомнил Тревелиан, переводя разговор в другое русло. — Представившись. Почему? Наемник вскинул голову, воскрешая в памяти их первый разговор. Припомнив его, он кивнул. — Обычное наблюдение. Когда я смотрел на них, они все косились на тебя. Но когда я посмотрел на тебя, ты не обернулся ни на кого из них. Был перепуган вусмерть, но не обернулся. Мелочь? Мелочь. Но значит много. — Ты делаешь довольно самоуверенные выводы. — Говорю только то, что знаю. — Куда там. Ты не мог знать, что я соглашусь взять твой отряд. — Мог. — Откуда? — Бен-Хазрат. — Это не ответ. — Ответ. Тревелиан скривился. Он беседовал с большой рогатой стенкой. Желая махнуть на это рукой и уйти в надежде не встречаться с ним более, он развернулся. — Хочешь узнать, что я думаю о тебе? Максвелл остановился. Ему показалось, подхалимить и лгать Железный Бык не будет. Глупо было это предполагать, судя по состоявшемуся, а вернее несостоявшемуся разговору, но он все же решился. — Удиви меня. — Ты потерянный мальчик. Думаешь, что тебе не место здесь. И вряд ли веришь в Инквизицию. Дааа… точно не веришь. — Ты серьезно ошибаешься. — Может быть, — усмехнулся кунари. — Ты хочешь вернуть порядок в мир, у тебя есть какие-то мысли по этому поводу, уж точно. А вот дурацких идеалов, которые тут, как я понял, принято лелеять в груди, нет. — И из чего ты делаешь подобные выводы? — Я наблюдаю за тобой. — И когда именно? — Постоянно. Тревелиана подобная информация немного напрягла. То ли он был слишком озабочен своими обязанностями, то ли, наоборот, витал в облаках, но как… как он мог не замечать Железного Быка? Он мог бы поклясться, что видел его всего раз или два с их знакомства. — Не уверен насчет твоего отношения к козьему молоку, но меч в руке ты тоже уверенно держишь. Хотя… Неважно. Кунари так навязчиво замолчал, что не спросить его о том, что же он хотел сказать, было бы преступлением. — Что хотя? Командир наемников широко улыбнулся. У него был такой вид, будто он знал, что Тревелиан не сможет не задать этот вопрос, а тот его и задал. — Не думаю, что твое умение обращаться с оружием особенно помогает, когда тебе приходится закрывать Разрыв. Пакость всякая лезет, а ты даже руку не можешь отвести и их порубить. — Меня страхуют, — Максвелл решил позже спросить, откуда ему известно о подробностях закрытия Разрывов. — Кассандра и Варрик с этим отлично справляются. — Кассандра и Варрик, — передразнил тот. — Гном не сойдет за защитника. Против Кассандры я ничего не хочу сказать, она великолепный воин. Но, думаю, обычно приходится надирать задницу не одному гаду, а нескольким. Она же не разорвется, прикрывая вас всех. — Ты что-то имеешь в виду? Не предлагаешь ли ты себя и в качестве… не знаю, телохранителя? Кунари развел руками. — Я считаю, тебе бы пригодилось крепкое плечо рядом. — У тебя же есть отряд. — Видал мальчугана, что со мной? Ну да. Он и без меня отлично справится. Тревелиан задумался. Это предложение было интересным. Иногда, когда им приходилось выбираться мобильной группой для устранения мелких местных неурядиц, они были вынуждены идти ограниченным составом. Максвелл брал с собой Кассандру и Варрика не просто потому, что им нечего было делать. Им он доверял. Свою жизнь в том числе. А вот о причинах желания Железного Быка участвовать в подобных операциях не имел ни малейшего понятия. Может быть, ему нужна была более точная информация для своих отчетов? Или же он хотел получить дополнительный барыш? Он бы не узнал, если бы не попробовал. — Я рассмотрю это предложение, Железный Бык, — в конце концов произнес Тревелиан. Больше его пока не интересовало. Уже идя обратно, он услышал, как кунари сказал ему в спину: — Никакого официоза. Для товарищей и босса я просто Бык. — Босса? — Максвелл приостановился и обернулся. Кунари уже исчез в палатке. … Сцена в таверне № 2 Вечер начался не ахти как, а уж продолжался и вовсе странно. Когда выдавалось свободное время, Варрик с Кассандрой, иногда прихватывая с собой Каллена, проводили его за кружкой-другой местного сухого эля. После обмена новостями, которые были не столь важными, чтобы обсуждать их на военных собраниях, они приступали к беседам о происходящем. Главной темой разговоров был Тревелиан, ну, а второй по популярности все чаще выступал их рогатый знакомый. Говорить о нем было проще, мнения о его персоне складывались куда более однозначные. Однако этим вечером все было не так, как обычно. В основном потому, что сам Железный Бык сидел напротив, занимая всю сторону стола. Варрик откашлялся и поболтал эль в кружке. Он нахмурился, заглядывая внутрь, и притворился, что что-то там увидел. Делая вид, что не замечает кунари, Кассандра разглядывала стену напротив. Ее украшала прибитая к деревянной доске голова медведя. Кассандра представляла там другую. Много других. Она была сегодня нервная. Каллен, отмечая всеобщее молчание, тоже не торопился заговаривать. — Ты не торопишься к своим товарищам? — наконец заговорил Варрик. — Кажется, они без тебя скучают. Под громкий хохот нескольких ребят накачавшийся пойлом Крем съехал с лавки под стол. Двое подхватили его под локти и усадили на место, но с головой парнишки справиться было не так просто, как с телом. Забравшись с ногами на скамью, тот застучал кружкой по столешнице, требуя продолжения банкета. — Вряд ли. Им весело. — А вот это повод сходить к ним, — не отчаивался гном спровадить нежелательного собеседника. — Мне и тут хорошо. — Может, это не очевидно, но у нас тут приватный разговор. Инквизиторская шайка. — Думаю, я тоже часть Инквизиции. — А ты не мог бы побыть частью Инквизиции в каком-нибудь другом месте? — Кажется, ты мне не доверяешь, гном. Варрик громко и возмущенно фыркнул. — Ты заметил? — поинтересовался он. — Кунари. Бык развернулся к нему, подпирая подбородок левой рукой. Стол под тяжестью навалившегося на него веса скрипнул. — Поможет, если я куплю тебе выпивку? — Поможет ли… поможет ли… — Варрик застучал пальцем по нижней губе. — Поможет ли выпивка мне забыть, как орды кунари сжигали киркволльские дома… или как они протыкали копьями моих приятелей и знакомых прямо рядом с пивнушкой… поможет ли забыть, как они вытаскивали на улицу молящихся женщин и детей и выпускали им кишки? Поможет ли… Не знаю. Каллена передернуло от воспоминаний. Он столько времени пытался вытравить их из своей головы, вымести весь сор из ее закоулков. А эти пара фраз возродили столько ненужных ассоциаций, что ему вдруг стало тесно, стало нечем дышать. Заболела голова, а на кончике языка пробудился медный вкус крови. Не говоря ни слова, Каллен поднялся и пошел к барной стойке. Кассандра взволнованно посмотрела на него. Уперевшись в столешницу обоими локтями, Каллен попросил у хозяйки таверны еще кружку. А разговор рядом продолжался. — Конечно, ведь это все был я. Я жег дома и убивал женщин. — А разве нет? Разве у вас в Кун вы все не детали одной большой системы? — Части системы дают сбой. — Хочешь сказать, та часть дала сбой? — Нет. Это я дал. Искательница внимательно проследила за девушкой в капюшоне, подошедшей к Каллену. Кажется, это была одна из разведчиц Лелианы. Немного постояв рядом с ним, она передала ему клочок бумаги. Они обменялись парой фраз, которые Кассандра за гамом таверны не расслышала, и девушка удалилась. — Думаешь, мы не знаем, чего ты пытаешься добиться? — Наверное, втереться в доверие. — Да… втереться в доверие. Иметь доступ к Тревелиану, чтобы потом оказывать влияние на его решения. — Самое странное предположение, которое я когда-либо слышал. Обычно предполагают, что я прирежу его во славу Кун и, воспользовавшись неразберихой, дам сигнал атаки своим. — Об этом я тоже думал. Оставив свой эль, Каллен шел обратно к столу. Лицо у него было задумчивое, обеспокоенное и немного злое. Посланница передала ему явно не приятные новости. — Гном, ты большой болван, если говоришь всерьез. Кунари не настолько опрометчивы, чтобы нападать на единственную организацию, в силах которой устранить все блядство, которое происходит на небе. — Этого я не знаю. Но тебе лучше не пытаться пудрить мозги нашему Вестнику. За тобой следит слишком много глаз. — Может, общаться с ним мне еще запретишь? — Это не в моей власти. Но я бы посоветовал вести себя осторожнее. И держаться подальше. От всех нас. — Каллен, что случилось? — наконец вмешалась в агрессивный диалог Кассандра. Каллен грузно опустился на свое старое место. — Редклифф. Там проблемы. — Серьезные? — засуетилась Кассандра. — Кто на этот раз? Маги? Храмовники? Стоит утром отправить туда солдат? — Вряд ли это подождет до утра. Каллен потер подбородок, ведя плечом. — На юге обнаружили новый Разрыв. В лесу, но близко к фермам. Земля выгнивает за считанные часы. И уже есть жертвы среди местных. — Нам нужно поставить в известность Тревелиана! — Он уже знает. — Каллен неуверенно посмотрел на прислушивающихся к ним гнома и кунари. — И он настаивает на том, чтобы небольшой отряд отправился прямо туда немедленно. Дело не терпит отлагательств. — Хорошо, что я еще не успел надраться в вашей дружелюбной компании, — обрадовался Бык. — Когда выезжаем? — Куда? Я с ним не поеду, — запротестовал Варрик. — Вообще Тревелиан упомянул, что хотел бы видеть всех вас, — Каллен мял записку в руке. — И Железного Быка тоже. Это его решение. — Босс обещал, босс сделал, — кунари поднялся со своего места и оперся кулаками о стол. — Мне нравится этот ваш Тревелиан. Кассандра только покачала головой. Она это решение не одобряла. Маленький маневренный отряд в отличие от крупного должен был быть в разы сплоченнее, действовать как единый механизм. А учитывая разногласия в их группе, это было проблематично. Искательница полагалась на Тревелиана, да и на Варрика тоже, но Бык не внушал ей доверия, что уж говорить об их конфликте с гномом. Его слова… Варрик не был похож на себя. Видимо, произошедшее в Киркволле повлияло на него столь же сильно, сколь и на Каллена, но показывал он это иначе. С другой стороны, Железный Бык. На его месте вспыльчивая Кассандра давно бы уже дала гному тумака. Но он терпеливо сносил все, что ему говорили, и только улыбался. Было в его наглости и простоте что-то привлекательное, она не спорила. Да, он ей не нравился, но той жгучей неприязни, что она испытывала в начале и от которой не избавился Варрик, не было. Она не знала, к чему приведет эта поездка, и планировала наблюдать за ними обоими.