Мне бы в небо

Через три дня, когда мое самочувствие значительно улучшилось, я проснулась утром и обнаружила, что Джареда нет дома. Умывшись и добравшись до кухни, я обнаружила на столе записку: «Уехал в ЛА. Прости, что не разбудил. Не скучай, в холодильнике торт.

Целую, Джаред».

Видимо, компенсацией того, что не было предупреждения об отъезде, является торт? Тогда одного должно быть мало, не вижу компенсации за отсутствие в записке хоть слова о том, когда он планирует вернуться обратно. Внутренний голос настойчиво шептал мне, что возвращаться он не планирует, по крайней мере, в ближайшее время. Я отгоняла их, но раз за разом они казались мне все громче и громче. В принципе, такие мысли были небезосновательны. Последние пару дней у нас с Джаредом не клеились даже небольшие беседы, хотя раньше мы могли без умолку разговаривать часами. Я пыталась расслабиться, хотела, чтобы все было как раньше, но у меня не получалось. Я знала, что Джаред чувствует это, но он ничего не говорил по этому поводу. И, как только мне стало чуть лучше, он просто сбежал обратно в Лос-Анджелес. Но это и не удивительно, на его месте любой бы сделал то же самое. Что ж, может, оно и к лучшему.

***

Я прислонилась к стене в больничном коридоре, пытаясь унять дрожь. Бесцветные стены, запах лекарств и врачи, постоянно маячившие перед глазами, заставляли меня беспокоиться еще больше. Хотя, как мне кажется, больше и так уже некуда. Моя мама попала в больницу. Мне позвонили сегодня утром, сообщив, что она была госпитализирована с инфарктом. Я сразу же приехала, после чего узнала, что мама в операционной. Теперь все, что мне оставалось, – ждать. Я села на пол, прислонившись к стене, и достала из сумки телефон. Папа находился в командировке в другой стране, поэтому приехать никак не мог. Меня накрывали чувства тоски, беспомощности и одиночества, и я знала лишь одного человека, который мог бы меня поддержать. Набрав уже выученный наизусть номер, я прислонила телефон к уху и стала ждать ответа. Последнюю неделю мы с Джаредом часто созванивались, и оба старались брать трубку, несмотря ни на что, даже если звонок был не вовремя. Видимо, это был как раз такой момент. – Что?! Резкий голос Джареда, раздавшийся из трубки, сразу дал понять о том, что ему сейчас явно не до меня. Я прикрыла глаза, чувствуя, как по щекам побежали слезы. – Прости, я не хотела тебя отвлечь. – Что случилось? Подожди секунду. – Его голос стал значительно мягче, чем был изначально, но в нем все равно слышалась нотка нетерпения. Он тихо что-то кому-то сказал, после чего снова взял трубку: – Венди, что у тебя с голосом? Ты что, плачешь? – Прости еще раз. Просто перезвони, как освободишься, хорошо? Я положила трубку, чувствуя огромный камень на душе.