Спасибо, папочка

      К концу первой учебной недели Сьюзанна вымоталась настолько, что, добравшись в пятницу вечером до кровати, уснула крепким сном — даже разуваться не стала, просто рухнула лицом в подушку. Проснулась только к обеду.       Снейп, как всегда, оказался прав насчёт её перегруженности. Сразу после уроков — домашние задания. Потом — намётки к тренировкам, списки, схемы. Где-то между этим она иногда успевала добежать до ужина, а перед сном, уже в темноте, детально продумывала превращение в животного, мысленно перебирала рецепты и снова возвращалась к тетради, которую никак не удавалось зачаровать так, чтобы текст исчез.       Благополучно проспав завтрак, девушка нехотя побрела в Большой зал. На ходу перебирала план: дописать то каторжное сочинение по истории магии, закрыть травологию, и чтобы к вечеру ни домашнего задания. Тогда воскресенье — её.       Ослепительный солнечный свет лился сквозь высокие окна, и даже пылинки в воздухе казались золотыми. Волшебный потолок сиял лазурной чистотой — осенняя хмурость отступила, и горы Шотландии будто снова погрузились в вечное лето. Заметив две белёсые макушки, Сьюзанна направилась к ним. Дафна и Драко сидели на привычных местах.       — Как спалось? — Дафна потянулась к тарелке с куриными ножками, не глядя. — Мы не стали тебя будить. Решили, что тебе лучше отдохнуть.       В ответ Сьюзанна зевнула так, что хрустнуло в челюсти, и потянулась к сандвичу с бужениной. Есть хотелось зверски. В последний раз она ела вчера днём — вместо ужина корпела над свойствами корня мандрагоры. Сейчас в животе свободно разместился бы целый бифштекс с кровью, тарелка лапши и два куска тыквенного пирога в придачу.       — Соизволила подняться, — заметил Драко. В голосе — привычная лень, но без настоящей злости. — Такое представление пропустила.       Сью прожевала и насторожилась:       — Что?       — Роджер опять приходил, — вздохнула Дафна. — Спрашивал, где ты и когда придёшь. Достал тут всех. Ну, Уолтер не выдержал, попросил его убраться.       — Вообще-то, дословно он сказал: «Проваливай ко всем чертям, петушиное отродье», — поправил Блейз, и уголок его рта дёрнулся в улыбке.       Сьюзанна поперхнулась тыквенным соком. Закашлялась, промокнула губы тыльной стороной ладони.       — Как ты понимаешь, Дэвису это оказалось не по нраву. — Дафна кивнула в сторону слизеринского стола. — Он с таким остервенением набросился на Уолтера, что их еле отцепили. Сняли с каждого по двадцатке баллов.       Сью перевела взгляд. Уолтер Макнейр сидел с приличным фиолетовым фингалом под глазом, но выглядел на удивление довольным — ковырял вилкой пюре с видом человека, который считает утро удавшимся.       — Сказал, что к вечеру заживёт, — добавила Дафна. — Роджеру повезло больше. Уолтер не сумел дотянуться до его головы.       Сьюзанна усмехнулась. Представила Макнейра, прыгающего вокруг высоченного Роджера, — картина вышла почти комичная. Она нашла чёрную макушку за когтевранским столом — и с удивлением заметила рядом с ним Трейси.       — И она там?       — Ага. Обиделась на Эдриана, — Дафна опечаленно выдохнула. — Он, видите ли, поддерживал Уолтера. Хотя этим тут все занимались. С её слов: «Эдриан больше всех». Эх, любовь…       Сью бросила быстрый взгляд на Эдриана. Сидел мрачный, старательно смотрел в тарелку и ни разу не глянул в сторону Когтеврана.       — Кстати, держи. Я получила за тебя. — Дафна протянула свёрнутую газету. — Как насчёт прогуляться после обеда?       Сьюзанна нахмурилась. В голове уже выстроился чёткий график: война великанов, Бинс, пергамент на три фута. Но предложение было заманчивым. Солнце, редкое для сентября в Шотландии, грело сквозь окна — сидеть внутри в такой день казалось почти преступлением.       — Нет, — отрезала она. — Нет-нет-нет. И не уговаривайте.       — Даже если я скажу, что мы все идём смотреть тренировку гриффиндорцев? — Пэнси вклинилась в разговор с видом человека, который уже знает ответ.       — Идёте куда? — Сью нахмурилась. Паркинсон обладала редким даром — находить кнопку, на которую надо нажать. — Уговорили.       Слизеринцы успели занять лучшие места — прямо по центру, на деревянных скамьях, с которых открывался вид на все кольца. Команда расположилась полным составом, а с ними возбуждённая Пэнси Паркинсон, которая громко разбирала соперников по косточкам, не умолкая ни на секунду.       Сьюзанна и Грехем Монтегю устроились чуть ниже, облокотившись на деревянную балку у самого края трибуны. Девушка хранила скупое молчание — до появления гриффиндорской сборной. Внутри всё кипело от лихорадочного нетерпения, время будто нарочно замедлило ход, а их всё не было. Не то чтобы тренировка её совсем не интересовала, но оспорить тот факт, что она пришла скорее поглазеть на Фреда, Сью было бы сложно. Даже противно признавать.       В груди неприятно ёкнуло, когда на дальнем краю поля показались алые мантии. Фред летел слева от Анджелины, и даже на таком расстоянии Сью узнала его — по посадке, по тому, как он чуть наклонял голову, что-то говоря Джорджу. Она тут же отвернулась и уставилась на пустые кольца, делая вид, что изучает ветер.       — Гляньте-ка! — крикнул Драко громко и насмешливо.       Слизеринцы вокруг принялись улюлюкать и топать в ритм стишка: «В небесах и под землёй победим любой ценой!»       — Что это там оседлал Уизли? — Драко сощурился. — Какими заклинаниями научили летать это гнилое старое полено?       — Я так понимаю, это и есть их новый вратарь, — предположил Грехем.       Они с капитаном обменялись многозначительными взглядами. Рональд Уизли взмыл над землёй следом за товарищами — с красными ушами и глухим раздражением на лице, которое он даже не пытался скрыть.       — Эй, Джонсон, что за причёска? — завопила Пэнси, поддерживаемая товарищами. — Кто это придумал, чтобы волосы выглядели как черви?       Сьюзанна расхохоталась до слёз. В причёске Анджелины действительно было что-то такое — тоненькие чёрные косички, которые издалека и правда смахивали на шевелящихся червей. На мгновение она поймала себя на мысли, что смеётся так же легко и жестоко, как Пэнси. Это кольнуло где-то под рёбрами, но смех не остановился. Фред замер на метле, внимательно изучая причёску подруги. Судя по его лицу, он всерьёз сравнивал косички с червяками. Джордж же холодно косился в сторону слизеринцев — без обычной лёгкой усмешки, просто тяжело и недобро.       — Ну, этот Уизли плечистый вроде, давай посмотрим, как он…       Слизеринцы залились ядовитым хохотом и застучали пуще прежнего: Рональд выронил мяч.       — Эй, Поттер, шрам не беспокоит? — крикнул Драко. — Прилечь не хочешь? Пора уж — целую неделю как не был в больничном крыле. Личный рекорд, небось?       Сзади уже откровенно ржали: Рон упустил из рук второй мяч и устремился за ним вниз, покраснев как зрелый помидор. С задором подскочил Эдриан Пьюси и встал по правую руку от Сьюзанны.       — Что-то Джонсон так себе капитан! Зачем-то взяла в команду сучковатое бревно, — усмехнулся он куда громче обычного и изобразил деревянного человечка с негнущимися конечностями. — Ты хоть знаешь, что делаешь!       — Запомни эти слова и повторяй их себе на каждой тренировке, Эд, — капитан лукаво посмотрела на него и сразу обратилась к Грехему: — На завтра всем командуй собраться на полчаса раньше.       Трибуны затопали с тройной силой. Сквозь ритмичный шум до троих донеслись еле уловимые слова: «В небесах и под землёй!». Углядев в воздухе охотницу Гриффиндора, которая зажимала нос, Сьюзанна поморщилась. У той шла носом кровь — тёмная струйка тянулась по подбородку.       — Не хило он её шибанул! — усмехнулся Монтегю. — Сами за нас всю работу сделают.       — Кто? Уизли?       Слова слизеринской кричалки изменились. Драко вполголоса напевал: «Рональд Уизли — наш король», но в воздухе их вряд ли было слышно сквозь общий гул. Все вокруг истерически визжали, не скрывая слёз от смеха. На девятом повторении Сьюзанна и сама подхватила незатейливый мотив. Гриффиндорцы тем временем решили поиграть.       — Смотрите, он мечется! — воскликнула Сьюзанна, указав в сторону колец. — Проще простого: перепасовкой с центра и от колец в крайнее. Ни за что не словит! Даже понять не успеет, что произошло!       Раздался свисток. Долго раунд не продлился — уже в следующую секунду компания сзади дружно заскандировала: «Гриффиндор — сапожники!» — заливаясь оглушительным хохотом и гудя как ненормальные. На поле творилось нечто. Новый гриффиндорский вратарь пропускал мяч за мячом. Покалеченная охотница побелела как мел и едва понимала, что происходит вокруг. Капитан свистнула перерыв уже через пару минут.       — Гриффиндор — сапожники? — с восхищением захохотала Сью, оборачиваясь к Пэнси. — Это чертовски круто, Пэнс! Джонсон, поди, скоро свалится от беспомощности!       Анджелина действительно держалась на метле уже не так уверенно. Она что-то резко крикнула своим, но голос сорвался, и команда только растерянно переглянулась.       — Организуешь что-нибудь такое к матчу? — Сьюзанна уже почти кричала от восторга. — Хочу посмотреть на их лица, когда Уизли пропустит все наши мячи!       Она поймала себя на том, что улыбается во весь рот — впервые за долгое время по-настоящему, зло и счастливо одновременно. А потом краем глаза заметила, как Фред резко развернул метлу и что-то сказал Джорджу. Джордж кивнул. И оба посмотрели в сторону слизеринских трибун.       Сью отвернулась первой.       — Люмос.       Яркий, струящийся из палочки свет выхватил из темноты крохотный клочок тренировочных полей, каменную кладку массивной школьной стены и лист мандрагоры, аккуратно уложенный на булыжник. Солнце зашло за горизонт около часа назад, тьма ещё не поглотила пространство до конца, но ориентироваться без иллюминации уже было проблематично. Сьюзанна действовала быстро и решительно. Отступив на пару метров, она метким броском отправила морозную бомбочку в заострённый каменный выступ. Тотчас этот неприметный уголок заполонил сухой, морозный пар — ненадёжный способ консервации, но единственный доступный. Другого слизеринка не знала. Двумя пальцами она упрятала заледеневший лист в карман мантии.       — Нокс.       Тьма сомкнулась. Девушка подняла голову к небу — бледное мерцание луны сегодня было полным. Какая удача! Можно приступать к первому шагу перевоплощения.       Идея необдуманная. Дурацкая. Сью именно так и сказала бы, если бы обсуждала это с друзьями. Но упускать возможность она не хотела. Шанс вернуться в начале пути будет всегда, а если с погодой в октябре повезёт, если удастся решить заморочку с поиском куколки бабочки и таинственным местом, куда не проникает солнце, то возвращаться назад и не придётся.       Девушка стремительно миновала подвесной мост — доски привычно прогнулись под тяжестью шагов — и через пустые коридоры вышла во двор. Здесь было тихо, только ветер шелестел в кронах деревьев да где-то далеко переругивались привидения. Вот она, та самая скамейка, на которой знойным весенним днём Фред и Джордж укрывали от её глаз свои разработки.       Ох уж эти Уизли!       Братья в голове ответили единогласно: «Ох уж эти Корнеры!»       Сьюзанна улыбнулась и зашагала дальше.       Дневная тренировка гриффиндорцев надолго не затянулась: сначала исчезли близнецы с истекающей кровью охотницей, а следом разошлись и остальные. С одной стороны, слизеринку это порадовало — она успела расправиться со всеми домашними заданиями на неделю до ужина, и в воскресенье могла заниматься чем угодно. Но при этом ей так хотелось понаблюдать за рыжеволосым юношей в полёте. Раньше она ведь не обращала внимание на его манеру игры. На последнем матче Гриффиндора против Когтеврана Сью и вовсе смотрела то на Роджера, то на Чанг. Сейчас за это она себя ненавидела.       С дребезжащим грохотом закрылся проход в факультетскую гостиную. Студенты ещё не разошлись. В основном все отдыхали после первой учебной недели, разбившись по компаниям и обсуждая самые бесполезные темы: суд над Стреджисом Подмором, дату вылазки в Хогсмид, влияние Министерства магии на учебную программу Хогвартса. Всё это интересов девушки не затрагивало. Она сразу побрела в женскую уборную, желая немедленно приступить к ритуалу.       Лист мандрагоры оказался слишком большим. Сью аккуратно сложила его втрое — только так во рту он не особо мешался. Несколько минут она возилась, ища максимально удобное расположение: между губами и зубами он не умещался, над языком его было видно, а под ним скапливалось так много слюней, что лист приходилось то и дело обсасывать, отчего во рту разливалась горьковатая травянистая горечь. А эта шепелявость! Как же она раньше не задумалась об этом?       Дверь в уборную медленно распахнулась, и в помещение зашла Милисента.       — Что ты делаешь? — поинтересовалась она, увидев кривляния однокурсницы перед зеркалом.       Сью замерла. Внутри всё сжалось — лист мандрагоры противно царапнул нёбо. Она уже открыла рот, прежде чем успела подумать, как это прозвучит.       — Шмотрю, — выговорила она.       Собственный голос прозвучал чужеродно — какой-то шепелявый, детский. Сью внутренне поморщилась. А Милисента озадаченно насупилась:       — Что?       На лице Сью мелькнул испуг. Всего на секунду — потом она взяла себя в руки.       — Лиштья шалфея, — произнесла она уже увереннее. — Помогает для жубов.       Милисента моргнула. Посмотрела на Сью, потом на раковину, потом снова на Сью. В её взгляде читалось сомнение — но не насмешка.       — А… ну ладно, — протянула она неопределённо. — Если помог — давай.       Она прошла к дальней раковине, бросив на однокурсницу ещё один короткий взгляд. Сью выдохнула — тихо, чтобы не услышали. Поняла Милисента или нет, ясно было одно: целый месяц скрывать шепелявость не получится. Но отказываться от затеи слизеринка не собиралась. Придётся придумывать новое объяснение. И не одно.

***

      Тренировка на следующий день выдалась на редкость комичной. Как и просила Сьюзанна, Грехем собрал всех на пустом стадионе за полчаса до начала. Юноши полным составом окружили своего капитана, ожидая первых команд. Но девушка не торопилась. После неловкого диалога в уборной она почти не говорила — на все вопросы угукала или отмахивалась, а если и произносила что-то, то медленно, по слогам, щепетильно подбирая каждое слово.       — Может, начнём уже? — возмутился Монтегю, когда его терпение подошло к концу. — Зачем собирать всех на полчаса раньше? Чтобы постоять?       Кто-то из толпы поддакнул. Сью не обратила внимания.       — Чак, — проговорила она с расстановкой. — Для начала вшчанем на мечлы ногами.       Повисла пауза. Половина команды смеха не удержала. Другая вопросительно переглянулась и уставилась на пятикурсницу с недоумевающими лицами.       — Что? — спросил Драко. — Не очень понятно, что ты говоришь.       Сью тяжело вобрала воздух в грудь. Лист противно прилип к нёбу. Не говоря ни слова, она решительно отошла от парней в сторону, разбежалась — и запрыгнула на метлу ногами, будто это не было чем-то необычным. Челюсти отвисли до самой травы. Юноши смотрели на своего капитана с помесью восторга и изумления. А Сью сделала вокруг команды круг — ветер свистнул в ушах, мантия захлопала за спиной — и соскочила вниз.       — Воч, — сказала она бойко, запыхавшись. — Нельжя, чтобы кто-чо жнал об этом до мачча. Для начала — плошчо вшчаньче на мечлу. И счойче!       — Погоди, ты серьёзно? — процедил обомлевший Макнейр. Фингал у него действительно уже сошёл. — Ты говоришь так, будто это очень просто.       — Даже спрашивать не хочу, где ты этому научилась! — воскликнул Драко.       — В школе лечом, — ответила Сью спокойно, сделав глубокий вдох. Когда Драко говорил что-то подобное, ответ ожидался как само собой разумеющееся. — И я шерьёжно. Вшчавайче, бышчло!       Молодые люди с большой неохотой вскарабкались ногами на мётлы, и Сьюзанна довольно ухмыльнулась. Задача стояла ясная — просто попробовать не упасть. И получалось у слизеринцев крайне плохо. Старательнее всех к команде капитана подошёл второкурсник Грехем Причард — он уже с третьей попытки перестал срываться вниз. А вот его друг отнёсся к заданию скептически: не устояв на рукояти и одного полноценного раза, Монтегю просто уселся, свесив ноги вниз.       — Мне штоит вшельёж подумачь о чвоей жамене, Глехем, — отчеканила девушка устало.       Шантаж сработал. Кассиус после этого заявления старался с двойным упорством, а семикурсник с очень большой неохотой залез ногами на метлу и даже умудрился не упасть. До официального начала тренировки оставалось не больше пяти минут, когда все юноши сумели зафиксироваться в стоячем положении. Пытаясь как можно дольше сохранить равновесие, многие закрыли глаза, другие смотрели в пустоту перед собой — и абсолютно все хранили сосредоточенное молчание. Только ветер гулял над пустым стадионом да где-то далеко кричали птицы. Сьюзанна ходила по земле между ними, поддерживала за руки тех, кому справиться было сложнее всего, и наслаждалась своим очередным успехом.       — Чак, вшё! — внезапно скомандовала Сью, заметив на стадионе несколько прибывших студентов.       Расслабившийся около неё Пьюси передёрнулся от неожиданности и повалился на траву.       — Какого чёрта Корнер?! — закричал он лёжа на спине.       Метла шмякнулась рядом, руки раскинулись в стороны. Несмотря на то, что все остальные опустились на землю без происшествий, недовольству юноши предела не было. Он ухватился за протянутую капитаном руку, продолжая роптать:       — Знаешь, я с самого начала тренировки твержу себе, что ты знаешь, что делаешь. — Пьюси отряхнул спортивную мантию, выпрямился и тяжело выдохнул. — Но что́ ты делаешь, лично я ПОНЯТИЯ НЕ ИМЕЮ!       Слизеринцы загоготали. На трибунах собралось уже около десяти человек — всё знакомые лица.       — Надеюсь, ты не будешь против, — протянул Драко, усевшись на метлу в нормальном положении и зависнув в воздухе с довольной миной. — Пэнси собрала всех желающих.       Сьюзанна обернулась к трибуне — и увидела, как на глазах росло количество прибывающих слизеринцев. Со многими она лично знакома не была, но тем не менее они пришли. И не просто так. Пустой до недавнего времени стадион наполнялся гулом. Ребята кричали, свистели и отбивали ритм слизеринского речитатива всеми возможными способами: кто хлопал, кто топал, кто завывал. Поддержка была колоссальной. Чего-чего, а такого новый капитан точно не ожидала.       — У них репетиция, — важно заявил Драко.       Трибуны запели:

В небесах и под землёй Победим любой ценой! Снитч поймаем золотой! Слизерин — герой!

      Слизеринцы голосили хором. Ими дирижировала Пэнси Паркинсон, стоя к трибуне лицом. А Сьюзанна всё ещё не могла подобрать слов.       — Слова поменяются потом, — добавил Драко с неприкрытым ехидством. — Ей понравилось твоё предложение — подорвать им настрой.       Слегка размяв мышцы и разбив всех ребят на две равные по силе команды, капитан начала дружескую игру. Болельщики пели безостановочно, под ними сотрясались деревянные трибуны. И несмотря на неординарное начало, настроение вскоре поднялось у всех. Играли слизеринцы так жёстко, как от этой команды только можно было ожидать: без поддавков и вплоть до нарушений правил.       — Это вам не тренировки с Уизелами! — восторженно воскликнул Уолтер по пути со стадиона.       Его друг снова изобразил еле двигающееся полено. Все рассмеялись.       Сью шла чуть позади, чувствуя, как ноющая усталость разливается по ногам. Лист во рту всё ещё царапал нёбо, но она почти привыкла — настолько, что замечала его только когда пыталась говорить. Уловив краем глаза Монтегю, шагающего впереди, она прибавила шагу.       В голове уже созрело решение. Единственный быстрый и надёжный способ покидать школу по ночам — метла. Ей предстояло искать места, залитые лунным светом, укромные уголки, куда не проникает солнце, где можно поставить котёл и работать над зельями для анимагии. Но была проблема: все мётлы хранились в чулане под присмотром мадам Трюк.       — Как думаешь, Грехем, — начала она, поравнявшись с ним, — ешли штащичь мечлу, мадам Члюк поймёч?       Монтегю замешкался. На его лице отразилось недолгое раздумье.       — Не думаю. Она пересчитывает только казённые мётлы. А у нас почти все личные. А что?       — Я не плошчо чак шёлфингу училашь, — Сью почувствовала, как язык снова натыкается на лист, и внутренне поморщилась. — Надо члениловачша.       Грехем уставился на неё. Взгляд у него был как никогда тупой — он явно не уловил связи между сёрфингом, тренировками и метлой. Сьюзанна измученно выдохнула:       — Мне нужна моя мечла.       — Так бы и сказала, — безучастно ответил Грехем, кивнув. — Забирай.       Сью на секунду замерла. Вот так просто? Ни вопросов, ни сомнений? Она ожидала хотя бы любопытства. Но семикурснику, кажется, было плевать. И это было… очень кстати.       — Шпашибо, — бросила она ему в спину и ускорила шаг.       Впервые за день ей захотелось улыбнуться.       Всё оказалось намного проще, чем Сьюзанна могла себе представить. Она незаметно отбилась от общего строя и побрела на пятый этаж — к той самой комнатке, где летом прятала метлу от глаз оставшихся в школе педагогов. Время шло к отбою, многие студенты давно разбрелись по гостиным, но девушка всё равно притормаживала на поворотах, чтобы не попасться никому на глаза, каждую секунду готовая развернуться и бежать обратно. Увы, подсобка оказалась закрытой.       — Странно, — прошептала Сью, дёргая за металлическую баранку с неимоверной силой.       Дверь не поддавалась. Подыскать новое место было бы той ещё задачкой, особенно перед грядущей ночью. В замешательстве девушка решила, что если магия не сработает, оставит метлу в туалете Миртл.       — Алохомора.       С лёгким щелчком дверь отворилась. Сью проскользнула внутрь, закрыла за собой дверь — и оказалась в кромешной темноте. Что-то было не так. Слишком тепло для такого крохотного помещения. В воздухе пахло горячим воском и солодкой. И ещё — девушка неизменно ощущала виском чьё-то тёплое дыхание.       Осторожно выдохнув, она подняла палочку:       — Люмос.       Свет выхватил из темноты два одинаковых, охваченных испугом лица. Сьюзанна взвизгнула. Тот юноша, что стоял ближе, мгновенно зажал ей рот ладонью и высунул голову в коридор. От его руки пахло тем самым запахом, что вскружил ей голову летом — морозной пряностью, деревом и чем-то ещё, чему у неё не было названия.       — Что ты тут забыла? — спросил Фред нервно, отпустив её и смерив прямым, недоверчивым взглядом.       — Повидачша ш вами пришла, — буркнула она в шутку.       Близнецы озадаченно переглянулись.       — Мечлу стащила, решила тут сплячачь.       — А по дороге упала с лестницы прямо на улей ипопаточников, — хмыкнул Фред, но в его голосе не было злости — скорее недоумение.       Джордж шагнул ближе, схватил её за щёки длинными пальцами и внимательно осмотрел лицо.       — Да нет, вроде не опухла, — пробормотал он. — Так-с, сплячь мечлу и иди, куда шла.       Фред захохотал в ладонь.       — Прячь давай, что встала?       С невнятным бурчанием под нос Сью отодвинула Фреда в сторону и проникла в грязный угол, где хранились обычные мётлы. Свой Нимбус она упрятала в самый низ, едва не опрокинув все остальные. Уже у двери развернулась и уставилась на братьев с подозрением.       — Никому не скажем, — пообещал Фред торопливо.       — За отдельную плату можем даже полировать каждый день, — добавил Джордж.       — Вообще-чо я хочела ижвиничша жа Джоншон, — выдала Сью с излишней напористостью, скрестив руки на груди. А потом добавила тише, словно оправдываясь: — Но вы шами начали ш Дэвиша.       Повисла неловкая пауза. Сью поняла, как это прозвучало — совсем не как извинение. Она хотела бы выразиться иначе, но слова, как назло, разбегались.       Фред ничего не ответил. Только посмотрел на неё — и в его взгляде мелькнуло что-то нечитаемое. Тогда Сью закатила глаза и прижалась ухом к двери, прислушиваясь к обстановке в коридоре. Пусто.       — А ну-ка, стой! — Фред перегородил ей путь, когда она уже схватилась за ручку.       Он стоял так близко, что Сью снова ощутила тот самый запах. Она легонько дёрнулась, но не отстранилась.       — Что ты… — Фред запнулся, подбирая слова. — Что ты решила по поводу Амортенции?       — Чы что, шовшем плидулок?       Близнецы переглянулись и захихикали. Сью знала, что со стороны её шепелявая речь звучит комично, и не обижалась. Ей самой было смешно.       — Давай так, — сказал Джордж, всё ещё улыбаясь. — Раз у тебя пока проблемы с речью, послушай нас. Помнишь, мы с Фредом зачислили тебя в число продвинутых студентов за твой качественно испорченный бадьян?       Сью насупилась. Что-то такое было.       — Мы планируем выпустить продукцию для девушек вроде тебя, чтобы, так сказать, увеличить поток потенциальных клиенток. Но нас, знаешь ли, не все наши подружки воспринимают всерьёз.       — Блевачельные бачоншики и Амолченшия? Девушкам? — искренне удивилась Сью, переводя взгляд с брата на брата, которых дефект её речи рассмешил до слёз, и показала большой палец: — Клашш!       Когда смех стих, Фред заговорил важно:       — Мы не собираемся этим ограничиваться. Средства для ухода за кожей и волосами, снадобья, которые помогут побороть стеснительность, и целый спектр любовных напитков: ослепление, одержимость, страсть…       Он аккуратно приобнял Сью за плечо, наклонившись к ней своей рыжей головой. Сью попыталась отстраниться — слишком близко, слишком тепло, — но Фред не позволил.       — Любовные напички — чушь, — не согласилась она.       Фред отстранился сам, и в его сверкнувших глазах Сью снова увидела злобного гения. Его голос стал вдумчивым, почти серьёзным:       — Знаешь, вообще-то мы думали, что вы, девушки, падки на любовь, чувства и всё такое. А для нас это — отличный бизнес.       — Вот, например, — Джордж достал из кармана крохотный пузырёк с прозрачной жидкостью. — Эта штучка сделает твои ресницы длинными и прочными, а глаза выразительными. — Он запнулся. — По идее. Мы его не довели до конца.       — А может, ты его попробуешь? — спросил Фред, снова склонившись к Сью и с видом знатока разглядывая её ресницы. — Хм, тут должно их немного удлинить, хотя Мерлин его знает… — Он развернулся к брату. — Будем надеяться, что не выпадут.       - В тот раз тебе не повезло, - отозвался Джордж. - В этот мы его уже доработали.       — Ну так что, согласна? - тёплое дыхание снова Фреда защекотало её щёку.       — Чочно плидулок, — сказала Сью, глядя на парня с молчаливым укором.       Братья снова захохотали, а Джордж громче всех:       — Не бери в голову, он всё злится, что это случилось именно с ним, — с трудом проговорил он . — Тут почти готовый вариант, ничего такого не произойдёт. Попробуй - не бойся.       Сью уставилась в пол. Она знала, что отказывать им всё равно не сможет — не потому, что ей нужно зелье для ресниц, а потому что это повод остаться рядом с Фредом ещё на несколько минут. Она не видела, как Фред впился в брата взглядом, выражающим крайнюю степень недоумения, а Джордж мотал головой из стороны в сторону.       — Давайче шюда! — Сью вылила всё разом себе в рот.       Близнецы подскочили к ней, скрестив за спиной пальцы.       — Ну что? — спросила она.       — Ну-у, не выпали и не отрасли до пола — уже хорошо, — сказал Джордж убеждённо.       Сью тяжело выдохнула. Ресницы до пола отлично дополнили бы её коллекцию дефектов.       — Симпатичненько вроде… и потемнее стали. — Фред потянулся к её глазам рукой.       — Пальцы убели! — Сью грубо шлёпнула его по руке.       — Вот, на ещё, — Джордж достал второй пузырёк и сунул в карман её мантии. — Через пару дней надо закрепить результат.       — Да, а потом напиши нам детальный отчёт, — настойчиво продолжил Фред. — У вас как раз С.О.В. в этом году, потренируешься. Ну а мы оценим по всей строгости. Мы хотим знать вот что: как изменились твои ресницы, помогло ли это тебе и купила бы ты у нас это волшебное средство.       — Ещё какая вероятность того, что ты порекомендуешь его своим подружкам, — добавил Джордж.       — Точно. В письменном виде, — Фред порылся в кармане и достал две монетки. — Держи. Оплата труда.       Сью от неожиданности дёрнулась.       — Убели швои шикли, — возмутилась она.       — Возьми.       — Неч.       — Держи, говорю!       — Мне не нужны деньги оч ваш.       — Вот как!       — Время, Фред, — устало сказал Джордж, глядя на карманные часы. — Отбой через десять минут.       До башни с движущимися лестницами путь лежал общий. Коридоры пустовали, лишь доспехи скрипели забралами и разворачивали тяжёлые шлемы вслед троим, да перешёптывались волшебники на портретах.       Фред брёл посередине, засунув руки в карманы и притормаживая через каждые несколько шагов. Джордж то и дело потягивался — вероятно, мечтал оказаться в кровати. А Сью просто старалась не отставать и удивлялась, как человеческие ноги вообще могут вырасти такими длинными. Внезапно Фред остановился и почесал рыжую макушку.       — А что у тебя с речью, кстати?       — Не шплашивай.       — Идёмте, обход старост вот-вот начнётся, — зевнул Джордж.       Фред зашагал дальше.       — Мы не очень-то злимся из-за Анджелины, — сказал он в довольно сдержанной манере, но колкие нотки в его тоне чувствовались. — Но увидеть тебя в толпе злорадствующих слизней было м-м… весьма неприятно.       Сью опустила голову. Летом Фред и Джордж были её единственным спасением от ночных кошмаров и погружения в глубокий транс. Это они отправились к её дому и вернули палочку. Это они выложили ей те секреты, которые даже их мама не должна была знать. А как только её жизнь вернулась в прежнее русло, она выставила посмешищем их подружку и вместе с остальными слизеринцами насмехалась над их братом. Сью тошнило от самой себя, хотелось вылезти из своей шкуры и желательно раствориться.       Какое-то время все трое шли молча.       — Меня не могло там не быть, — выдохнула она наконец.       Фред хмыкнул — громко, с пониманием:       — Снова в команде?       Сью неспешно кивнула.       — Вот Анджелина-то обрадуется!       — Ш-ш-ш!       За углом они увидели фигуры директора и слизеринского декана в конце коридора. Сью, Фред и Джордж скользнули за ближайшую колонну и затаили дыхание. Джордж потянулся к карману за часами, посмотрел на циферблат и досадливо фыркнул: стрелки показывали двенадцать. За пределами гостиных им находиться уже запрещено.       — …легенда о ночных флоксах была лишь предложенной альтернативой, Северус, и твоя подопечная сделала свой выбор.       Сью высунула голову из укрытия и теперь увидела их обоих удаляющихся в противоположную сторону мерными шагами.       — Я, однако, по-прежнему считаю, что правда могла бы открыть людям глаза на мир.       — Может быть, а может и нет. Пока Министерство занимается самообманом, его люди действуют. Им было известно о месте проживания Корнер, и скорее всего она сама его выдала. Случайно, полагаю.       Сью почувствовала, как пол уходит из-под ног. Ноги подкосились, она проваливалась в бездну, и чья-то рука — Фред, она узнала по напряжённым пальцам — подхватила её под рёбра, сжав так, что стало трудно дышать.       — Что же он ищет?       — Записи. Весьма ценные, полагаю. Никому не известно, что они таят. Рэймонд Эйвери, которому было поручено это задание, — один из самых непредсказуемых Пожирателей. Он потому был выбран, что хорошо знаком с её матерью и знает правила игры, которые она вела. Цена его не волнует. Если он решит, что сможет разрешить оставленную загадку через саму Сьюзанну…       Пальцы под рёбрами впились сильнее, но Сью сейчас было не до боли. Она смотрела в спины преподавателей потерянным взглядом.       — …он не побрезгует отправить её на тот свет вслед за родственниками.       Когда мужчины исчезли в проходе, Сью обернулась к близнецам. Глаза её искрились страхом и непониманием. Фред и Джордж выглядели не лучше. Какое-то время до них ещё доносились обрывки фраз — «в Хогвартсе она в безопасности», «до сих пор избегаешь её имени, Северус» — но вскоре смолкли и они.       — Этого не случится, — сказал Джордж осторожно, убедившись, что коридор пуст. — Хогвартс хорошо защищён, к тому же ты понятия не имеешь, о чём они вообще говорят.       — Джордж прав, — Фред всё ещё держал её под рёбрами, и его голос звучал жёстче обычного. — Тебе ничего не грозит. Просто постарайся не думать об этом. Окей?       Сью отрешённо кивнула.       — До гостиной доберёшься сама?       Она снова кивнула.       — Вот и славно. — Фред наконец отпустил её, сделал шаг назад. — Ну а если что, мы скормим этому ненормальному все имеющиеся у нас завтраки. Посмотрим, кто ещё отправится на тот свет!       Он улыбнулся — той самой кривоватой улыбкой, от которой у Сью всегда теплело в груди. Джордж хлопнул её по плечу. И они разошлись.       Лишь у поворота девушка обернулась — посмотреть, не обернулся ли Фред. Но коридор был пуст. Сью постояла ещё секунду, чувствуя, как внутри медленно оседает тяжёлая, липкая пустота. Потом развернулась и побрела к подземельям — одна, под приглушённый шёпот портретов и скрип доспехов.

      ***

      Приглушённый свет, скачущие по красным знамёнам и гобеленам тени — и одно сплошное умиротворение. В гостиной Гриффиндора пахло тёплым деревом, затопленным камином и чем-то сладким — то ли остатками ужина, то ли чьими-то тайными запасами. Фред и Джордж добрались до башни вскоре после отбоя, но в общей комнате всё ещё было полно народу. Кто-то доедал припрятанные сладости, кто-то спорил у камина, несколько первокурсников пытались сделать домашнее задание, но больше смотрели на старших.       Джордж помахал рукой устроившейся на диване золотой троице и сестре — и вдруг замер. Обернулся к Фреду.       — Мы не очень-то злимся из-за Анджелины? — бросил он вполголоса, с замешательством. — Ещё вчера она была кошмарной кричащей креветкой.       Фред лукаво ухмыльнулся, засунув руки в карманы.       — Сами начали. Не понимаю, почему тебя это вообще расстраивает.       — Почему меня… что? — Джордж дёрнул головой. — Ну, не-ет. Скажи, что сегодня она — шепелявая шкодливая швинья.       Он затряс брата за плечи, но тот лишь широко зевнул и лениво потянулся.       — Остроумно, Джорджи. — Фред хлопнул его по спине. — Пойдём спать.       Он первым направился к лестнице в спальню. Джордж посмотрел ему вслед, хмыкнул — и пошёл следом.       Он не видел, как на секунду Фред приостановился на нижней ступеньке, глядя в пол, а потом мотнул головой и зашагал дальше — будто стряхивал с себя что-то липкое и не вовремя прицепившееся.