Мёртв или всё-таки жив?

Я уже почти почувствовал, как тело в очередной раз болезненно столкнулось с землёй, но чьи-то большие руки вовремя подхватили его, не давая добавить новых травм к уже имеющимся. Сквозь пелену, покрывающую глаза, и тихий звон в ушах с трудом различаю чьи-то голоса и суету. Меня поспешно переносят на что-то мягкое и аккуратно укладывают, не забыв подложить под голову подушку. Ещё пару минут чувствую себя словно в другой вселенной, с силой сжимая футболку в районе сердца, пока боль медленно не отступает, возвращая меня в реальность… в довольно суровую реальность. Сдавлено выдыхаю, чувствуя, как постепенно становится легче дышать, и, наконец, поднимаю взгляд на сидящего напротив меня… гуманоида и двух его друзей, стоящих позади. Нервно сглатываю, не в состоянии что-либо сказать, лишь неотрывно пялюсь на зелёную кожу, слегка отсвечивающую в свете ламп, на крупные пластины, покрывающие их тела спереди, и странные штуки за спиной, немного напоминающие... панцири? Неужели они настоящие? - Не надоело ещё пялиться? – отозвался один из них. Этот голос был мне до боли знаком - именно его я слышал в переулке, и именно он каждый раз пробирал до крупной дрожи по всему телу, заставляя сердце уходить в самые пятки. - Раф! - А что такого? - Будь повежливее, сам же его сюда притащил. - Но при этом я не нанимался быть экспонатом в музее, Лео. - П…постойте-ка минуточку! – неожиданно громко выпаливаю я, приподняв корпус и все ещё растеряно глядя на три пары глаз, не менее удивлённо смотрящих на меня. - Ахах, кажется, я слишком сильно ударился головой, - нервно смеюсь и провожу по лицу рукой, в надежде, что все это исчезнет с глаз долой, но картинка не меняется ни через минуту, ни через две. - Послушай, наверняка тебе сейчас сложно поверить своим глазам, - медленно и спокойно начинает парень с голубой повязкой на глазах, подойдя чуть ближе, - но тебе нечего бояться, хорошо? Меня зовут Леонардо, того, кто тебя сюда принёс, Рафаэль, а Донателло обработал твои раны. Прости, он наверняка напугал тебя, подкравшись сзади. Даже узнав их имена, я до сих пор не чувствовал себя в безопасности и невольно вжимался в спинку дивана. Наверняка по мне была отлично заметна сильная растерянность и даже страх. Да, я боялся. А кто бы не испугался на моём месте? Да они же, они же... монстры какие-то! - Я..я конечно очень вам благодарен, но лучше мне вернуться домой… Потупив взгляд, я спешно накидываю на плечи свалившуюся с них куртку, несколькими рывками застёгиваю молнию, и, наконец, пытаюсь подняться на ноги, получая отпор в виде тяжёлой руки Донателло, опустившейся на моё плечо. От неожиданности заметно дёргаюсь в сторону, тут же ловя на себе сначала удивлённый, а затем и заметно поникший взгляд. Сердце пронзает тонкий укол стыда, который повторяется вновь, когда обладатель фиолетовой банданы подаёт мне мой телефон, слегка подбитый во время драки. - Донателло починил его, пока ты спал. Думаю, тебе стоит поторопиться, на него уже несколько раз звонили. Рафаэль покажет, где здесь выход. На этих словах все оживляются, Леонардо отправляется к поломанным мною бумажным перегородкам, а Донателло оставляет бутылку с водой и какие-то таблетки, после чего тоже уходит, исчезая за тяжёлой железной дверью. Я же, наконец, более-менее спокойно выдыхаю, опуская поникший взгляд к лекарствам и оставленной записке. «Это должно уменьшить боль в сердце, но обязательно покажись врачу». Кошусь немного в сторону, натыкаясь взглядом на хмурого Рафаэля, скрестившего руки у груди, и, почувствовав на себе его давящую ауру, спешно возвращаю взгляд обратно к лекарствам. Согласно инструкции, оставленной Доном, выпиваю несколько таблеток и жадно запиваю их водой. В этой суматохе я даже не заметил, как сильно хотелось пить всё это время. А пока я занят своим здоровьем - большой и страшный зелёный маньяк куда-то отходит, возвращаясь уже с моим рюкзаком в руках и мотоциклетным шлемом на голове. А… зачем это он ему? - Давай живее, я подвезу тебя до дома, уже поздно. - Н..но я и сам могу… - Эй, - прищурив глаза, он бросает мне мой рюкзак, - я не любитель читать нотации, но тебе стоило бы быть повежливее с теми, кто спас тебе жизнь, не находишь? Короче, просто помалкивай и топай за мной, коротышка. -Аа… хорошо, - быстро подскакиваю, закидывая рюкзак за спину, и следую за Рафаэлем в просторное помещение, напоминающее гараж. Там он накидывает на плечи висевшую на крючке у входа кожаную куртку и одним быстрым движением стягивает ткань с внушительного чёрного байка. Стоит мне его увидеть, как в голове проскальзывают уже знакомые образы ночных улиц Нью-Йорка, ощущение свободы и ветра, обволакивающего все тело. И образ крупного чёрного байкера, со спины так похожего на Рафаэля, уже усевшегося на своего железного друга. - Чего столбом встал? Надевай шлем и запрыгивай! Я молча киваю, неловко подходя ближе и принимая из чужих рук чёрно-красный защитный шлем, совершенно не подходящий мне по размеру. Но, без лишних вопросов, аккуратно натягиваю его на травмированную голову, не без труда забираясь на большой по моим меркам агрегат. - Ам, послушай, а мы не встречались раньше? Глупое, конечно, предположение. Но учитывая, что я мало что помню о своей жизни до комы, можно вполне предположить, что прошлый Майкл однажды точно так же попал в какую-то передрягу и был спасён кем-то из них. Или конкретно Рафаэлем. Судя по всему, он неплохой парень, только уж больно странный… Он даже не ответил на вопрос, командуя держаться крепче и со всех сил давая по газам. Да я едва не свалился! Чёртов маньяк, нельзя же так к людям относиться! Впрочем, все моё недовольство быстро улетучивается, когда мы выезжаем на крупную почти безлюдную дорогу, проносясь мимо сотен горящих огней и почти заснувших домов. Улыбка невольно лезет на лицо, даже несмотря на все неприятности, что случились со мной за этот день. Впереди ещё наверняка очень сложный разговор с родителями, но теплый осенний ветер выдувает из головы все эти мысли и все переживания. К несчастью, мой дом оказывается слишком близко, и вскоре восторг сменяется печалью, когда приходится слезть с байка и отдать Рафаэлю шлем. Сквозь затемнённое стекло я совершенно не вижу его лица и не могу понять, о чём он думает сейчас, но все же решаюсь сказать то, что должен. - В общем, я и правда очень благодарен вам за помощь. И… мне очень жаль, если я задел вас своими действиями. Не каждый день всё-таки встречаешь разговаривающих черепах. Он какое-то время молчит, пристально разглядывая меня. И хоть я не вижу его лицо, но прекрасно чувствую этот взгляд, не зная, куда от него деться. - Тебе лучше забыть обо всём, что произошло сегодня. Обойдясь этой короткой фразой, он заводит своего железного коня и срывается с места, оставляя меня в полном одиночестве. Я же как-то обречённо вздыхаю и неспешно плетусь к своему дому, что стоит в паре десятков метров дальше по улице. В голове уже крутятся фразы родителей о моей безалаберности и десятки, если не сотни вариантов наказаний от мамы. Оооо, да. Она-то уж точно найдёт способ наказать меня как следует! А ещё... самое время подумать над отговоркой по поводу такого долгого отсутствия и перевязанной головы. Слава богу, благодаря куртке не видно синяков на руках и ребрах, иначе мне действительно не поздоровилось бы. Вздыхаю ещё раз, куда более обречённо, чем прежде, неохотно поднимаясь по ступенькам к своей квартире. Дверь в неё от чего-то оказывается слегка приоткрытой, а из коридора отчётливо слышатся голоса родителей, которые я, на самом деле, действительно не хотел бы слышать. - Сколько можно! Алекс, разве ты не видишь, что это не наш сын?! Он не то что нас, он даже самого себя не помнит, а ведь прошёл уже год после того, как он пришёл в сознание! Он так ничего и не вспомнил и продолжает доставлять одни неприятности! - Дорогая, успокойся, ему нужно ещё немного времени, врач же говорил… - Врач говорил то, врач говорил сё, но я так больше не могу, понимаешь?! Я хочу, чтобы вернулся наш спокойный умный мальчик, наша дружная семья и всё было как прежде. Я люблю Майкла очень сильно, но не могу привыкнуть к этим переменам, я все больше чувствую, что наш Майкл, настоящий Майкл больше не вернётся… - Сара… - голос отца звучит подавленно, и я чувствую, как его сердце сжимается от боли одновременно с моим, - все наладится, я тебе обещаю. Не так уж и плохо, что он стал активнее и улыбчивей прежнего, было бы куда хуже, если бы он закрылся от нас и от всего мира. Может, ему действительно лучше не знать прошлого. Готова ли ты рассказать ему, что произошло на самом деле? Готова ли ты к последствиям, которые придут вместе с его воспоминаниями? - Я… я не знаю, но мне так сложно каждый раз, когда с ним что-то происходит, я так боюсь потерять его снова… Едва не забыв как дышать, спускаюсь на несколько ступенек ниже и нарочито громко шагаю обратно, открывая дверь и сталкиваясь с удивлёнными лицами родителей. Стараясь не подавать виду, натягиваю на лицо виноватую улыбку, максимально уверено произнося: - Мам, пап, я опоздал, но вы не поверите, что произошло!