Вместе навсегда!

Робин стоял на огромном балконе своей комнаты, облокотившись на изящные белые перила, и смотрел на пышный цветущий сад, от которого веяло чарующим ароматом. Лучник думал о том, как же этот, казалось бы, великолепный запах ему безразличен, и вдруг недалекие воспоминания посетили его запутавшиеся мысли… С того самого дня, как Робин очутился в замке Дэвила, он жил в небывалой роскоши и достатке. К огромному удивлению лучника магистр не бросил его в тюрьму и не заковал в кандалы, а предоставил шикарную комнату, где Робина окружали дорогие картины, скульптуры и мебель, отчего лучнику казалось, что его пригласили в гости, однако это было не так. Хотя Дэвил и постарался обеспечить Робину максимальный комфорт – это никак не укладывалось в голове лучника – он не был дураком и окружил «гостя» молчаливой охраной, которая оставляла его только в комнате, из которой он уже не мог никуда выйти. Робин мог покидать спальню, лишь когда это позволит Дэвил, и тогда его вели к магистру для бесцельных и бесполезных, по мнению лучника, разговоров, после которых он вновь возвращался в комнату, куда кроме него была вхожа лишь одна единственная эльфийка… - Доброе утро, - проговорила она, отчего лучник резко обернулся. - Как сказать, Люсиль, - грустно улыбнулся он. – Но, знаешь, что действительно хорошо? Ты наконец-то перестала называть меня «господин». - Если Хозяин узнает… - Ну перестань, - Робин, улыбнувшись, положил руку ей на плечо, - никто ему ничего не расскажет… - Спасибо, - испуганное беспокойство понемногу сходило с ее лица. – Вам что-нибудь нужно? – она присела в реверансе и опустила голову. - Люсиль! Опять ты за свое, - с шуточной строгостью проговорил Робин. – Забудь ты это «вам»! Что бы там ни говорило это чудовище, ты мне не рабыня и не служанка! После этих слов глаза эльфийки наполнились непониманием. «Андрасте», - подумал лучник. – «Она даже не смыслит жизни без выполнения чьих-то приказов и прихотей!» Действительно, Люсиль была так растеряна от навалившейся на нее «свободы», что Робину показалось, будто она сейчас расплачется. Он подошел к ней, и чуть присев, чтоб оказаться на уровне ее голубых глаз, тихо спросил: - А ты хорошо знаешь замок? - Да, - оживилась она. – Но Хозяин приказал не покидать вам, – она поймала многозначительный взгляд Робина, - те… бе свою комнату… - Так-то лучше! – лучник был доволен. – А что касается Дэвила, я его не боюсь… Мне вообще не понятно, чего он от меня хочет. К чему все это, - он охватил руками свои шикарные апартаменты. – Лучше бы он бросил меня в подземелье! В этом было бы больше здравого смысла… - Прости, - закусила она губу, и ее голос стал совсем тихим - а… Хозяин и правда твой отец? - Как это ни прискорбно, но да… - Прискорбно? – вдруг послышался чей-то снисходительный смех. – Я обижен до глубины души! - Я еще не успел соскучиться, Дэвил! – резко обернувшись, съязвил лучник, закатив глаза. - Это только твои проблемы. Кыш! – брезгливо махнул магистр рукой тут же исчезнувшей Люсиль. – Как спалось? - Может, еще и о погоде поговорим? – бросил Робин. – Хватит пустой болтовни! Для чего я здесь? - Сразу к делу, да? Что ж, похвально. Итак, я не буду тратить время на долгие предисловия и скажу прямо: мне нужен наследник. Кто-то, кто сосредоточит в себе все эту… мощь… - Ты хочешь, чтоб я подыскал тебе невесту?! - Нет – нет, ты меня неправильно понял, - ничуть не смутился Дэвил. - Ты и есть мой наследник. - Что?! – Робину показалось, что его ударили по голове чем-то тяжелым. – Я? Ты в своем уме? - Более чем. На самом деле мне все равно, что ты об этом думаешь. Однако я хочу предложить тебе выбор: либо ты делаешь то, что я тебе скажу добровольно, либо… - Либо ты меня заставишь? – Робин был в бешенстве. – И как же ты это сделаешь?! - Не думаю, что до этого дойдет. Ты же не хочешь, чтобы с той милой светловолосой барышней что-нибудь случилось? После этих слов Дэвил явно довольный собой с наслаждением засмеялся, а Робин, как-то резко побледнев и опустив голову, проговорил чуть севшим голосом: - Я согласен. - Вот так просто? - удивился магистр. – И что, все это из-за этих проклятых сантиментов? - Неужели ты действительно никогда никого не любил? – Робин подошел к нему ближе. - Любовь – это яд, - отрезал Дэвил. - Нет! Нет! – почти кричал лучник. – Яд – это эгоизм и равнодушие в твоем сердце ко всему живому! Посмотри на себя! Ты же никому не нужен! Ты сам придумал эти глупые определения и теперь живешь по ним, как по каким-то нерушимым истинам! Знаешь, что такое любовь? Любовь – это то, что делает нас людьми! А ты не человек! Ты чудовище! Неожиданная пощечина скользнула по лицу Робина, и его тирада закончилась. Дэвил легким движением посоха пригвоздил лучника к стене и, медленно приблизившись к нему, глухо проговорил: - Это все? Вот и отлично… Он покинул комнату, и магические путы тут же ослабили свою хватку. Робин, с силой зажмурив глаза и сжав похолодевшие кулаки, несколько секунд просто молча стоял, и лишь шепот садовых кустов нарушал нависшую тишину. Лучник чувствовал себя беспомощнее младенца, но четко понимал, что просто так он ни за что не сдастся. Нужно было что-то делать, но что? Этого Робин пока не знал. Несмотря на всю его готовность бороться до конца, лучнику вдруг представилась вся безнадежность его положения, и от накопившихся за это короткое время чувств он резко развернулся и со всей силы ударил кулаком по стене. Удар пришелся прямо по белому косяку ведущей в комнату арки, сделанному в виде дорической колонны, которая тут же задрожала и сдвинулась в сторону, открыв Робину темный проход. Он, округлив глаза, непроизвольно попятился, но, резко придя в себя, вновь приблизился к стене. Произошедшее казалось лучнику глотком свежего воздуха, каплей прохладной воды в жаркий день. Почему-то сейчас он был уверен в том, что все это неслучайно, и эта сдвинувшаяся колонна открыла ему путь к свободе. Робин, торопливо прислушиваясь, посмотрел на массивную дверь, ведущую в его комнату, и через секунду уже нырнул в глухой проход, как вдруг кто-то внезапно поймал его за руку. - Люсиль! – лучника словно прибило к стене. – Что ты здесь делаешь? – его дыхание участилось. - Ты больше не вернешься? – ее и без того тихий голос совсем сел, а в глазах отразился леденящий страх. - Я, - этот вопрос застал Робина врасплох, - не знаю… Мне нужно отсюда выбраться, понимаешь? - Понимаю, - она покорно опустила глаза и сделала шаг назад. - В чем дело? – насторожился лучник и приблизился к ней, приподняв ее подбородок. – Расскажи. - Дело в твоей крови… Он же выследит тебя, где бы ты не находился… И кто знает, что он тогда сделает… - Я вернусь. Обещаю, - выдержав небольшую паузу, выдохнул Робин и, плотно сжав челюсть, вошел в непроглядную мглу. Колонна тут же сдвинулась на место, и внутри стало еще темнее, чем было. В данной ситуации лучнику ничего не оставалось, как только двигаться вперед на ощупь, что он и сделал, осторожно переставляя бесшумные ступни. Наконец вдалеке забрезжил свет, и Робин прибавил шаг, наткнувшись на узкую винтовую лестницу. Преодолев буквально пару ступеней, он оказался в темном сыром помещении, куда свет еле-еле пробивался сквозь узкую решетку. Он огляделся, и все, наверно, было бы банально и прозаично, если бы лучник не увидел то, отчего у него резко перехватило дыхание… Его взору предстала небольшая вдавленная в стену камера, отличавшаяся от остальных двух лишь тем, что в ней, опустив голову и поджав одно колено, сидела светловолосая закованная в кандалы девушка с красной повязкой вокруг головы… - Авелин?! – чуть не вскрикнул лучник, подбежав к решетке. – Что ты здесь делаешь?! - Робин? – она, округлив глаза и тут же нахмурившись, резко вскочила, будто все еще не веря в происходящее. – Я могу спросить у тебя тоже самое… Ты один? – она посмотрела за его спину, пытаясь разглядеть во мраке кого-то еще. - Долго объяснять. Но в общих чертах я бы сказал так: Дэвил решил воспользоваться нашими родственными связями, и вот я здесь в гордом одиночестве. А ты-то как здесь оказалась? Я что-то слышал о твоем отце… - Это была ловушка, - стиснула зубы Авелин. – Дэвил заманил нас с Донником в Сосмер, а уж там не оставил нам шансов. Я очнулась здесь одна, и, знаешь, с тех самых пор, как я оказалась в этой камере, ты мой первый посетитель, кроме местных охранников. - Но зачем вы ему? Никто из нас все это время даже и не подозревал, что вы можете находиться здесь! - Я знаю, - как-то обреченно выдохнула Авелин. – Дэвил приберег нас для чего-то, как он сказал, особенного. – Ты можешь меня выпустить? – вдруг оживилась она. – Мне нужно найти мужа. - Подожди… Как ты собираешься это сделать? Просто бродить по замку?! Тогда лучше сразу предупреди об этом охрану! - У тебя есть другие варианты? – она вновь сдвинула брови. - Мне что сидеть здесь пока Дэвил не решит со мной покончить? Я даже не знаю, что с Донником! Это невыносимо! Помоги, Робин! В этих цепях я практически бесполезна! - Хорошо, хорошо. Вот только эту дверь я взломать не смогу. Нужен ключ. - Отлично, - улыбнулась Авелин. – Спрячься где-нибудь, и приготовься к решительным действиям! Робин, согласно кивнув, быстро ушел в тень так, чтобы его не было заметно, и, когда он скрылся из виду, Авелин тут же схватилась за живот и, издавая душераздирающие звуки, закричала: - Помогите! Помогите! Она повалилась на пол, и в комнату тут же влетел стражник в длинном балахоне с прикрывающим голову капюшоном, и, пока он смотрел на стонущую Авелин, Робин бесшумно подскочил к нему и, напав со спины, обезвредил «несчастного». Лучник быстро обыскал охранника и, найдя массивную связку ключей, выбрал самый большой, наконец выпустив девушку из тесной камеры. Они быстро расправились со сдавливающими ее запястья оковами и, надев их на лежащего охранника, бросили его за решетку, предварительно засунув в его рот сделанный на скорую руку кляп. - И что теперь? – Робин посмотрел на Авелин. - Нужно найти Донника, - твердо ответила девушка, - и выбираться отсюда. Она уже собирались выскользнуть за решетчатую дверь, откуда некогда появился охранник, как вдруг голос лучника внезапно остановил ее: - Я не могу… - Что значит, не можешь?! – девушка была удивлена так, будто ей сказали, что она королева Орлея. - Это может быть опасно, - активно зажестикулировал лучник. - Дэвил найдет меня, и если я ему нужен, то вы… я не хочу, чтобы из-за меня… - Робин, - твердо произнесла Авелин. - Как бы там ни было, уйдем мы отсюда все вместе, так что разбор полетов устроим через четыре часа, хорошо? Лучник согласно кивнул головой, и через минуту он уже напряженно сидел на своей кровати, тупо смотря в одну точку. Робин взъерошил светлую шевелюру и, глубоко выдохнув, упал на постель, потирая раскалывающуюся голову. Подумать только, всего месяц назад он мечтал найти отца, а теперь все его мысли сводились лишь к тому, как бы забыть об этом кошмаре. У него было столько вопросов, ответы на которые так хотелось получить, но вышло так, что этому желанию не дано было сбыться. Лучник вдруг точно и отчетливо понял, что до встречи с Дэвилом никогда ни к кому не испытывал ненависти. Робин предполагал, что отношения с отцом могут не сразу пойти на лад или же восстановить их не удастся вовсе, но к реальному исходу готов совсем не оказался. Жгучая вина вдруг отозвалась в его сердце. Лучник чувствовал ответственность за все то, что сделал его неудавшийся родитель, и эта тяжесть была так велика, что, казалось, даже стало труднее дышать. Он должен попытаться все исправить… Должен… Его размышления прервал чей-то несмелый кашель, и, приподнявшись на локтях, Робин увидел пронзительно смотрящую на него эльфийку. В ее глазах блеснули слезы, и она быстро отвернулась, видимо, стараясь скрыть свою секундную слабость, однако это не укрылось от Робина, и он решительно двинулся к ней, осторожно положив ладонь на ее плечо. Она тут же прижалась к его груди, вдруг разразившись в безудержных рыданиях, а он успокаивающе гладил ее по спине, чувствуя, что сейчас какие-либо слова будут абсолютно лишними. Робин опустил взгляд и посмотрел на иссиня – черные волосы эльфийки, и в голове лучника неожиданно всплыл образ кареглазой магессы. Белла… Робин вдруг внезапно понял, что она почти такого же роста, как и Люсиль, быть может, лишь немного выше, и совсем недавно именно она, вся закутанная в теплое одеяло, прижималась к нему, нашептывая что-то ласкающее его слух. Сейчас ему казалось, что он видит ее очень явно, отчетливо и точно, так же как дорогие ковры и небо за окном. Девушка что-то говорила ему, и Робин будто даже услышал ее голос, но наваждение быстро прошло, и все вернулось на привычные круги… От этих воспоминаний сердце лучника забилось с удвоенной скоростью, тело напряглось, и, видимо, сам того не замечая, Робин сильнее сжал худенькую, словно высохшая ветка, эльфийку, отчего она робко подняла на него глаза и прикоснулась к его щеке. Томно прикрыв веки, она стала медленно приближаться к его сомкнутым губам, но он, вдруг мягко дотронувшись до ее подбородка, остановил ее неумелые движения и, когда она открыла глаза, проговорил: - Люсиль… Я, - Робин удивился своей нерешительности, - прости, - он сделал шаг назад. - Ничего, - она послушно опустила голову. – Как прошло твое путешествие? Это вопрос прозвучал, так, будто ничего и не было, что посеяло в сердце лучника семена нечаянной радости. Он, найдя в эльфийке единомышленника и идейного союзника, рассказал ей все, не имея возможности держать это в себе и дальше. Она слушала его очень внимательно, раскрыв рот, но когда он закончил, вдруг резко заторопилась и, чуть приподняв длинные юбки, выскользнула за дверь, впрочем, не забыв про свой прощальный поклон, который так не нравился лучнику. Через несколько мучительных часов, тянувшихся, как показалось Робину, будто целый год, он наконец дождался, когда стрелки на часах укажут заветные цифры. Лучник решительно направился к той самой стене, которую он так старательно гипнотизировал, и, когда лишь один шаг отделял его от белой колонны, дверь в комнату неожиданно распахнулась, отчего Робин тут же свел светлые брови. - Добрый вечер, - заведя обе руки за спину, маг неторопливо переступил порог. - Бывало и лучше, - протяжно проговорил лучник, настороженно следя за движениями Дэвила. – В чем дело? - Я пришел поговорить, - как-то обреченно выдохнул маг, отчего бровь Робина тут же поползла на лоб. - Я поразмыслил над тем, что ты сказал, и… ты можешь идти. - Что?! Сказать, что лучник был удивлен, значит не сказать ничего. Он был изумлен, поражен, обескуражен… Последняя фраза Дэвила прозвучала так неожиданно, что Робин даже незаметно ущипнул себя, будучи уверенным в том, что маг играет с ним злую шутку, но тот не спешил смеяться. - Я больше тебя не держу, и никому не угрожаю. Дверь открыта, - он плавным движением руки указал на выход, но Робин стоял как вкопанный. Лучник чуть покосился на заветную колонну, а в его голове пульсировала только одна мысль: он хотел бы уйти, но не мог этого сделать… - Чего же ты стоишь? – удивленно развел руками Дэвил. – Мне казалось, ты только и мечтаешь о том, как бы избавиться от моей персоны… Эти слова прозвучали так подавленно, что скрипучая жалость тут же оцарапала сердце Робина. - Чего же ты хотел, учитывая все то, что ты сделал? - не позволил дать себе слабину лучник. - Ты прав, - кивнул маг. – Более того, я хочу все исправить, и начать думаю с того, чтоб хотя бы мой собственный сын ненавидел меня чуть меньше… Робин молчал. Он не знал, что сказать. Все перемешалось в его голове и, казалось, что какой-то очень недобрый шутник просто взял и переписал всю историю… Как не во время… - Отказываться от старых привычек бывает очень сложно, - вдруг услышал свой голос лучник. – Ты уверен, что тебе не нужна помощь? - Ты… хочешь… остаться? – маг выглядел очень растерянным. - Да. Ненадолго… - Правда? Если честно, я ожидал чего угодно, но только не этих слов, - едва заметная улыбка отразилась на лице Дэвила. – Что ж, ты можешь оставаться ровно столько, сколько хочешь. И когда ты захочешь уйти, никто не будет тебя задерживать… - Спасибо. А теперь мне бы хотелось побыть одному, - несколько торопливо проговорил Робин. - Конечно, - ответил Дэвил. – До встречи… Когда магистр ушел, Робин, не раздумывая, бросился к колонне. Секунду спустя он уже бежал по узкой лестнице и вот наконец оказался там, где они с Авелин договорились встретиться. - Что случилось, Робин? – озабоченно смотря на глубоко дышащего лучника, спросила воительница. – Ты такой бледный, что слепишь мне глаза… - Это… потом, - проговорил он. – Ты… нашла Донника? Это вопрос прозвучал так взволнованно, в нем было столько надежды, что девушка невольно почувствовала себя виноватой. - Нет, - обреченно выдохнула она. – Я… Я не знаю, что делать… А у тебя есть хорошие новости? - Даже не знаю… В это трудно поверить… В общем, Дэвил предложил мне уйти… Просто так… - Тогда чего же ты здесь делаешь?! – вцепилась в его плечи Авелин. – Хотя, - тут же спохватилась она, - что-то здесь не чисто… - Как бы там ни было, уйдем мы отсюда все вместе, - уверенно проговорил Робин. – К тому же, может, дать Дэвилу шанс все исправить? - Я благодарна тебе, Робин, но… С чего бы ему вот так взять и поменять свои взгляды на жизнь? С чего ты решил, что он не солгал тебе? - Потому что он мой отец… Последняя фраза буквально ударила Авелин в голову, и она резко отшатнулась. - Отец?!... Андрасте… Не знаю, что у него на уме, но что, если он просто играет на твоих чувствах, - подскочила к нему девушка. - А если он действительно все понял? – чуть повысил голос Робин. – Я… просто хочу ему помочь! - Я знаю, что тебе хочется ему верить… И, думаю, ты волен поступать так, как считаешь нужным… - Подожди еще чуть-чуть, - положил он свою ладонь ей на плечо, - и ты сможешь сделать то же самое… Я обещаю! Только никуда не уходи, я скоро вернусь! Авелин, чувствуя, что переубеждать Робина в чем-то совершенно бесполезно, лишь молча кивнула ему, и вот вновь осталась в гордом одиночестве, и только холодные серые стены составляли ей компанию. Робин сын Дэвила… Такого расклада событий Авелин никак не ожидала. Более того, со всем, что произошло с ней за все это время, она и вовсе выпала из жизни… Она подумала о Доннике, и ее глаза непроизвольно зажмурились. Только бы с ним было все хорошо… Внезапно она услышала негромкий шорох и, нахмурившись, резко обернулась. Она осторожно направилась к тому месту, где, как ей казалось, находился источник шума, медленно и тихо доставая свой меч, который ей удалось найти, блуждая по бескрайнему подземелью. Неожиданно раздался громкий звон цепей, и Авелин тут же развернулась, как вдруг резко получила сильный удар по спине. Она удержалась на ногах и, смахнув со лба выбившуюся прядь, подняла глаза, увидев, как несколько мужчин зажало ее в кольцо. Значит, Дэвил решил измениться? Как бы ни так. В этот момент один из приспешников магистра перешел в решительное нападение. Авелин парировала удар и тут же присела, увидев, как в это миг над ее макушкой пролетело два загнутых клинка. Она резко встала. Быстро выкинув ногу назад, девушка толкнула напавшего на нее сзади, и, тут же виртуозно перевернув оружие, ударила рукоятью меча того, что был справа. Воительница уже собиралась приступить к следующему, как вдруг перед ней вырос высокий мужчина, доспехи которого существенно отличались от всех остальных. Он резко развел руки, бросил их в сторону Авелин, и тут же тяжелые железные цепи сжали беспомощное в данной ситуации тело девушки, лишив ее всяческой возможности сопротивляться. В следующую секунду она почувствовала тупую боль и, увидев длинную стрелу, торчащую из ее ноги, издав негромкий стон, потеряла сознание… *** В это время воодушевленный Робин раскрыл двери своей комнаты и с радостью заметил, что охраны больше нет и он спокойно может покинуть стены своей спальни. Не раздумывая, лучник направился к Дэвилу и, пройдя около десяти шагов, вдруг резко остановился, осознав, что совершенно не знает, куда идти. - Робин?! – лучник вдруг увидел напуганное лицо эльфийки. – Что ты делаешь? Хозяин… - Все нормально, Люсиль, - улыбнулся он, - Дэвил знает. Кстати, ты не подскажешь, где он может сейчас быть? У меня к нему срочное дело. - Знает?! – она побледнела. – Но как же…Беги отсюда! – она вцепилась в него. – Он страшный человек… - Люсиль, - довольно грубо перебил он ее, - прошу тебя, - Робин свел руки в характерном жесте, - просто отведи меня к нему… - Конечно, - тут же спохватилась она и, сделав учтивый поклон, послушно пошла вперед. - Мы пришли, - сделав очередной поклон, глухо проговорила эльфийка, указав на нужную дверь. Когда он молчаливым кивком головы поблагодарил ее и скрылся из ее глаз, девушка решила, что сегодня ее услуги ему не понадобятся. Люсиль направилась к нижним этажам, в место, которое, если можно так сказать, она называла домом, но не успела девушка и завернуть за угол, как кто-то, внезапно набросившись на нее сзади, с силой сдавил ей горло, отчего эльфийка, закатив большие глаза, тут же упала вниз… *** Робин закрыл за собой дверь и, повернувшись, непроизвольно раскрыл рот. Чего уж говорить, такого в своей жизни он еще не видел… Это был огромный длинный зал, высокие расписанные потолки которого величественно возвышались над головой лучника, а мраморные с золотистым оттенком стены венчал каскад исполинских статуй в виде исхудавших полураздетых мужчин, которые, казалось, еле-еле удерживают царственные своды. Сейчас Робин шагал по красивому бледно-серому ковру, стелющемуся по длине всей комнаты, в конце которой на высоте нескольких широких ступеней возвышался черный невольно приковывающий взгляды трон в виде огромной зияющей пасти дракона, голову которого веером «украшал» десяток мечей. Робин шел, постоянно осматриваясь и оглядываясь по сторонам, и чем больше он это делал, тем сильнее убеждался в том, что здесь он совершенно один, однако когда лучник, подошедший к трону совсем близко, хотел было дотронуться до него, он неожиданно услышал знакомый голос. - Впечатляет, не так ли? – на лице Дэвила отражалась довольная улыбка. – Мне по вкусу роскошные вещи… Кстати, - он открыл стеклянную витрину, - у меня есть для тебя подарок. Не успел маг договорить последние слова, как огромный лук и колчан полный стрел тут же прилетели в руки Робина. - Это же мой лук! - его счастью, казалось, не было предела. - Я подумал, что стоит вернуть его тебе. Присядь, - Дэвил указал на небольшое кресло. – Как насчет бокала вина? Не спеши отказываться, оно особенное. Осталась последняя бутылка. - Что ж, раз так, - проговорил лучник, усаживаясь удобнее, - думаю, стоит попробовать. Через минуту великолепный хрустальный бокал с бордовой жидкостью уже был в руке Робина, а Дэвил, вальяжно сев напротив него и смакующее пригубив, как он выразился, этот божественный напиток, откинулся на мягкую спинку и спросил: - Ты, наверно, хотел о чем-то поговорить, я прав? - Да, - кивнул Робин, - ты сказал, что хочешь все исправить… Что же ты собираешься делать? - Я хочу начать новую жизнь, оставить прошлое, может, покинуть Ферелден. С твоим появлением в этом замке, после сказанных тобою слов все, чем я жил, внезапно осточертело мне… Все постулаты, которыми я руководствовался столько лет, вдруг потеряли всякое значение… - Хочешь ли ты сказать, что все, чем ты занимался до этого времени больше тебе не нужно? - Именно. - Значит, ни Фенрис, ни Хоук больше не входят в твои планы? - Верно, - согласно кивнул Дэвил, хотя по его сжавшейся челюсти и было видно, что это ответ дался ему непросто. - Тогда и Авелин с Донником тебе больше не нужны, ведь так? – продолжал Робин. – Отпусти их… - Прознал-таки, - усмехнулся Дэвил. – Ты прав. И они уже свободны. Конечно, они уверены, что сбежали, но мы-то с тобой знаем правду. - Значит, они все же встретились? – поднял бровь лучник. – Но как? - Как много вопросов, - рассмеялся маг. – Главное, что они живы, здоровы и могут идти на все четыре стороны, куда захотят, верно? Так давай же выпьем за это, а то ты так и не попробуешь это поистине великолепное вино. Робин посмотрел на свой бокал, который он все это время, будто играя, вертел в своей руке. Пурпурный напиток завораживающе качался в сверкающем фужере, градиентом разливаясь по тоненькой ножке, а манящий нежный аромат уже кружил голову лучнику, который уже мечтал ощутить его вкус на внезапно высохших губах. Вот раздался тоненький звон, и всего мгновение отделяло Робина от заветного глотка, как вдруг дверь в зал резко открылась и, в комнату влетела глубоко дышащая Хоук, с губ которой сорвалась лишь одна фраза: - Робин! Это яд!