Огнем и железом

Брюс ходил по комнате взад и вперед, как зверь в клетке. Зверь внутри него рычал и желал драться, найти Энтони, защитить это создание любыми средствами. Беннер уже не мог строить из себя добродушного бету, сил не было, как ему хотелось всё здесь разнести. Бетти давно спала, и только поэтому доктор не стал крушить мебель и посуду. Когда его Энтони пришёл обратно, на нем не было лица, и Брюс подумал самое плохое. В эти несколько секунд, пока Старк молчал, «плохое» в его мыслях становилось всё ужасней и ужасней. — Ну говори же! — воскликнул доктор, взяв Старка за плечи. — Энтони, не молчи, умоляю! Клянусь всеми богами, если он что-то... — Всё нормально, — холодно ответил Старк, убрав его руки со своих плеч. — Успокойся, Брюс, уже поздно, не кричи. — Не... — опешил Беннер. — Энтони, что с тобой? Как всё прошло? Ты его видел? — Видел. — И? Что он сказал? — Что я красивый, — просто ответил Энтони, зашагав по комнате. — Спросил, не было ли еще течек. Товар... его устроил, — легко пожав плечами, заключил он и, помолчав, отвернулся. — Спокойной ночи, Брюс. Я устал. Не буди меня завтра. На следующий день Капитан уехал. Брюс не знал куда и знать не хотел, он не привык спрашивать, откуда счастье пожаловало. И вроде можно было вздохнуть спокойно, отдохнуть, хотя бы немного, но с той ночи Энтони как подменили. Он не выходил гулять, много спал, а его взгляд потух, пропал тот светящийся огонь, будто жажда к жизни в нем растворилась. И, возможно, Беннер забил тревогу слишком поздно, когда Старк начал отказываться от еды. — Энтони! Открой дверь, прошу тебя. Элизабет приготовила обед. — Я не голоден, — послышался знакомый отстраненный голос. — Энтони, ты уже три дня ничего не ел. Выйди, пожалуйста, я хочу тебя видеть. — Всё нормально, Брюс. Уходи. Доктор был готов сломать эту дверь, и Энтони, чтоб его, знал, что играет с огнем. Выдохнув через зубы, Брюс уперся в неё лбом. Вдруг раздался звук, будто кто-то пинал дерево ногой. Брюс направился в главную комнату. Оказывается, кто-то стучался в дом. Беннер отворил дверь и, увидев на пороге парнишку с большим букетом, тут же захлопнул её, выйдя на улицу. — Кто вы?! Что это?! — гаркнул он. — Это для... мастера Старка, мистер. Простите, я ошибся домом? — весело ответил курьер. — От кого? — напряженно спросил Беннер. — От Капитана Роджерса, — улыбнулся парнишка, намереваясь войти в дом. — Слушай сюда, — остановил его Беннер, — бери этот букет и уходи. — Простите, мистер, не могу, — уже фальшиво и напряженно улыбнулся курьер. — Мне сказано доставить, и я доставлю. Что я тогда скажу Капитану Роджерсу? — Передай Капитану Роджерсу, — завелся Беннер, — что у мастера Старка случаются приступы удушья, и от этого букета он может умереть. Понял? — Оу... — протянул парень, и Брюс уже хотел уходить. — Постойте, мистер. — Что тебе еще? — Скажите, может быть у мастера Старка есть какие-нибудь пожелания? Прошу, мистер, я ведь не могу вернуться вот так, ни с чем. Беннеру хотелось, ой, как хотелось послать его куда подальше, оторваться, наконец, за все эти месяцы постоянного напряжения и последние три дня в особенности. — Знаешь, вообще-то, есть кое-что, — кивнул Брюс. — Принеси яблок, самых дорогих и свежих, желательно красных. Булочки медовые, их купи, разумеется, в последнюю очередь, чтоб горячие были. Потом, значит, книги, в лавку зайди. Запомнил? — Запомнил, поди не дурак, — важно ответил тот. — А к какому дню? — Сегодня. — Хорошо, я вас не подведу, мистер! — Ступай уже! А парень действительно оказался смышленый. Хороший парень. Бетти с большим удовольствием скушала булочки. Дураком малолетним себя почувствовал Брюс, когда она его чмокнула в щеку, а он покраснел. А потом покраснел еще больше, когда Бетти это заметила. Покраснел из-за того, что покраснел. Ну чем не дурак? — Энтони, можно войти? — вежливо попросил Брюс. — Дверь открыта, — вдруг послышалось в ответ. В комнате было темно, Старк лежал на кровати спиной к двери. Брюс присел рядом. — Ты голоден? — Нет. — Зря. Очень вкусно. — Что? — Это. Яблоки в карамели. Печеные яблоки в карамели. Неплохо получились. Еще горяченькие. Энтони картинно отвернулся, но у него на всю комнату заурчал живот, и Брюс улыбнулся, первый раз за долгое время. — Я принес тебе парочку книг. Раз уж ты решил провести всю оставшуюся жизнь в этой комнате, я подумал, что тебе может быть скучно. На этот раз Старк потратил больше двух секунд, рассматривая, что там в руках у Беннера. Сев на кровати, он быстро пролистал их. Философские рассуждения и записки какого-то путешественника. Прелестно. — Спасибо, — выдохнул Старк, отложив книги на прикроватную тумбочку, и замолчал, обняв колени руками. Доктору было плохо видеть подопечного таким. Просто удивительно, как сильно у Энтони осунулось лицо за три дня. — Что с тобой? Почему ты ничего не ешь? Что-то болит? — Всё нормально. — Милый, пожалуйста, поешь. Чтобы отсюда сбежать, потребуются силы. Старк поднял на него удивленный взгляд, и в глазах наконец заискрились огоньки, по которым Беннер так скучал. — Ты серьезно? — Абсолютно, — усмехнулся Брюс. — Если ты, конечно, сам не передумал. — Нет, — отчаянно замотал головой Энтони, — конечно, нет! — Докажи, — невозмутимо парировал Беннер. Когда Энтони проглотил дольку яблока в карамели, Беннер счастливо улыбнулся и с облегчением на душе лег на кровать. — Брюс, ты же не наврал мне, чтобы я поел? — вдруг с подозрением спросил Старк, толкнув доктора в плечо. — Когда я тебе врал, мальчишка? — оскорбленно нахмурился Брюс. — Конечно же нет. Мы с тобой отсюда сбежим, обещаю. Я тебе клянусь. — Ты уже знаешь, как? — завороженно смотря, спросил Старк. — Мысли есть, но... — утруждено вздохнул доктор, — нужно переждать. Дождаться, точнее, пока Роджерс не уйдет куда-нибудь надолго. Когда он рядом, здесь все работают, будто заведенные, как части механизма. При Барнсе такого нет. И мы найдем лазейку, чтобы сбежать. — А если... — навис над ним Старк, — если мы не успеем до того момента, как у меня начнется... — Мы что-нибудь придумаем, дорогой, — улыбнулся Брюс, убрав темный локон с его лица за ухо. — Меньше об этом думай, пожалуйста. — Брюс. — Что? — Спасибо.

***

— Так, значит, он был доволен? — Да, сэр. — Хорошо, можешь идти. — Есть, сэр. Стивен довольно улыбнулся и закрыл глаза. Перед ним, будто наяву, стоял образ младшего Старка, который сейчас смотрит на букет и думает о нем. Его худая фигура, взгляд больших карих глаз сводили капитана с ума. — Стив... ты спишь? — осторожно спросил вошедший Барнс. — Нет! — весело ответил Роджерс. — Но я как будто во сне! — Предвкушение путешествия так на тебя влияет? — усмехнулся Баки. — Нет, друг мой, — счастливо ответил капитан, шутливо закружив Баки в танце, — любовь! — У голодного лишь хлеб на уме, — пробурчал себе под нос Баки. — Ты бы лучше подумал о том, сколько человек с собой возьмешь! — Да я тут подумал, — Стив заговорил странным, легким голосом, не предвещавшим ничего хорошего, — а может и не плыть никуда? Или отправить кого-нибудь другого? — Стив, с тобой всё в порядке? — напугано спросил Барнс, замерев. — Я просто... можно отложить это. Ненадолго. Год-два. А там видно будет. — Чем дольше будешь откладывать, тем сложнее будет решиться. Сев в кресло, Стив подпер подбородок рукой и задумался. Энтони Старк – вторая в его жизни влюбленность. Первая – море. — Капитан, послушайте. Плавание не должно занять больше года, — начал Барнс уговаривающим тоном. — К тому времени, как вы вернетесь, ваш фаворит повзрослеет умом и телом, и всё будет хорошо. Вы ничего не потеряете. Потеряете, если не поплывете. — Ты правда так думаешь? — поднял на него глаза Роджерс. — Разумеется, — ответил Баки. — Лучше знать, чем предполагать, так к чему разговоры? — Тогда решено. Я плыву! Барнс был отчего-то рад, но в поводе себе самому не признался.