Amis ou presque, или Больше чем друзья

Утро понедельника было отвратительным. У меня не было ни малейшего желания подниматься с постели, но и выбора, к сожалению, у меня тоже не было. На урок я прибыла в тот момент, когда профессор Зелий уже закрывал двери в класс. Преподаватель, ранее не замечавший за мной опозданий, был так удивлен, что даже не сделал мне замечания. Я заняла свое обычное место рядом со Снейпом, который взирал на меня с научным интересом и капелькой скептического изумления в глазах. - Эванс, у тебя вид человека, повстречавшегося с инфери. - А я нахожу, что ты, Снейп, сегодня особо остроумен, - кисло заметила я. - Тебе надо в больничное крыло, ты определенно чем-то заболела. О, да, я чем-то заболела, какая свежая новость! Я даже знала, чем именно была больна, и с этой болезнью было бесполезно идти в медпункт. Чем бы мне смогла помочь мадам Помфри? Я не думала, что у неё имелось зелье, которое смогло бы изгнать из памяти то, что кто-то, а в моем случае лучший друг, не во что вас не ставит! Я была всего лишь игрушкой в его руках... И другие... Были ли они в курсе? Подозревали ли они что-то? Нет, Ремус бы не закрыл глаза на подобное... - Не переживай, я все равно вряд ли смогу тебя заразить, так что давай работать... После того, как я погрузилась в работу, мне стало немного лучше, хотя все равно я еле могла удерживать концентрацию. Но даже эта малость отнимала у меня порядочное количество сил: не так легко сосредоточится на котле с зельем, когда в нескольких метрах от вас находится предмет ваших терзаний! В течение всего дня я удерживалась от того, чтобы взглянуть в сторону Джеймса, и это было подвигом, достойным сказочного героя. Во время обеда я обсуждала с профессором МакГонагалл дела факультета, что не давало некоторым личностям подойти ко мне. А вот вечером удача покинула меня... Я сидела в библиотеке, по привычке расположившись за тем столом, за которым мы обычно занимались с Ремусом. Услышав звук отодвигаемого стула, я обреченно задумалась о том, кто именно сейчас передо мной предстанет. - Лили, нам надо поговорить... Джеймс. Глаза зажгло. Горло перехватило. Было ещё слишком рано для меня. Слишком рано для того, чтобы сидеть здесь, слушая жалкие оправдания и бессмысленные просьбы простить за то, что не должно было случиться. Я поерзала на своем стуле, не поднимая головы. Если я ему не отвечу, быть может, он уйдет? Но нет, он не ушел, хотя и сказать ничего не смог, так как подошли Сириус и Ремус, которые даже не подозревали о том, что спасли мой рассудок. Неделя медленно отсчитывала дни. После случая в библиотеке я не оставалась одна, и Джеймс не имел больше не одной возможности застать меня врасплох. Мои ночи были окутаны мечтами о нем, которые, отступая с рассветом, после пробуждения оставляли меня на краю пропасти. Как я и подозревала, весточка от сестры пришла только в середине недели. Письмо было лаконично и однозначно: если мой первый любовник был восхитительным, но склонным к побегу, то мне не оставалось ничего иного, как найти другого, который был бы также восхитителен и при этом остался бы на следующее утро рядом со мной. Легко сказать... В субботу вечером мы, как было заведено, вчетвером собрались в спальне мальчиков, чтобы пообщаться. Я сама практически не принимала участия в беседе, но слушала сплетни очень внимательно. Когда же все-таки я открывала рот, я смотрела куда угодно: на Сириуса, Ремуса, в произвольно выбранную точку пространства – но ни разу мои глаза не остановились на Джеймсе. Общаясь с ним каждый день, я, казалось, не видела его уже целую неделю... В то время как Сириус подробно расписывал нам свою последнюю добычу, я то и дело раздраженно вздыхала. Джеймс, интересно, в той же манере живописал нашу с ним ночь? Рассказывал о каждой моей анатомической особенности. О тех местечках, прикосновения к которым заставляли меня особо бурно реагировать. И о том, что ему совсем во мне не понравилось... - Прости, Малышка, я все время забываю о том, что ты ещё не... – пробормотал Сириус в ответ на мой особо яростный вздох. - Не это меня напрягает... - А что? – спросил Ремус. - Такое впечатления, что вы обсуждаете вещи... безделушки... Но эти девушки... Они же люди, не так ли? - Малышка, девушки, которые спят с нами, прекрасно знают, что им бесполезно надеяться на что-то большее. Они не являются вещами, но они принимают условия... ‘Принимать условия’? Говорил ли мне Джеймс что-то, что могло расцениваться, как зачтение моих прав и обязанностей? Или я заочно была признанна девушкой легкого поведения? Очередным именем в уже очень-очень длинном списке? - Влюбившись, вы в той же манере продолжите обнародовать интимные детали после каждой ночи с любимой девушкой? - Да, - произнес Сириус без тени колебания. – Во всяком случае, чтобы это проверить, для начала мне надо влюбиться... А там уж, если что, я всегда успею изменить свое мнение! - Если это тебя успокоит, то скажу, что я бы никогда так не сделал, - с мягкой улыбкой промолвил Ремус. - Ты уже сейчас так не делаешь, Рем! Подозреваю, что ты и позже не поменяешь стиль. - Что касается Джеймса... Он-то нам как раз никогда ничего не рассказывал про Мэрилин! Это должно было меня приободрить? Сириус всегда славился даром неосознанно посыпать кровоточившие душевные раны солью! Мое сердце мучительно сжалось. Как сильно мне иногда хотелось иметь дерзость отплатить им всем той же монетой. Я порой просто разрывалась от желания быть счастливой обладательницей сотни недостатков и стальной брони, окружающей мои чувства... Чтобы никто не мог достать меня без потерь для себя... Я только сейчас заметила, что после его слов задержала дыхание. - Лили, позволь дать тебе несколько советов насчет твоего первого раза... - О, Сириус... Ты знаешь, что чувствует девушка во время своего первого раза? – подколол его Ремус. - Нет, но я знаю, как сделать так, чтобы она почувствовала как можно меньше боли. Будет просто глупо, если у нашей Малышки все пройдет не очень гладко. Это же станет позором для нас! - Единственное, что важно для удачного первого раза – чувства! – бескомпромиссно заявил Ремус. - А я думаю, что опыт партнера важнее! Если она впервые займется сексом с девственником, это обязательно будет больно, ей придется, сжав зубы, терпеть и, уверяю тебя, переспать с этим неудачником во второй раз она точно не захочет! - Сириус! Ты же знаешь Лили так же хорошо, как и я! Когда она решится на это, она отдастся не только телом, но и душой. Таким образом, ей нужен человек, который на следующее утро после чудесной ночи останется в её постели вместо того, чтобы трусливо сбежать, не рискнув дождаться её пробуждения! Я сверлила взглядом свои туфли. Ремус с точностью зельевара расставил акценты. Я подальше отпихнула мысль о том, что он мог в подробностях знать о произошедшем, и мне стало немного жутковато: как мог Ремус столь досконально изучить меня? - Но, Рем! Пойми, что... - Заткнитесь! – не выдержав, выкрикнула я, прерывая их бессмысленный спор. Я подняла голову и обвела всех присутствующих тяжелым взглядом. Ремус и Сириус казались пораженными моим взрывом, а Джеймс... Он был очень взволнован, и выглядел ужасно... С чего бы это? - Я более не девственница, и, чтобы вы знали, тот, кого я выбрала в партнеры, оказался из тех парней, которые трусливо сбегают наутро после чудесной ночи! Мое признание было встречено оглушительным молчанием. Ремус смотрел на меня, широко открыв рот. У него, должно быть, и в мыслях никогда не было, что я, робкая Лили Эванс, могла бы переспать с кем-то, не будучи уверенной в том, что этот кто-то ‘останется на завтрак’. Сириус же вскочил с места и стал нервно бегать по комнате, в то время как Джеймс, напротив, замер наподобие античной статуи. - Вот, значит, почему ты так изменилась за лето, Малышка? – Сириус решился и первым разорвал тишину. Мне показалось, или я и вправду только что услышала, что поменяла гардероб лишь с той целью, чтобы поскорее распрощаться с невинностью в компании первого встречного ублюдка? Потому что если он действительно сказал именно это, я превращу Блэка в пюре! - Почему? - Потому что этот урод разбил тебе сердце... Я облегченно вздохнула. - Нет. - Мы его знаем? – поинтересовался Ремус. Правда или ложь? Я выбрала золотую середину. - Возможно. Но я не скажу вам его имени... - Эй, Джеймс! – воскликнул Сириус, потрясся того за плечо. – Если судить по твоей реакции, то можно решить, что ты был в курсе! – продолжил он, ударив Джеймса ладонью по спине. О, прямо в точку: Джеймс в курсе был. Возможно, этот акт был настолько отвратительным, что он даже не решился о нем болтать... Я смотрела прямо в его карие глазам, понимая, что он находился в растерянности, однако Джеймс нашел в себе силы отрывисто проговорить: - Возможно, он просто вышел от тебя, чтобы сбегать за завтраком, но по дороге его отвлекли, а потом он никак не мог с тобой поговорить... - Подобное стечение обстоятельств – настоящее невезение! – воскликнул Сириус. Я была буквально оглушена происходящим. Он же только что объяснил мне, почему... Мое сердце зажглось надеждой. Как, впрочем, и я сама. Однако мой мозг отказывался заглатывать наживку из красивых слов. Ночью, после этого памятного разговора я долго не могла уснуть, прокручивая всю эту ситуацию в голове. Меня снедали сомнения... Сколько раз за этот год он всем демонстрировал, что Мэрилин была девушкой его мечты? Не слишком ли подозрительное совпадение, что я видела его именно рядом с нею? Нет, я должна была твердо держаться на своей позиции. Также к цветнику моих проблем прибавилась ещё одна. Сириус. Он постоянно ходил за мной хвостиком и доставал меня вопросами, пытаясь узнать имя моего любовника. А после того, как он официально признал себя побежденным в игре ‘Угадай кто’, все мое свободное время было заполнено либо его нытьем: “Это перестает быть забавным!”, либо аргументами в пользу мужского любопытства: “Малышка, я бы очень хотел иметь беспристрастное женское мнение по поводу секса”. Но как бы он не напирал, я оставалась непреклонной. Четверг, на который пришелся день Всех Влюбленных, к моему огромному сожалению все же настал. Что может быть хуже наблюдения за целующимися парочками, расположившимися в нескольких метрах от вас, в то время как вы кукуете в одиночестве?! О, предо мной как раз предстала картина, о которой я говорила: мои лучшие друзья целовали полногубых девушек, которые, скорее всего, думали, что, учитывая праздник, сегодня имеют больше шансов на становление отношений, чем обычно. Сириус и Ремус наконец оторвались от своих подружек и повернулись к нам: к Джеймсу, который читал газету, и ко мне, которая уплетала свои хлопья, если честно, уделяя злакам нарочито повышенное внимание. - Вот и почта! – воскликнул Ремус. - Круто! Итак, пришло время узнать, кому в этом году пришлют наибольшее количество признаний в любви! В тот момент, когда Сириус произносил эту фразу, глаза его горели огнем предвкушения. Он напоминал мне маленького мальчика, с нетерпением ожидающего Санта-Клауса. Только... Черт, как же звали его подругу?! Хм, скажем так: только ‘девушка-однодневка’ не оценила его энтузиазма. Как обычно, наш стол заполонили сотни сов, каждая из которых считала свои долгом перевернуть мою тарелку, которую я, после нескольких таких моментов, от греха подальше взяла в левую руку. Из года в год повторялось одно и тоже: неразумные девицы, совершено неопытные в любви, думали, что письма, посланные именно в этот день, кардинально изменят их жизни. И они посылали Мародерам тонны надушенных конвертов. Но... В этом году мой интерес к количеству посланий, полученных Джеймсом, значительно возрос... Возможно, мне тоже стоило отправить ему записку... Как только эта мысль возникла в моей глупой голове, я возненавидела себя и уже готова была начать стучаться лбом о столешницу, но Ремус отвлек меня. - Малышка! Смотри, это письмо для тебя! Что? Раньше я ничего не получала в этот день, тогда почему сейчас? Мне казалось, что с моими лучшими друзьями, которых все считали моими телохранителями, никто из мальчиков не осмелится прислать мне Валентинку... Джеймс? Я не находила сил для того, чтобы поднять на него глаза, но перед тем, как я вскрою конверт, мне было жизненно необходимо знать, кто отправил это письмо. Я подняла голову и сразу встретилась глазами с улыбающимся Ремусом, затем перевела взгляд на любопытного Сириуса, и, наконец, посмотрела на раздраженного Джеймса. Раздраженного? Мне казалось, или он действительно прожигал конверт в моих руках гневным взглядом? Я снова опустила глаза, чтобы взглянуть на злополучное письмо. По его реакции я поняла, что письмо было не от него, но тогда от кого? Я аккуратно спрятала послание в сумку. - Ты не откроешь его? - Нет, я сделаю это в более интимной обстановке...