Спасатель и художник

*** До конца дня больше никто не попытался утонуть. Вот только образ белокурого парня и вкус его губ не давали Харольду покоя. Вечером, изменив своей привычке, он не пошел в бар, а, прихватив полотенце, отправился на свое любимое пляжное место. К ночи океан притих и перестал ворчать. Гейл любил плавать в это время. Вода серебрилась в лунном свете. Он нырял и резвился голышом, ощущая всем телом приятную прохладу. Вынырнув очередной раз, Харольд заметил силуэт сидящего на берегу человека, как раз около его вещей. Блондин! Дрожь прошла по всему телу мужчины, дрожь возбуждения. Не обращая внимания на наготу, он медленно вышел из воды. Луна светила в спину, создавая вокруг него серебристый ореол. Парень сидел на песке и, не отрываясь, смотрел на Гейла. — Хочешь присоединиться? — спросил Харольд, медленно отступая назад. Тот, молча, кивнул и стал раздеваться. Гейл заворожено следил, как он сбросил футболку и шорты, под которыми не оказалось плавок. Мужчина залюбовался им. Белая кожа, как будто светилась в лунном свете. Парень медленно заходил в воду, приближаясь к Харольду, тот стоял не шелохнувшись. Вода едва доходила ему до живота. По мере приближения мальчишки Гейл ощущал, как тугой узел, зародившийся внизу живота, начинает раскручиваться. Вот он уже так близко, что чувствуется тепло его тела. Они не отрывают взгляд друг от друга, и мужчина тонет в этих голубых, а сейчас, кажущихся черными, глазах. Он потянулся к губам парня, но тот вдруг хихикнув, нырнул с головой, поднимая тучу брызг. «Мелкий засранец, решил поиграть! Можно и поиграть», — улыбнулся Гейл и нырнул за ним. Какое-то время они плавали, ныряли и пытались топить друг друга, как подростки. Руки мужчины касались мягкой нежной кожи, и каждое прикосновение, как будто обжигало ладони и било током внизу живота. Наконец, Гейл схватил и притянул к себе это белобрысое чудо. Растрепавшиеся волосы, торчали во все стороны, капли воды, как перламутровые жемчужины стекали на обнаженную грудь, их так и хотелось собрать языком, в глазах горело желание, пухлые чувственные губы манили. Больше не в силах сдерживаться Харольд приник к этим губам, ощущая соль океана. Они раскрылись ему навстречу, и окружающий мир перестал существовать для них. Языки сплелись в неистовом танце, борясь за доминирование. Гейл водил руками по спине парня, лаская плавные изгибы, сжимал упругие ягодицы и все сильнее ощущал желание владеть им. Он провел рукой по груди, животу и двинулся дальше; вот пальцев коснулись шелковистые волоски, а когда в его руке оказался налитой твердый член, парень застонал, а Харольд чуть не кончил только от одних этих звуков. Он подхватил блондина под попку и двинулся к берегу. Тот руками держался за плечи и, уткнувшись в шею, покусывал ее. Дойдя до берега, Гейл опустил свою ношу на расстеленное полотенце, навис над парнем, снова впиваясь в его уже припухшие губы, лаская, прикусывая их и углубляя поцелуй, продолжая исследовать этот нежный рот. Он коснулся неба, потом пробежался кончиком языка по зубам, поймал и пососал язычок. Оторвавшись от губ, Гейл заскользил языком по телу партнера, собирая солоноватые искрящиеся капли. Он оставлял поцелуи-укусы на шее, на ключицах, не обошел вниманием и нежные соски, слегка пососав их губами, вылизал живот, ощущая не только океанскую соль, но и крупинки прибрежного песка. И, наконец, добрался до горячего напряженного члена, захватывая его в рот целиком. Парня выгнуло дугой. Широкими мазками языка мужчина прошелся по стволу, пососал головку, подразнил отверстие, чуть проскальзывая внутрь, одновременно нежно перебирая яички, и выпустил член изо рта, передавив его у основания. Парень разочарованно застонал. — Не так быстро, малыш! Мы ведь только начали! — промурлыкал Харольд, хотя у него самого член просто разрывался, требуя разрядки. Он перевернул парня на живот, провел ладонями по нежной коже спины, слегка помял пухлые половинки и, раздвинув их, скользнул туда языком. От неожиданности парень дернулся, но Гейл крепко удерживал его за бедра, не давая вырваться, продолжая все глубже проникать в сжатое колечко ануса. Теперь блондин стонал, не переставая, стараясь сам насадиться на язык: — Пожалуйста! Хочу тебя! Гейл уже и сам держался из последних сил. Но он вдруг застыл на мгновение: — Черт! Презерватив! — У меня в шортах! — еле выговорил парень. — Молодец! Запасливый! — улыбнулся Гейл, схватил шорты и вытряхнул из них серебристый квадратик. Раскатав резинку по члену, он сначала тихонько толкнулся внутрь, потом сильнее, чувствуя, как головка члена, преодолевает тугое сопротивление и проскальзывает в умопомрачительный жар. Войдя до упора, Харольд остановился, а затем начал двигаться резко и порывисто. Жаркая теснота, обнимающая его член, сводила с ума. Они двигались, сливаясь в едином ритме. Мужчина обхватил член парня и начал дрочить в такт своим толчкам. Хватило всего нескольких движений, чтобы парень взвыл и кончил, изливаясь в руку густой спермой. И тут же Гейл почувствовал, как сокращаются мышцы ануса, подводя его самого к краю. Такого сокрушительного оргазма он не испытывал давно. Они рухнули на песок, потому что полотенце, уже все сбитое, валялось где-то рядом. Им понадобилось некоторое время, чтобы восстановить дыхание. Гейл лениво гладил парня по влажному бедру, легко целуя в загривок. — Тебя как зовут? — наконец, подал он голос. — Рэнди. Я художник, вернее еще учусь на художника. Так уж получилось, что я приезжаю сюда на Гавайи третий год подряд. Правда, на Мауи я впервые. Люблю океан и люблю его рисовать. — Гейл. Бизнесмен из Нью-Йорка, — представился мужчина. — Я тоже обожаю океан. — Правда? А я думал, ты спасатель? — очень удивился Рэнди. — Так и есть! Здесь я спасатель, а там бизнесмен. — Понятно! А у меня как раз сегодня День рождения, — вдруг выдал парень. — Это точно! Считай, что ты действительно сегодня второй раз родился. — Нет! Настоящий день рождения! Мне 23 года исполнилось. Хотя, пожалуй, ты прав, получается два дня рождения, — задумчиво ответил Рэнди. — А я не успел сказать тебе спасибо. — Уже сказал, — мурлыкнул Гейл, целуя его в шею. — Итак, есть повод отметить, — поднялся Гейл. — Пойдем, окунемся и ко мне, продолжим приятное знакомство. Надеюсь, ты не против? — помог он подняться Рэнди, притягивая к себе снова для поцелуя. — Нет! Не против! — улыбнулся художник, такой солнечной улыбкой, от которой ночь, казалось, стала светлее, а у Гейла перехватило дыхание. — Тем более, что мне нужен теплый душ, а не соленая вода, слегка поморщился он, вставая. Они опять слились в поцелуе, стоя на берегу океана в серебристой лунной дорожке.