Пять ночей и я твоя

Шмидт медленно поднял веки и попытался понять, что происходит. Перед глазами все двоилось, тишину срывало эхо душераздирающих криков.Голос кричащего уже охрип и было только слышны тихие стоны и одно имя: Майк. Она звала именно его. В здании наверняка должен был быть еще кто-то, будь то охранник или работник, но она звала именно его. Послышался брызг и всхлип. - Черт... Парень попытался подняться и вдруг вспомнил о зверьке. Но, как и ожидалось, рядом никого не было. Только коротенькая голубая ленточка была привязана мужчине на запястье...Нет, он спасет эту девчонку. Любыми силами спасет. Чего бы ему это не стоило, он встанет на ноги и как нужно врежет аниматронику. Будь то Мальчик с шариками или Золотой Фредди. Майк стал медленно подниматься с пола, то и дело поскальзываясь о собственную кровь, которая все так же капала у него с подбородка. Он сплюнул и вытер с лица остатки крови. - Ты у меня еще побрыкаешься, скотина...- прошипел он и выпрямился, что причинило невыносимую боль, которая стала растекаться по всему телу,задевая каждый нерв, каждую мышцу, каждый сосуд. И так хотелось кричать. Так хотелось зарыдать, как пятилетний мальчишка, у которого забрали игрушку. Но он сдержал крик. Сдержал его так, что все спартанские парни позавидовали бы его выдержке. И он быстро зашагал к двери, опираясь о стену. Вдруг, в ушах снова зазвенел голосок, как только он собрался открыть дверь. Майк обернулся и увидел прозрачный силуэт девушки. Ей было лет пятнадцать, не больше. Она стояла и смотрела ему прямо в глаза и улыбалась. В руках она держала плюшевую лисицу а волосы были заплетены в косички. И карие-карие глаза... - Бекки...- только и смог прошептать Шмидт. Его губы дрожали, он заикался после каждой выговоренной буквы. Девушка кивнула и улыбнулась. Глаза ее сияли радостью, и она была так похожа на Хелен. Так похожа на эту несносную девчонку, которая вот-вот умрет. Только если он не сдвинется с места, не откроет дверь и не вырвется наружу. - Ты ведь спасешь ее, братик?... И она растворилась в воздухе. Галлюцинации? Может быть. Но Майк стоял у двери, как вкопанный. Он вжался руками в ручку двери и задрожал. Он вновь повторил: - Бекки...- и вырвался наружу. Кровь...Всюду была кровь. Стены, пол, потолок, даже рисунки - все было залито кровью. "Неужели опоздал?" только и успел подумать парень. И вдруг, из-за угла раздался грохот и крик. Такой знакомый крик и отчаянный мат. Шмидт не мог сдержать улыбки: это она. Жива, невредима и все еще дерется. Он без раздумий кинулся ей на помощь. И вдруг, увидел перед собой хвост. Рыжий, окровавленный хвост. Покуда он шел, то и дело вступая в алую жидкость, он случайно коснулся ее рукой. На пальцах снова она, и снова это чувство, и снова голос. Голова раскалывается, но он терпит и молча шагает дальше. И вдруг, он увидел вспыхнувший во тьме роковой желтый глаз. Обладатель этого глаза прыгнул на Майка, а парень стоял. Он не мог пошевелиться. Один его глаз уже был затуманен темнотой, а второй стал медленно затмеваться. Шмидт терял контроль. Пальцы на его руках стали медленно увеличиваться и превращаться в когти. А он стоит и не может пошевелиться. Голос в голове кричит ему: "Попробуй ее, попробуй, тебе ведь нравится!" и он начинает улыбаться. Да, ему нравиться. Он обожает вкус свежей крови. Он обожает крики и страдания. ОН, но не Майк. Бороться уже нет смысла, и его тело медленно слабеет, поддается контролю этого чудовища. Этого убийцы, этого маньяка. До его слуха доносится крик и Майк теряет сознание... *** - Майк! Ты слышишь меня? - то и дело вопит Хелен, заливаясь слезами. Ее голос нервно дрожит, и она хрипло произносит его имя, пытаясь вернуть его в сознание. Он все так же лежит с закрытыми глазами и улыбка на с его губ медленно улетучивается. Он становится окончательным монстром. Фокси полумертвый валяется у дверей зала для празднеств, и пытается что-то сказать. Он шипит, шипит механическим голосом, медленно прекращая свою работу. - Очнись, Майк! - в полном отчаянии закричала девушка. С ее щек капают слезинки, тушь потекла, а кровь стекает по губам. И вдруг, он открыл глаза и посмотрел на испуганное лицо Хелен. Его глаза были...черными. Он смотрел на нее пустыми глазницами, не понимая, что же не так. Его лицо было как всегда спокойным, он так же спокойно спрашивал у нее что-то, тряс ее пытаясь понять причину ее недоумения. Но его глаза были пустыми. Это был не Майк, это не мог быть Майк. Девушка успокаивала себя этим, ведь настоящий Шмидт вот-вот должен вернуться. Должен, но не возвращался. Он смотрел на нее темными глазами, и наконец ударил по щеке. Нет, это не Майк. Настоящий уже давно бы так сделал. Хелен заплакала. Прозрачные соленые капельки лились из ее глаз, но она надеялась, что он вернется. Что он одумается и как обычно, назовет ее "дурой" и откинет в сторону. Посмотрит на нее холодными голубыми глазами и отвернется. Но этого не происходило. На нее смотрело чудовище с пустыми глазницами и недоумевавшим выражением лица. Последняя капля надежды улетела у нее из души и она решилась. Да, того, кто за один день, сравнял ее с плинтусом при помощи простых слов. Эти слова ранили сердце, терзали душу. Да, того, кому нравилось смотреть на ее безвыходность и улыбаться. Да, того, кто за один день увидел все ее чувства, какие она только могла испытать. Она обняла его. так нежно, как никого. так ласково, как никогда. Так крепко, как в последний раз. Что-то дернулось у него в душе. Какая-то нить, какая-то лента заставила его вздрогнуть и попытаться открыть глаза. Открыть голубые глаза, полные такой неожиданной радости. Такого неожиданного облегчения, что он видит коридор. Что он видит этого еле-живого аниматроника, что он видит эти рисунки, что он видит. И тепло. Тепло течет по телу, обжигает своим добром, обжигает нежностью. Это было тепло надежды. Последней надежды, надежды на спасение. Надежды на сострадание, надежды на чувства. - Какая же ты дура...- только и сказал Майк. он неожиданно для себя вжался в ее руки, так крепко обнимавшие сильную мужскую спину . Вжался в ее хрупкие плечи, которые дрогнули от прикосновения к ним. Он робко дотронулся до ее темно-каштановых волос и прошептал: - Ты такая глупая девчонка, Хелен...Ты умудряешься спасать того, кого спасти уже невозможно. Ты умудряешься найти силы на надежду, которой уже не осталось. Ты обнимешь монстра, кровожадного убийцу. Да ты мой кумир, Хелен Бекер! "Стебется, шутит. Значит Майк" мелькает в голове девушки и она невольно улыбается. Она прижимается к нему и еще сильнее стискивает в объятьях. А в голове мелькают слова, которые она так хотела ему сказать, но испугалась. Если он жив, зачем ему знать?..