Красавица

С тех пор Уна каждый день умывалась чистой росой. Такая привычка вставать рано освобождала много времени днем, ведь девушка успевала и трав набрать поутру, и кореньев выкопать. Теперь она не изматывала себя до изнеможения, не только работала, но и оставляла время для отдыха или развлечений, отчего жизнь с каждым днем казалась ей все чудеснее. Уна начала замечать, как меняется отношение людей к ней и как она сама рада помогать тем, кто нуждается в ее помощи. И все было бы хорошо, не поселись в сердце Сибил горькое зерно зависти. Уна теперь была так независима от них с Кейли, что Сибил, привыкшая всю жизнь помыкать людьми благодаря богатствам отца, задумалась и присмотрелась к подруге. Та уже не ходила в мешковатой старой одежде, не убегала от чужих взглядов, не бубнила под нос. У Уны, некогда забитой и некрасивой, теперь был ясный взгляд, твердая походка и нежная улыбка. Сибил с обидой отмечала, что подруга, может, и не красивее Кейли, но все-таки недурна собой, что у нее, может, и нет таких богатых одежд, как у самой Сибил, но все-таки Уна живет в достатке и всем довольна. Кейли не понимала недовольства Сибил. Для этой прелестной красавицы-глупышки всегда решающим было внимание женихов, а от Уны прыткости в этом деле ожидать не стоило. Но все-таки и Кейли поддакивала, когда Сибил елейным голосом утешала Уну: - Милая моя, ну какая роса может подарить красоту? Это же глупости! Но не переживай, ты же знаешь, что мы с Кейли всегда будем любить тебя... какой бы ты ни была. Надолго бы хватило зависти Сибил – неизвестно, потому что всего через несколько месяцев после смерти знахарки в те края на охоту приехал принц. Королевские леса наскучили молодому человеку, и теперь он развлекался, испытывая прыткость своего рысака в погонях за знаменитыми, уже до смерти перепуганными лисами... и девушками из деревни. Родители строго-настрого запрещали молодым собираться на полянках в лесу, прогуливаться без дела и вообще предаваться тем нехитрым развлечениям, что возможны в столь маленькой деревеньке. Кейли чуть глаза не выплакала, рассказывая подружкам о том, что теперь она не может видеться ни с одним своим воздыхателем. Сибил хмурилась, но обещала развлечь подругу, принести украшенный драгоценными каменьями гребень, которым Кейли сможет расчесывать волосы, сидя у окна: - Кейли, его будет видно даже издали! Не плачь. Все мужчины в деревне будут прогуливаться здесь под окнами, чтобы взглянуть на тебя. Одну Уну не трогали ни разговоры подруг, ни всеобщее волнение по поводу принца. Девушка по-прежнему собирала утреннюю росу, да заваривала душистые настои от болезней. Изменилось только то, что теперь девушке приходилось самой разносить снадобья по домам, а не встречать посетителей в своем домике, как раньше. В одну из таких прогулок Уна и увидела принца. Как-то днем, возвращаясь после долгого обхода больных, девушка не сразу пошла домой. Ей пришлось бы сейчас подниматься в гору, а она так устала, что ноги ее почти не слушались. Решилась тогда Уна пойти к речке, да отдохнуть на бережке, пока утомленное тело не наберется сил. Но, опустившись на мягкую, теплую землю, девушка даже не заметила, как заснула. Разбудил Уну громкий свист, улюлюканье и топот коней. Что-то мокрое ткнулось ей в руку и тихонько пискнуло. Девушка открыла глаза и увидела маленькую лисичку, доверчиво крутившую носиком. Не успела Уна удивиться этому, как прыткий зверек уже ускользнул, а из-за кустов к реке выехали несколько всадников. Первый из них был моложе своих спутников, но держался увереннее и веселее. В его насмешливых темных глазах при виде Уны вспыхнул огонек, и он с улыбкой сказал: - Что такая прелестная... леди... делает в лесу? Не заблудились ли Вы часом? Уна не привыкла к таким знакам внимания со стороны мужчин, а тем более принцев, кем, несомненно, был всадник, и почти приняла его за сумасшедшего. Через несколько десятков шагов за ее спиной уже можно было увидеть деревню, да и по реке, петляя немного другим путем, легко вернуться назад. Но она как можно более уважительно ответила ему: - Нет, Ваше Высочество, я не заблудилась. Деревня недалеко, я просто пришла сюда отдохнуть. Но всадник, гарцуя на роскошном, сером в яблоках скакуне, все никак не хотел оставить ее одну: - И часто леди приходит сюда отдыхать от дневных развлечений? Уна опять не поняла скрытого намека и оскорбилась. Но, собрав все свое достоинство, она поднялась с земли, медленно расправила складки на примявшемся платье, и ответила: - Я, в отличие от благородного принца, работала все утро. Не нужно называть меня леди. Я просто Уна... А теперь мне пора идти, у меня слишком много дел. Молодой всадник по-мальчишески рассмеялся и подъехал ближе. Он склонился к лицу девушки так низко, что заставил ее отпрянуть: - Мы еще встретимся, просто Уна... Может, тогда дела заставят себя подождать. Через некоторое время Уна уже вернулась домой и заперлась на ключ, чего не делала прежде никогда в жизни. Впервые девушка поняла, что иногда деревенские сплетни бывают очень правдивыми.