Каникулы и прочие неприятности

На следующее утро после инцидента в доме было прибрано и опять принесена еда. Но видать ни Кристин, ни Том не слышали как входил персонал, и спали как убитые испытав самый настоящий стресс. В этот раз еду разбирала Кристин, лениво ковыряясь в пакетах и размышляя о несправедливости судьбы. А еще ей принесли телефон. Счастье-то какое! Можно позвонить папочке и высказать какой же из него плохой родитель, еще раз, только в более нецензурной форме. Прихрамывая, она быстро и ловко разложила съестное. Даже с отцом попутно поговорила. Теодор Хилтон волновался за дочь, услышав от персонала, что на полу, среди россыпи осколков были и пятна крови. Дочь успокоила отца, сказав, что только поцарапалась и врача ей вызывать не нужно, а стоило ей заикнуться про освобождение из виллы, потому что обитать под одной крышей с похотливым и глупым самцом сомнительное удовольствие, как у отца появились срочные дела и он повесил трубку. Вспыльчивая девушка едва удержала себя от повторения участи ее первого телефона. Томаса она не видела, да и видеть не хотела. Непонятный осадок от вчерашнего еще остался. Почему непонятный? А потому что девушка не могла решить, понравилось ей или нет, то что произошло вчера между ними. Но если быть точнее, и не врать самой себе, то отказывалась принимать во внимание тот факт, что ей понравилось, понравилось до дрожи в коленях и желания повторить. Стоило ей вспомнить поцелуи брюнета, как по телу будто бы разряд тока проходил, воскрешая оттенки испытываемых вчера чувств. Между ними опредленно пробежала искра, да только когда? И как скоро эта самая искорка их спалит дотла? Это пугает. Кинг сам не спешил выходить из комнаты, стараясь уверить себя, что это всего лишь гормоны и воздержание. Его пугала зарождающаяся одержимость идей затащить эту смутьянку в постель. Он ночь промучился, стараясь отогнать ненавистные ему образы обнаженной Кристин, они словно кислота болезненно разъедали его мозг, оставляя шрамы. Эти безумные образы слишком глубоко въелись в его сознание, что ему уже начали сниться эротические сны с участием шатенки. Будто бы он снова четырнадцатилетний подросток вошедший в пубертатный период, или восемнадцатилетний пацан, который хочет трахнуть каждую симпатичную девушку\женщину, потому что в трусах свербит. Избегая друг друга они провели так три дня. На четвертый они пересеклись на кухне. — Перемирие, — подняв руки вверх, парень прошел к холодильнику, у которого крутилась зеленоглазая. — Без глупостей, — предупредила Крис, чувствуя как по телу растекается сковывающее напряжение от его близкого присутствия, а еще становится дико неловко. Кристин опять готовила. Точнее собиралась этим заняться. Больная фантазия Тома подкинула ему очередной пошлый образ, парня даже в жар кинуло. Находиться с ней в одном помещение теперь тяжело. И правда, сперма в мозг ударила. — Есть будешь? — не оборачиваясь от плиты, как можно более непринужденно спросила девушка. — Не отказался бы, — он с большим усилием воли отводит взгляд от Хилтон. Обтягивающие бежевые легкие брюки и черная кофточка без рукавов слишком хорошо подчеркивают изгибы ее фигуры. — Тогда и на тебя приготовлю, — Крис спиной чувствует его пристальный взгляд, жадный взгляд. Черт, это приятно и тешит самолюбие. Кажется, кто-то говорил, что она плоская, подразумевая, что не вызывает для него и капли сексуального интереса. Хилтон моргнула, отбрасывая ненужные мысли в сторону, но… А жадный ли? Может она слишком большого о себе мнения? Отгоняя эти ненужные размышление, она отвлекается на приготовление ужина. Но в течение часа она то и дело возвращалась мыслями к Тому. А кареглазый в свою очередь уже мысленно поимел ее почти на всех поверхностях кухни. Если так и дальше будет продолжаться, то он точно ее изнасилует. Накрыв на стол, они оба приступили к ужину. В помещении царило напряжение, воздух чуть ли не искрился от него. Они молча ели, каждый думая о своем. — Почему ты ненавидишь девушек? — вопрос слетает с языка против воли Крис. мысленно она себя ругает и прикусывает язык, потупив взгляд и наигранно увлеченно ковыряясь в еде вилкой. — Почему ты ненавидишь мужчин? — Парень поднимает взгляд от тарелки и пристально смотрит на девушку, задавая ей встречный вопрос. От его голоса, а скорей и вопроса, она вздрогнула. — Я расскажу, если расскажешь и ты, — на смену напряжению приходит любопытство. Девушка едва заставляет сидеть себя ровно. Он ее не послал, не стал провоцировать скандал или грубить, это радовало. — Хорошо. Девушки вперед, — правый уголок его губ дрогнул, наверное, улыбнуться захотел. — Не расскажешь, — девушка ребром ладони проводит себе по шее, многозначительно смотря на Тома. — Верю, — коротко бросает он, ему стало интересно, откуда у нее столько ненависти к мужскому роду, и почем, стоит ей завидеть полный желания взгляд, как она тут же начинает злиться и убегать? — Два года назад, — отложив столовые приборы в сторону, Кристин села поудобней, стараясь сократить длинную, полную драмы и слез историю. — Еще на первом курсе влюбилась в третьекурсника, по уши. Его не интересовал мой статус и деньги и внимания не обращал на меня и мои потуги признаться ему в любви. Что я только не делала, как не унижалась, но все было без толку. До определенного момента. — набрав в грудь побольше воздуха и уняв волну горечи, девушка продолжила рассказ, под пристальным взглядом Тома. — Он обратил на меня внимание. Начали встречаться, гулять. Потом признания в любви до гроба, я так тогда расчувствовалась, что он с легкостью затащил меня в постель. Будучи влюбленной дурой, я выполняла все его прихоти, — обида с привкусом унижения заполняла нутро. — Глупая, — с неким сочувствием произнес Том. На тот момент и дураку было ясно, что она отличная жертва для манипуляций и вертеть ей можно было так, как того захочет человек. Он так же делал несколько лет назад. Девушки по большей части всегда ведутся на сладкие речи крутых парней, особенно тех, кто осознает свою привлекательность и знает, как влияет на женское окружение. — Ага, — вяло соглашается девушка. — Я отдавала всю себя, а он нет. Ни подарков, ни свиданий. Ничего не было, кроме постели и уверений, что он меня любит. Потом все его капризы стала исполнять я, тратя на него почти все свои карманные деньги, коих у меня было много. Именно два года назад я подслушала его разговор с другом, когда хотела сделать ему сюрприз и пробралась к нему в общежитие тайком. Его друг так же морочил голову какой-то девице. Я дослушала все до конца, давясь рыданиями. — Говорить было сложно, на каких-то моментах голос начинал дрожать, а некоторые момент вновь кололи в сердце. — Я была для него девушкой, которая и могла исполнить все его прихоти, и не только в постели. Деньги, влияние, связи. — Наивная, — парню стало интересно, что же за прихоти в постели, но он промолчал, а то еще рассердиться. Но девушку ему было искренне жаль, так легко повелась на обман. — У него было несколько романов одновременно. Я ему даже высказать все, что я о нем думаю не смогла, и защитить себя. Стоило мне показаться, как он меня просто вытолкнул за дверь и сказал, что на одну шлюху меньше. — Шатенка сжала кулаки, тяжело дыша. Выбросить прошлое из головы она не могла, как бы не старалась, корила себя за свою легкомысленность и наивность. Ее радовало одно, что слухи не поползли, в силу влияния ее отца, а тот ублюдок был выдающимся студентом и карьеру рушить себе не захотел. — Но не все же мужики после этого козлы, — теперь все ясно, откуда такое недоверие и неприязнь к мужскому роду. И почему они не поладили — ведь он такой же, как и тот парень. Он мысленно ее пожалел, бедная девочка даже и не знает, что такое любовь, хотя сама и любила. Но любовь в одни ворота… — Я не могу теперь доверять мужчинам, — зло сверкнув глазами, произнесла девушка. Попытка защитить род мужской у Тома провалилась. — А все из-за подобных тебе, — скрестив руки на груди, Крис пристально посмотрела на Тома. — Твоя очередь. — вдаваться в подробности, что она тогда на год покинула учебу, уехала в путешествие, повесив лапши на уши своему отцу, скрывая истинную причину своего поведения. — А я не доверяю девушкам, — произнес Томас, задумавшись, с чего бы начать. — Нас с отцом бросила мать, ушла к другому мужчине, еще тогда я разочаровался в женщинах. Мне было пятнадцать лет. Большой был скандал, у отца все силы ушли, чтобы подавить все слухи и вычеркнуть из нашей жизни эту женщину. — Пришла очередь Хилтон сопереживать и сочувствовать Кингу. — Я бросал все силы на учебу, пошел по стопам отца, не обращал внимания на девушек вовсе. Но в мою жизни пришла она — девушка которая втоптала меня в грязь. Тереза Стратенберг, — девушка закрыла ладонью рот, чтобы не ахнуть. — Она изменила всю мою жизнь. У нас была большая и светлая любовь, но отец был против наших с ней отношений, говорил, что обманет. Я не верил. Полтора года отношений канули в небытие, когда я застал ее с другим. Мало того, что с другим, так они еще и обсуждали, как у меня состояние утянуть, когда она разводиться со мной будет. Я ей предложение сделал, — внешне Томас был спокоен, но в душе кошки скребли, больно царапая своими когтями сердце. — Но не все же такие, — слабая попытка оправдать женскую половину населения планеты. — Я не такая! — ляпнула девушка. — Я другая. Мне не нужны ни деньги, ни слава, они у меня есть! Я любви хочу, большой и чистой, — в ее голосе было столько эмоций, и говоря это, она чуть ли не вскочила со стула. Зеленые глаза горели огнем. — Я могу получить все, стоит мне попросить отца! Но любви я не получу, если попр… — Кристин запнулась, понимая что только что прорекламировала себя в качестве претендентки на сердце Томаса. — Это я к тому, что не все такие, — поубавила пыл Хилтон, смирно сев и вперив взгляд в столешницу. — И? Ты не в моем вкусе, — усмехнулся брюнет, при этом запомнив каждое ее слово. Открыться ей было легко. Как и врать, судя по физическим ощущениям, она его манила как магнит. А если брать во внимание ее скверный характер, да ну нафиг таких дамочек! — Но я же не одна такая, — подняв на него взгляд, произнесла шатенка. — Найди мне такую же как ты только с теми параметрами, как захочу я, — карие глаза внимательно следили за реакцией Хилтон. Мало ли ревновать будет. Ему резко так захотелось, чтобы он ей нравился. — Какие параметры, внимательно слушаю, — круг ее подруг был велик, хотя подругами она никого и не считала. Так, формальности, а не дружба. — Длинноногая, пышногрудая, но подтянутая, а не полная, девушка. Чтобы глаза голубые и волосы густые и светлые. Желательно, чтобы наличие мозгов было под вопросом, не люблю зануд, — стал перечислять Кинг, не сводя глаз с собеседницы. — Красивую, следящую за собой, одевающуюся так, чтоб аж дух захватывало и все мне завидовали. — У меня таких подруг много, выйдем отсюда, познакомлю с наиболее подходящей, — произнесла девушка, чувствуя как начинает комплексовать. У нее грудь — второй размер, она с мозгами и зануда, глаза зеленые, волосы не густые, но длинные и темные, она не сногсшибательная красавица, а милая и симпатичная. Хоть за собой и следит, но на свою внешность она плюет на данный момент. Перед кем ей тут дефилировать в своих нарядах? — Заметано. Только аналогичную услугу не смогу провернуть, в моем окружение одни бабники и идиоты, — он встал и подошел к ней, протягивая руку, для заключения сделки. — Идет, — ей стало почему-то обидно, она так стараться для него будет, а он? И Кристин себя чувствовала недодевушкой в присутствии Тома. Завтра она попытается бросить все силы, чтобы показать, что она все же девушка из высшего слоя общества.