Я настоящий

Глава 4. Токио медленно оживал. Еще ни один солнца лучик не успел пробиться сквозь ночную тьму, но люди уже вставали из своих постелей, собирались на работу, учебу или просто по делам. Утро и этой брюнетки началось очень рано. Вчера, после нескольких дней отсутствия, она вернулась в дом, но лишь затем, чтобы снова вернуться туда, откуда пришла. Переодевшись в чистую одежду, позавтракав в спешке, женщина мчалась по еще не слишком многолюдным улицам города. Парковка, ворота, лестница, третий этаж... Этот путь она проделывала не раз и не два. Дежурившие медсестры, молча, проводили ее взглядом, уже даже и не пытаясь остановить, хоть и было слишком рано для посещений. Бесполезно. За пять шагов до заветной двери в палату замедлила шаг, выдохнула, а затем медленно повернула ручку, входя. Медленно пикали приборы. Первые лучи падали на лицо человека, лежащего в постели. Казалось, что он спит, стоит подойти, дотронуться рукой – глаза откроются, являя миру зеленый взгляд красивых глаз мужчины. Волосы его немного отросли, что стали заметны светлые корни. Сев на стул, рядом с постелью, взяла за руку, такую бледную и когда-то сильную. А сейчас весь внешний вид кричал о бессилии, безжизненности. – Куон... – прошептала женщина, смаргивая слезинку с карих глаз. – Куон, ты мне нужен. Очнись... *** – Сегодня в нашей программе гость, которого знает вся Япония. После длительного отсутствия, он, наконец, вернулся! Встречайте! Первый актер страны, известная модель... Тсуруга Рен! – ведущий махнул рукой в сторону мужчины, который медленно прошел на площадку. – Добрый вечер, – кивнул Рен, усаживаясь в кресло. Кьеко сидела в гостиной, ужиная вместе с хозяевами. Сегодня у нее было мало работы, а потому она успела к ужину. И вот сейчас, они смотрели передачу, где в качестве гостя был приглашен Тсуруга Рен. Он уже как два дня вышел на работу. И Кьеко была рада за него. За ту неделю, что отдыхал Тсуруга, они часто виделись. Кьеко отметила, что взгляд его стал почти прежним, делая вывод, что он все же очень любит свою работу. «Видимо без нее, лежа в больнице, ему было плохо, а теперь все наладилось», – подумала девушка, краем уха слушая передачу. – ...Наверно, авария помогла вам осознать чувства? – меж тем услышала Кьеко, перестав есть и сосредотачиваясь на разговоре. – Конечно, ведь когда находишься на краю, осмысливаешь свою жизнь по-другому. – Значит, Тсуруга Рен все же поведает нам свою тайну? Итак... Кто же она, кто та, что завладела сердцем первого актера Японии? А Кьеко сидела и боялась. Двоякие чувства боролись в ней. Смотря на Рена, загадочно улыбающегося, надеялась, что он не скажет. Ведь это Тсуруга Рен! – Что вы, что вы! Я не могу раскрыть ее имя... Кьеко облегченно вздохнула, однако осадок горечи все же остался. – ...боюсь, это может помешать ее актерской карьере... Могами удивленно подняла взгляд на Тсуругу. «Она... актриса...» – пронеслась мысль в голове. – Так она актриса? – воскликнул ведущий. – Что ж, зато понятно, где вы могли встретиться... Дальше Кьеко не слушала, вспоминая, как много актрис-школьниц она знает, знакомых Тсуруге. Она, конечно, не исключала вариант, что эту девушку она просто не знает. Но все же... Сердце сделало радостный кульбит, а потом девушка погрузилась в отчаяние, ведь надеяться, что это она – глупо. Только себе сделает больней, дав ложную надежду. В это время Тсуруга Рен возвращался домой. Яширо, обиженный и что-то бурчавший себе под нос, сидел рядом, отвернувшись в сторону. – Яширо-сан, может, хватит? – дружелюбно спросил Рен. Его забавляла эта ситуация. Хотелось засмеяться, но тогда менеджер мог обидеться еще больше. – Нет, не хватит! – повернувшись лицом к водителю, воскликнул Юкихито. – Как ты так можешь? Ты бы лучше все Кьеко-чан рассказал, а не... этим... Рен улыбнулся. Ему было интересно, смотрела ли Кьеко ту передачу. Он знал, что ее покажут в записи. Вечером. Тсуруга хотел назвать ее имя, но в последний миг передумал. Из того, что удалось выведать у менеджера, было ясно, что Могами очень сообразительная, но вот в плане чувств крайне недалекая. И хоть надеяться, что Кьеко может догадаться, про кого он говорил в передаче, было глупо, все же он верил, что так и будет. – Кстати, Рен... Ты еще не до конца отошел после аварии? Иначе, я не вижу другой причины, отчего тебе сложно с ролями, – серьезным тоном спросил Яширо. Рен нахмурился. Прошедшие два дня были ужасными. Ни один из режиссеров с первого раза не одобрил его игру. Постоянные дубли, косые взгляды других актеров, сочувствующие и обвинительные... Он видел недовольство в глазах всех... Но, Тсуруга просто не мог играть так, как нужно. Роли были сложными, требовали широкого знания актерского мастерства. Только теперь Рен осознавал, почему ему раньше не доставались такие роли. Он, наивный, считал, что его талант принижают. А оказалось, Такарада все знал и видел. Тсуруга признавал, что «другой» Рен более талантлив, чем он. Единственное, на что можно было сейчас сослаться, это не полное восстановление после аварии. Но долго на этом не продержишься. Рано или поздно такая отговорка не прокатит. Его или отправят в больницу, чтобы проверить, что с ним, раз Тсуруга не может сосредоточиться на работе, или... Что будет после этого «или», Рен даже боялся думать. – Да, ты прав. Но я исправлюсь, – в тон Яширо ответил Тсуруга. Юкихито удивленно посмотрел на подопечного. Подобное поведение у Тсуруги было во время съемок "Темной луны". Предстояло поговорить с президентом. Сделав пометку в голове о необходимости позвонить Такараде, менеджер с отрешенным видом отвернулся в сторону. Поднимать снова эту тему не хотелось. Рену нужна поддержка, и не стоит лишний раз говорить о проблемах. Тем более что Яширо знал, как Тсуруга не любит обсуждать это. «Может, стоит позвонить Могами. Вдруг у нее получится помочь Рену. Как в прошлый раз. Я, конечно, не знаю, что она тогда сделала или сказала, но ведь помогло», – думал менеджер, вспоминая возвращение Кацуки. – Рен, постарайся завтра собраться быстрее. Я понимаю, что ты еще... не оправился, но... Если ты еще и опаздывать начнешь, твоя репутация точно испортится. И очень быстро, – напутствовал Юкихито Рену, выходя из машины. – И не забудь нормально питаться! Кьеко-чан мне голову оторвет. Погрозив пальцем, Яширо ушел. А Рен переваривал услышанное, думая, как бы ему исправиться с минимальными затратами сил. Быть «другим» Реном было тяжело. Однако он пообещал себе, что справится. Ведь Тсуруга – актер. Пусть и не такой талантливый. Такарада пересматривал очередной сериал, когда позвонил Яширо. Будь это кто-то другой, президент бы попросил позвонить позже. Любимый сериал приближался к кульминационному моменту, и прерываться не хотелось. Но менеджер Рена определенно имел серьезный разговор. Тсуруга только вернулся на работу, и Такарада и сам хотел знать, как прошло его возвращение. – Я понял тебя, – задумчиво протянул, выслушав Юкихито. – Значит, у него проблемы с ролями... – Да, господин президент. Режиссеры недоумевают. К тому же, хоть он и выглядит огорченным, это отличается от того, когда у него была проблема с ролью Кацуки. – Да, это серьезно. А еще он стал долго собираться? На нашего мистера «пунктуальность» это не похоже. Я поговорю с ним... Отложив просмотр сериала, Такарада задумался над возникшей проблемой. Всё говорило о том, что этот Рен, действительно, не тот, кого он знал долгое время. Но объяснить сей факт не мог. Решив, что нужно выведать у врачей о данном феномене все, что известно науке, попросил помощника записать это.