Попробуй меня

      Две недели прошло с тех пор, как сеньорита Миллс выставила мужчину из своей палаты. Брюнетка соблюдала предписанный доктором строгий постельный режим и серьезных улучшений пока не наблюдалось. Фиби навещала так часто, как только позволяла работа, а лечащий врач был крайне любезен с женщиной. Она прекрасно понимала, что столь пристальная забота, вкусная и исключительно полезная еда, а так же благосклонное отношение персонала вокруг продиктовано добровольно-принудительными условиями, которые могли исходить лишь от Робина Локсли. Но сейчас она не имела ни сил, ни желания бороться и сопротивляться его попыткам контролировать каждый шаг.       А Робин не терял надежды, что однажды женщина его простит. Джон, которого вопреки всем опасениям Локсли, не выгнали из палаты, а наоборот Фиби подвела поближе и познакомила мужчину со своей подругой, ежедневно докладывал мельчайшие подробности, касающиеся Реджины. Данные с медицинских приборов, сколько часов женщине отводится на сон и бодрствование, хорошо ли она ест или отказывается от еды. Кто приходит ее навестить, в каком настроении пребывает Реджина и что говорит врач по поводу нее. Но этого всегда было неизменно мало, Робин скучал и хотел увидеть ее, чтобы лично убедиться в том, что она в порядке. Спустя пять дней после ссоры мужчина не выдержал и оказался в больнице, когда время уже близилось к 12. Он шел, как можно тише, по пустынному коридору, хотя прекрасно знал, что женщина уже спит. Он остановился у стеклянной двери, опасаясь потревожить ее спокойный сон. Тусклое освещение за окном палаты позволяло увидеть не так уж много, но Робин напрягал свой взгляд насколько возможно. Ее грудь поднималась и опускалась в такт размеренному и спокойному дыханию, а мужчину переполняла невероятная радость просто от того, что она рядом, она жива и спокойно спит. Он наносил такие визиты раз в пару дней, то днем, когда Реджина засыпала после необходимых процедур, то так же ближе к полуночи, когда его никто не мог видеть. Она просто спала, а мужчине все больше хотелось видеть, как она улыбается, как крохотные огоньки в ее глазах расцветают вслед за новым днем, попросить прощение, убедить, что повел себя, как глупец, но дальше анонимных визитов так и не заходило. Робин боялся, что Реджина начнет нервничать или злиться, а это может навредить ее здоровью. И потому, поставив ее интересы выше своих, мужчина предпочел молча наблюдать со стороны. Раз в два дня рано утром, пока Реджина еще спала, ее палату украшали цветами. Всевозможные яркие оттенки и благоухающие ароматы встречали ее заспанную с теплой улыбкой на губах. К ним никогда не прикладывалась записка, но женщина и так прекрасно знала, что эти цветы от него. - Ты не знаешь об этом, но Робин почти каждый день бывает здесь. - Странно, я ни разу его не видела с того дня, когда выставила за дверь. - Потому что он приезжает после процедур, когда ты засыпаешь. Или ближе к ночи, чтобы просто посмотреть на тебя несколько часов. - Зачем ему это? Никогда не думала, что Робин Локсли может оказаться настолько сентиментальным мужчиной, - улыбаясь, спрашивает брюнетка у Джона. - Он любит тебя. Даже если ты этого совсем не чувствуешь…но не способен показать свои чувства. - Пусть он сам скажет мне об этом, когда будет готов. - Слишком дорогой ценой досталась ему прошлая жизнь. С тех пор он закрылся в себе, не пропуская никого за границу жестокости и одиночества. И сейчас он невероятно боится потерять тебя, повторить ошибки из той жизни или наделать непоправимых в настоящем. - Расскажи мне еще что-нибудь о нем? - Самое главное ты уже знаешь, - улыбнулся Джон,- а все остальное, он расскажет тебе сам, когда придет время. Просто спроси, ему нечего скрывать. Кстати, я так давно не видел, как он улыбается, или искренне смеется. Ты подарила ему эту улыбку. У тебя получилось пробудить все то - хорошее, что находится внутри него. Ты дала ему новую жизнь. И будь уверена, однажды он скажет тебе «спасибо!» **       Спустя две с половиной недели Робин окончательно решил, что больше не в состоянии выносить разлуку. Мужчина хотел слышать её голос, даже если она будет бесконечно выговаривать ему за необдуманное решение по поводу операции. Хотел поддерживать и быть рядом с ней, когда женщина проходит через такие серьезные испытания, ему просто надоело оставаться в стороне. Положительных улучшений в её состоянии до сих пор не наблюдалось – брюнетка лежала, и он, как человек, настоявший на этой операции, хотел подбодрить женщину, а заодно убедить её и себя в том, что нужно продолжать верить. Робин пришел между завтраком и обедом, когда Реджина, скучая в одиночестве, смотрела телевизор. - Здравствуй, Реджина! - Не припомню, чтобы я приглашала тебя в гости? – вместо приветствия сухо прозвучало в ответ. - Дай мне все объяснить, прошу тебя. - Попробуй, а я внимательно послушаю, - равнодушно отозвалась брюнетка. - Ты, безусловно, права. Я не имел права решать что-либо за тебя, особенно, если дело касалось твоего здоровья. Я ошибся, но… я был напуган. Врач сказал, что ты можешь умереть из-за нарушенных функций организма вследствие травмы. А эта операция дала шанс на твое спасение, пусть даже и не гарантированный на сто процентов. Я ухватился за этот шанс, Реджина! Пойми, мне не хотелось сдаваться, пока есть хоть какая- то надежда, - было видно, что мужчине тяжело даются эти слова, - Я очень боялся тебя потерять. Ты всё еще злишься на меня?       Реджина взглянула на него. Этот тон, его слова и признание, перед ней словно был другой человек. Вот уже несколько дней, после разговора с Джоном, она размышляла над тем, стоит ли так безоглядно принять его и дать шанс исправиться, в глубине души зная, что давно простила. Да и обида за прошедшие дни успела поутихнуть. Реджина отчасти понимала, почему мужчина совершил такой поступок, но, в то же время совсем не была готова к тому, чтобы сразу кинуться в его объятия, как ни в чем не бывало. - Робин, я не могу сказать, что злюсь на тебя, потому что не умею подолгу хранить обиду. Я простила тебя, но простить - не значит все забыть,- её голос был тихим и спокойным. Мужчина смотрел в ее глаза и вновь ловил себя на мыслях о том, как сильно скучал. Его виноватый взгляд говорил больше, чем любые красноречивые фразы. Брюнетка, на секунду забывая о своем скованном положении, попыталась немного приподняться на подушках. - Аааа!- Робин мгновенно оказался рядом, склоняясь ближе и касаясь ладонью ее плеча. И только после заметил, как из- под опущенных ресниц текут слезы. - Что случилось? Вызвать врача? - Мне бооольно!- сквозь зубы протянула Реджина, а мужчина, забыв про все разногласия, просто сжал ее ладонь, поглаживая большим пальцем теплую шероховатую кожу. Женщина, запрокинув голову назад, ждала, когда боль немного поутихнет и позволит сменить неудобное положение. И сама не заметила того, как самостоятельно пошевелила ногой, отводя ее в сторону, каждой клеткой чувствуя это движение. Она улыбнулась, напрочь забывая о боли. Осознание произошедшего острой волной накатывало на нее, и брюнетка неосознанно до боли сжала запястье мужчины. - Я чувствую, Робин! - Что?- недоуменно прозвучало в ответ. - Посмотри на мои ноги,- он внимательно проследил за тем, как Реджина самостоятельно совершает маленькие движения. - Я все ощущаю, сквозь огромную силу боли я чувствую движение своих собственных ног, после стольких дней кошмарного ожидания,- сквозь слезы шептала женщина. - Значит, ты сможешь ходить, - он склонился, целуя мокрое от слез лицо, и выбежал из палаты на поиски доктора. Осмотр показал, что вопреки всем тревожным ожиданиям, операция способствовала положительному исходу. А это значит, что проблемы с позвоночником со временем будут устранены и сеньорита Миллс снова сможет ходить. **       В «Центр реабилитационной и восстановительной медицины» Реджину привезли на специальной машине, в которой находилось все необходимое оборудование, которое только может понадобиться в случае непредвиденных ситуаций. Женщина уже пыталась самостоятельно садиться, и недовольно возмущалась, когда ей всякий раз пытались в этом помочь. Она могла очень медленно передвигаться, буквально несколько шагов, при этом опираясь на кого- то. Лечащий врач назначил физиотерапию, которая, по его словам, через несколько недель регулярных упражнений позволит женщине избавиться от корсета, и привыкать к движениям без него.       Робин и Фиби пришли на первое занятие вместе с Реджиной, чтобы поддержать женщину, а заодно удостовериться в том, что ей достался самый опытный инструктор. Это был высококвалифицированный специалист, который работал с людьми, пережившими сложнейшие операции, уже более десяти лет. - Волнуешься? - поинтересовался Робин, заботливо помогая женщине подняться с кресла, чтобы переступить порог кабинета. С другой стороны ее поддерживала Фиби, и женщина, как никогда, ощущала себя в надежных руках. - Совсем немного. Я очень надеюсь, что все эти процедуры помогут мне, как можно скорее оправиться после травмы. Я так устала от больницы, если честно, и мне не терпится выписаться и поскорее поехать домой. - Ты всегда была нетерпеливой, дорогая,- рассмеялась Фиби. Пока женщины болтали о своем, Робин отвлекся, вспоминая о том, что в доме Реджины все эти два месяца продолжался ремонт, который до сих пор не закончили. И это означает, что домой вернуться она не сможет, поэтому необходимо подготовить комнаты в своем доме. Нанять сиделку, и приобрести все необходимые вещи, чтобы женщина чувствовала себя уютно. И ему даже в голову не приходила мысль о том, что Реджина может отказаться.       Первое занятие давалось с трудом. Многие упражнения с первого раза просто не получались, а другие отзывались таким дискомфортом в теле, что женщина, стиснув зубы, едва не выла от боли. Робин, видя все это, вскакивал со своего места и, подбегая к инструктору, убеждал его перестать издеваться над Реджиной и намеренно причинять ей боль. Но мужчина каждый раз терпеливо объяснял, что брюнетка лежала пластом почти два месяца, и эта боль нормальное явление, по-другому просто не может быть. На следующем занятии обязательно будет легче.       В итоге он оказался прав. Реджину привозили на занятия три раза в неделю, и каждый раз двигаться становилось чуть легче, а боль становилась меньше. Упражнения получались все лучше, и брюнетка стала реже опираться на Робина или врачей, когда совершала самостоятельные шаги. Доктор отпускал ее с мужчиной на короткие прогулки по территории больницы, где Реджина с удовольствием наслаждалась свежим воздухом.       Между тем, в квартире Робина было все готово к приезду временной хозяйки. Для брюнетки обустроили две уютные комнаты с большими окнами и просторной ванной. Огромный шкаф, специальная твердая кровать, которая рекомендована людям, перенесшим операцию на позвоночнике. Минимум картин на стенах, и самая необходимая мебель. Обилие теплых оттенков, начиная от штор на окнах и убранства кровати, заканчивая интерьером самих комнат. Апартаменты располагались на первом этаже, чтобы женщине не пришлось совершать лишние нагрузки при подъеме по лестнице. Однако Робин не торопился говорить Реджине о том, что она переезжает к нему, чтобы лишний раз не заставлять ее волноваться.       За день до намеченной выписки, брюнетка разбирала привезенную одежду, предвкушая возвращение домой, когда в палату вошел Робин. - Ну что, уже готовишься бежать из больницы?- с улыбкой спросил мужчина. - Разумеется, мне не терпится вернуться в свою квартиру! - Следовало поговорить об этом раньше, но рабочие не успели закончить ремонт. Твоя квартира взорвалась, а вместе с ней был нанесен ущерб и половине подъезда. Дом все еще в стадии ремонта, мне жаль, но туда вернуться нельзя. - И ты говоришь мне это сейчас, когда я уже настроилась уехать? - возмущенно спросила женщина. - Я подготовил для тебя комнаты…в своём доме. И надеюсь, что ты не будешь против пожить какое-то время там. Реджина присела на кровать, поглядывая на Робина с недоверием. - Робин, ты видимо что-то не так понял. Я дала тебе согласие навещать меня, помогать мне, пока я здесь, но мы не вместе. Я не твоя женщина и не обещала, что буду спать с тобой! - А разве я сказал, что ты должна будешь спать со мной? У тебя будут отдельные комнаты, если захочешь, я даже не буду переступать порог без твоего разрешения! Это для твоего же блага, за тобой будет присматривать специально нанятый человек с медицинским образованием. Мой повар будет готовить еду строго по твоей диете. Так будет лучше, пожалуйста, подумай! - Пожалуй, я поживу у Фиби! – буркнула женщина. - Вот уж нет! В дом без лифта, где ты весь день будешь одна, я тебя не отпущу, и это не обсуждается. Если тебе так неприятно мое общество, я могу купить тебе пустую квартиру, и обустроить ее для тебя, но для этого понадобится время. Там будет все то же самое, опытные люди присмотрят за тобой, а я буду наведываться в гости, когда позовешь. Выбирай! Или ты уезжаешь отсюда под мою ответственность и опеку, или остаешься здесь, пока мы не решим, что ты можешь вернуться в свою квартиру. А ремонт в ней продлится еще как минимум месяц. - Это наглый шантаж! – вскрикнула Реджина, недовольно топнув ногой. - Осторожно! Не стоит делать таких резких движений. И о каком шантаже идет речь? Я сказал, что мне ничего не нужно от тебя. Неужели ты до сих пор не поняла, что я не насильник? Мне можно доверять, я всего лишь хочу помочь, пока есть такая возможность. Ты можешь пригласить Фиби, пожить на несколько дней, если тебе так будет спокойней. Выбор за тобой – уютные комнаты в моём доме, или ещё месяц в больнице. Реджина тяжело вздохнула. Больница её утомила, и возможность вырваться отсюда затмевала все остальные желания. Хотя женщина и опасалась, что между ними может произойти что-нибудь, пока они будут жить под одной крышей. Так что, идея с Фиби пришлась брюнетке по душе. - Ладно, едем к тебе. **       Робин помог Реджине максимально комфортно устроиться в машине, а после перегнулся, чтобы пристегнуть ремень безопасности. Брюнетку обдало знакомым ароматом парфюма, вперемешку с крепким запахом сигарет. Да, ей была приятна его забота, но она в очередной раз убеждала себя в том, что не испытывает никаких чувств по отношению к мужчине. За окном мелькали дома и узкие улочки, и за своими мыслями Реджина совсем не заметила, как они приехали домой.