Strange Birds.

Терпение, испытываешь моё терпение. Если я для тебя всё слишком усложнил, тебе следовало это изменить...

Ее разбудил настойчивый стук в двери. И хотя Фелиция еще не успела до конца пробудиться и очнуться от расплывающихся картинок сновидения, что окутывали ее сознание, в комнату уже вошла гувернантка, что поспешила тут же распахнуть шторы и впустить внутрь утренний свет. - Фелиция, пора вставать, твой отец уже ждет тебя за завтраком, и сказать честно, он перебывает не в лучшем расположении духа после вчерашнего, - сказала женщина невысокого роста по имени Сара. Она была как бы домоводом в огромном доме Донованов, и, конечно, знала, что, по всей вероятности отец Фелиции не был счастлив вчера вечером. - Отлично просто. Знала ведь, что просыпаться не стоило, - пробурчала Фелиция, скидывая с себя пуховое одеяло. - Надеюсь, все пройдет не слишком плохо. Он просто переживает за тебя и хочет поговорить о вашем доверии и твоих обязательствах. - Ага, и еще раз напомнить, что я в каком-то роде узница у собственного отца, в собственном доме, - закатила глаза девушка. - Не преувеличивай. Это касается безопасности, ты же знаешь. - Это касается отсутствия личной жизни. Ему все равно, как всегда, - сказала Фелиция, пропадая за дверью ванной комнаты. Она спустилась на первый этаж в большую комнату, что звалась столовой и села на свое место за столом напротив отца. Тут же Фелиция опустила взгляд на тарелку с овсяной кашей, так и не взглянув в глаза мистеру Доновану, что всем своим видом показывал беспокойство. И хотя его взгляд был тревожным, внешне он выглядел весьма интеллигентно. Белая рубашка с синим атласным галстуком, зачесанные назад седоватые волосы, густые брови и заметные морщины на лице, которые предавали ему еще более важного вида. - Неужели я должен начинать этот разговор так, словно, разговариваю с тобой пятилетней? – вздохнул Маркус Донован. - Хуже, когда ты себя ведешь так, словно мне пять, - устало молвила Фелиция, перебирая ложкой кашу. - Ты знаешь, что я не могу следить за всем вокруг и единственное, о чем я просил – это довериться мне, и не покидать дом по вечерам в напряженное для меня время, связанное с работой. - То есть я должна отказаться от своей жизни, потому что тебе так угодно и что-то у тебя там не складывается? Но чьи это проблемы?! Я устала от этого. Мне скоро восемнадцать, а я будто под прицелом нахожусь все время и нет возможности свободно вздохнуть! - Фелиция, выслушай меня, - мистер Донован пытался сохранять спокойствие к дочери как можно дольше. – Я меньше всего хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Меня и моих людей может не быть рядом, но зато тех, кто пытается причинить зло мне и боль тебе слишком много вокруг и я должен тебя защищать. - Тебе не было дела до меня сквозь свою работу. Именно поэтому мы потеряли маму, ты не заботился и не волновался. А теперь что? - А теперь я не хочу потерять тебя. Но ты пренебрегаешь моими приказами сидеть дома после девяти. - А приказы к дочери – это нормально? – русоволосая теряла терпение, и огонь внутри уже разжигался. - Фелиция! Я не намерен спорить с тобой, и не позволю, чтобы ты спорила со мной. Но я скажу, что твоя безопасность для меня превыше всего и да, я в курсе, как тебе это не нравится и сколько раз об этом поднималась тема, но я окончательно решил, что теперь у тебя будет телохранитель и будет он с тобой всегда и всюду. - Что? – ошарашено переспросила девушка. – Нет! Мы ведь договаривались о личном пространстве, которое никто нарушать не будет! - Но так вышло, что ты для себя его и нарушила. Это больше не обсуждается. - Твои псы не будут ходить за мной всюду! – Фелиция подскочила из-за стола. - Я просил так не называть мою охрану, но ладно, я и не собирался их тебе ставить. На примете есть кое-кто другой. Она сглотнула и посмотрела отцу в глаза: - Знаешь, я всегда чувствовала к тебе тотальное непонимание, но теперь мне хочется закричать о том, как я ненавижу тебя. Девушка бросилась вон из комнаты, забирая телефон со стола. - Фелиция! Куда ты собралась? – Донован вышел из столовой. - В школу, папа! И я иду сама, пока у меня есть еще возможность передвигаться самостоятельно без чьего-либо присутствия рядом, словно тени, и дыхания в спину, словно маньяка! Как только двери за Фелицией захлопнулись, двое охранников, что стояли наготове идти за ней, посмотрели на ее отца с ожиданием команды. (Ну и чем же они были не похожи на собак?) - Мне нужно досье того парня на моем столе сегодня до обеда. И желательно найти его и иметь возможность привести ко мне. Нужно решить эту проблему и быть спокойным хотя бы за Фелицию. Работать, парни. *** «Было приятно провести с тобой вечер, хоть нас прервали на самом интересном», Фелиция прошлась глазами по сообщению еще несколько раз, потом посмотрела в окно трамвая. Она ведь и не вспомнила со вчера о симпатичном парне Луи, который нравился ей уже не первую неделю. Хотя осознала она это совсем недавно для себя. На уроках между ними проскальзывал «этот» взгляд, а разговоры в школьных коридорах не обходились без участи румянца. Иногда бывали совместные встречи на вечеринках и касания руками, будто кто-то кого-то случайно задел, но напряжение при виде парня присутствовало внутри у Донован, и этого нельзя было игнорировать. И обоим было понятно, что искра между ними летает давно и настойчиво, но опять же оба ни к чему не приходили с этим. Фелиция долго думала, что ответить Луи на его сообщение, по дороге в школу, но оказавшись возле центральной двери, вдруг решила, что скажет ему о том же при встрече. В холле девушку уже поджидала Талия, готовая поделиться кучей новостей, которые были для Фелиции, скажем так, не совсем важной частью ее жизни, но определенно без этого не обходилось ни одно утро у подруг в школе. - Как ты? – улыбнулась Фелиция. - Переживала, куда ты вчера пропала. Но потом встретила одинокого и грустного Луи, сказавшего, что ты уехала домой, - грустно вздохнула Талия. - Я не уехала, меня почти похитили эти бесполезные идиоты, что работают на отца и портят мою жизнь вместе с ним. В общем, имела я что слушать сегодня утром, - Фелиция открыла свой шкафчик и нагребла в портфель пару тройку тетрадей и книгу. - И что он сказал? - Ничего полезного или нужного. Всего лишь то, что будет и дальше продолжать меня терроризировать еще хуже, чем до этого, - в завершении слов, стукнув злостно железной дверцей. - Брось, он так только говорит. Все будет путем. Смотри, а вот и тот, кто сделает твой день лучше. Все, я исчезаю. Как только Талия проскользнула мимо Фелиции, тут же возник улыбающийся Луи. - Ты получила смс? – спросил он хрипловатым голосом, от которого у девушки невольно прошлись мурашки. - Да и собиралась ответить тебе, что мне тоже понравилась наша совместная часть того вечера, - пожала плечами Фелиция. - Так может ты не будешь против повторить? Что ты делаешь после школы? Разумеется, ответ последовал не сразу. Замявшись, девушка задумалась и прошла через себя, чтобы ответить: - Мне жаль, но я сегодня занята домашней работой. Возможно в другой раз? – с надеждой Фелиция посмотрела на парня. - О, ну хорошо, как только тебе станет удобно, сообщи мне. Она лишь кивнула, утопив свою улыбку взглядом в пол. Фелиция сама не понимала, почему отказалась с ним от встречи, ведь ей было явно не до домашней работы и других забот тоже не было. Но казалось, что рисковать вот-вот расцветавшим их с Луи отношениям лучше не надо, тем более, когда не знаешь, с какого угла на тебя могут напасть и где этот расцвет может закончиться. Пока этот непримечательный школьный день подходил к концу, Фелиция хотела иметь возможность расслабиться и наведаться в бассейн, в который записалась на год вперед, но не посещала уже месяц. Но сегодня настроение оказалось подходящее и так хотелось не думать ни о чем, особенно об отце, который сумел добиться своего и испортить для начала настроение, а потом приняться и за личную жизнь. Фелиция никогда не влезала в бизнес отца и не знала точно, чем он занимается. Но было чувство, что если бы она знала, ни к чему хорошему это бы не привело. Она понимала единственную вещь, что все не было так просто и чисто в его делах, а ее мама умерла именно по ошибке отца. Быть может, со временем и миришься с такой потерей, прожив сотни бесполезных, пустых дней, но ты не забываешь, как это случилось, и кто стал тому виной. И пока запах хлорки прокрадывался внутрь вместе с теплой водой по телу, Фелиция погружалась ко дну, задерживая дыхание. Раньше это было чем-то, вроде хобби и Донован могла задержать дыхание до четырех минут, теперь же ее едва хватало на две. Но поскольку ни о каких соревнованиях речь не шла, русоволосая время от времени приходила в бассейн по вечерам и старалась забыть о терзающих мыслях, о которых особо не поделишься даже с Талией. *** Гарри Стайлс сидел в просторном кабинете, обставленным в черно-белых цветах. Он понимал, что сейчас, сидя напротив человека, с которым лучше не встревать в конфликт, стоит беспокоиться о вещах важнее, чем о белоснежном ковре, по которому он ерзал ногами. Перед ним, сложив руки в замок за столом, сидел человек, с которым у Гарри не сложились идеальные деловые отношения. Более того, возможно, в этот момент решалось продолжаться им, или пистолет, лежащий в ящике справа, все-таки выстрелит раньше времени. Тим Ребел, кареглазый брюнет, поглаживая рукой густую щетину, задумчиво терзал взглядом шатена, что сидел перед ним, запрокинув ногу на ногу, и постукивал пальцами по поверхности деревянного стола. Между ними образовалась длительная пауза, когда их разговор о долге, что предстояло отдавать Гарри, зашел в тупик. - Когда мы успели стать такими, Гарри? Скажи мне, - Тим наклонился чуть вперед, всматриваясь в зеленые глаза Стайлса. – Так долго мы шли плечо к плечу, были почти что лучшими друзьями, а теперь так много в твоей жизни зависит от меня, учитывая и саму твою жизнь. - Мы не были друзьями никогда. Если ты называешь другом то дерьмо, которым ты был всегда, то лучше закончить на этом, - отрезал Гарри. - Не говори так, ты ведь знаешь, что я всегда был готов тебе помочь, и я помогал, - Ребел откинулся назад на кожаном кресле, - Наивно шел на встречу давнему другу Гарри, чтобы потом получить от него нож в спину… - Ножи в спину раздаешь ты, Ребел. И не только ножи, и не только спинам врагов, правда? – он поднял голову, просверлив презрительным взглядом брюнета. На что Тим лишь пожал плечами, разведя руки: - Я отдаю людям то, что они заслужили за то, чего не сделали, будучи в уговоре со мной. Не думал, что об этом пойдет речь с тобой. Но я устал ждать. Где мои деньги? - его стул продолжал покачиваться из стороны в сторону. - Наверное, там, где и товар. Думаешь, тебя одного обманули? Мне меньше всего хотелось брать от тебя эти чертовы двадцать тысяч, чтобы просто взять и свалить по-тихому. - О, умоляю, не нужно этих бредней. У тебя были мои деньги и товар, что тоже должен был оказаться у меня. Но мальчишку обманули и забрали все, ничего не дав? Серьезно?! - Я не буду повторять по сто раз, как все было. Но мне не было никакой выгоды намахивать тебя. - Теперь мне все равно, - Ребел встал из-за стола и подошел к окну, засунув руки в карманы. Он пристально смотрел вниз на столицу Англии, пробегая глазами по проезжающим машинам и проходящих мимо людей. – Я ведь дал последний срок на то, чтобы мирно разойтись. Но если этого оказалось мало, это уже не моя забота. Я не привык ждать и не привык прощать. Ты знаешь, как это может кончиться для тебя. Он обернулся и глянул на Гарри, что все еще неподвижно сидел в кресле, не дергаясь, чтобы наружу не прошло и дюйма его тревоги. - Но я по-прежнему не могу принимать тебя за врага. И я готов дать тебе еще времени, чтобы заладить это «недоразумение». Найди деньги за две недели и, может быть, никто не пострадает. - Может быть? – переспросил Стайлс. - Для тебя я смогу подождать. Но я не сказал, что смогу простить. - Если тебе, Ребел, хочется поиграть на моих нервах, то мне все равно, что будет со мной. Просто не впутывай в это дело кого-либо, кого это не касается. Ты знаешь, что я имею в виду. - Я ничего не делаю. Своими отсрочками ты сам ставишь в небезопасное положение своих близких. - Пошел ты, - он сорвался на ноги, опрокинув стул. - Встретимся за две недели, Гарольд.