Другой

      Винсент Д’Оренси первым заметил признаки начинающегося романа.       – Для чего вы дурачите Поля Л’Амарк? – схватив Артура за руку, требовательно спросил он.       Королевский бал был в самом разгаре. Устав от мелькания разгоряченных танцами лиц, от звуков громкой музыки, Артур вышел на балкон. Стояли последние апрельские дни, тихая ночь окутала землю легким покрывалом, слабый ветерок далеко разносил запахи влажной земли и хмельных весенних цветов. Серебристый свет звезд мириадами огоньков переливался в небе.       Артур поднял глаза к небу, разыскивая знакомые созвездия. Когда-то он частенько развлекался, изучая звездное небо и даже пытался увлечь этим Патрика, однако тот оказался неспособным учеником, крайне неохотно покидавшим теплую постель ради возможности поглазеть в небо. Артур усмехнулся, его братец до сих пор предпочитает сладкий сон всем видам науки. Увлеченный своими мыслями, Артур не сразу заметил появление барона Д’Оренси.       Винсент весь вечер наблюдал за своим возлюбленным, и ему показалось весьма странным присутствие подле Артура маркиза Л’Амарк. В отличие от Артура, видевшего в Поле приятного добродушного человека, репутация маркиза была Винсенту известна даже слишком хорошо, впрочем, как и всем при дворе.       – Для чего вам Поль?       – Отпустите меня! – возмутился Артур, пытаясь высвободить свою руку. Ему не было больно, Винсент был просто не способен причинить ему какие-либо физические страдания, но юношу тяготило отсутствие свободы, даже кратковременное. – Что вы делаете?       Винсент отпустил руку Артура с некоторым сожалением.       – Зачем вы связались с этим мерзавцем, Артур? – с недоумением и возмущением осведомился Винсент. – Не станете же вы уверять меня, что искренне увлеклись этим неотесанным мужланом!       – Я ни в чем абсолютно не собираюсь вас уверять, – отрезал Артур. – Это ничуть не касается вас, барон Д’Оренси. Более того, я думаю, вам вообще не следует приближаться ко мне, тем более с поучениями.       – Я совсем не собираюсь учить вас, Артур, – с отчаянием заверил Винсент. – Но вы же совсем не знаете Поля, поверьте, он – отвратительный, мерзкий человек.       – С чего вы это взяли? – в серебристых глазах Артура засверкали молнии. – Вы просто ревнуете меня к нему, хотя у вас нет никакого права на это! Оставьте меня в покое, Винсент, раз и навсегда, прошу вас. Постарайтесь забыть обо мне и увлечься кем-то другим.       – Да если бы это было только возможно! – с горечью проговорил Винсент. – Вы просто не понимаете, как сильно я люблю вас. Но дело даже не в этом. Я ревную вас только к одному человеку – к единственному, к кому следует ревновать вас, потому что он и в самом деле владеет вашим сердцем безраздельно. Но маркиз Л’Амарк – совсем другое дело. Вы не представляете, насколько он бывает опасен, когда дело доходит до исполнения его желаний. Я не думаю, что вы искренне увлечены им, он, очевидно, для чего-то вам нужен, но вы просто не понимаете с кем связались… – в голосе барона Д’Оренси звучало неподдельное отчаяние, и Артуру невольно стало его жаль. В конце концов, Винсент никогда и ничего от него не требовал, он лишь поклонялся Артуру, и это было чрезвычайно великодушно с его стороны и весьма трогательно.       – Винсент, вы правы, – мягко проговорил юноша, – мне и в самом деле необходима помощь Поля Л’Амарк в одном очень щекотливом деле.       – Поль Л’Амарк не может быть полезен в щекотливых делах, вы его абсолютно не знаете, – помотал головой Винсент. – Маркиз – отвратительное животное, не способное на добрые поступки. А я надеюсь, вы никого не намерены убить.       – Что за чушь лезет вам в голову, Винсент? – укоризненно проговорил Артур. – Что плохого сделал вам маркиз Л’Амарк?       – Лично мне – ничего, – пожал плечами Винсент. – Но я знаю одного молодого человека… я не буду называть его имени… в свое время он оказался во власти маркиза Л’Амарк, и до сих пор не может от этого оправиться. Кроме того, я слышал и о других подобных случаях, я просто боюсь за вас, Артур.       – Не думаю, что Поль способен причинить мне зло, – покачал головой Артур. – Он необходим мне лишь для того, чтобы Патрик понял, что мне не нужен король.       – А что, король вам не нужен? – вскинул брови Винсент. Против воли в его голосе прозвучала надежда, и это позабавило Артура.       – К сожалению, мне нужен только он один, теперь я точно знаю это, – сказал юноша печально. – Но мой брат не должен подозревать об этом… хотя бы пока.       – И до какого же времени вы собираетесь водить Патрика за нос? – осведомился барон Д’Оренси с усмешкой. – Мальчишка, по-моему, не собирается расставаться с его величеством. Во всяком случае, я не заметил никаких признаков их скорого разрыва.       – Я не знаю, – вздохнул юноша. – Пока я всего-навсего хочу спокойствия. Патрик ревнует ко мне короля, и я должен представить ему доказательства своего безразличия к его величеству.       – Вы сошли с ума, Артур! – воскликнул Винсент. – Для чего вам спокойствие Патрика, если вы любите короля, а он – вас?!       – Мне жаль мальчика.       – А себя вам не жаль? – сердито поинтересовался Винсент. – А короля? Почему вы поступаетесь своим счастьем ради заносчивого мальчишки, который никогда не сможет не то чтобы оценить, но даже просто осознать вашу жертву?       – Вам никогда этого не понять, Винсент… – грустно констатировал Артур. – У вас никогда не было младшего брата.       – Это не имеет значения! – воскликнул он. – Но коли вам так хочется морочить всем голову, почему вы выбрали именно маркиза Л’Амарк? Неужели на целом свете нет никого, кроме него, кто мог бы помочь вам?       – Если вы имеете в виду себя, барон Д’Оренси, – холодно заметил Артур, – то даже не пытайтесь уговаривать меня использовать вас вместо Поля Л’Амарк. По крайней мере, к нему я не испытываю привязанности и симпатии, как к вам.       – Не вижу в этом смысла, – проворчал Винсент, – ради чего вы должны использовать Поля, которого вы даже толком не знаете, когда я готов на все ради вас…       – Именно поэтому, – отрезал Артур. – Судьба Поля Л’Амарк мне абсолютно безразлична, тогда как к вам я испытываю теплые чувства. Я не хочу, чтобы на вашу голову обрушился яростный гнев его величества, когда до него дойдет слух о том, что я увлекся кем-то всерьез. Не думаю, что он очень обрадуется этому.       – Ну, разумеется, государь будет в восторге, – язвительно заметил Винсент, испытав однако в глубине души нечто, напоминающее удовлетворение, осознав, как высоко ценит его этот прелестный белокурый ангел. – Но, Артур, я прошу вас… не связывайтесь с маркизом Л’Амарк. Он совсем не тот человек, который нужен вам в этих обстоятельствах, поверьте мне. Если вы хотите, я мог бы посоветовать вам кого-то другого… более подходящего для того, что вы задумали…       Артур покачал головой.       – Слишком поздно, Винсент, слишком поздно. Игра начата, но и вы можете мне в ней пригодиться, – Артур улыбнулся. – Завтра вы приведете Патрика на террасу, где мы с маркизом Л’Амарк уединимся, чтобы предаться самому приятному для влюбленных занятию – поцелуям, – заметив в глазах Винсента упрек и беспокойство, Артур вздохнул, – да не бойтесь вы за меня, Винсент. Ничего страшного со мной не случится. Да и чем может повредить пара поцелуев?       – Я сильно опасаюсь, что поцелуями ваш роман с Полем Л’Амарк не закончится, – буркнул Винсент. – Не такой он человек.       – Оставьте, барон Д’Оренси, – задорно проговорил Артур. – Лучше скажите, вы мне поможете? Вы приведете Патрика на террасу?       – У меня есть выбор? – пожал плечами Винсент.       – Похоже, что нет, – засмеялся Артур.

***

      Следующим утром Артур с легкостью увлек маркиза Л’Амарк на террасу, где должно было разыграться представление для его младшего брата. Поль без лишних вопросов последовал за Артуром туда, куда тот хотел. В конце концов, ему было безразлично место их свидания, лишь бы только оно прошло так, как следует. Он уже неделю осаждал крепость по имени Артур Шайенн, и вот наконец юноша согласился встретиться с ним наедине. Если все пойдет правильно, очень быстро юноша окажется в его постели, а потом Поль увезет его в Портри – свое родовое имение, откуда мальчишка не вырвется, пока не наскучит Полю совершенно. А это произойдет весьма не скоро, за эти дни Артур очаровал его окончательно, и Поль готов был признать, что мальчик мог быть превосходным украшением его замка очень долго. Маркиз Л’Амарк находил особенно пикантным то, что возвращаясь домой, он будет знать, что его ждет прелестный белокурый ангел, готовый выполнить все его желания. Поль еще не знал, каков мальчишка в постели, но ничуть не сомневался, что скоро узнает, и даже если ему что-то не придется по нраву, он быстро переучит Артура на свой лад, пусть путем насилия и боли.       Артур же хотел от этого свидания не так много, он даже не предполагал, какие надежды возлагает Поль Л’Амарк на их невинную встречу. Артур опасался лишь одного: что-то не сладится, и барон Д’Оренси не сумеет привести Патрика на террасу или приведет его слишком поздно.       Однако Винсент не подвел его. Патрик появился на террасе в самый нужный момент. Едва жесткие губы Поля Л’Амарк решительно овладели губами Артура, а его уверенные руки начали свой путь по соблазнительным изгибам юношеского тела, с восточной стороны террасы, беседуя с бароном Д’Оренси о каких-то пустяках, вошел Патрик. Он сразу же увидел своего старшего брата в объятиях здоровяка Л’Амарк. Поцелуй казался горячим, объятия – крепкими, ситуация – весьма пикантной, и Патрик не мог не сделать нужных выводов. Чувство облегчения, которое испытал юноша, было несравнимо ни с чем. Он смог только покачать головой и пробормотать себе под нос: «И стоило морочить мне голову, так бы и сказал, что влюбился в этого мужлана».       Артур вполне мог бы торжествовать победу и считать спектакль весьма успешным, если бы не одно обстоятельство. Этот жаркий поцелуй увидел не только Патрик, и не только Винсент, который хоть и знал о фальшивости разыгранной перед ними сцены, ощутил меж тем острый приступ ревности. Однако с противоположной стороны террасы шел король в сопровождении Гийома и еще нескольких человек. Какая неведомая сила толкнула Анри пройти именно здесь, где он практически никогда не бывал, отчего, собственно, Артур и выбрал это место, король и сам не смог бы объяснить толком. Ноги сами несли его в эту сторону, и он лишь покорно следовал им.       Увидев Артура в объятиях Поля Л’Амарк, Анри застыл, как вкопанный. Смертельная бледность залила его красивое лицо, фиалковые глаза наполнились слезами, ноги ослабели и задрожали, голова закружилась. Он непременно упал бы, если бы Гийом, вовремя заметивший состояние Анри и мгновенно оценивший ситуацию, не спас положение. Граф де Реньяр осторожно, но сильно сжал руку короля в своей и едва слышно проговорил:       – Успокойся. Не смей выдавать себя.       Анри судорожно вздохнул и еле заметно кивнул. Потом, невероятным усилием воли взяв себя в руки, продолжил свой путь.       Патрик, целиком поглощенный представшей перед его глазами сценой жаркого поцелуя, не заметил этой мгновенной заминки в движении короля, как, впрочем, и вся немногочисленная свита короля. На террасе был только один человек, кроме Гийома, от которого не укрылось состояние Анри.       Артур, разыгравший эту мизансцену исключительно для Патрика, никак не ожидал появления короля. Остановившийся взгляд наполненных слезами и отчаянием фиалковых глаз пронзил его насквозь, заставив сердце сжаться от боли, которую испытывал в эти мгновения Анри, и даже когда король, моментально взяв себя в руки, продолжил свой путь, Артур не смог заставить себя продолжить поцелуй далее. Он решительно отстранил Поля и склонился перед проходящим мимо королем в почтительном поклоне. Поль последовал его примеру, не ощущая, однако, особенного смущения. Единственный из всех, он получил от этого поцелуя одно только чистое наслаждение.       Король, проходя мимо склонившихся Артура и маркиза Л’Амарк, благосклонно кивнул им, у него хватило на это сил, потом, сам не понимая, зачем это делает, приостановился подле замершего Патрика и спросил, изо всех сил стараясь, чтобы голос его звучал ровно:       – Где ты был? Я искал тебя все утро.       Патрик вспыхнул от удовольствия, но ничего не успел ответить, поскольку король жестко вцепился в его локоть, увлекая за собой.       Когда все скрылись из вида, Поль обернулся к юноше и вновь предпринял попытку обнять и поцеловать его, но Артур решительно отстранил маркиза.       – Нет. Не здесь и не сейчас. Неловко вышло, – бросил он сухо и поспешно удалился.       Поль Л’Амарк растерянно посмотрел ему вслед, искренне не понимая, из-за чего так расстроился юноша.