Я настоящий

Глава 3. Выписка Тсуруги Рена прошла мимо СМИ. Такарада заранее позаботился, чтобы настоящая дата выписки не просочилась за пределы больницы. Будь Рен «настоящим», то еще можно было бы устроить феерическое возвращение Тсуруги Рена. Но Тсуруга был фальшивый, как теперь о нем думал президент. Вернее, многие воспоминания были фальшивыми, но это не отменяло того, что и Тсуруга Рен становился из-за них другим, не настоящим. Прежде, чем показывать его массам, необходимо было привести мысли Рена в порядок. Еще до выписки Такарада рассказывал Тсуруге о его жизни, надеясь, что настоящие воспоминания все-таки вернутся, а вместе с ними и настоящий Рен. Президент просто не мог допустить мысли, что кто-нибудь узнает о проблеме актера. И Тсуруга понимал Лори. Доказательств несовпадений между его воспоминаниями и реальностью было много. Хоть Рен и не понимал, как такое произошло, но жизнь «другого» Тсуруги, как в мыслях он называл это, ему нравилась больше. В его воспоминаниях он был не так успешен, родители часто давили на него, с женой часто ссорились, и если она не уходила к подруге, то приходилось искать место, чтобы переночевать. Роли были однообразными. И только поддержка Такарады позволяла не падать в бездну. Не хватало силы воли, да и просто стального внутреннего стержня, чтобы противостоять внешнему миру. А Тсуруга Рен из рассказов президента был очень успешным и популярным. Актер номер один. Или первый актер Японии. Родители не пытались влезть в жизнь сына. Доверяя ему, и надеясь, что тот день, когда их Куон вернется, настанет очень скоро. Когда Такарада сообщил, что родители хотели бы увидеть Рена, чтобы собственными глазами убедиться, что с ним все в порядке, Тсуруга не знал, как поступить. Мысль, что родители, которых он помнил, давно бы уже приехали, а может и вовсе забрали в Америку, не покидала его. И в данной ситуации просто было не понятно, что делать. Но Такарада помог. Хоть президент и хотел попробовать уговорить Рена позвонить, но в нынешней ситуации это было невозможно. С трудом ему удалось убедить, что Куон Хизури не появится, а Тсуруга Рен не станет звонить кому-либо, чтобы отчитываться о своем здоровье. Иногда, после рассказов президента, Рен мечтал, чтобы у него действительно были ложные воспоминания. Иногда казалось, что вот он что-то вспомнил о своей настоящей жизни. Но чаще всего, его не покидала мысль, что он и Рен, которого все знают, просто разные люди. Что у него просто то же имя, те же родители и знакомые, та же профессия. Но внутри они были разными, не похожими. По-другому смотрели на мир и вещи, по-другому воспринимали реальность и реагировали. По-другому. Незнакомая квартира встретила тишиной и уютом. Было сразу заметно, что здесь кто-то бывал до его выписки. Чисто, свежий воздух, будто недавно комнаты проветривались, пахнет чем-то вкусным... – Могами Кьеко следила за квартирой, пока ты лежал в больнице, – ответил на незаданный вопрос президент. Девушка передала также, что приготовила поесть, но встретить не успевала – съемки. Рен молча прошел внутрь, осматриваясь. Все было незнакомым, ничего не узнавалось. Такарада хмурился. Он надеялся, что в знакомой обстановке получится вернуть воспоминания, но по взгляду актера президент понял: тот здесь будто впервые. Обойдя квартиру, Рен остался доволен. Было намного уютнее и спокойнее, чем в квартире из воспоминаний, куда часто не хотелось возвращаться. Еще раз обсудив план действий актера, президент, выдав новый телефон, удалился. Вечером к Тсуруге заехал Яширо. Заскучавший было Рен обрадовался. – Президент предупредил меня, что на работу ты выйдешь через неделю. Но я решил, что ты не будешь против, если привезу тебе сценарии и... Тебе, наверно, интересно, в каких проектах ты до сих пор участвуешь, а какие прошли мимо из-за длительного отсутствия, – начал менеджер, вытащив несколько сценариев из сумки. Рену, конечно, было интересно, где он снимается, но больше потому, что хотелось выяснить, насколько популярен «другой» Рен. Неужели кто-то согласился подождать его возвращения, отложив съемки на неизвестно какое время. Вспомнился случай, когда, приболев и потеряв голос на неделю, все режиссеры тут же нашли ему замену. Ждать никто не стал, когда Тсуруга Рен вернет голос и сможет приступить к съемкам. Так неужели «другой» Рен настолько популярен, что режиссеры готовы ждать ради того, чтобы он только снялся в их фильме? В это верилось с трудом. Хотя бы потому, что будь он так популярен, то наверняка бы уже состоял в отношениях, ввиду большого числа поклонниц. Тут же вспомнилась Кьеко. С ней было так хорошо. Тогда, в больнице, на миг промелькнула мысль, что вот с ней бы он хотел провести всю жизнь, но мешала жена. А теперь, когда выяснилось, что ее нет, можно попробовать поближе узнать Могами. Хотя для начала не мешало бы узнать, в каких отношениях состояли «другой» Рен и Кьеко. – Рен? – пытался достучаться до сознания актера менеджер. – А? Что? – отвлекшись от своих мыслей, перевел свое внимание на Яширо. – Извини, я задумался... – Не о Кьеко-чан ли случайно? – лукаво подмигнул Рену. – У нее съемки сегодня поздно закончатся. На время твоего отсутствия президент меня к ней приставил. Рен подумал, что это не первый раз, когда отвечают на его не заданный вопрос. «Может, у меня на лбу что написано», – подумал Тсуруга, пытаясь понять, как президенту и Яширо удалось угадать, что он хочет спросить. Просмотрев сценарии, Рен понял, что ошибался. Ждать его, конечно, никто не собирался. И пролежи он в больнице еще немного, то и эти проекты ушли бы. Просто режиссеры до последнего тянули, не утверждая главного героя, надеясь, что Тсуруга успеет выздороветь до начала съемок. И лишь только в последний день решались заменить Тсуругу другим актером, которого находили, конечно, заранее. «Вот, это мой шанс! Наконец-то, я смогу стать популярным!» – думал Тсуруга, предвкушая, как его имя будет греметь на всю страну. А там и до завоевания всего мира недалеко. Яширо, видя азартный блеск в глазах своего подопечного, радовался, что тот оправился после аварии. Редко удавалось видеть такой взгляд, но каждый раз Тсуруга поднимался на новый уровень, и неважно, будь то популярность или степень мастерства. Единственное, что не менялось, что оставалось на том же месте – это личная жизнь. Рен все не решался признаться, раскрыть свои чувства. И это не давало покоя менеджеру, желавшему счастья для Тсуруги. Пока Юкихито витал в своих мыслях, Рен думал, как спросить о его взаимоотношениях с Кьеко. Пытаясь представить, как бы это сделал «другой» Рен, все больше путался. – Расскажи о Кьеко, – внезапно вырвалось у Тсуруги. Яширо на миг опешил, а потом, решив, что Рен хочет узнать, как жила Могами, пока он был в больнице, усмехнулся. Вот он шанс попытаться надавить и заставить признаться. – Рен, – протянул Юкихито, лукаво подмигнув, – тебе давно уже пора признаться... Бедняжка Кьеко так страдала, пока ты валялся в беспамятстве... «Признаться?.. В чем признаться?» – хотел спросить Рен, но Яширо увидев на лице Тсуруги выражение крайнего удивления, по-своему понял. – Неужели снова будешь отпираться, что не любишь ее? Мы уже это проходили, так что можешь не пытаться обмануть меня... Сообразив, что «другой» Рен был влюблен в Могами, Тсуруга улыбнулся. Он и не надеялся, что узнает так много простой просьбой рассказать о Кьеко. Это известие многое упрощало. Ухаживать он умел. Несмотря на то, что был женат, любовницы у него имелись. Ведь нужно было где-то ночевать, когда жена устраивала очередную ссору. Теперь, ввиду отсутствия жены, можно ничего не бояться. Могами ему очень нравилась. До любви далеко. Но он знал, что покорится этой девушке, полюбит так сильно, что жить без нее не сможет. И упускать ее не станет. Яширо посидел еще немного, а потом заторопился домой. Тсуруга не стал его удерживать. Вернувшись в комнату после того, как закрыл дверь за менеджером, Рен стал прорабатывать план действий по завоеванию Кьеко. Он понимал, что придется немного повременить. Для начала стоило бы выяснить немного больше о девушке, ведь каждая индивидуальна. Что пойдет одной, не пойдет другой. Вкусы, интересы, привычки – необходимо узнать многое. Вспомнилось, как Могами постоянно говорила о феях и эльфах. Отметив это у себя в голове, попробовал вспомнить еще что-нибудь. Отчего-то напрочь вылетело из головы, где она живет. Хоть и не раз подвозил, но как-то в голове было пусто. Вот если бы он раньше заинтересовался ею, то непременно бы запомнил адрес. Но они практически не общались. Да и Могами явно недолюбливала его. Но Рена никогда не интересовало почему. А стоило бы. Сейчас было бы проще. Радовало, что «другой» Рен был явно авторитетом для Кьеко. А значит, у них были совершенно другие отношения, нежели у него. Очередной звонок в дверь прервал размышления Рена. Гадая, кто на этот раз решил навестить его, был приятно удивлен, увидев гостя. Кьеко Могами. Слегка смущенная и отчего-то счастливо улыбающаяся стояла на пороге дома Тсуруги. Рен не мог нарадоваться. Пропустив гостью в дом, закрыл дверь, предвкушая интересный разговор. – Тсуруга-сан, наконец-то вас выписали! – хозяйничая на кухне, восклицала девушка. А Рен молча ею любовался. Кьеко невероятно шел пестрый фартук, намного лучше, чем он мог бы смотреться на его жене. Впрочем, она никогда его и не надевала. Для нее это было бы слишком. А Кьеко стала бы прекрасной женой. Засмотревшись и размечтавшись, Рен не сразу понял, что к нему обращаются. – Прости, я задумался. Повтори еще раз, – не переставая глупо улыбаться, попросил Тсуруга. Кьеко отчего-то еще больше покраснела, отвернувшись к плите, тем не менее, повторила: – Яширо-сан сказал, что президент дал вам неделю на отдых, а потом вы вернетесь. Поэтому это время он все еще будет мне помогать. Вы не против? – А... Да. Он что-то говорил, что, пока я был в больнице, президент приставил его к тебе. Нет, конечно, я не против. К тому же, думаю, тебе это даже будет на пользу. Когда у тебя появится свой менеджер, тебе будет проще. – А если добавить мой опыт работы менеджером, то еще проще будет! – с блеском в глазах ответила Могами. Рен улыбнулся, не зная, можно ли спросить об этом опыте. Вдруг «другой» Рен в курсе. «Надо Яширо спросить, может, он знает», – подумал Тсуруга. – Расскажи о себе, – решил воспользоваться той же просьбой Тсуруга. Кьеко замерла, а потом, развернувшись, с улыбкой произнесла: – Что вы! Мне нечего рассказывать, за время вашего отсутствия ничего такого не произошло. Все как обычно... – последнее было сказано тише, однако Рен понял, что она пытается скрыть что-то. Вспомнилось состояние Могами, когда она первый раз пришла навестить его. – Ты переживала, беспокоилась обо мне? Мне говорили, что ты в обморок упала, когда узнала об аварии... – все же попытался узнать правду Рен. Кьеко снова застыла, опустила голову. Мысли лихорадочно бились в голове. Что если Тсуруга догадается? Думая, как бы оправдаться, старалась успокоиться. Незаметно для мужчины выдохнув два раза, все же собралась для ответа. – Конечно, беспокоилась! Вы же мой семпай. К тому же все переживали. Все агентство! Президенту пришлось даже доску объявлений сделать, чтобы все перестали лично его донимать вопросами о вашем самочувствии. Вот увидите, когда вы вернетесь, каждый будет рад! Хотят даже вечеринку устроить по этому поводу. Рен слушал и поражался. Реакция Кьеко сбивала с толку. Для него слова прозвучали как отмазка. А как ловко она увела вопрос в другое русло. Если снова вернуться к Могами, то это будет выглядеть так, будто его интересует только она. А если продолжить говорить про всех, значит, проглотить наживку девушки, тем самым, играя по ее правилам. «Как бы поступил «другой» Рен? – гадал Тсуруга, – если он давно ее любит, то почему они не вместе? Возможно ли, что это из-за нее? Может, он боялся? Но чего? Оттолкнуть? А может, ненависти?» Посмотрев на девушку, расставляющую тарелки на столе, пытался понять. – И что там с вечеринкой? – решил следовать правилам Могами. – Я не знаю, – протянула, – я ушла раньше, чем что-то решили. Но не волнуйтесь, мимо вас она не пройдет. – А ты пойдешь на вечеринку? – лукаво улыбнувшись и слегка склонив голову на бок, спросил Рен, отмечая, что Кьеко смутилась под его пронизывающим взглядом. – Тсуруга-сан, давайте поедим. Вас наверняка плохо кормили в больнице, – резко ответила Могами. – И вы обещали, что больше не будете так делать. В этот раз я вам прощу, но впредь прошу не забывать. А Рен озадачился. Как не нужно больше делать? Смущать? Задавать такие вопросы? «Что за отношения были у них?» – снова раздумывал Рен. Вскоре Кьеко ушла, перед уходом помыв посуду и наказав Рену не забывать питаться. Рен же, лежа в постели, задумался над стратегией завоевания Кьеко. Было очевидно, что это дело окажется непростым. Но оно того стоило. За тот небольшой промежуток времени, что они были вдвоем, эта девушка покорила его еще больше. Однако стоило разобраться в причинах того, отчего отношения «другого» Рена и Кьеко не вышли за рамки семпай-кохай. Не мог же «другой» Рен бояться отказа? И Тсуруга решил, что обязательно во всем разберется.