Обратная сторона судьбы

      Поскользнувшись на мокрой палубе, Аканиши уже собрался звучно выругаться, не стесняясь в крепких выражениях, но успел вовремя прикусить язык. Хоть дама и была одета не как дама, но всё же оставалась ею, поэтому использование непотребных слов при ней ни в коем случае нельзя допускать.       Заметив его приближение, девушка подтянула к себе колени и как-то заметно напряглась. Почему-то капитану думалось, что она всё же очень юна, судя по её худобе и небольшой… недоразвитости некоторых, как правило округлых, частей тела. Странно, но раньше такого стремления казаться как можно менее заметной Джин за ней не наблюдал. Скорее, она наоборот выглядела слишком невозмутимой и уверенной. А теперь наверняка успела наслушаться от матросов всяческих небылиц по поводу кровожадности их капитана… От матросов, чёрт их дери, которые теперь ходили по палубе в одних лишь штанах, закатав их по колено, и совершенно не задумывались о том, что леди может быть крайне неприятно зреть их полуобнажённые блестящие от пота тела!       Аканиши возвёл глаза к небу и застегнул верхние пуговицы своей лёгкой рубашки. Уж он-то сумеет произвести хорошее впечатление, даже если ему придётся как следует попотеть! Он ведь, как-никак, капитан!       Полуденное солнце, отражаясь от тщательно просмоленных досок палубы, слепило глаза, но Джин всё равно не мог отвести пристального взгляда от нескольких тонких прядок каштановых волос, нерешительно выглядывавших из-под капюшона, и острых коленей, чётко выделявшихся под балахоном. А ведь наверняка она недоедает! Попробуй стерпи жить на одних лишь овощах, которыми изо дня в день Тагучи пичкает всю команду!       — Э-э-э… Здравствуй, — капитан присел на корточки за метр от девушки, внезапно понимая, что не имеет даже представления о том, что же сказать дальше. Будь это обычная портовая шлюха, он бы без труда нашёл тему для беседы. Ну там — похвалить кружево на платье, оценить размер груди, красоту глаз, пухлость губ, изящество движений… а тут ни платья, ни лица не видать, ни тела. Даже руки спрятаны в широких рукавах. — Как тебе корабль? — в итоге мучительно выдавил он, зная, что со стороны выглядит более чем глупо, особенно для матросов, часть из которых заинтересованно пялилась в их сторону.       Девушка пожала плечами в ответ и неуверенно кивнула.       — Ясно… А… Плавание как переносишь? Нет морской болезни?       Кажется, она была не против общения, раз так усиленно покачала головой.       — Это хорошо, — осмелел Аканиши и подобрался чуть ближе, усаживаясь по-турецки и тайком пытаясь заглянуть в прорезь капюшона. — Меня Джин зовут. Я капитан японских пира… э… в общем, капитан этого корабля.       Он даже собрался по привычке обменяться крепким рукопожатием, но вовремя себя остановил — мужчине не пристало касаться порядочной женщины, пока её отец не даст благословения на брак. А если отца нет? Что делать тогда? Хотя к чему пирату вообще вступать в брак? Да он просто познакомиться подошёл!       — А как твоё имя? — спросил Джин, дождавшись понятливого кивка, но потом до него неожиданно дошло, что она вряд ли заговорит с ним, боясь быть разоблачённой. Что ж, он готов и на это. — Хотя мне совсем не обязательно знать.       Немного недоумённое молчание в ответ и никаких движений. Капитану стало неловко, поэтому он решил сменить тему:       — А ты… — он вдруг похолодел, вспомнив, что собственноручно отправил несчастную ночевать с остальными матросами, — … в трюме спишь?!       Девушка вздрогнула и поспешила отрицательно замотать головой.       — А… — с облегчением, — на палубе, да?       Кивок.       — Точно, там ведь жуткая вонища, да и спать невозможно вообще… — тон был предельно виноватым и сочувственным, что не укрылось от дамы, и она расслабила напряжённо ссутуленные плечи. — А хочешь — спи в моей каюте… Нет, нет, я не в этом смысле, — Джин поспешно поднял раскрытые ладони в примирительном жесте, когда девушка встрепенулась. — Я просто… вот пока я у штурвала, моя каюта всё равно пустует. Там кровать… удобная, ты можешь спать там. Я почему беспокоюсь — ты же гость всё-таки. И мне как-то… неловко, что ли.       Собеседница медленно покачала головой, словно сомневаясь не то в его словах, не то в своём выборе.       — Нет, а что такого? — принялся настойчиво уговаривать Джин. — Я по ночам у штурвала, а днём отсыпаюсь. Чем не вариант? Лучше же, чем в гамаке или на голых досках. И постель можно менять… чаще. Ну?.. Ну почему нет? — расстроился он, видя несогласие. — Ну давай тогда тебе отдельную каюту выделим… можно Коки переселить к… Да что ж такое-то? — дама продолжала решительно отказываться. — Неужто нравится ночевать под открытым не..?       — О чём беседуете? — раздался позади полный любопытства голос и, обернувшись, капитан увидел Тего, облачившегося в Ямашитины шаровары и рубашку, что была широка ему в плечах.       — А… Да так… А где Пи? — Джин не спешил отходить от своей новой знакомой и всё же надеялся продолжить беседу или, хотя бы, узреть её ручку. Чтобы было чем занять мысли во время однообразного пребывания у штурвала.       — Отсыпается после двухсуточного дежурства на мостике, — мягко укорил Юя, подходя ближе.       — Это Рё виноват, — попытался оправдаться Аканиши. — А ты чего не спишь? Тоже ведь, небось, дежурил.       — А я услышал шум и крики, — Тего в любопытстве огляделся.       — Опоздал, уже все успокоились. Так это… — Джин повернулся к девушке, поняв, что поговорить наедине чуть дольше им не удастся, — если что… предложение в силе. Тегоши… хочешь ещё немного порулить?       — Что за предложение? — поинтересовался Юя, когда они поднялись на мостик, и Аканиши устало опустился на скамью, словно целый день работал, не покладая рук.       — Личного характера, — отмахнулся он.       — Ого… А что ты мог такого ему предложить? — с подозрением протянул Тего. — Он же…       — Не ему, а ей. Я всё знаю.       — Чего-о-о? — Юя заулыбался, глядя на светящееся самодовольством лицо капитана японских пиратов.       — Будешь отрицать?       — Буду, пожалуй. Разве по голосу не заметно?       — Она молчала, — задумчиво протянул Аканиши, пытаясь представить себе голос новой знакомой. Наверняка чарующий и высокий, да и вообще, вся она, несомненно, должна оказаться прелестной.       — Э? Странно. Но, Джин, это парень. Не знаю, с чего ты решил…       — Тогда почему на нём такое странное одеяние?       — Да мне самому интересно, — Юя перевёл взгляд на Каме, который по-прежнему сидел на том же самом месте. — Он даже спит в нём.       — Ты точно-точно уверен, что это не девушка? — слабым голосом спросил Джин, всё ещё втайне надеясь, что Тего шутит.       — Точно-точно.       — Вот чёрт, — Аканиши лёг на скамью, расстроено глядя в небо. — Стоит встретить женщину своей мечты, как она оказывается мужчиной. Почему он тогда ни слова не сказал?       Юя промолчал, неизвестно почему вдруг почувствовав себя виноватым.       — Расскажи мне о нём, — потребовал Джин после нескольких минут раздумий. — Всё, что знаешь. Он заинтриговал меня.       — Ну, мы его впервые увидели на корабле Шуна… Он делал такие… синие… В общем, он маг… — начал Тегоши, сверяясь с компасом и выкручивая штурвал вправо.       — Маг?! — воскликнул Аканиши, резко принимая сидячее положение. И сразу же, тихо охнув, схватился за голову и медленно опустился обратно на скамью.       — Тише, тише… — поспешил успокоить Тего, бросая полный опаски взгляд на Каме, который повернул голову в их сторону. — Не кричи так…       — Ещё одного мага мне не хватало, — мученически простонал Джин, рукой прикрыв глаза от слепящего солнца.       — А что в этом плохого? — недоумённо поинтересовался Юя.       — Как что?! Знаю я этих кансайцев — пьют как породистые жеребцы и даже не хмелеют!       — Ты знаешь кого-то, кроме Рё?       — Нет, но по нему у меня сложилось чёткое представление обо всех… ему подобных.       — Каме, вроде как, другой.       — Каме?! — возглас Джина во второй раз разнёсся по всей палубе, а сам он снова сел, даже позабыв о похмелье.       Тего зашипел на него, призывая к молчанию, поскольку объект их беседы вновь, вне сомнений, посмотрел именно на них.       — Ты сказал — Каме?! — свистящим шёпотом уточнил Аканиши, буравя Юю горящим взглядом.       — Ты о нём слышал? — так жё шёпотом ответил тот, внезапно задавшись вопросом, нет ли у мага дара улавливать тихие звуки на таком расстоянии. Всё ведь возможно.       — Я слышал о Золотой Черепахе, чёрт меня дери!       — И какая между ними связь? — непонимание сквозило в голосе Тего.       — А такая, что «каме» и значит «черепаха», — с восторгом пояснил Джин, вскакивая со скамьи и стремительно подходя к ограждению, чтобы полюбоваться своим новым увлечением. — Это судьба!       — Скорее, совпадение, — пожал плечами Юя.       — Не спорь, а рассказывай дальше. И поподробнее.       Несколько часов ушло на то, чтобы заставить Тегоши трижды пересказать все события, связанные с Каме, начиная со дня захвата корабля и заканчивая сегодняшним утром. А потом Джин ещё долго и с упоением разбирал каждую мельчайшую деталь. Про себя, естественно, поскольку Тего, вконец вымотанный рассказами и ночными дежурствами, пожелал спуститься в каюту и вздремнуть до ужина под боком у Чёрного Пи.       Аканиши же, стоя за штурвалом, расстроенно обыскивал глазами палубу. За время их с Тего разговора Каме успел куда-то уйти, и теперь капитан японских пиратов не находил себе места.       Удушающая жара к вечеру спала, повеяло прохладным западным ветром. Матросы дружно загорланили старые пиратские песни, натягивая паруса. Подходило время общей трапезы, после которой, как правило, следовало дружное распитие рома, где каждый мог вволю наслушаться баек Нишикидо. Вот и сегодня все с предвкушением ожидали очередной захватывающей истории, благо пищи для фантазии кансайца, в связи с пленом и побегом, было много. Но больше всего Джина интересовала интерпретация истории Тего из уст Рё — ещё один повод послушать о загадочном Каме. К тому же, Джин подозревал, что на этот раз наверняка не обойдётся без нескольких сотен кровожадных магов, огненных ловушек и летающих драконов.       — Как самочувствие? — поднялся на мостик Чёрный Пи, заспанный, но отдохнувший. На его щеке отчётливо отпечатался след от подушки, а на шее виднелись несколько свежих отметок. Видимо, он не знал о них, иначе бы хоть как-то попытался замаскировать.       — Уже полегче, — Джин заулыбался. — Ты меня сменишь?       — После ужина, — Ямашита с наслаждением потянулся, глядя на кроваво-красное марево заката, и глубоко вдохнул свежий воздух.       — Ну, Пи… Мне очень надо увидеть К… Коки!       — Что, так срочно? — изогнул бровь Ямашита, опираясь бедром о фальшборт.       — Ага… — Джин ещё раз растерянно оглядел палубу. — Он последний, кто видел К… крокодиловый ремень от моих штанов. Потерялся…       — Понимаю, — невозмутимо кивнул абсолютно ничего не понявший Чёрный Пи. — Тогда я немного позже поужинаю. Всё равно после сна аппетита нет.       — Ну вот видишь как удобно! — воспрял духом Джин. — Значит, я пойду?       — Иди, раз надо, — снова кивнул Ямашита.       За общим столом царило оживление и веселье. Коки с Накамару откупоривали уже третий бочонок рома, остальная же команда громко переговаривалась и пересмеивалась. Поискав глазами свободное место, которое весьма кстати оказалось рядом с Тегоши, скромно сидящим подальше ото всех, Джин подсел к нему.       — До сих пор не привык к обществу матросов? — полюбопытствовал он, пододвигая к себе очередное нечто, отдалённо напоминающее овощное рагу на листьях салата.       — Мне одному немного неуютно, — Юя нервно отпил воды из своей кружки. — Спасибо, что сел рядом.       — Э… Не за что… Я вообще-то хотел спросить, не видел ли ты где-нибудь Каме?       — Недавно на кухне был.       — А… Ну, хорошо хоть не будет сидеть голод… — начал Джин, но его заглушили дружные хлопки и довольные возгласы — на том конце стола поднялся Нишикидо, явно намереваясь облечь в слова накопившиеся фантазии.       — Я вот всегда удивляюсь, — восхитился Тего, когда шум стих и кансаец начал свой рассказ, не забывая периодически опустошать свою кружку, — как ему удаётся так складно говорить?       — А я удивляюсь, как он потом с Уэдой умудряется мириться, — хмыкнул Джин, подливая себе рома. — Тот ведь совершенно нетерпим к такого рода развлечениям.       Юя перевёл взгляд с вдохновлено повествующего Рё на Татсую, который сидел рядом с недовольным выражением лица и к рому даже не притронулся.       — А как они вообще познакомились? И почему они… на разных кораблях? — задал Тего давно мучивший его вопрос.       — Сначала скажи, что ты думаешь об Уэде.       — Ну он… на аристократа похож. Повадки, воспитание… и внешность даже.       — В яблочко, — довольно кивнул Джин.       — И как он стал пиратом? — с интересом спросил Юя, справедливо ожидая подробного рассказа. А кансайца он послушает завтра — к этому времени теперешняя история обрастёт новыми интересными фактами.       — Это очень долго рассказывать.       — Хотя бы вкратце, — не унимался Тего.       — Ну хорошо… Рё не так давно купил его на невольничьем рынке за приличную сумму. Притащил на корабль, а дальше… сам видишь.       — И всё? — возмутился Юя, не давая капитану японских пиратов дотянуться до новой бутылки с ромом. — Как он попал в рабство? Как решил остаться? Как стал твоим помощником? И как… как…       — Ну да. А что ты ещё хотел узнать? — недовольно протянул тот. — Как у них с Рё сложились отношения? — и таки выхватил бутылку.       — Ну… без подробностей, — разрешил Тегоши.       — Ладно, расскажу, что знаю, — Джин задумчиво почесал нос.       Время пролетело незаметно, а рассказ настолько впечатлил Юю и поверг в омут противоречивых чувств, что он даже не слышал пространные повествования Рё про летающих драконов и высокие башни. Не слышал он и шума начавшегося дождя, впрочем, как и все сидящие за столом, и лишь когда вслед за раскатом грома донёсся звучный выкрик: «Свистать всех наверх!!!» — подскочил в панике. Так же, как и Джин с остальной командой.       — Убрать паруса! Задраить люки и пробоину! — рявкнул тот, рванув на палубу. — Приготовиться откачивать воду из трюма! Шевелитесь!!!       Матросы заметались, спеша выполнить приказы капитана, толкая плечами растерявшегося Юю и грозя повалить его на пол и затоптать, пока уверенная рука не схватила его за локоть и не оттащила к стене.       — Где этот чёртов маг? — спокойно произнёс Нишикидо, в серьёзном взгляде которого не было даже толики опьянения и привычного озорного огонька.       — Не знаю, я думал — он тут… — Тегоши непроизвольно вцепился в кансайца, когда волна тряхнула корабль.       — Не бойся, всё нормально. Поможешь найти?       Уверенный тон сделал своё дело, и Тего почувствовал, как паника постепенно отступает.       — Конечно. Проверю кухню, заодно спрошу у Тагучи, — неровным голосом откликнулся он и поспешил к выходу.       Джин, закончив раздавать приказы, взбежал на мостик, когда почерневшее небо осветила яркая вспышка, а невесть откуда взявшиеся волны грозили перерасти в мощные валы, что вот-вот перевернут корабль и утянут его на дно вместе с людьми. Буквально за пару минут море из тёмно-сизого и обласканного лунным сиянием превратилось в сплошное беснующееся с рёвом существо, являющее собой всё неистовство стихии.       — Не справимся, — плохо слушающимися губами крикнул Аканиши Ямашите, который выкручивал штурвал, направляя судно так, чтобы не зачерпнуть воды в пробоину и подставить вновь обрушивающейся волне уцелевший бок. Ветер, трепавший полуосвобождённые паруса, свистел в ушах, не позволяя расслышать даже собственного голоса. Ухватившись за фальшборт, Джин с трудом устоял на мокрых досках, когда корабль в очередной раз качнуло.       — Где Юя? — одними губами взволнованно спросил его Чёрный Пи, и Джину ничего другого не оставалось, как пожать плечами, в надежде, что мелкому придёт в голову где-то спрятаться и не выпасть за борт. Хотя сейчас было непонятно где безопаснее — на палубе или же в трюме с задраенной пробоиной.       Но внезапно возникшая в голове мысль заставила капитана японских пиратов отцепиться от спасительного фальшборта и кувырком скатиться с мостика, устремляясь на поиски с побелевшим от страха лицом. С трудом добравшись до середины палубы, то и дело уворачиваясь от бочонков и ящиков, которые матросы так и не удосужились сбросить в трюм, Джин ухватился за тросы, что удерживали рею, и огляделся, отыскивая взглядом Каме. Почему-то сейчас найти его и убедиться в его относительной безопасности было важнее, чем торчать на мостике и пытаться справиться со стихией. Всё равно никому этого не удавалось с такой пробоиной в судне.       Каме на палубе не наблюдалось, и Джин, испытывая самый сильный в своей жизни приступ паники, рванул дальше, надеясь отыскать его в трюме или в одной из кают. Но ему не дал этого сделать Нишикидо, который так вовремя направлялся навстречу и тащил мага за рукав балахона, одновременно отплёвываясь от воды и рискуя в любой момент быть смытым волной в открытое море. Замерев с выражением абсолютнейшего счастья на лице, Аканиши наблюдал, как намокший балахон облепил стройную и даже немного худощавую фигуру мага, не скрывая абсолютно ничего, и убеждался в своих первоначально неправильных выводах касательно половой принадлежности таинственного пассажира корабля. Впрочем, первым было всё же облегчение, что Каме нашёлся, и что теперь он будет под пристальным наблюдением и защитой самого главы японских пиратов.       Впрочем, Джину не совсем было понятно, от кого же в данный момент нужно было защищать Каме — от Рё, который вдруг что-то рявкнул прямо магу в лицо, и тот вздрогнул, словно сильно испугавшись, или же от беснующихся волн, что норовили утянуть в пучину океана.       Хотя какая, к чертям, разница? Нишикидо не имеет права повышать голос на Каме! Пусть вон на матросах отрабатывает командные нотки!       Брови капитана японских пиратов грозно сошлись на переносице, и очередная вспышка молнии выхватила из полумрака горящий возмущением взгляд. Но едва он успел сделать шаг с намерением крепко пожать горло кансайцу, как тот сам выпустил рукав балахона и спешно отошёл подальше к капитанскому мостику, уверенно утаскивая за собой Джина и отдавая приказ матросам скрыться в трюме.       — Что происходит? — ошарашено полюбопытствовал Джин, решив, что придушить Нишикидо он всегда успеет, а вот Каме, который поднял руки к небу и пытается устоять на ногах во время очередной волны, заслуживает куда большего внимания.       — Увидишь, — отозвался Рё и указал на небо, где стремительно начинала образовываться воронка из тёмных грозовых облаков. Мгновенно налетел шквальный ветер, громыхнуло так, что на пару секунд заложило уши, а потом корабль и всех его пассажиров накрыла ватная тишина.       Тряхнув волосами, Джин огляделся. Всё так же бушевало за бортом море, ветер трепал паруса, бочонки перекатывались по палубе — но ни единого звука.       — Что происходит? — повторил он и с облегчением услышал собственный голос, но очередная вспышка и последовавший за нею раскат грома заставили подскочить от неожиданности и вцепиться в одежду Нишикидо, вновь устремляя взгляд на небо, которое постепенно становилось бордово-сизого оттенка.       Воронка всё увеличивалась в размерах за счёт грозовых облаков, что стремительно затягивались внутрь, где уже разрасталось скопление неестественно синих электрических разрядов, и треск от их искр достигал слуха перепуганных пассажиров пиратского судна, которые, все как один, с ужасом взирали на разворачивающееся перед их глазами нечто. Единственным спокойным был Рё — на лице его читалась откровенная заинтересованность происходящим, но Джин редко когда вообще находил объяснения поведению кансайца. А в такой ситуации даже пытаться не хотелось, поскольку он только что обнаружил, что кончики пальцев Каме светятся таким же синеватым цветом.       Точно. Тегоши что-то там говорил про повелевание стихиями и синих молниях.       Вместе с пониманием происходящего пришло чувство облегчения. Каме успокоит шторм, и судно останется на плаву, в этом Джин почему-то не сомневался. Даже нет, он был в этом более чем уверен, поскольку Каме… такой хрупкий с виду Каме выглядел теперь настолько внушительно, посылая в небо разряды из раскрытых ладоней, что капитан японских пиратов почувствовал невольное уважение. Да даже он не мог так ровно стоять при качке корабля, чёрт подери!       Но, едва ветер стих и корабль выровнялся, маг всё же без сил опустился на палубу. Ослепительная вспышка — и на идеально чистом от облаков небе вновь засияли звёзды, а тонкий серп месяца отразился на безмятежной глади океана мерцающими бликами.       Облегчённо выдохнув, Джин вновь посмотрел на Каме, который так и не поднялся, а, кажется, вообще решил вздремнуть прямо на голых досках. Но кому придёт идея спать прямо посреди мокрой палубы?       Рванувшись вперёд, капитан японских пиратов в одно мгновение очутился рядом с магом и подхватил того на руки… Судя по напряжённости, маг пребывал в сознании, но насколько он был в порядке, Джин определить не мог. Вокруг быстро столпились матросы, кто-то позвал лекаря, но Джин, не желавший позволять кому-либо прикасаться к Каме, прижал его покрепче и понёс к себе, игнорируя недоумённые взгляды команды и широкую ухмылку Нишикидо.       Пинком отворив дверь, капитан внёс обмякшего мага в каюту и уложил на кровать, совершенно не заботясь о покрывале, которое мгновенно пропиталось водой, стекающей с них обоих. Каме с рвением смял ворсистую ткань в пальцах, а Джин, воспользовавшись моментом, с каким-то внутренним волнением сдёрнул капюшон с его головы, подсознательно ожидая увидеть что угодно: от уродливых шрамов до, скажем, каких-либо увечий наподобие отсутствия глаза или ещё чего, и замер в тщетной попытке прийти в себя. Он был готов, в принципе, ко всему, да и за свою жизнь повидал немало, но в этот раз, пожалуй, увиденное превзошло все его ожидания. Никаких шрамов на лице не было, и прямо на капитана взирали два целых глаза цвета жжёного кубинского кофе на бледном худом лице, обрамлённом каштановыми волосами средней длины. Впрочем, помимо полуприкрытых затуманенных глаз и неестественной бледности кожи, капитан японских пиратов успел оценить аккуратный нос с горбинкой и потрясающий изгиб бровей, коего не бывает даже у дам. И это всё буквально за несколько мгновений, потому что Каме, с непонятно откуда взявшимися силами и проворством, тут же вновь натянул капюшон на голову. Моргнув, Джин присел рядом, предварительно тряхнув волосами и стерев воду с лица, чтобы не отвлекала, и вновь потянулся к досадной помехе, но маг намертво вцепился в ткань, не позволяя стянуть её со своей головы. А взглянуть ещё разок хотелось неимоверно.       — Эй! — позвал его Джин, смыкая пальцы на тонком запястье и старательно подбирая слова, чтобы не выдать захвативших его эмоций. — Да брось. Я уже видел твоё лицо, так что можешь не прятаться. Хотя бы при мне.       — Что тебе нужно? — спокойный и слабый тон голоса вкупе с цепкой хваткой в капюшон до побелевших костяшек ввергли Джина в недоумение и, что самое главное, сладкую истому, дрожью прошедшую по телу. И дело даже не в чарующих нотках, что продолжали райской музыкой звучать в голове замершего капитана японских пиратов, а скорее в том, что такой голос как нельзя кстати сочетался со столь незаурядной и привлекательной внешностью.       — Странный вопрос, учитывая насколько странно твоё поведение, — Джин постарался, чтобы слова звучали мягко и успокаивающе и даже оставил запястье мага в покое, хотя делать этого крайне не хотелось. Хотелось сорвать с мага этот чёртов балахон и не отказывать себе хотя бы в зрительном удовольствии.       — Моё поведение под стать твоим намерениям, — Каме продолжал цепляться за капюшон.       — И что ты знаешь о моих намерениях? — в голове сразу же стали прокручиваться некие догадки о возможных дополнительных способностях мага, которые тот ещё не успел продемонстрировать.       — Я знаю больше, чем ты думаешь, — Каме явно смотрел на руку Аканиши, упёртую в матрас аккурат возле своего бедра, которая препятствовала любой попытке отсесть. Впрочем, подобная страховка была излишней — маг вряд ли смог бы сейчас даже на ногах устоять, не то что встать и уйти.       — Тогда, наверное, ты знаешь и то, что в тропиках подхватить простуду равносильно смерти? — вскинул бровь Джин, жадно улавливая каждый звук и каждое движение загадочного собеседника.       — Ты это к чему?       — К тому, что тебе лучше бы переодеться в сухое. Для начала, — с трудом, но капитан заставил себя встать с постели и преодолеть путь от кровати к шкафу. Маг буквально притягивал его обратно, как магнит.       — В этом нет необходимости.       — М? — Джин обернулся и тут же подскочил от неожиданности, ударяясь плечом о дверцу шкафа — в каюте вдруг повеял знойный ветер, благодаря которому одежда стала высыхать буквально на глазах. Каме, казалось, был ко всему этому безразличен. — Как ты это делаешь, а? — полувосторженно-полураздосадованно спросил пират.       — Не знаю, — маг поправил полу балахона и с трудом придвинулся поближе к спинке кровати. — Оно само получается, когда мне это необходимо.       — И как давно ты обладаешь такими способностями?       — Всегда.       — Тебе ведь поэтому плохо стало? — Джин вновь сел подле него, отмечая про себя, что покрывало высыхает не так уж быстро, как одежда. — На палубе.       — Да. Магия такого уровня требует много сил, — напрягся Каме и подтянул к себе ноги, чтобы не касаться ими бедра пирата.       — Тогда больше не делай так, — решительно заявил Аканиши. — И сними уже капюшон, я привык беседовать с людьми и глядеть им в глаза одновременно.       — Как не делать? — маг начисто проигнорировал последнее высказывание.       — Того, что ты сделал на палубе, — терпеливо пояснил капитан. — Сменил погоду, или как это называется?       — У нас с кансайцем договорённость.       Глаза Джина подозрительно сузились и недобро сверкнули:       — Хотел бы послушать об этом более детально. Но для начала скажи, как тебя зовут.       — Каме.       — Это имя или фамилия?       — Это… — маг замялся, — … не совсем фамилия.       — А имя? У всех нормальных людей принято называть друг друга по имени, а не по недофамилии.       — Казуя, — нехотя ответил маг и, помедлив, всё же снял капюшон, усиленно отводя взгляд в сторону, в то время как Джин буквально пожирал его лицо глазами, тщательно изучая каждую линию.       — Красивое… — с трудом произнёс он, имея в виду сразу и имя, и лицо.       — Там, откуда я родом, оно самое распространённое, — пожал Каме плечами и заправил подсохшие волосы за ухо, что не укрылось от внимания капитана японских пиратов.       — А я впервые слышу… — он пододвинулся немного ближе, даже сам не зная, с какой целью. Маг коротко взглянул ему в лицо и, оценив ситуацию как-то по-своему, уже собрался было запаниковать, но тут в дверь бесцеремонно просунул голову Коки:       — Эй, кэп, мы тут, кажется, забл…       — Какого чёрта не стучишься? — рявкнул Аканиши, который уже собрался подчиниться инстинктам хищника и как минимум сжать мага в объятиях. А маг, в свою очередь тоже подчиняясь инстинктам, снова натянул капюшон и буквально влип в спинку кровати.       — А? — искренне удивился Коки. — Так я никогда не сту…       — Закрой дверь с той стороны, и больше чтобы без моего разрешения никто не смел сюда лезть! — прорычал капитан и, дождавшись пока боцман с извинениями скроется с поля зрения, с досадой обернулся к магу. — Ладно, поговорим немного позже. А пока отдыхай, каюта в твоём распоряжении.       И, оставив Казую напряжённо сидеть на кровати, Джин нехотя вышел на палубу.