Жизнь "После" II. Вне Клетки.

      Люцифер так задумался, что не заметил появления Аннет. Просто в какой-то момент осознал, что рядом кто-то есть. Сидит тихо, даже почти не слышно, как дышит.       Повернулся к девушке, чтобы она могла видеть его губы       — Привет, дитя. И долго ты тут сидишь?       «Не очень. Я... я хотела...»       Люцифер проводит рукой по ее растрепанным ветром волосам.       — Не стоит, дитя. Этот человек больше не подойдет к тебе близко. Он трус. А такие, один раз получив хороший пинок, больше не подходят. У них инстинкты сильнее, чем все остальное.       Аннет робко улыбается, и вдруг берет его руку, целует в раскрытую ладонь — вскакивает и убегает. Люцифер растерянно улыбается вслед — неожиданно.       А следом появляется Адам.       — Здесь становится слишком людно, — Люцифер насмешливо смотрит на Адама.       Тот садится рядом, откидывается назад на локти и задумчиво смотрит на восходящую луну.       — Как погулялось?       Люцифер обхватывает руками колено, слегка раскачиваясь. Молчит.       Адам поерзал.       — Мне показалось, или ты ночью с кем-то разговаривал?       Люцифер усмехается уголком рта.       — Да так. Приходил гость один. Предлагал воспитателем заделаться — пополам с надзирателем. Но что-то меня такая честь не прельстила       — Михаил? Чтобы он — да не справился с чем-то? Ну, кроме Клетки…       — Вот тут ты заблуждаешься. Дома сейчас и правда неладно. Поэтому и в мире людском все вразброд пошло — войны, болезни. Из-за склок мои собратья сейчас не в состоянии помочь вам, людям. Да и отсутствие крыльев… — помолчал. — Михаилу сейчас очень трудно. Вот представь себе, что ты пытаешься собрать в кучку стеклянные шарики. Которые перед этим побывали в масле. Они все будут в стороны расползаться, на пол падать и разбиваться. А тебе их надо не просто в кучку собрать, а на наклонной поверхности Мона Лизу из этих шариков выложить. Представил? Слишком долго его не было. Пока мы были в Клетке — на Земле прошло всего четыре года. Но за эти года ангелы наворотили дел, которые Михаил и его сторонники будут разгребать еще лет пятьдесят. Если не больше… Но если я приду на помощь Михаилу — это будет конец небесам. Большая часть ангелов откажется мне подчиняться. А у Михаила терпения маловато — как ты сам заметил. Он уже сделал невозможное — он собрал почти всех наших собратьев вместе. Теперь он будет искать способ вернуть ангелам крылья. И найдет — я уверен. И мы с тобой ему поможем.       Адам поднял брови, открыл рот       — Погоди, не перебивай. — Люцифер развернулся к человеку. — Мы с ним договорились, что он ищет ответы на небесах, а мы с тобой — на Земле. Если не найдем — значит, я вспомню былое и немного попутешествую по другим мирам.       Адам почесал макушку.       — Как думаешь, может быть…       — Нет! И даже не вздумай! — предостерегающе и резко ответил архангел. — Неужели ты не понимаешь, что будет, когда они узнают о тебе и — главное — обо мне!       Адам помолчал.       — Знаешь, я ведь так и не узнал их. Я в их обществе пробыл около суток. Но этого времени мне хватило, чтобы понять — они честные. Импульсивные, но отходчивые. Если я к ним приду — они помогут.       — Хорошо. А теперь давай-ка разомнем немножко твои мозги. Вспомни книгу Бытия. Про двух братьев.       — Ты про Каина и Авеля? Да кто же этого не знает?       — Саму историю знают многие. Только вот продолжение истории знают единицы. После того, как Авель попал на небеса, Каин стал первым Рыцарем Ада.       — Это я знаю! Видел книги у Бобби.       — Не перебивай, — холодно попросил Люцифер. — Так вот. Каина в этом мире держит только одна вещь. Его Метка. Одна из моих самых удачных и страшных изобретений. Вижу, знаешь, что это такое. Так вот — Метку можно передавать.       Адам побледнел.       — И Каин передал ее...?       — Да. Теперь ты понимаешь, почему ни тебе, ни мне нельзя соваться к твоим братьям?       Человек кивнул. Покрутил в руках щепочку.       — А от нее можно избавиться?       — Чисто теоретически — можно, — задумчиво сказал Люцифер. — Если им хватит сил и окаянства.       — Ты ведь можешь ее убрать! — с надеждой воскликнул Адам.       — Нет. Не могу, — с сожалением сказал Люцифер. — Эта одно из моих немногих изобретений, которые я не могу контролировать. Или изменять. Убрать ее может только Каин. Если Дину хватит пороха — он это сделает.       Пошел мелкий колючий снег, поднялся ветер. Адам поежился.       — Иди, человек. Грейся. У меня есть одно небольшое дельце — как закончу, мы двинемся дальше.       Адам пожал плечами, встал и пошел к ресторанчику. На пороге оглянулся — берег был пуст.

***

      Роузи Доусон — местная ведунья — перетирала травы в ступке, подпевая радио. В последнее время заказов стало больше. Людей лихорадило, было много ссор, разводов. Нервы не выдерживали даже у самых маленьких. Эти травы Роузи делала для двухлетнего малыша, который каждый день впадал в буйство и уже несколько раз серьезно поранил себя.       Когда Роузи была маленькой, ее прабабушка, уже совсем старенькая, рассказывала ей о страшных временах ее пращуров.       — Мир людей нуждается в твердой руке, которая направляет человека по его пути, — говорила она. — Но даже у руки наставляющей могут быть проблемы.       — Как у руки могут быть проблемы? — Роузи никак не могла понять. — Проблемы могут быть у человека, если он сломал руку. А рука — это рука. Если она ни к чему не привязана, как у нее могут быть проблемы?       Прабабушка улыбалась, гладила Роузи по голове.       — Рука ведущая — рука Отца нашего. И рука его ангелов.       — Проблемы у ангелов? Так не бывает, праба! Они же — духи!       — Да, духи. Души — точнее будет так. И если душе плохо, если случилось что-то плохое, она плачет. Вот тогда в мире людей и наступают страшные времена. Когда брат убивает брата. Дочь бросается на мать. Сестра предает сестру.       Роузи тогда здорово напугалась и разревелась. Прабабушка ее долго утешала, напоила горячим молоком, уложила спать к себе под бок. Уже засыпая, Роузи услышала от нее слова, которые помнит до сих пор:       — Такие как мы — ведуньи, ведьмы и колдуньи… Мы будем подмогой тем, кто споткнется. И тем, кто нуждается в помощи. Кто бы это ни был.       С тех пор прошло без малого шестьдесят лет. У Роузи у самой уже появились правнуки. И до сих вся ее семья занималась тем, что помогала людям. Составление трав было малой частью их дел. Роузи могла беседовать с умершими или с еще нерожденными душами. Как могла — боролась с демонами. Несколько дней в неделю Роузи работала в городской больнице сестрой милосердия, помогала больным и словом, и делом. И те, кто ее не знал, видел перед собой бодрую сорокалетнюю женщину, хотя Роузи перевалило уже за семьдесят лет.       Кстати, о больнице. Вчерашний пациент — рабочий из дока — никак не шел у нее из головы. Его привезли в истерике, с переломанными руками. Такое Роузи однажды видела — когда одержимый пытался расправиться со своей семьей. То, что пытался рассказать этот Герман, в принципе, было похоже на то, что он со своей компанией наткнулся на одержимого. Но когда Роузи попыталась разузнать поподробнее — малец впал в такую бурную истерику, что врач запретил с ним разговаривать. Роузи успела прочесть домашний адрес парня в карте, прежде чем его увезли.       Надо бы съездить, навестить родителей Германа и поговорить с ними. Если в городе появился демон — надо действовать быстро.       Нежно пропел колокольчик, негромко хлопнула дверь       Роузи напряглась — посетитель не был человеком. Или демоном. Но и на ангела не сильно был похож. Она резко повернулась, смахнув полой кофты лопаточку для трав на пол.       У придверного стеллажа стоял высокий мужчина, со светлыми всклоченными волосами, в простой темной одежде. А за спиной угадывались крылья, сотканные из... молний?! Архангел!       Роузи застыла.       Мужчина исследовал стеллаж, осторожно беря склянки, изучая их на свет и прихмыкивая.       — Какие у тебя интересные составы, ведунья. — голос посетителя негромкий, хрипловатый и звучный. — Семейные рецепты, как понимаю?       Так как Роузи молчала, он повернулся к ней и взглянул ей в глаза. Пламя. Лед. И древность. Роузи наконец поняла, КТО перед ней.       — Нет! Ты заперт! Ты…       Люцифер закатил глаза.       — Надеюсь, в тебе нет предрассудков некоторых моих собратьев! Да, меня выпустили за хорошее поведение. И не надо так пугаться — я не демон. И вреда тебе не причиню. Если ты, конечно, не решишь помериться со мной силами, — он ухмыльнулся.       Роузи пристально посмотрела в глаза архангела.       — Тебя часто называют королем лжи, Люцифер. Как я могу тебе поверить?       — Этот титул дали мне люди. Не мои собратья. И да — ты никак не проверишь, лгу я или нет. Но нам надо как-то с этим справиться. Потому что у меня к тебе есть одно дело. И одна просьба. Ну, решайся, ведунья.       — Меня зовут Роузи, — сердито поправила женщина архангела. — Хорошо, я выслушаю тебя. Но помогать тебе или нет — я решу сама.       Люцифер ухмыльнулся, прошел вглубь лавки, к ее столу, подвинул табурет, сел, положил руки на стол.       — Ты смелая женщина. Мало кто может так со мной разговаривать. Хотя я никогда не убивал за смелость.       Роузи села на свой табурет. На всякий случай подтянула к себе свою рабочую тетрадку и карандаш — скорее по привычке, чем по надобности. Она всегда делала короткие пометки, чтобы потом не упустить суть.       — Я начну с просьбы. Это самое простое. Ты знаешь ресторанчик Бенни у доков. — не вопрос, утверждение. Дождавшись кивка, Люцифер продолжил. — Тогда ты знаешь и самого Бенни, и его приемную дочь Аннет.       — Я про них слышала. Никогда у них не была.       — Так вот — я прошу тебя побывать у них. И посмотреть на Аннет. Ей можно помочь. Ее немота излечима. И еще можно восстановить почти полностью слух.       Роузи была поражена.       — Ты помогаешь им? Почему?       Люцифер задумчиво крутил в руках сухую веточку чистотела.       — Знаешь, ты уже второй человек, который за последние сутки меня об этом спрашивает. Я не знаю, почему. Я просто хочу помочь. Может быть, дело в том, что я достаточно времени провел в одиночестве и у меня было достаточно возможностей для размышлений. В том числе и о вас, людях. А может быть, мне просто скучно. — Люцифер нехорошо улыбнулся.       Но эта улыбка больше не пугала Роузи. Потому что за словами она чувствовала желание помочь — искреннее. Это ее еще удивляло. Но профессионал внутри нее уже начал думать и действовать. В тетради уже несколько строк — симптомы и причины. Роузи закусила карандаш, совершенно забыв про сидящего напротив человека.       Что-то бормоча себе под нос, ведунья подтянула к себе пачку крепких ментоловых сигарет, закурила одну. Быстро записала что-то, вскочила, начала рыться на книжной полке. Быстро пролистывая страницы и роняя пепел на пол, Роузи все повторяла под нос какие-то названия трав. Люцифер с любопытством наблюдал за женщиной. Вот — вроде еще минут десять назад она была как дикобраз. Чуть шевельнешься, и в тебя полетят иголки. А сейчас она про него явно забыла, и страх ушел — он это чувствовал. Сейчас она думала только про то, как помочь человеку.       Роузи уже на тигельке что-то варила, добавляя компоненты в горячую воду. Это явно надолго. Люцифер подтянул к себе травник, наугад открыл. Проглядел пару страниц. Интересно — книга явно старая, наследство от предков. Написана книга от руки, иллюстрации тщательно прорисованы цветной тушью. Красота!       — Вот. Этот настой поможет Аннет с голосом. А со слухом сложнее — тут нужно до…       — Вот я и прошу тебя этим заняться, — перебил Роузи Люцифер. — Я прошу тебя навестить Бенни и Аннет, поговорить с ними. И ты сможешь сделать то, что не смогли сделать врачи из больницы.       Роузи помолчала.       — Хорошо. Я сделаю, как ты просишь. В конце концов, это моя работа. И я делаю ее с радостью.       — Спасибо. А теперь давай перейдем к моему делу.       Роузи поставила склянку на стол, села и опять подтянула к себе свой блокнотик.       — Я, правда, совершенно не понимаю, чем Я могу помочь ТЕБЕ.       Люцифер скрестил руки на груди.       — Мне нужно, чтобы ты вызвала демона перекрестка и передала ему послание.       Женщина отшатнулась.       — Нет! И близко к этим тварям не подойду!       — А тебе и не требуется подходить. Ты сделаешь следующее — когда появится демон, просто положишь на землю вот это, — он протянул женщине небольшой сверток, — и быстро уйдешь. И не заговаривай с ним. Впрочем, кого я учу.       Роузи молча сидела и смотрела на послание. Сверток как сверток. Завернуто в коричневую промасленную бумагу, перевязано бечевкой. На ощупь — мягкое, но увесистое.       — Не вздумай открывать или трясти, — предупредил Люцифер.       — Хорошо. Я сделаю это для тебя. — c неохотой сказала Роузи. — Сроки?       — В ближайшие несколько часов. Люцифер поднялся, пошел к двери.       — Спасибо, ведунья. За твою смелость и за твою работу.       Вышел.

***

      Глубокая ночь — облака закрыли небо плотным черным одеялом. Ветер со снегом загнал всех по домам, норам и дуплам.       Роузи с трудом пробиралась сквозь заносы к сельской дороге. Там был излюбленный демонами перекресток. Несколько часов она боролась с искушением никуда не ходить, выкинуть сверток и забыть про визит, как про страшный сон. Но, когда пробила полночь, собралась и пошла. Обманывать архангела… После этого не то, что размажет — распылит ведь. И даже не поморщится!       Как вовремя разыгралась эта метель. Видел бы ее сейчас кто-нибудь из клиентов! Вся облепленная снегом, с мощным фонариком и безумными глазами — ну, ведьма из средневековья!       А вот и перекресток. Старенький, но мощный фонарь освещал круг прямо в центре. Роузи постояла несколько минут, собираясь с духом. Потом скинула с плеч рюкзак и начала копать. Подмерзшая земля поддавалась с трудом, но довольно быстро ей удалось выскрести небольшую ямку, куда впритык, но поместилась коробочка. Засыпав ямку землей пополам со снегом, Роузи выпрямилась, вытерла пот со лба.       — Ну надо же! Ведьма, да еще и светлая. И что тебе понадобилось, Роузи Доусон, у нас, так нелюбимых тобой демонов?       Звонкий голосок — прямо за спиной. Роузи медленно обернулась. И уткнулась взглядом в багровые глаза невысокой демонши. В маленьком черном платьишке, распущенные волосы черной гривой развеваются вокруг треугольного личика, черные туфельки-лодочки почти не оставляют следов на снеге.       Роузи открыла рот, чтобы дать отпор — «И не заговаривай с ним». Сжала губы, медленно достала сверток, положила его перед демоном на снег. Развернулась и быстро пошла по своим же следам обратно.       — Эй! С ума сошла?! Ты куда? А поговорить? А поцеловать?       Роузи прибавила ходу. Снег летел прямо в лицо, сзади раздавался звонкий хохот демонши. Смех вдруг оборвался, и сменился проклятием. Роузи не выдержала и обернулась. Фонарь освещал фигурку, держащую сверток в руках. Бечевка была развязана, бумага разорвана. Из ладоней демона поднимался столп сияющего огня, охватывая фигуру плотно, как в кокон.       — Что ты наделала? Кто тебя-а-а-а-а-а-а-а-а!!       Затихающий крик, вспышка света — Роузи пришлось закрыть глаза руками — и тишина. На перекрестке тихо и безлюдно. А на месте, где стоял демон — правильный оплавленный круг.       И запах! Паленой шерсти, талой воды и серы.       Роузи зажала рот руками, развернулась и бросилась прочь.

***

      Люцифер сидел на самой верхушке высокой горы, у подножия которой раскинулся город. Здесь ветер лишь слегка ерошил волосы, а снег падал тихо, прозрачной пеленой укрывая плечи и макушку. Тишина стояла такая, что иногда казалось, он слышит, как звенят, сталкиваясь, снежинки.       Постепенно облака разошлись, открыв чернильно-черное небо. Сегодня ночью звезды были совсем неяркими, а Луна уже спряталась за соседним пиком.       — Ну и какого зеленого ты устраиваешь цирк и моих подчиненных уничтожаешь?       Архангел не стал оборачиваться. Продолжал сидеть спокойно, вычерчивая какие-то закорючки на пласту снега.       — Эй, засранец пернатый! Обрати уж на меня внимание!       Люцифер поднимает голову. И расправляет крылья-молнии. Неярким изумрудным светом загораются знаки на снегу.       Демон сдавленно охает — его как будто придавило к снегу.       — Архангел! Я думал, вас и не осталось — всех перебили.       Люцифер встал, стряхнул снег с ворота куртки и медленно повернулся.       Демон оказался крупным седовласым мужчиной, в дорогом костюме и ботинках. Он стоит столбом, выпучив почерневшие глаза, по лбу течет пот.       — Ты! Ты же заперт! Этого не может б…       Люцифер вытягивает руку, и слегка сжимает пальцы в кулак — демон замолкает, только раскрывает беззвучно рот.       — Здоров будь, Рахбет. Вижу, ты получил мое послание.       Архангел разжимает кулак — демон со свистом судорожно вдыхает воздух. Люцифер носком ботинка стирает один из знаков и демон кульком падает на снег. Вскакивает — но убежать не может.       — Не порти мне шкурку! Я бы и так с тобой пообщался с удовольствием!       Люцифер хмыкает.       — Ну, конечно, побеседовал бы! Ты же у нас — образец порядочности и пунктуальности, правда?       Демон сникает.       — Ты же понимаешь, что у меня дел по горло, по всему миру! Я могу и припоздниться, и…       — У меня срочное дело. Поэтому такие способы. Ты способен воспринимать информацию или еще дать тебе пару минут на сокрушения по поводу помятой тушки? — холодный голос архангела вмиг приводит в ужас Рахбета.       — Все! Все, я спокоен! Я тебя слушаю!       Люцифер достает из кармана куртки сложенную бумажку, протягивает демону.       — Мне нужна вот эта книга. Чем быстрее, тем лучше.       Рахбет разворачивает листок, читает, усердно шевеля толстыми губами, выкатывает глаза.       — С ума сбрендил? Кроули под подушку эту книгу кладет — как бы не сперли! Как я ее тебе достану?!       — Это не мои проблемы, — ледяным голосом перебивает Люцифер. — Не можешь достать всю книгу, принеси мне страницы 581 и 582. Этого будет достаточно. Сроку тебе дам… м-м-м-м… Думаю, месяца тебе хватит, по земному исчислению. И не вздумай от меня прятаться! Я тебя с края вселенной достану — и ты знаешь, ЧТО тогда с тобой будет!       Рахбет съеживается, мелко кивает.       — Да-да! Конечно! Я сделаю все, что возможно! — натыкается на взгляд архангела. — И невозможно — тоже! Достану — клянусь!       Взмах крыльев — и Люцифера уже нет. Вихрь смел знаки и демон свободен. Он осторожно делает шаг-другой, обессилено плюхается в сугроб.       — И как это он выбрался, а?! На мою, елкин корень, голову! И как мне достать эту клятую книгу?!       Завывая и причитая, он исчезает.

***

      Адам сидит на пороге ресторанчика и чистит мелкие вареные креветки. Очень медитативное оказалось занятие. Есть время на подумать — а подумать надо о многом.       Слова Люцифера о Метке Каина не шли у него из головы. Получается, Дин обречен, ведь Метку убрать фактически невозможно. Шансов, что Каин поможет — маловато. То, что в свое время слышал Адам о Рыцаре, просто исключало мирную возможность. Бобби мертв, а других охотников он не знает. И к кому можно обратиться? К ангелам? Они сейчас не в деле, решают свои проблемы. Если Михаилу удастся найти способ вернуть крылья собратьям…       Тихие шаги сзади. Адам, улыбаясь, оборачивается к подошедшей Аннет.       — Я почти законч... — в почти пустую кастрюлю валится новая порция креветок. — Закончил. Не закончил.       Аннет рассмеялась, потрепала Адама по макушке и села рядом. Ее пальчики ловко разделывали креветки, буквально в несколько секунд.       — Эй! Так нечестно! Ты сейчас меня обгонишь!       С шутками и прибаутками, смехом и подталкиваниями в бок локтями, дело пошло быстрее — уже совсем скоро Адам торжественно вносил полный тазик очищенных креветок в кухню. Народу в зале было много — вечер, конец рабочего дня, почему бы и не посидеть с кружечкой пива, да немудреной закуской, да в хорошей компании. Адам весь вечер помогал Бенни и Аннет — разносил кружки, закуски. Иногда присаживался рядом с кем-нибудь у барной стойки — пообщаться.       Уже было под полночь, когда ушел последний посетитель. Бенни с Адамом быстро убрался в помещении, Аннет закрыла дверь. Повар Грег достал засаленную колоду карт — время вечернего преферанса. Адам играть не умел, поэтому просто сидел, смотрел, да перебрасывался шуточками с Грегом, подначивая то Бенни, то Аннет. Игра затянулась надолго — на часах было около двух ночи, когда они наконец-то начали подводить итоги.       Люцифер сидел на верхней ступеньке и наблюдал за веселой компанией. Слегка прищурив глаза, можно было увидеть ауру — и сейчас Люцифер прямо наслаждался яркими переливчатыми цветами Аннет и Адама. И приглушенными пастелевыми цветами Бобби и Грега. Вот еще одно интересное наблюдение. Душа человека и его аура — это были совершенно разные вещи. Душу можно было бы сравнить со стержнем — ее свет и цвет хоть и менялись, но «привкус» оставался неизменным. Даже в случае кардинального изменения. А вот аура была переменчива как волны на рассвете. То она яркая и прямо брызжет энергией. А через минуту — спокойная, почти прозрачная. Как вода.       От размышлений его отвлек Адам, поднимающийся по ступенькам.       — Оу. А я и не видел, как ты вернулся. — он сел рядом на ступеньке, и посмотрел сбоку на Люцифера. — Нашел, что искал?       Архангел задумчиво кивнул.       — Нашел. Нам бы завтра дальше двинуться. Если ты готов.       Адам помрачнел.       — Так скоро? Мы вроде бы планировали тут пробыть пару недель. А прошло всего пара дней.       — Ну, ты можешь оставаться. Это одно место, долго времени не займет. Потом, если захочешь, мы сможем вернуться.       — Нет-нет, я с тобой! — пауза. — Если ты, конечно, не против.       Люцифер усмехнулся, посмотрел на человека.       — Если бы я был против, я бы не ставил тебя в известность относительно своих планов, логично? Просто бы срулил по-тихому. А место, куда мы отправляемся, тебе наверняка понравится!

***

      Еще не рассвело, когда Люцифер поднял Адама. Тот все никак не мог взять в толк, чего от него хотят — все-таки почти бессонная ночь, да количество пива, выпитого и вечером, и ночью дали о себе знать. Но прямо взлетел после слов «Ну и ладно. Одному быстрее!»       Они тихо вышли на улицу — все серое-серое. Небо затянуто тучами, Но нет ни снега, ни ветра. Люцифер повернул за угол, подождал Адама — тот еле плелся, зевая и пытаясь хоть как-то открыть глаза. Цепко взял за плечо…       … И стена холодного дождя прямо упала им на головы. Адам аж взвыл — и сразу проснулся.       — М-м-м-м, какие ты слова интересные знаешь, — ухмыльнулся архангел. — Мало тебя пороли в детстве, однозначно мало!       Все еще бухча, Адам метнулся к ближайшей крыше — навес перед небольшим магазинчиком антиквариата. Встряхнулся как собака, попытался вытереть хотя бы лицо. И только потом оглянулся вокруг. Сонная улочка с одно- и двухэтажными домиками, небольшой супермаркет на перекрестке и три раздолбанные машины у символических тротуаров. И меланхоличная лошадь на привязи у супермаркета!       Трое мальчишек у соседнего дома прыгали по лужам у калитки дома, с хохотом и воплями. К ним присоединилась маленькая чумазенькая девчушка, а из окна на них сердито ругалась грузная неопрятная женщина.       Мимо Адама шмыгнула крыса — под дырку под крыльцом. Розовый хвост, извиваясь, медленно втягивался за грызуном…       — Э-э-э. А мы где?       — Атока, штат Оклахома.       — Ага. Хорошо. Эм-м… — Адам явно хотел что-то спросить, но в последний момент передумал.       — Наберись терпения, человек. Еще немного — и ты узнаешь, зачем мы тут. А заодно со старым знакомым повидаемся.       Дождь закончился внезапно, как будто его выключили. И сразу же жарко засветило солнце. Лужи высыхали прямо на глазах. Адам вышел из-под навеса, встряхнулся, растрепал волосы, чтобы быстрее высохнуть — и сразу же стал похож на мокрого лабрадора. Люцифер ухмыльнулся, достал карту города, полистал ее. И быстрым шагом двинулся к супермаркету. Адам почти вприпрыжку бросился за ним. Меланхоличная лошадь проводила их карим глазом, прижав уши и осклабившись. Будто смеялась. Люцифер прошел мимо магазина, повернул к заросшей дорожке, которая вывела их к старому мотелю на краю городка.       — Что-то везет нам на окраины в последнее время, — задумчиво сказал Адам. — К чему бы это?       — К играм в прятки!       Мотель был почти пустой, только пара машин тосковала на парковке. Внимание Адама привлек золотистый кадиллак, стоявший у двери с контурами цифр "1" и "2" — сами цифры давно отвалились.       — Ну вот. Сейчас повеселимся, — у Люцифера в глазах скачут бесенята и огоньки. Адам никогда не видел его таким — бешено-веселым!       Люцифер на пару секунд замер у кадиллака, потрогал капот.       — Еще теплый. Значит, недавно тут — это хорошо. Дергаться будет меньше, — непонятно сказал Люцифер.       Подошел к двери и рывком распахнул ее.       В полумраке комнатки — скромное убранство. Кровать, стол, стул, старенький платяной шкаф. Через приоткрытую дверь в ванную виден край обшарпанной раковины. Все старое, ветхое, но чистое. Видно, что хозяева заботятся как могут о комнатах.       На кровати, прищурившись на яркий свет, сидит человек. Адам пытается вспомнить, где же он видел эти растерянные синие глаза, нежно-беспомощные губы, растрепанные темные волосы. Светло-коричневый плащик и темный костюм… Он точно это уже где-то видел. Ну, конечно! Если он правильно помнит, Дин Винчестер называл его Касом. И это именно он принес когда-то его в дом Бобби… Ангел…       — Здорово, братишка, — насмешливо поприветствовал сидящего Люцифер. — Давненько не виделись!       Оказывается, ангелы умеют не то что бледнеть — они могут еще и синеть. И искрами сыпать! Адам испуганно отшатнулся, когда побледневший Кас медленно встал, а в руке невесть откуда взялся тонкий длинный клинок.       — Спокойно, Кастиэль. Этой зубочисткой меня только разозлить можно!       — Это неправда! Ты заперт. Это неправда! У меня галлюцинации, — Кас выронил клинок, закрыл лицо дрожащими руками.       — Адам, давай зайдем и закроем дверь. Посторонним людям наблюдать за ангельской истерикой небезопасно! — Люцифер быстро втянул Адама внутрь и запер дверь. — Советую тебе сейчас сидеть тихо. Нам поговорить нужно.       Адам приткнулся на колченогий стул в углу и притих.       Кастиэль неподвижно стоял у кровати, не отрывая взгляда от архангела.       — Кастиэль, приходи в себя быстрее. Своим потрясением ты сейчас сюда половину небесного войска соберешь! — Люцифер посмотрел на ангела, вздохнул, сел на стул у окна и терпеливо, как маленькому. — Я реальный. Отец выпустил меня вместе с Михаилом из Клетки. И Адама тоже. Помнишь Адама? Скажи ему «привет». Кастиэль! Я настолько реальный и настолько могу разозлиться, что могу и пришибить!       Кас медленно присел на краешек кровати.       — Отец выпустил тебя?! Почему же тогда больше никто об этом не знает?       — Знает Михаил. А вот почему я Домой не пошел… Я за умного тебя держу, попробуй сам догадаться.       Кас с силой потер лицо руками, взъерошил и без того лохматые волосы.       — Михаил знает? И… погодите минутку!       Ангел быстро встал и вышел на улицу.       — Ага, — удовлетворенно сказал Люцифер, — Действие идет по плану. Сиди тут! — Адаму.       Вскочил и бросился вслед за Кастиэлем.       Люцифер догнал Каса уже у машины, ухватил того за плечо — миг, и они стояли на горячем песке. Вокруг ветер гонял перекати-поле, солнце жарило так, что даже Люциферу стало слегка неуютно.       — Нам надо поговорить, братец. Без свидетелей.       Кастиэль отскочил — в руке опять появился ангельский клинок.       — Да ладно! Ты собираешься сделать мне иглоукалывание? Если нет — убери это. Я не ссориться пришел.       — Когда мы виделись в последний раз, ты меня чуть не изжарил!       — Ну-у, вспомнила бабка, как юной была! Вы меня убивать пришли. Я что, должен был сидеть тихо да еще и подсказывать — типа, не так ты убиваешь, неправильно? Кастиэль, приди в себя! У меня есть кое-что, что сможет помочь тебе и твоим собратьям. Я могу вернуть вам крылья!       Кастиэль поперхнулся на полуслове. Выпрямился, но клинок из руки не выпустил.       — Все? Начинаем разговор или ты еще зубочисткой помашешь?       Кастиэль поджал губы, поколебался, но убрал клинок.       — Хорошо. Я тебя слушаю.       Люцифер уселся прямо на песок и пригласительно повел рукой. Кастиэль сел напротив.       — Сегодня ночью я общался с Рахбетом. И попросил достать для меня книгу Лориэлли. Ты вряд ли про нее знаешь. Но когда-то ее написала одна из первородных — вместе с Отцом. Чему посвящена книга — тебе лучше не знать. Но главное — там есть раздел, где описывается ритуал возвращения падшего на небеса. Сейчас этой книгой владеет Кроули. Достать ее будет очень сложно — Рахбета я послал скорее на разведку. Если у него получится, он принесет мне копии тех страниц, на которых описан ритуал.       — Получается, Кроули знает способ возвращения на небеса? — Кастиэль нахмурился. — Ты представляешь, ЧТО он может натв…       — Ничего он не может! Кроули даже названия прочесть не сможет. Эти письмена знают только Отец, я и Габриэль. Даже Уриил и Михаил не были посвящены в эту тайну.       — То есть, сейчас с этим можешь разобраться только ты?       — Хм. Это немножко не моя тайна… Но не только я. Наш великий сластена поможет, если я его попрошу.       Изумление на лице ангела потешило Люцифера.       — Только не говори, что ты не догадывался! Наш Фокусник всегда выкручивался, из всех ситуаций. Вспомни только его периодические ссоры с Кали! — Люцифер мечтательно улыбнулся. — Вот уж, действительно — два сапога пара. Одна обожает скандалы закатывать, а второй обожает их провоцировать! Но к делу. Я уверен, что демон достанет нужное мне. А дальше мне нужно будет, чтобы ты из дома достал некоторые... хм! ингредиенты.       Кастиэль, прищурившись, смотрит мимо плеча Люцифера. Медленно переводит взгляд на архангела.       — Откуда мне знать, что ты честен сейчас со мной? Почему ты взялся за это? И самое главное — почему именно я, а не Михаил?       Люцифер сосредоточенно выкапывает пальцем ямку в песке.       — Резонные вопросы. Я попробую тебе на них ответить, по мере сил. Честен ли я? Прислушайся к себе — и скажи. Я когда-нибудь тебя обманывал? Хоть в чем-нибудь? Недоговаривал? Подставлял?       Кастиэль медленно покачал головой.       — Я не помню такого. Но, как оказалось, я многого не помню.       — Наоми? — догадался Люцифер. — Старушка всегда слишком увлекалась чистотой. Тогда я просто даю свое слово. Не Люцифера — Архангела. Высшего существа.       Люцифер помолчал, пересыпая песок из ладони в ладонь.       — Почему я взялся? Потому что Метатрон — мелкий… я даже не знаю, с кем его сравнить! То, что он сделал с твоими и моими собратьями — недопустимо. Почему Отец не вмешался — я не знаю. Но я хочу, чтобы вы все опять стали свободными, чтобы вы опять смогли летать!       Брови Кастиэля поднялись почти до челки. Он хотел что-то сказать, но в какой-то момент закрыл рот.       — А вот почему ты, а не Михаил? Видишь ли, Михаил слишком заметная фигура, уж извини. И если он начнет туда-сюда мотаться, рано или поздно кто-нибудь особо любопытный задаст вопрос — а зачем и куда так часто отлучается архистратиг. В нынешней ситуации нам этого не нужно. Поэтому я прошу тебя.       Солнце начало клониться к горизонту, почти сжигая все вокруг. Существа все сидели друг против друга. Люцифер строил песочные замки, больше похожие на пирамиды (а попробуй из сухого песка что-нибудь соорудить!), Кастиэль был недвижим.       — Хорошо, — наконец нарушил он молчание. — Допустим, я тебе поверю. Допустим, я достану эти ингредиенты. Но с одним условием, — не обращая внимания на саркастично приподнятую бровь Люцифера, — Я буду в этом участвовать.       — Хо! — Люцифер развел руками, — Не гарантирую. Но понимаю.       — Ты не понял. Если я не буду участвовать, ты не увидишь нужного. Или будешь искать другого собрата для помощи.       Люцифер нехорошо прищурился.       — А ты, я смотрю, смелым стал. Почти таким же, как во времена Вавилона.       Кастиэль выпрямился и уставился глаза в глаза неподвижным испытующим взглядом.       Люцифер помолчал.       — Хорошо. Ты будешь участвовать в обряде. Но гарантий, что после него ты останешься жив — не даю.       Кастиэль скривил рот.       — Думаешь, мне к этому не привыкать? Меня только ленивый в последние несколько лет не пытался убить.       Люцифер встал, стряхнул песок с джинсов, подошел к Кастиэлю и взял того за плечо.

***

      Адам видел в окно, как исчез Люцифер вместе с Касом. Спустя час их еще не было. За это время человек успел обойти комнатку и осмотреться, выйти и погулять снаружи, осмотреть каддилак, вернуться обратно и прочитать местную газетку от корки до корки — вплоть до выпускающих данных. И сейчас Адам дремал.       Появление Люцифера и Кастиэля посреди комнаты было неожиданным — в отличие от ангелов, архангелы крыльями не шуршали… Адам чуть не свалился со стула!       — Спит, голубчик! — Люцифер отпустил Каса и теперь пытался вытряхнуть из одежды песок. Кастиэль стоял посреди комнаты и смотрел на Адама. Человеку стало очень неуютно под этим внимательным взглядом.       — Можно тебя спросить, Адам?       — Можно.       — Почему ты с ним?       Люцифер перестал отряхиваться и с интересом посмотрел на Адама.       — Ну... Честно говоря... Я... Ну, это такая долгая история! — Адам смешался. Потом посмотрел на Люцифера. Тот поднял руки, как бы сдаваясь.       — Да рассказывай, что хочешь! Пойду, кое-что проверю! — быстро вышел из комнаты на улицу.

***

      Люцифера не было примерно около трех часов. За это время Адам успел рассказать Кастиэлю обо всем, что происходило в Клетке — и как Михаил на них отыгрывался, и как Всадник забрал Сэма, и как Люцифер защищал его. Кастиэль слушал молча, странно смотря почти в одну точку над плечом Адама.       Когда Люцифер вернулся, неся небольшой мешочек, пряно и сильно пахнувший какими-то травами, Адам как раз закончил рассказом о происшествии в ресторанчике с Аннет и Германом.       — Ну что, голубки, наговорились? Нам пора.       Кастиэль с готовностью вскочил.       — Нет, Кастиэль. Ты пока нужен здесь. А у нас есть еще пара дел. Я найду тебя, — поднял руку, предупреждая возражения, готовые сорваться с языка ангела, — Ты помнишь — я дал слово Архангела. А оно нерушимо.       Люцифер быстро вышел, подталкивая Адама в спину.       — Но это не значит, что его нельзя обойти, — вполголоса закончил архангел уже за дверью.

***

      Городок был маленьким, и до центральной площади — больше похожей на небольшой сквер — они добрались очень быстро. Прямо напротив здания городского совета была лавка травника, разрисованная затейливыми граффити.       — Видишь эту лавку? Я не могу туда войти — хозяева защитили ее и от меня, и от моих собратьев, и от демонов. Мне нужны следующие травы, — Люцифер протянул Адаму сложенную вчетверо бумажку. — Только проследи, чтобы они были в нужной дозировке.       — А как я это определю?       — Каждого ингредиента надо по три щепотки — поэтому внимательно следи за руками знахаря. Это тот еще ловкач!       Адам опасливо зашел внутрь — после увиденного снаружи он ожидал чего угодно. Но в лавке было просторно, немного сумрачно, тихо, и приятно пахло всевозможными специями.       За прилавком стоял древний старичок-сморчок, одетый в длинный суконный фартук поверх старинного двубортного костюма. Белые как лунь волосы топорщились вокруг черепа как нимб, нос картофелинкой блестел, а неожиданно яркие зеленые глаза лукаво посверкивали из-под кустистых бровей. Старичок внимательно следил за растерянным Адамом, топтущегося у порога.       — Ну, ты заходи, мил-человек. Не выстужай мне тут помещенью! — голос у старичка оказался внезапно звучным, низким. — Чего топчешься? Я не кусаюсь! По средам — точно не кусаюсь.       — А сегодня среда, — растерянно сказал Адам.       Старичок громко расхохотался, вышел из-за прилавка и пригласительно повел рукой.       — Проходи, не бойся. Я свое уже откусал, — смеется, показывая превосходные зубы.       Адам подходит к прилавку, присаживается на грубый табурет и достает бумажку.       — Мне нужно вот это. Всех компонентов по три щепотки.       — Ишь, прыткий какой, — старичок качает головой. — Ну, давай сюда.       Берет бумажку, тщательно шевеля губами, читает список.       — Ага. Угу. Да. Да, все это есть. Стоить это будет всего около 57 долларов.       Адам судорожно роется в карманах, пытаясь вспомнить, а брал ли он кошелек. Фух. Все на месте.       Адам пересчитывает купюры, не забывая при этом поглядывать на продавца. И правильно делает — потому что из очередной кубышки старичок берет не три щепотки, а всего две.       — Кгхм! — Адам привлекает внимание продавца. — Я сказал — по три щепотки!       — У-у-у-у, молодой, да глазастый, — ворчит недовольно старичок, но нужное докладывает. — Вот, держи. Все на месте.       Адам на всякий случай просмотрел все мешочки — по объемам вроде и правда все ровно. Запахи от порошков — странные. Что-то знакомое. А что-то пахло чем-то… он даже не мог определить, на что был похож запах.       Адам протянул деньги старичку. И внезапно тот крепко и жестко ухватил человека за запястье.       — Будь осторожен, человек, — голос изменился, стал свистящим, каркающим. Глаза были уже не зелеными — оранжево-черными. Жуткими.       — Будь осторожен! Не вставай между архангелом и демоном. И не вступай в борьбу с ангелом за архангела. И не пытайся открыть то, что тебе предназначат открыть. Это несет тебе погибель! Только светоносный сможет тебя спасти. Если захочет…       Глаза старика закатились, рука разжалась — и продавец грузно осел на пол. Адам бросился к нему, приподнял, потряхивая.       — Эй! ЭЙ! — растерянно огляделся, дотянулся до стакана с водой и плеснул ей в лицо старичка.       Тот отфыркнулся, утерся, не открывая глаз.       — Ты чего это обливаешь водой! — сердито, но уже прежним голосом, спросил старичок.       — А чего это вы тут сначала сеансы ясновидения устраиваете, а потом полы собой вытираете?       — Сеансы. Оу... — старичок отстранил руки Адама, кряхтя встал. — Понятно. Давненько со мной такого не случалось. Что — сильно напугал, да?       — Да не то, чтобы напугали. Но некомфортно было.       Старичок ухмыльнулся. А потом резко посерьезнел.       — Смотри, парень. Уже не знаю, чего я тут тебе наболтал. Но ты имей в виду — Тень ходит за тобой по пятам. Два раза ты уже выскользнул из-под ее власти. В третий может и не получиться.       Адам криво ухмыльнулся, отсалютовал и быстро вышел из лавки.       Люцифер ждал его на лавочке под раскидистым дубом.       — Достал? Отлично! Теперь нам на…       — Подожди, Люцифер. Я хочу тебя кое о чем спросить.       Люцифер недовольно обернулся.       — Не тяни время, Адам. Нам многое надо успеть! Давай, шевелись. Одно место — и спрашивай потом, сколько хочешь!

***

      Люцифер ухватил Адама за плечо — и они уже в каком-то переулке. Вокруг — ни души. Мусорные кучи, рыскающие кошки и редкий дождик. Люцифер быстро ушел в сторону оживленной улицы, а Адам замешкался. И когда он выскочил на улицу — темная ветровка спутника была уже достаточно далеко. Пока Адам догнал Люцифера, пока отдышался и приноровился к быстрому шагу архангела, они уже были далеко от места прибытия. Не сразу понял человек, что вокруг он слышит не родную речь, а… французский?       — Мы что — во Франции?       — Угу. А точнее — в Париже.       — И что мы тут забыли?       — Мы тут забыли посетить Лувр, — язвительно ответил Люцифер, сворачивая на очередную улицу.       — Лувр?! А… — Адам закрыл рот, наткнувшись на взгляд архангела.       — В этот раз действовать буду я. А ты посидишь где-нибудь с часок, подождешь меня.

***

      Адам остался в небольшой кафешке за пару кварталов до музея.       Заказав себе пару круассанов и большую чашку кофе, он развернул журнал, найденный на столике, и стал тупо разглядывать картинки. Французского он все равно не знал, а комиксы в переводе почти не нуждались.       На ум вдруг пришли слова продавца трав: «Тень ходит за тобой по пятам. Два раза ты уже выскользнул из-под ее власти.» Да. Все правильно — два раза. В первый раз это было, когда его воскресили ангелы, чтобы он заманил Дина в ловушку Захарии. И стал, как выяснилось, «запасной тушкой» Михаила. И второй раз — когда Отец выпустил из Клетки Архангелов и дал ему, простому человеку, еще один шанс. Дал жизнь.       И что значит, «тень ходит за тобой по пятам»? Смерть? Или что-то худшее? Хотя уж что может быть хуже?       Кофе давно остыл, надкусанный круассан так и лежал на блюдце.       — Что, вам не понравилось? — огорченный тонкий голосок над ухом.       — Да нет, все очень вкусно! Просто задумался! — тут до Адама дошло, что с ним разговаривают на его языке. Он развернулся и уперся взглядом в глубокое декольте. Густо покраснел и вскинул глаза.       Девушка-официантка была совсем маленькой, светлые волосы завязаны в пучок, черная майка с тем самым глубоким вырезом, короткая юбчонка и красный фартучек.       И озорные карие глаза.       — Вы ведь американец, да? Вот и я почему-то так и подумала. А мне Григорио говорит — сходи, Хелен, спроси у посетителя, что ему не понравилось. Такое у него в первый раз! Чтобы кто-то не доел!       Адам со смехом вскинул руки.       — Сдаюсь! Я подлый человек! Я правда задумался! Но и выпечка, и кофе у вас — бесподобны!       В доказательство он быстро засунул в рот остатки выпечки и длинным глотком выпил кофе.       — Фот! Фитите? — с набитым ртом спросил он.       Хелен улыбнулась и присела напротив.       — Все, теперь Григорио успокоится.       Помолчала, давая Адаму возможность проглотить то, что он пытался разжевать.       — Вы тут надолго? — кокетливо спросила девушка.       — Нет, мы тут проездом, — честно ответил Адам.       — Жаль! А то я бы устроила вам экскурсию. А кто еще с вами тут?       — Мой дядя. Он сейчас по делам отошел, а потом мы встречаемся и едем дальше.       — А куда вы направляетесь?       — В Англию, — ляпнул первое, что пришло в голову Адам. Расспросы девушки вдруг его насторожили.       — Здорово! А я вот в Англии никогда не б…       — ХЕЛЕН! — громой окрик от прилавка заставил вздрогнуть всех присутствующих. — Тащи сюда свою роскошную задницу! Потом поболтаешь!       Хелен улыбнулась и упорхнула вглубь кафешки. Адам перевел дух и посмотрел на часы — прошло уже больше двух часов, а Люцифера не было.       Мимо по улочке промчалось несколько полицейских машин, взливая сиреной и взблескивая мигалками. Адам напрягся. Хлопнула входная дверь — Люцифер быстрым шагом подходил к его столику.       — Ну что, заждался? Давай, пошли. Нам пора.       Они быстро вышли на улицу и свернули в глухой тупик за кафе.       — Стар я стал, хватку потерял. Заметили меня охранники, — сокрушенно сказал Люцифер. — Лица они, конечно, не разглядели… Но все равно неловко как-то получилось!       Не сбавляя шаг, Люцифер ухватил Адам за предплечье…       Хелен выскочила вслед за так понравившимся ей молодым человеком, с такими грустными и неожиданно древними глазами. Она даже отмазку нашла — дескать, журнал он забыл. Увидела, как парень сворачивает в тупик, вслед за своим спутником. Она добежала до угла, уже открыла рот, чтобы радостно сказать «А вот, вы забыли!» и застыла — в тупике было пусто!

***

      Место, где они оказались не поддавалось описанию — нечто среднее между гротом и дремучим лесом.       — Мы в Шотландии, — ответил на незаданный вопрос Люцифер. — Далеко в горах. Тут мне кое-что нужно. А заодно я готов теперь ответить на твои вопросы.       Адам открыл рот, закрыл. Вопросов накопилось много — и все они рвались наружу одновременно.       Люцифер усмехнулся.       — Ладно. Кратко просто скажу — мы собираем ингредиенты для заклинания, которое вернет ангелам крылья. И откроет небеса.       — А что, это возможно?!       — Теоретически. Пробовали всего один раз — когда в мирах были только первородные. Тогда закончилось все… не очень хорошо. Заклинание подредактировали, но испытать случая не было. Так что я буду ставить эксперимент.       — Это же опасно! А если мы, вместо того, чтобы вернуть ангелам свободу, поубиваем их?       — Дух убить сложно. Фактически невозможно. Максимум, что может случиться — я потеряю это тело. Надолго.       — И много их, этих ингредиентов?       — Около полусотни. Мы собрали около сорока компонентов. Здесь мы найдем… Собственно, уже нашли! — Люцифер наклонился и из-под ноги Адама выдернул невзрачную травку. — Пастушья сумка, выросшая без почвы и света. Вот. Теперь у нас есть почти все составляющие. Остальное — дело Кастиэля.       — И, когда Кастиэль принесет тебе эти составляющие, ты произнесешь заклин...       — Да нет, прыткий человек. Собрать составляющие и прочесть непонятные слова сможет и человек. Тут есть несколько тонкостей… Но тебе их знать ни к чему. Даже если поймешь — воспользоваться не сможешь. Тут нужна первородная сущность.       Адам кивнул — он мало что понял. Но его вдруг охватил азарт. Оказаться среди тех, кто вернет ангелов на небо! Это же потрясающе! Даже если он после этого проживет недолго.       — А что ты взял в Лувре, что они так переполошились?       — О! Самый пустяк! Кое-какую деталь от древней мумии. Она ему уже не нужна точно, а нам пригодится. А сноровку-то я потерял, — сокрушенно добавил Люцифер, не обращая внимания на вытаращенные глаза Адама, — надо же, какие глазастые — заметили! Так. Теперь остается ждать. Пока Рахбет выполнит приказ и когда Кастиэль доберется до недостающего. Ну что, какие планы? Мы можем махнуть позагорать. Или попробовать эти самые — как ты их называл — су-ши? А можем на все плюнуть и ничего не выдумывать. Вернемся к Аннет, побудем там пару недель. — Архангел лукаво посмотрел на человека. — Она тебе ведь понравилась, я же вижу.       Почему-то Адам даже не смутился.       — Она славная. Добрая, светлая, мягкая — да что я тебе рассказываю! Ты же сам нас прекрасно видишь.       — Вижу. И вот до сих пор этого не понимаю. У меня иногда создается странное ощущение, что наш Отец задумал и сделал всех вас не до конца. Неполными. Вы всю жизнь — как это называется? — ищете свои половинки. И когда находите... Я не понимаю, как вы можете годами жить рядом друг с другом — из года в год стареть, раздражать своими привычками и манерами. Может, ты мне объяснишь?       Адам задумался.       — Вряд ли я смогу тебе объяснить. Ведь моя мама всю жизнь была одна. У нее случалось несколько романов — но близко она никого к себе не подпускала. Думаю, что отца она любила по-настоящему. Если бы она могла, она бы его не отпустила.       — Вот! — Люцифер поднял палец. — Вот объясни. Для вас любовь зачастую означает держать другого человека настолько близко к себе, что он, бедолага, даже вздохнуть толком не может! Пить пиво с друзьями? Нет, у тебя есть жена. Поехать в поход? Только с женой! Или сиди дома! Это разве нормально? И это при том, что вы все прямо в голос кричите о своей независимости и свободе!       Адам ухмыльнулся.       — Это ты сейчас прямо анекдот пересказал! А на самом деле все несколько не так прямолинейно. Я могу тебе рассказать о своих наблюдениях — когда был мальчишкой. У моих друзей родители были разные. Но все они друг друга любили, это я точно знаю. У друга детства родители были в точности такими, как ты описываешь. Мама Роберта держала своего мужа на коротком поводке, никуда не отпускала — а тот и рад был. А что — и одет, и обут, и накормлен, и ночью явно не мерзнет. А в результате, когда я видел их в последний раз, у мистера Перскео была астма, язва и больное сердце. Но и все равно он и миссис Перскео ходили везде вместе, держась за руки, как подростки!       Люцифер присел на поваленное сухое дерево, внимательно слушая Адама.       — А вот у другого моего приятеля родители были — огонь! Миссис Ротреску была венгеркой, причем наполовину цыганкой. Ух, какая она была! Ее везде было много! — Адам рассмеялся, — Толстая, громогласная, вспыльчивая. Когда она ругалась с отцом Джонни — мистером Ротреску — в доме не оставалось ни одной целой тарелки! За их счет наша лавчонка в конце улицы всегда была при деле. Но при этом и она, и он друг за друга всегда были горой. А уж Джонни облизывали со всех сторон, как будто он был потомком царей. Хотя кто их, цыган этих, знает.       А у одноклассницы Линны мама умерла спустя неделю после смерти мужа. Он долго с раком боролся, но чуда они не дождались. И ее мама просто однажды утром не проснулась. Хотя была здорова, врачи потом удивлялись. Бабушка Линны говорила, что она просто не смогла жить без человека, которого любила с первой встречи… А ты говоришь — раздражать. Ну да, есть и такие. Которые сначала влюблены, а потом рождаются дети и они вместе уже по привычке. А по мне — пусть лучше расходятся! Пусть ребенок или дети живут без папы или мамы, но живут в мире! — Адам и сам не понял, почему так распалился. Может быть, странно светящийся взгляд Люцифера его подначивал. Или затаенные эмоции вдруг выплеснулись. — Ты же знаешь, Джон не был мне отцом — настоящим, я имею в виду. Да, лет до пятнадцати я его ждал, каждый его приезд был и для мамы, и для меня радость. А кто может сказать, что бы произошло, если бы он стал с нами жить? Да еще и Дина с Сэмом привел, а? Да мы с Дином бы поубивали друг друга в первую же неделю!       Адам сел и отдышался.       — Давай на сегодня закроем эту тему, хорошо? Меня понесло не туда. Но если ты захочешь, мы сможем продолжить в другой раз. И у меня вопрос — мы решили остаться тут или все-таки двинем куда-нибудь? Тут становится холодновато!       Люцифер вместо ответа крепко схватил Адама за плечо — и они уже опять стоят на склоне горы — в том же самом месте, где были буквально несколько дней назад. Только сейчас вовсю сияло солнце, подтапливая верхний слой снега. Адам сделал шаг и тут же почти по пояс провалился в какую-то яму. Люцифер вытащил его как котенка — за шкирку — и пошел первым. Адам обратил внимание, что ноги архангела погружаются в снег на несколько сантиметров, тогда как он проваливался в снег почти до колена.       Когда они добрались до дороги, Адам думал только об огне камина и горячем гроге.       Выбравшись на твердую поверхность, Адам приободрился — до ресторанчика рукой подать, минут пятнадцать-двадцать и они на месте.

***

      Они уже проходили мимо портовой конторы, когда мимо с воем проехало несколько пожарных машин. У Адама вдруг сжалось сердце — от плохого предчувствия. Он взглянул на Люцифера. Тот стоял на месте, прищурив глаза и сжав губы в узкую полоску.       — Бенни? Аннет?! — Адам не произнес слов, только подумал — а Люцифер уже быстрым шагом шел по улице в сторону ресторанчика.       Повернув за угол, Адам увидел здание заведения… Точнее — то, что им когда-то было.       Сейчас столб огня поднимался так высоко, что его можно было увидеть из-за высокой колокольни церкви, стоявшей рядом. Странно, что они не увидели огонь с горы…       Адам рванулся было, но Люцифер схватил его за руки.       — Стой! Уже поздно — нельзя! Нельзя.       — Аннет! НЕТ!       Адам рвался как бешеный, но архангел его встряхнул как кутенка.       — Успокойся! Я не чувствую их там! Их там нет — сейчас, по крайней мере!       До Адама не сразу дошли слова Люцифера.       — Нет? Они... погибли?       Люцифер принюхался, как большой растрепанный пес, и покачал головой.       — Нет. Я не чую их среди мертвых. Но и среди живых — тоже. Слабо. Странно как!       Архангел вдруг зарычал, как дикий зверь, отбросил Адама в сторону — тот отлетел в бок пожарной машины, не удержался на ногах и упал — и опрометью бросился к горящему зданию.       Пожарники попытались его остановить, но не успели. Миг — и фигура скрылась в стене огня. По улице прошла волна восклицаний и вздохов.       Чья-то крепкая рука потянула Адама вверх. Подняв взгляд, Адам увидел крепкую, низкорослую женщину.       — Вставай, мальчик. Нам сейчас понадобится твоя помощь.       — Кто вы?       — Я — Роузи Доусон. Ведунья. Ну, ведьма, если тебе так привычнее. И не бледней мне тут! — прикрикнула Роузи, — Можно подумать, впервые ведьму видишь!       — В-в-вобще-то да, впервые.       — Ну так смотри быстрее — есть у тебя пара секунд. А потом соберись. Он сейчас выйдет.

***

      Огонь Люциферу не был помехой. Он вообще любил пламя — оно его слушалось, как щенок. Вот и сейчас огонь послушно раздвинулся, раскрывая почерневший зал. Люцифер остановился посередине зала, закрыл глаза и прислушался. Еле-еле слышные звуки из-под ног. Даже он услышал с трудом — а уж люди вовек бы его не заметили.       Люцифер поднял руки и, сильно размахнувшись, вдарил кулаками в пол. Доски не выдержали и проломились, открывая лаз в подпол. Там Бенни обычно хранил бочонки с пивом и всякие колбасы.       Люцифер легко спрыгнул вниз, огляделся. В углу, скорчившись, лежало два тела. Связанных. У Аннет была разодрана одежда, лицо в крови, а Бенни был избит до полусмерти, без сознания.       Девушка подняла голову, увидела Люцифера и безмолвно закричала.       — Тихо, тихо. Теперь все хорошо. Теперь все в порядке. Сейчас я вас отсюда вытащу!       Люцифер одним движением разорвал толстые веревки на людях. Поднял Аннет на ноги и, сняв с себя куртку, накинул ей на плечи — за время, проведенное среди людей, он понял, что их естественная нагота вызывает у них стыд. Почему — с этим он разберется попозже…       — Ты можешь идти? — дождался кивка. — Отлично. Пошли. Огня не бойся — он ничего нам не сделает.       Архангел взвалил на плечо бесчувственного Бенни и свободной рукой подтолкнул Аннет к лестнице, ведущей на улицу.       — Давай скорее. Огонь уже почти закончил свою работу. Я бы не хотел ловить головой балки!       Аннет бросилась к выходу. Перед самой дверью Люцифер ухватил девушку за предплечье.       — Кто? — страшным, свистящим голосом. — Герман? — увидел слезы, сощурил глаза и развернул девушку опять к дверям.       Их появление из люка погреба произвело фурор. К спасшимся тут же бросились медики.       Люцифер отмахнулся от медбрата и нашел глазами Адама, который пытался пробиться через толпу.       — Оставайся с ними. Я скоро.       — Стой! Ты куда?       — Да так, есть одно дело. Кое-кто не понимает с первого и даже со второго раза. — глаза архангела жутко полыхнули синим пламенем. — Зато прекрасно поймет с третьего!       Развернулся и пропал в толпе.       Адам озадаченно покачал головой. Архангел — а так распалился!

***

      Люцифер парил высоко над городом, высматривая отпечаток тех мерзостных душонок, которых он почувствовал в подвале. Молниевые крылья, развернутые во всю мощь, охватывали почти весь небосвод.       Он нашел их быстро, на другой окраине городка, в грязном притоне. Вся компания, во главе с Германом, лихо пили виски, громко ржали и смаковали детали нападения и поджога.       — Видел, как я этого старика-хиляка! Одним ударом в нирвану! Слабоват оказался старикашка!       — А ты видел, как извивалась эта девка? Ух, хороша! Я б еще раз ее навестил, да на подольше!       Герман слушал и ухмыляясь отправлял в глотку стопку за стопку.       Люцифер невидимо стоял за дверью, слыша каждое слово и закипая все больше. На плечо вдруг легла рука — Люцифер перехватил кисть и резко развернулся.       — Братишка, тебе не кажется, что размазанные люди по мостовой — это неэстетично?       Сзади стоял, ухмыляясь, Габриэль. Но глаза были серьезными.       — Пусти Фокусника поразвлечься — а то он как-то в последнее время заскучал. А вдвоем мы с тобой тут сейчас устроим этим крысам настоящее шоу. Навечное шоу! — Габриэль больше не ухмылялся.       — Ты-то чего полез? Ладно я, хотя я и сам не понял, почему меня это зацепило.       — Грубишь, Люци. Нехорошо-с! А почему полез? Ты тут сейчас Армагеддец устроишь местных масштабов, Михаила привлечешь. А потом подтянутся остальные. Знаешь, какой шухер поднимется? А мы с тобой сейчас, — приобнял Люцифера за плечи, — Устроим Армагеддец только этим соплям.       Помолчал.       — А если Михаил тебя поймает — кто будет возвращать крылья нашим братьям? Я один не потяну — ты и сам это знаешь.       Люцифер прикрыл глаза, глубоко вдохнул морозный воздух. Как это ни печально — но Габриэль прав. Привлекать к себе внимание небесной братии, да еще из-за сборища нелюдей, совсем не стоило.       — Ты прав. Все. Я спокоен. — открыл глаза, — Ну, давай. Посвяти меня в план твоей игры.       Габриэль нехорошо улыбнулся, сверкнув глазами.

***

      Герман уже порядочно набрался, а его дружки все не унимались. В какой-то момент хозяин притона просто поставил перед ними несколько бутылок и ушел в подсобку, чтобы не нарваться. Налив себе очередную стопку, Герман вдруг краем глаза заметил движение у двери.       — Эй! Харэ трепаться! Посмотрите, кого там принесло! — он толкнул сидящего рядом парня. Тот, ворча, поднялся, нетвердо покачиваясь на ногах, и по зигзагу поплелся к двери.       — Эй! Дедок! Ты здесь чего забыл? Вали, покуда ноги цела-а-а-а-а-а-а-а-а-а!       Страшный крик обрушился на компанию — и смолк, как отрезанный. Все вскочили на ноги, загрохотали стулья. У дверей никого не было. Только странный темный след уходил под закрытую створку.       Герман почувствовал, как волосы шевелятся на голове. Хмельная одурь прошла, как рукой сняло. Все стояли тихо, выпучив глаза.       — Ч-ч-что это было? — Герман требовательно посмотрел на своих собутыльников. — Я вас спрашиваю — это что за хрень?!       Парни смотрели на Германа пустыми испуганными глазами.       — Языки, что ль, проглотили?! Эй! Тони! Заканчивай шутки шутить! Это не смешно!       В ответ — могильная тишина.       — Босс, — тихо, наклоняясь к уху, сказал один из парней. — Ты ничего не замечаешь? Слишком тихо! Это что — облава? Как они так быстро догадались?       — Нет, это не облава, — Герман медленно вышел из-за стола. — При облаве копы не умеют тишину соблюдать. Нейт, позови хозяина!       Щуплый паренек метнулся в сторону подсобки и подергал дверь.       — Хозяин! Эй! — блеющим от страха голосом позвал он. — Эй! Открывай! Босс!       Герман выругался, подскочил к двери дернул на себя ручку изо всех сил, взвыв от боли в руках — гипсовые лубки даже как будто хрустнули. Дверь затрещала, хлипкий замок не выдержал и сломался. Дверь распахнулась. Вся компания застыла, разинув рты — за дверью обнаружилась бетонная стена. Спустя минуту кто-то из ребят подбежал к окну, сдернул жалюзи и заорал дурным голосом — за окном не было больше привычного вида старого кирпичного заводика. А была красная пустыня с черными песками и пламенными гейзерами.       Герман прижался к стеклу, пытаясь уложить в голове увиденное.       От двери раздался сдавленный вскрик. Герман обернулся — Нейт держал в руке что-то небольшое, темное, капающее красным. Палец?!       Герман отшатнулся, а кого-то, судя по звукам за спиной, стошнило.       За дверью вдруг завыло, застучало, стены заходили ходуном. Все заметались и заорали, натыкаясь друг на друга и на мебель.       Внезапно установившаяся тишина напугала, наверное, еще больше, чем шум. Все замерли. Дверь медленно бесшумно открылась — на пороге фигура, подсвеченная красным и синим, за спиной — пелена молний. Очередная вспышка осветила лицо, оскаленное, страшное.       Герману вдруг почудилось что-то знакомое в этом оскале. Человек медленно вошел в помещение, остановился посередине.       — Ты кто? — истерично взвизгнул Нейт.       Человек протянул руку, медленно сжимая пальцы. Парень захрипел-забился, царапая горло и закатывая глаза.       — ТЫ?! — Герман наконец-то узнал человека. Тот самый, который сломал ему руки!       — Ну все! Конец котенку! — заорал Герман, бросаясь на Люцифера. — Ребята! Он один! Неужели вы все струсите?!       Громила бросился вперед и будто на стену наткнулся. Его отбросило назад. Вся компания раздалась в стороны, стараясь не попадать под взгляд страшного человека. Нейт, все еще на ногах, выглядел так, будто его подвесили. Руки безжизненно висели вдоль тела, глаза закатились так, что стали белыми, на губах пузырилась серая пена, почти скрывавшая распухший язык. Люцифер разжал пальцы — тело тяжело и глухо обвалилось на пол.       Обвел всех взглядом, в котором плескался адский огонь.       — Ну что, оказывается вы не такие смелые, какими тут хвалились. — голос хриплый, низкий, от него мурашки идут по коже и волосы ледяной волной поднимаются. — Всемером на двух слабых людей. Верх героизма. Хвалю.       Люцифер медленно три раза хлопает в ладоши.       — Молодцы. Заслужили высшую награду.       Делает паузу.       — Что ж вы не хотите узнать — какую награду, м?       Тишина в ответ.       Люцифер склонят голову к плечу и жутко усмехается. Разводит руки в стороны и резко их опускает. Стены бесшумно осыпаются пылью на черный песок, вспыхивают синим пламенем.       Люди застывают неподвижно, на лицах безграничный ужас.       — Это неправда. Это не на самом деле. Это глюки. Это нереально. Мне это сниа-а-а-а-а-а-а-а-а, — Герман с воплем отскакивает от языков синего пламени, обжегшего ноги. — НЕ НАДО!       Одним шагом Люцифер преодолевает расстояние до Германа и хватает его за отвороты куртки.       — А она ведь тоже молила тебя «НЕ НАДО»! — разъяренно шипит он прямо в лицо Герману. — Ведь молила? И без голоса можно исходить криком!       Люцифер швыряет Германа наземь.       — А вы, герои! Тоже слышали, как она умоляла остановиться? Нет? Ну, теперь вы будете слышать это до конца своих дней!       Громовой раскат и тоненькая фигурка, окруженная всполохами молний. В разодранном платье, распущенные волосы закрывают лицо. Тонкий плач заполняет все пространство, режет уши. Мужчины валятся на песок, зажимая уши руками.       — Нет! Не надо! Пожалуйста, НЕ НАДО!!!       Синий огонь добирается до скрюченных тел — и вспыхивает ярко, взвиваясь к самому красному небу…

***

      — Ну что? Скажи, так ведь гораздо интереснее, чем просто и без изысков размазать по стенкам? — Габриэль стоит за правым плечом Люцифера, наблюдая за корчащимися на деревянном полу телами.       — Знаешь, почему я пришел в такую ярость? Эти... люди очень похожи на мой единственный неудачный эксперимент. Демонов. Причем в самом худшем их качестве.       Габриэль цепко смотрит на брата, но ничего не говорит. Прищелкивает пальцами — и притон пуст. Из кладовки осторожно выглядывает хозяин и облегченно переводит дух. Ушли ребята и слава богам! Все, что архангелы проделали с компанией, он просто не увидел.       Германа и его компанию нашли только через несколько дней в старом лесу у плотины. Все были безумны, бродили кругами, что-то бормоча и начиная дико орать, если кто-то до них дотрагивался. Нейт перестал разговаривать, не реагировал ни на какие раздражители, став овощем.       А Герман… Он больше никогда не мог видеть женщин — каждая женщина в его воспаленном мозгу трансформировалась в хрупкую фигурку в лохмотьях, объятую синим пламенем и молниями.