Zayn.
13 февраля 2015 г., 18:18
Если ты получил это письмо, это значит, что меня уже нет. Это значит, что ты являешься одной из причин, почему я ушел.
Я сажусь на пол и оглядываю комнату. Все напоминает мне о нем. Его книги, его телефон, его фотографии, висящие на стене прямо над кроватью. Он, скорее всего, смотрел на них, прежде чем лечь спать. Даже комната пахнет, как он. Это так странно. Прошла уже неделя, но комната по-прежнему пахнет им.
Я чувствую, как подбородок начинает дрожать, и как слезы заполняют мои глаза.
Я виноват в том, что он сделал это. Я виноват в том, что его больше нет. Это все моя вина.
Я убил своего брата.
* * *
*Неделей ранее* (Первое ноября) - Ну, привет, заднеприводный, - я засмеялся, приближаясь к шкафчику Луи. Он закатил глаза, одновременно засовывая свои кроссовки в рюкзак. - Что тебе нужно, Зейн? – Холодно спросил он, даже не посмотрев на меня. - Не самый вежливый способ, чтобы разговаривать со своим старшим братом, - сказал я, поднимая брови. Это было своеобразное предупреждение, и он знал это. В любом случае, он решил поиграть с огнем. - Во-первых, ты старше только на неделю. И, во-вторых, сводным братом, - сказал он, покачивая головой. Он закрыл дверцу своего шкафчика и наконец-то посмотрел на меня. Это было заметно, что он считал себя лучше меня. Он всегда смотрел на меня таким взглядом. Как будто я был никем. Я полагаю, он просто завидует, что наш отец любит меня больше, чем его. – Где же твои друзья? Неужели они тебя кинули? Бедный мальчик. - Заткнись, ты, мелкое дерьмо. По крайней мере, у меня хотя бы они есть, а с тобой никто даже разговаривать не хочет, - сказал я, и он сделал небольшой шаг назад, смотря вниз. Ха! Я попал прямо в его больное место. Чудно, он должен страдать. Он должен знать, кто лучший в нашей семье. - Отъебись, - пробормотал он слабым голосом. Да! Этот раунд остался за мной. Я мог увидеть слезы, собирающиеся в его глазах. - А где же твоя девушка, м? В последний раз, когда я ее видел, она вставала с моей кровати, - я ухмыльнулся, и он толкнул меня. Я, естественно, толкнул его в ответ, и мы начали драться. Он ударил меня только один раз, а я заехал ему приблизительно около тридцати (ладно, может быть, только пять, но я не мог смириться с этим, я не хотел, чтобы люди думали, что я дерусь, как девчонка). Нас разняли мои друзья. Ему крупно повезло, иначе он мог бы потерять пару зубов. - Привет, заднеприводный, - я мог расслышать, как Найл прошептал это Томлинсону в ухо. Луи пытался выбраться из его объятий, но Хоран был слишком сильным. В конце концов, мы оба были в футбольной команде, так что мы должны быть сильными. Найл глянул на меня, и я ухмыльнулся. - Окей, отпусти меня, - сказал я Тайлеру, своему другу, и он ослабил хватку. Я подошел к Луи и снова ухмыльнулся, прежде чем ударить его в живот. Всего лишь один удар. Но он был достаточно сильный для того, чтобы Томлинсон выскользнул из рук Найла и упал на пол. - Что здесь происходит? – Я обернулся, смотря как Миссис Джонсон, наша учительница по английскому, приближалась к нам. - Ничего. Моему брату немного нехорошо, и мы пытались ему помочь, - ответил я с самой милой улыбкой, которую только мог натянуть. Она посмотрела на меня и на моих друзей, затем медленно кивнула и пошла прочь. Я не уверен, что она поверила мне, но кого это волнует? Она ушла, не так ли? Я обернулся назад, чтобы посмотреть на своего брата, который свернулся калачиком на полу. - Пошли, парни, у нас вечеринка через час, - сказал я, проходя мимо лежащего парня и направляясь к выходу. - Увидимся в аду, братец, - прокричал Луи, и я засмеялся. Я хотел ответить ему что-нибудь, но подумал, что он недостоин даже этого. Я и мои друзья развлекались, громко смеялись и просто хорошо проводили время. Это был последний раз, когда я видел его живым. После того, как я ушел на вечеринку, я вернулся домой на следующий день. Именно тогда они сказали мне, что он был мертв. Сначала я не мог в это поверить, но сейчас…* * *
Я больше не могу стоять, и поэтому я падаю на колени, тихо рыдая. Если бы я только знал, что он собирался сделать. Я мог бы остановить его. Я сделал бы все возможное, чтобы остановить его. Просто я был так горд, я хотел заставить его страдать. Почему? Не имею понятия. Разве это не то, что обычно делают старшие братья? Разве они не унижают своих младших братьев или сестер? Правда была в том, что мы никогда не любили друг друга. Мы никогда по-настоящему не разговаривали. Наши матери ненавидели друг друга, так что мы брали с них пример. После того, как мать Луи умерла, он переехал жить к нам. Сначала я старался быть с ним милым, но потом я просто не смог терпеть его. Он расхаживал по моему дому так, будто бы он был его, но он был мой! Сейчас я думаю обо всех этих вещах, что сделал, и о том, о чем я думал. Я был так чертовски глуп. Слезы стекают вниз по моему лицу, но я даже не пытаюсь остановить их. Я даже не хочу их останавливать. Я заслужил это. Я заслужил эти страдания. Мой брат покончил с собой, потому что я был избалованным ребенком, который не хотел, чтобы он находился рядом. Сейчас я бы сделал все, чтобы вернуть его обратно. Но слишком поздно. Он ушел. Навсегда.Ben Cocks – So Cold.
Дорогой Зейн, Я долго размышлял над тем, что сказать тебе. Потому что… что я вообще могу сказать? У меня накопилось так много вопросов, на которые я уже никогда не смогу получить ответы. Например: почему ты делал это? Почему каждый день в школе ты изводил меня? И после школы? И дома? Что я тебе такого сделал? У тебя есть все. Большая комната, хороший телефон, хорошая одежда. Твоя мать жива. И наш отец… это всегда было очевидно, что он любит тебя больше, чем он смог когда-либо любить меня. Так что же ты еще хотел? Мою девушку? Ты также забрал и ее. Но ты не переставал унижать меня. Неужели каждый божий день видеть мои страдания было так важно для тебя? Неужели это заставляло тебя чувствовать себя лучше? Неужели именно это тебе было нужно для того, чтобы ты чувствовал себя лучше, чем я? Я бы хотел узнать обо всех этих вещах. Но теперь слишком поздно. Я никогда не узнаю. Но ты узнаешь. Я хочу, что бы ты сейчас присел и подумал обо всех этих страданиях, которые ты мне принес. Я хочу чтобы ты подумал, действительно ли они того стоили. Заслужили ли все эти страдания смерти твоего брата? Или, может быть, тебе было на меня насрать? Может быть, ты сейчас читаешь это и думаешь: «Господи, он был таким жалким. Я рад, что его больше нет». В любом случае… Помнишь последнюю вещь, которую я тебе сказал? Ты поржал над ней со своими друзьями, не так ли? Это все еще смешно?
