Глава 42
22 июня 2015 г., 15:00
31 октября пятница, 22:00 Русборо-сити
Хильда вместе с Хильбертом, под чутким руководством мастера Лайера, вернулась в академию в пятницу, поздно вечером. Почти две недели поездки остались за плечами, и за прошедшее время с ними практически ничего и не произошло и материала на книгу не собралось. После отлета Эша и Серены, стало вообще скучно. Разве, что мастер доставлял своими выходками.
Вернувшись же в учебное заведение, девушка стала свидетельницей того, что жизнь здесь, в преддверии праздника, бьет ключом. В академию, по случаю праздника съехалось не мало гостей — как бывших выпускников и преподавателей, так и родителей нынешних первокурсников. Хильда так и не смогла найти в общежитии Мэй, а в комнате, где проживали Доун и Серена, расквартировались две женщины: мамы Доун и Эша Кетчума.
— Эш и Доун сейчас в покемон-парке, — проинформировала ее Джоанна. — Они ночуют в палаточном городке, это вроде как традиция у них такая, перед праздником ночевать под открытым небом.
После этого, Хильда отправилась в покемон-парк, попутно встретив вновь Хильберта; комната друга тоже оказалась занята совершенно другим человеком, а Эш и Пол отсутствовали. На территории покемо-парка уже все было готово к встречи праздника. На арке входа в парк красовалась надпись, светящаяся в темноте:
Мы вместе 20 лет!
За пределами ограды была разбита целая ярмарка; повсюду лотки, ряды, столы, стулья. Была построена сцена для выступлений, повсюду стояли флагштоки с флагами. У самого же озера стоял самый настоящий палаточный городок, где разместилось свыше сотни человек. Еще приближаясь к гульбищу, Хильда и Хильберт слышали звук голосов присутствующих, и игру на музыкальных инструментах: завтрашний праздник, начинался уже сегодня. — Интересно, где здесь наши друзья? — оглядывая незнакомцев спрашивал Хильберт, но тот час же нашел выход из ситуации, обратившись к компании людей, которым при свете фонарей, было на вид под 30 лет, что сидели за столом под навесом; — Вы не знаете, где здесь первокурсники? — Какие именно первокурсники? — с усмешкой спросили отдыхающие. — Здесь целых 20 наборов первокурсников собралось. Какой именно вам необходим? — Нынешний, — ответила Хильда. — Те, кто в этом году поступил. — А, духи! Они вон в той палатке, — мужчина указал рукой в сторону. — Они сейчас там делают татуировки. Кстати, вы то из какого набора? — Ну, мы как бы не местные, — ответил Хильберт. — Мы из академии Юновы, и временно здесь по обмену. Вы из какого набора? — Я из двенадцатого, вон он — из тринадцатого, мы вместе в одной комнате жили. Она — из пятнадцатого, этого парня я вообще не знаю, он типа из второго набора, короче кого тут только не набралось! Палатка, в которой расквартировались первокурсники, и куда вошла Хильда со своим спутником, была обширной: высокой, так что даже Прайс мог бы в ней стоять во весь рост, не наклоняясь, длинная — 10 метров протяженностью, и шириной в два метра, так что, в палатке могло разместится множество людей. Палатка была ярко освещена светом ламп, что имели источник питания в в виде электрогенератора, что подавал энергию всему палаточному городку. В палатке была расставлена кое-какая, складная мебель. Первым, кто попался на глаза, был Эш. Тот сидел на кушетке, раздетым до пояса, словно на осмотре у доктора, с мученическим выражением лица. Рядом же с ним, сидел незнакомый для Хильды парень, одетый в кожаные брюки и безрукавку. Все части тела, что были обнажены — руки, плечи и шея были буквально исписаны татуировками. При этом, незнакомец в этот момент сам наносил Кетчуму рисунок на плечо. — Так, я закончил работу! — объявил парекольщик. — Кто следующий? — О, Хилберт и Хильда! Привет! — обратился Эш, что наконец-то увидев их, будучи ранее отвлечен процессом. — Пика-пика! — обратился Пикачу, приветствуя их тоже. — Эш, что это ты занимаешься? — нахмурилась Хильда. — Вот, решили мы сделать татушку, — ответил Эш, показывая алого цвета пламя на плече, точно такое же, как и у Мэй. — Как, круто? — Глупо! — ответила Хильда, что не разделяла восторг и в этот момент в шатер вошел Зиг. — А, вот чем вы занимаетесь здесь? — с усмешкой спросил, как ни в чем не бывая мастер. — Решили увековечить свою пребывание здесь, путем нанесения татуировок? Типа, "Академия, вперед!" Двадцать лет назад, мы, помнится, тоже переболели этой херней. Правда, последствия остались после этого. Вон, смотрите. Лайер бесцеремонно снял рубашку, повернувшись спиной. Хильберт взорвался смехом, Хильда же только поморщилась. На спине у мужчины был изображено здание академии. Рисунок был нанесен искусно, только вот одна загвоздка была: здание стояла кверху тормашками. — Почему у вас замок на спине перевернутый? — спросил Эш. — Это смотря с какой стороны смотреть, — улыбнулся Лайер. — Наносил рисунок один олух, а я лежал на спине, и не видел этого безобразия. Этот парень и ориентировался по голове ошибочно, ну вот так и вышло. Когда спохватились, было поздно. Вот теперь и хожу с перевернутым замком. Вверху фундамент, внизу башни. Мне еще повезло; одному нашему надпись сделали с орфографическими ошибками. Так и ходит с ними до сих пор. Пол, присутствующий здесь, оказался тоже расписанным; на груди у него появилась снежинка. Правда, как выяснилось, что татуировку ему сделали на прошлой неделе. У ужасу для Хильды, местные девушки тоже делали татуировки. Над ними работал отдельный мастер — девушка по имени Ти (или это был псевдоним, Хильда не поняла). Выглядела Ти соответствующие своему коллеге; кожаные брюки и безрукавка, и татуировка на татуировке. Процедуры проходили за занавесом. К удивлению для Хильды, среди клиенток перекольщицы, она увидела и Доун с Сереной, которым уже были нанесенным небольшие рисунки. У Доун на бедре красовалась теперь небольшое изображение, напоминающее морские волны сине-зеленного оттенка, у Серены, в области живота изображение потоков ветра с тучами, голубого цвета. — Доун, Серена, — недоумевала Хильда, что всегда считала этих девушек скромными и воспитанными, — неужели и вы решили этим заняться? — Хильда, — обратилась к ней присутствующая здесь Урсула. — Не обращай на них внимания: они совсем отупели. Решили расписать себя вслед за своими дружками. — Хильда, ну как бы ничего в этом страшного нет, — оправдывалась Доун, судя по голосу которой, можно было понять, что она сама себе более доказывает это. — Одна татуировка еще никого не убивала. Да к тому же нам сделали рисунки в правильных местах. — В правильных местах! Вот насмешила! — хихикнула Урсула. — Интересно, какие это такие места считаются правильными? — Ну да. Большую часть времени, они будут скрыты под одеждой, — доказывала Доун, но по тону голоса можно было понять, что она сама себе это пытается доказать. — Нам так объяснили Ти. — Кстати, Ди-Ди, помнишь, я спрашивала тебя, не эмо ты случайно? — продолжала придираться с насмешками Урсула. — Теперь я еще более убедилась, что ты из их числа. Сначала платьице черно-розового цвета, теперь татуировки. Кстати, я бы на твоем месте поспешила поделиться новостью о первой татуировке с мамой. — Ну, мама узнает потом, — отмахивалась рукой Доун, — не сейчас… На огонек, как на грех, наведалась мастер Графт, что прознала о том, каким вольностям предались студенты-первокурсники, на волне праздника. Естественно, увидев полураздетых студентов с татуировками, и гостей, что расписывали хозяев праздника, зарабатывая на этом деньги, ее в восторг не привели. — Студенты Кетчум, Хикару, Люмьер! Что вы себе позволяете здесь?! Мастер Лайер! Почему вы раздеты? Какой вы пример подаете студентам? — Мастер Графт, — обратился Эш. — Сегодня же праздник, и все разрешено. К тому же, мы же ничего не сделали противозаконного. Правда, Пикачу? — Пика-пика — Да, к сожалению, вы правы, учащийся Кетчум, — строгим официальным тоном обратилась Графт, с неохотой признав правоту студента. — Вам сегодня дана воля, и вы расслабились. Но учтите — после выходных, с вас спрос будет втройне строг, как в вопросах успеваемости, так и поведения. Вы все трое, расписанные взяты под особый контроль на этой неделе. — Кстати, мастер Графт, — обратился Флин, как ни в чем ни бывало. — Вы же, помните нас? Меня и Ти? Мы два года назад закончили Академию. Теперь мы муж и жена. — Да, я вас к сожалению не смогла забыть, — ответила Графт строгим тоном. — Вы худшие из студентов, что были на моей памяти. — Зачем так строго? Кстати, мастер Графт, если желаете, то я могу вам сделать татушку. По старой дружбе, могу сделать скидку в 50%, — предложил художник. — Боди-арт, одним словом, будите креативным завучем и все такое. — Нет уж! — женщина фыркнула, сверкнув стеклом очков, строго смотря на бывшего студента, а затем взглянула на Эша, Пола, Доун и Серену, обратившись к ним: — Ладно, с вами я еще поговорю, после праздника. Молодые люди переглянулись, обдумывая по-всей видимости варианты того, как им в очередной раз преодолеть очередную незадачу. — Да забейте! — махнул рукой Лайер, не разделявший строгих взглядов коллеги на происходящее: — Подышите хоть немного свежим воздухом. Хотя, мой вам совет — на этих узорах остановитесь. А то вон, на таких вот детишках, что ищут самовыражение, наживаются Флин.***
Через пару часов, когда на улице уже царила глубокая ночь, Хильда и Хильберт присоединились к компании первокурсников, что так и не собирались ложиться спать. Эш и Пол, Серена и Доун, а так же примкнувшие к ним вездесущие Мэй и Дрю поделились с ними всем, что с ними произошло за две этих недели, а произошло не мало. — Да, Дрю, — с усмешкой обратился Хильберт к другу. — Надо же поверить в то, что тебе самому удалось сломать меч из стали. — Дрю переоценил возможности своей силушки, — ответила Мэй. — Видели бы вы Дрю в тот день. Он был словно на иголках. По правде говоря, я и сама повелась на то, что мы сломали эту железяку. — У страха глаза велики, — пояснила Хильда. Пол и Эш поделились совершенно иной новостью. Точнее, они рассказали о своих планах на будущее. Оказалось, что они собираются устроить великую битву покемонов. — Вы о чем-то другом, кроме битв думаете хоть когда-нибудь? — с сарказмом спросила Хильда. — На этот раз битва особая, — ответил Эш. — Мы еще в прошлом году договаривались о битве, а раз договорились — необходимо сдержать обещание, верно, Пикачу? — Кстати, Хильберт, — обратился Пол. — Мы хотели бы, чтобы ты был судьей при нашем поединке. Ты же имеешь лицензия судьи. — Да, имеется, — согласился Хильберт. — Я могу выступить судьей, но почему вы хотите видеть именно меня? — Ну, ты же наш друг и сосед по комнате, — по-простому рассудил черновласый парень. — Эш, Пол, неужели, мне вечно надо быть арбитром в ваших взаимоотношениях? — полушутя-полусерьезно спросил Хильберт. — Иногда я чувствуя себя словно Райкваза, что оказался между Кроудоном и Кайогре. — Что-что, прости? — не понял Эш. — Это значит, что мой Хильберт чувствует себя словно между двумя огнями, — пояснила Хильда. — Он выразился образно. К сожалению Эш, ты так не умеешь. В конечном итоге Хильберт согласился на предложение быть арбитром во время поединка. Полноценный бой — шесть на шесть. Место проведения — лаборатория профессора Роуена в регионе Синно. В том месте противостояние Эша и Пола и взяло начало, там и должно найти свой исход. Правда, Эш не хотел ограничится поединком с Полом. Очень уж ему хотелось пересечься с Мэй, поединок один на один; Септайл vs Блейзикен. — Что же, я не против этого поединка, — ответила на вызов Мэй. — Однако, у меня есть условие. Я хочу боя на потерю покемона. Победителю достанется покемон побежденного. Одержит мой Блейзикен победу — твой Септайл перейдет мне, одержит победу твой Септайл — мой Блейзикен перейдет к тебе. — Это не честно! — ответил Эш, которому не понравились условия. — Эш, все честно, — возразила Хильда молодому человеку. — Я понимаю, тебе не охота расставаться с Септайлом, однако и Мэй жалко будет отдать Блейзикена в другие руки. — Именно, — поддержал ее Хильберт. — Единственный выход, чтобы не расстаться со своим покемоном — одержать победу. — Короче, один будет смеяться, а другой плакать, — ответил Пол. — Правда, есть и третий вариант — ничья. У каждого покемон останется при себе. — Если я одержу победу, то у меня окажется все трио финальных эво-форм стартовиков, — мечтательно потянула Мэй. — Травяной септайл, огненный блейзикен и водный свомперт. — Все равно, как-то нехорошо, — ответил призадумавшийся Эш. — Эш, я уже ставила на кон Блейзикена, а в итоге заполучила Свомперта — возразила Мэй. — Впрочем, Эш ты можешь и отказаться от боя, если боишься. Не мне он нужен, а тебе, как-никак. В итоге Эш с неохотой согласился на это условие. Правда, тот час же Доун неожиданно дала вызов Серене. — Ты хочешь боя? — удивилась Серена. — А почему бы и нет? — ответила Доун. — Если Эш и Пол решили устроить битву, то почему бы и нам не устроить поединок? Кстати, я предлагаю его устроить в 2 этапа, подобно контестам; показательное выступление, и поединок лимитом в 5 минут. — Я прямо и не знаю, — ответила Серена. — Я никогда не принимала участия в контестах. — Вот и хорошо, попробуешь себя в этом деле, — пояснил Дрю. — Я в свое время нанес сокрушительное поражение Мэй. — Это было давно и неправда, — возразила Мэй. — Да и не забывай — я взяла реванш над тобой в Канто. — Тогда было превозмогание с твоей стороны — парировал Дрю. — Это не в счет, тем более, что Соладед в последующем поединке тебя вынесла в сухую. — Да, я помню это! — ответил Эш. — Мэй тогда, после конкурса сильно расплакалась и… — Эш! Взять бы и укорить тебе длинный язык, — ответила Мэй и обратилась к подруге из Твинлиф-тауна. — Кстати, Доун. Почему бы и нам не устроить битву? — Снова битва! — фыркнула с усмешкой Хильда. — Хотя, я могу быть вашим судьей. На этом и договорились. Получалось следующее; Эш vs Пол: бой 6 на 6. Судья — Хильберт. Эш vs Мэй: бой один на один, с передачей покемона со стороны потерпевшего поражения тренра к тренеру одержавшему победу. Судья — Хильда. Мэй vs Доун: бой один на один (Торчик vs Пиплап). Судья — Хильда. Доун vs Серена: противостояние по типу контеста. В судейскую коллегию записалась Мэй, Дрю и Урсула. Мэй/Дрю vs Хильда/Хильберт: парный бой с использованием двух покемонов. Судейство — неопределенно.
