День и ночь

Репетиционная база «Хонто». Наутро после концерта в «Рифф Холле» Ровно в 9 утра дверь студии скрипнула, и уже знакомая музыкантам фигура появилась на пороге. Майк выглядел совсем не похожим на того, кто вчера буквально взорвал «Рифф холл». Заколотые в хвост волосы, свободные брюки, куртка с глубоким капюшоном - он явно делал все, чтобы его не узнали. - У студии толпа поклонников, - сказал он вместо приветствия, сдергивая с шеи шарф. - Половина кричит: «Верните Найта!». Другую половину все устраивает, и они пришли поддержать новый состав. Надеюсь, Джонсон примет меры. Не хотелось бы, чтобы они устроили побоище. - Уже выяснили, где ты живешь? - В голосе Ричи не было сочувствия, скорее, интерес. Майк покачал головой. Рекс хохотнул. - Вопрос времени. Некоторые из них могут быть весьма настойчивыми, знаешь ли! - Буду настороже, - отозвался вокалист. - Что ж. - Ричи поднялся и не спеша прошелся по комнате. - Предлагаю такой план: Анжела должна принести новую песню, разучим ее. Потом сделаем работу над ошибками по следам вчерашнего концерта - а их было предостаточно, хотя все отработали даже больше чем на максимум. Остальные кивнули. - А, и еще, - вспомнил гитарист. - Джонсон менеджера нам нашел. Тот обещал сегодня зайти познакомиться. - Наконец-то, - проворчал Кевин. - Я уж думал, кому-то из нас придется этим заняться. - Да ты два и два не сложишь, - прыснул Рекс. - Хватит, - Бен вмешался раньше, чем ударник встал из-за установки. - Пошутили и будет. Надо работать. Дверь снова хлопнула, и на пороге появилась Анжела с листком бумаги и флешкой. - Вместо вокала клавиши, - предупредила она и водрузила бумагу на пюпитр. А потом подошла к компьютеру и запустила трек. Майк встал у пюпитра и погрузился в слова. Остальные музыканты застыли в ожидании. Мелодия не заставила себя ждать. Легкая и лиричная вначале она нарастала, чтобы обрушиться крещендо и уйти в воздушное соло, застывшее где-то на границе неба и земли. Молчание длилось чуть дольше, чем сама песня. Первым высказался Ричи. - Неожиданно, - было его первым впечатлением. - Я не буду слишком банальным, если скажу, что это непохоже на все то, что ты сочиняла до этого? Не тяжелее, не легче, просто другое. - Я бы немного поменял здесь, и... - начал Рекс, и они углубились в дебри нотоплетения. С чем-то Анжела соглашалась, где-то - яростно спорила. Трек медленно разбирался на кусочки, что-то менялось на ходу, что-то просто повторялось-наигрывалось, разучивалось. Рабочий процесс кипел, и только спустя какое-то время ребята вспомнили о существовании еще одного члена команды. - Эй! - Кевин окликнул вокалиста. - Что-то ты притих совсем. Что скажешь? Майк так и стоял на том же месте, пристально изучая бумагу. - Слова в коде, на кульминации, никуда не годятся, - наконец высказался он. В комнате повисла гробовая тишина. Ребята зажмурились в ожидании бури. - Он не знал! - Кевин замахал руками, выскакивая перед Анжелой. И повернулся к Майку, вполголоса поясняя: - Нельзя критиковать слова! Все что угодно, только не слова! - Почему? - поинтересовался Майк. - Потому что Анжела спокойно относится к критике музыки, но стихи - другое дело! Они с Крисом за каждую букву тут дрались, я не преувеличиваю! - Это глупо. - Майк передернул плечами. - Если слова и музыка не подходят друг другу, их нужно переделывать, а не заботиться о душевном здоровье каждого из нас. А тут очевидно лишние - вот эти строки, - он ткнул пальцем в бумагу. - Что-то имеешь против стихов? Дэй поднял голову. Да, было от чего вздрогнуть - перед ним стояла фурия в человеческом обличии. Казалось, еще чуть-чуть - и он получит как минимум затрещину. - Ну выскажись! - бросила она ему. - Что, текст слишком сопливый на твой вкус, что ты эту лабуду петь не будешь? - И в мыслях не было. - Майк спокойно смотрел на разгневанную девушку, словно сталкивался с таким сплошь и рядом. Он подошел к компьютеру и двинул трек в нужную ему точку. - Я объясню. - Майк словно не замечал кипящей Анжелы. - Слушай. Я спою мелодию. Просто мелодию, без слов, вот этот фрагмент. Высокий голос взвился воздушным змеем. Майк удержал ноту с несколько мгновений и двинулся выше, усиливая давление. Когда он затих, ребята из группы выдохнули. Они и не заметили, как задержали дыхание, слушая своего вокалиста. - А теперь послушай, что получится с этими строками. Майк разогнался точно так же, но сейчас мелодия словно крушилась неудачным сочетанием букв, ей не хватило силы – неудобные согласные убили всю красоту кульминации. В студии воцарилось молчание. Анжела подошла к листку со словами в полной тишине и сдернула его с пюпитра. - Я поняла, - тихо сказала она и выскользнула за дверь. Секунду спустя дверь скрипнула еще раз - Майк вышел вслед за Анжелой. Кевин воздел глаза к потолку и простонал: - Что-то меняется, а что-то нет. Кто бы ни был у нас вокалистом, он будет ругаться с Анжелой. - По крайней мере в его словах, в отличие от Криса, был резон, - сказал Бен. - Ладно, их дело ругаться, наше - репетировать, - усмехнулся Рекс. - Поехали! *** Майк шел на звуки музыки. Мелодия с громкостью «фортиссимо» не давала ему усомниться - Анжела была за этой дверью. Он осторожно потянул за ручку и застыл на пороге, ошарашенный стеной звука. Яростная, стремительная фортепьянная музыка буквально разрезала пространство. Майк не мог сказать, слышал ли он ее раньше, или это была импровизация. Басы сменились высокими нотами - знакомый переход, типичный для песен Анжелы, как он уже успел заметить. «Значит, ее музыка». Майк взял стул и осторожно присел рядом, справа. - Прости, если мои слова прозвучали грубо. - Его пальцы, пробежав по клавишам, беззастенчиво вмешались в импровизацию. - Это ты меня прости. - Анжела вновь добавила басов, уходя ниже. Майк продолжал свою высокую партитуру. Странное дело - они не сговаривались, но в их музыке не было дисгармонии. Хотя и единым целым ее было трудно назвать. - Я отвыкла от конструктивной критики слов, - призналась она. - Крис... он критиковал жанр, легкость, романтичность песен. Ему хотелось тяжелее, мрачнее - но для него единственным способом было угодить, лишь только, если бы этот самодовольный ублюдок писал сам. - Музыка скатилась на совсем низкие ноты. - Я... - Подбородок ее дрогнул. - Похоже, только сейчас я поняла, насколько мало уделяла внимание тому, чтобы музыка сочеталась с текстом. Чтобы слова пелись. Майк остановился. - Каждому необходим взгляд со стороны. Новый вызов, новый спор, новые испытания. - Не переживай, - заключил он. - Еще немного усилий, и это станет отличной песней. - Правда? - В ее голосе сквозила надежда. Тонкие пальчики пробежались по клавишам, почти касаясь рук Майка. - Правда, - подтвердил Дэй и взял финальный аккорд. И не удержался от вопроса: - С Найтом всегда так сложно работалось? Анжела помотала головой. - Мы с ним всегда спорили, это правда. Ребята вечно шутили по этому поводу - как кошка с собакой. Порой это было чертовски утомительно, а порой - до колик весело. Главное, мы оба чувствовали одно и то же. Это была любовь к тому, что мы делаем. Она закусила губу. - Я не знаю точно, когда все сломалось. Когда мы... решили, что дружбы мало... нет, позже, наверное. У нас был тяжелый тур. Очень долгий, нам казалось, что он никогда не закончится. Кто-то стал выпивать, кто-то цеплял девочек, чтобы отвлечься... А у Криса просто пропал блеск в глазах, когда он выходил на сцену. Он совсем перестал сочинять. Я думала - пройдет. Приедем, отдохнем, и он станет прежним. Но этого не случилось. Она задумчиво нажала «до» и проехалась пальцем по клавише, снизу вверх. - Он стал капризным и раздражительным. Большим капризным ребенком, который только и думал, как вывести остальных из равновесия. - Лучше бы он ушел со сцены прямо тогда, - прошептала она, отпуская руку. С некоторое время они сидели молча. Майк - не зная, что сказать, и Анжела - просто переводя дух. - А ты? - наконец повернулась она к нему. - Сочиняешь музыку? Или, может, слова? Вокалист покачал головой и криво усмехнулся. - Пытался. Если долго сидел за инструментом, рано или поздно что-то начинало получаться. Но мои песни были слишком обычными, чтобы запомниться. Анжела помотала головой. - В этом вся проблема. Музыка, - мечтательно произнесла она и провела рукой по клавишам снизу вверх, - это импровизация, порыв. Ты чувствуешь нечто - сейчас, в это самое мгновение - и оно находит выход в виде нот. Пусть всего нескольких, но это - уже начало. - Тебе легко говорить, - проворчал Майк. - Когда-нибудь ты поймешь меня. - Она поднялась со своего места и хлопнула крышкой фортепиано. Сделала несколько шагов к двери и обернулась к замешкавшемуся Дэю. - Мы будем ссориться, будем мириться, но прошу - пусть никогда не случится так, что ты станешь равнодушным к музыке, к нашей группе, как Крис, идет? И ты... ведь не бросишь нас? - это прозвучало так по-детски, что что-то внутри Майка дрогнуло. - Не брошу. - Дэй кивнул. Это было тем обещанием, которое он мог выполнить. *** Едва они успели вернуться обратно в комнату - как дверь хлопнула снова, и на пороге застыло нечто. Майк скользнул взглядом по тому, что когда-то было чистой белой рубашкой и дорогим строгим костюмом, и сочувственно покачал головой. - Похоже, те ребята не угомонились. - Это просто... у меня слов нет! - высказалось нечто, поправляя чудом зависшие на кончике носа и потому уцелевшие очки. - Я всего лишь вежливо попросил пропустить их менеджера группы, и... Кевин закашлялся, прерывая монолог. Даже вечно спокойный Бен выглядел удивленно. - Что за... Какого такого менеджера? - Рекс парой не слишком вежливых слов очень точно описал реакцию всех членов команды на слова вошедшего. - Плакса Эндрю? - Анжела, было спрятавшаяся за спиной у Майка, вышла вперед, с удивлением разглядывая парня. - Плакса? - Ричи хихикнул. Эндрю вздернул подбородок и перехватил портфель, пытаясь казаться солидным. - Эндрю Макгиллан, - представился он. - Ваш новый менеджер. - Рукав поправь... или дорви уж, он на ниточке болтается, - предложил Ричи и снова зашелся смехом. Во взгляде «менеджера» на собственную одежду читалось отвращение. Осторожно, двумя пальцами, он рванул оставшуюся часть рукава, превращая рубашку в худо-бедно нормально выглядящую майку. И тут ж отступил - Рекс подошел к нему, пристально разглядывая сверху вниз. - Это ты наш менеджер? - спросил бас-гитарист. - Ты, козявка? - Рекс сделал несколько шагов вперед, и парень сжался. Но тем не менее за порог так и не выскочил. - Надеюсь, мы сработаемся, - почти пискнул Эндрю. Рекс гоготнул и хлопнул парня по плечу. -А может и сработаемся! Нужно быть сумасшедшим, чтобы полезть через толпу фанатов к группе, назвавшись ее менеджером. Это мне нравится! - Это было ошибкой с моей стороны. - Эндрю поправил очки. - Но в любом случае толпы больше нет. Я вызвал дополнительную охрану. Она быстро убедила поклонников разойтись. - Неплохо. - Ричи кивнул. - Может из тебя и правда выйдет толк. Ты ведь помощник Джонсона? Я тебя уже видел. Менеджер кивнул. - Да, мистер Джонсон попросил меня поработать с вашей командой. Он обвел глазами комнату: Рекс одобрительно кивал; Кевин вылез из-за установки, чтобы быть поближе к эпицентру событий; Ричи и Бен одинаково нейтрально мерили его взглядом; Майк поднял бровь, все еще продолжая изучать наряд Макгиллана. Лишь на лице Анжелы, сложившей руки на груди, читалось явное неудовольствие. Но она молчала. Эндрю кашлянул и открыл портфель. - Мне немного удалось отсрочить общение с прессой, - объявил он. - Понятное дело, публика хочет узнать все подробности о тебе, Майк. Дэй кивнул. - Я настоял на том, что группа должна работать, - продолжил Эндрю. - В следующие две недели у вас будет два выступления. Залы небольшие, времени между концертами будет достаточно, так что сможете нормально сыграться. Если поклонники будут чересчур доставать - свяжитесь со мной. - Макгиллан раздал всем визитки. - Организую охрану. Надеюсь, до этого не дойдет, - едва слышно выдохнул он. - Еще через две недели, пятнадцатого сентября, в среду, у вас интервью в формате ток-шоу. На передачу зовут Дэя. - И правильно, пусть отдувается! - высказался Ричи. И, поймав на себе недовольные взгляды участников группы, объяснил: - Сколько интервью нам за Криса давать пришлось! Так пускай хоть теперь вокалист поработает! - Найт будет вторым гостем, - как ни в чем не бывало продолжал Эндрю. - Что он там делает? - в один голос спросили Бен и Кевин. - Все логично, - нарушила тишину Анжела. - Это же лакмусовая бумажка для журналистов. Майк Дэй и Крис Найт. Стареющий кумир и восходящая звезда, занявшая его место. Я могла бы, не сходя с места, придумать десяток вопросов, которых хватит, чтобы довести Криса до белого каления. Думаю, поклонники будут в восторге. - Ну, - Эндрю замялся. - Попробуем обойтись без рукоприкладства. На сегодня это все новости. Зайду, как появится что-то новое. И, пригладив волосы, тоже пострадавшие от фанатов, взял под мышку портфель и был таков. - Ну все, перерыв! - замахал руками Рекс. - Это точно надо переварить. Пойду, перекурю, раз уж фанаты разбежались. - Я с тобой. - Ричи положил гитару и быстрым шагом догнал бас-гитариста. - Эй, меня забыли! - Кевин опрометью кинулся за ними, точно боясь, что его оставят в комнате с остальными. Бен пожал плечами и остался подстраивать инструмент. Из-за стены, оказавшейся на удивление тонкой, доносился удаляющийся басок Рекса. - Вокалист-зануда, истеричная композиторша и вот теперь еще менеджер-плакса - хорошая компания подбирается! У тебя точно нет пары сотен тысяч, чтобы откупиться? Майк поднял голову, ожидая бури от Анжелы. Но та лишь только хихикнула. - Балбес-здоровяк. Сколько в одной группе, а все те же шуточки. *** Частная клиника доктора Брауна. Пять недель спустя - Что-то долго, - пожаловался Майк, заскучавший в кресле. - Мне надо быть на ток-шоу сегодня вечером. Может, на днях зайду, обсудим результаты? Все ведь по-старому, рекомендации те же? Обязательно распеваться перед выступлениями, не перенапрягаться, не переохлаждаться... - Подожди. - Браун вышел из-за ширмы, рассматривая снимки. Нахмуренная складка на лбу не спешила распрямляться. - Пару вопросов, - произнес он и поднял голову, посмотрев на Майка. Тот кивнул. - Насколько правильно ты поешь? Распеваешься как следует перед репетициями и концертами, не перенапрягаешь горло больше положенного? Дэй кивнул. - Правильнее некуда. Все по-классике, как учили. У меня никогда с этим проблем не было, эти навыки сидят еще со школы. Браун нахмурился. - Плохо. Майк удивленно посмотрел на него. -То есть как это может быть плохо? Хирург сел в соседнее кресло и прочистил горло. -У меня не очень хорошие новости. И протянул Майку снимок. Тот осторожно взял его, стараясь заставить пальцы не дрожать. Тим ткнул пальцем в середину снимка. - Смотри, вот здесь. И здесь. Это намек на узелки. Микроскопические. Но это означает, что твой организм не выдерживает нагрузки концертов. Я говорил, что это экспериментальная операция, что возможно все. Так вот - это все случилось, Майк. Их не было всего несколько недель назад. Слишком быстро они начали появляться. А дальше будет хуже. Дэй выругался. - Что это значит? - Значит, мне не удалось исправить все, предусмотреть все последствия, - пояснил Тим. - Сейчас оперировать рано. Надо будет понаблюдать еще, посмотреть динамику, попробовать лекарства. Если так будет продолжаться - наступит день, когда ты снова не сможешь петь. И как я уже говорил - вторая операция, скорее всего, похоронит твой голос. - Черт. - Майк сжал снимок, комкая бумагу. - Сколько у меня есть? - Полгода. Может год, - отозвался Браун. - Если сейчас уйдешь со сцены, не будешь петь, то возможно операции удастся избежать. Я поговорю с Полом. Он встал с кресла, готовый взять трубку телефона. - Нет! - Майк остановил его. - Я буду петь, - процедил Дэй сквозь зубы. - Чего бы мне это ни стоило. Я не могу уйти сейчас! Рука Брауна опустилась. Внутри него боролись два человека - медик, готовый на все, лишь бы помочь своему пациенту и... кто-то еще, тот, кто понимал чувства Майка. Тим тяжело вздохнул, теребя бороду. - Ты хоть понимаешь, на что ты заставляешь меня идти? - задал он вопрос, особо не рассчитывая получить ответ. И, подумав еще с минуту, сказал: - Я подберу тебе лекарства. Они немного замедлят процесс. Не перенапрягай горло. И ни в коем случае не простужайся. Дэй вскочил. Будто бы где-то внутри него завели часы с механизмом, начавшим отсчет. Полгода. Он не мог тратить свое драгоценное время. - Я зайду через пару дней. - Его голос был хриплым, и дверь за ним хлопнула явно сильнее, чем требовалось. Он не помнил дороги домой, не помнил дороги до телестудии. В голове пульсировала лишь одна мысль: «Черт. Почему? Почему сейчас?» Когда у него была группа? Когда он только собрал свою жизнь воедино? Когда он пообещал... пообещал Анжеле? - Это наказание? За тот неверный выбор? - прошептал он, подставив лицо уже холодеющему осеннему ветру. Тот не ответил, а лишь задул сильнее. И Майк побежал вслед за ним. *** Студия телевидения Грейсвит-сити. Ток-шоу «Звезды и музыка». - А теперь – наш второй гость! – объявил вечно радостный телеведущий. Крис недовольно нахмурился при слове «второй». - Давай-давай. - Хлопнул его по плечу Джек. – Только умоляю, без скандала! Их и так у нас слишком много было в последнее время! День «Х» настал. Они дожили до злосчастного ток-шоу. Крис еще больше нахмурился и кинул в рот жвачку. Сунул руки в карманы, ссутулился… и вот в таком неприглядном виде ступил вперед, под прожекторы. Сразу же то тут, то там захлопали вспышки. Темноволосый вокалист еле удержался от того, чтобы не прищуриться. «Как им только не надоедает» – устало подумал он. - Крррис Найт! – воскликнул ведущий, и студия разразилась громкими аплодисментами. Крис с любопытством огляделся. Вокруг все хлопали. Девушки в первых рядах скалились в белоснежных улыбках, являя миру ровные одинаковые зубки. Кто-то подальше развернул плакат «Крис Найт – лучший!», кто-то задорно присвистнул. Все как обычно. Пустота. Найт разочаровано вздохнул. Надо как-то пережить этот вечер. И потом – концерты, гастроли, отпуск – куда угодно, только подальше от этого города. Он перевел свой взгляд на площадку. Ведущий хлопал вместе с остальными, придерживая микрофон, своей улыбкой ничем не уступая тем беснующимся девицам. Каштановые волосы были аккуратно уложены, галстук – завязан ровно и четко, а в глазах застыло наигранное выражение восторга. Крис почувствовал, что начинает заводиться. Он перевел свой взгляд дальше и наткнулся на него. Единственного человека, не разделявшего всеобщей истерии. Тот сидел в кожаном кресле, наблюдая за происходящим как за большим странным цирком. Словно трехлетний ребенок, которому рассказывали про представления, но который не понял ни общего смысла, ни зачем большим взрослым дядям корчить рожи, скакать друг через друга и мучить животных. Глаза Криса сощурились. Раздражение, которое только начинало наклевываться, сейчас достигло своего апогея и буквально клекотало, готовое вырваться при первом удобном моменте. Майк Дэй. Человек, лишивший его репертуара в тридцать четыре композиции. Отобравший у него львиную долю поклонников и контрактов. Тот, о ком говорили как о его преемнике. Кто был, по их словам, моложе, красивее, талантливее, чем он сам. Крис думал, что ему будет все равно. Что он давно перерос всю эту мишуру: контракты, поклонников, эту чушь собачью. Он думал, что сможет спокойно смотреть на этого Майка Дэя, который и имя-то умудрился сделать под стать его собственному! Но сейчас, глядя на эти идиотские длинные светлые волосы, на это смазливое личико, Крис понял, что просто не может больше терпеть. И лишь осознание того, что его все равно оттащат от Дэя в тот же миг, как Найт попытается ударить сопляка, удерживало от сомнительных действий. Майк смотрел на него холодно и спокойно. Так смотрят на какую-то вещь, не представляющую особого интереса, но с которой придется поработать некоторое время. - Садитесь, мистер Найт, - тем временем поймал краем уха Крис реплику ведущего, и, уцепившись за нее, как за спасительный круг, пытаясь окончательно не озвереть, сел в соседнее с Дэем кресло. На его вкус оно было расположено слишком близко. Лучшим вариантом стало, будь кресло на другом конце студии, а лучше - даже в другой галактике. Он наконец-то соизволил поприветствовать аудиторию кивком и легким взмахом руки, полностью игнорируя Дэя. Тот тоже не спешил тянуть ему руку. Появление Найта смогло выдернуть Майка из того оцепенения, в котором он находился после клиники. Впервые он видел Криса Найта на расстоянии вытянутой руки. Неужели это был тот, чья музыка в свое время так полюбилась Майку, кумир миллионов? «Нет, - признал про себя Дэй, - И близко нет». Когда он впервые увидел Найта на экране, тот сам был почти мальчишкой. Ярким задорным мальчишкой, страстно любившим музыку. Энергия, исходившая от него, чувствовалась даже в тех видео не слишком хорошего качества, что Дэю довелось увидеть. Сейчас же перед ним сидел незнакомец. Мужчина, в чьих жестах сейчас читались лишь лень и высокомерие; с первыми признаками морщин на лице. Майк слишком часто по жизни встречал таких людей. Живущих только ради своего удовольствия. В одного из них однажды превратился Рик. И на краткий миг - всего на одно мгновение до натянутой улыбки - Дэй не смог сдержать гримасы отвращения. Ведущий приподнял бровь. Это было интересно. Похоже, эти двое взаправду оказались врагами. Тем лучше, а при нужном выборе вопросов он сможет получить отличный результат. Хитро улыбнувшись, телеведущий выбрал из карточек вопросов вариант «агрессивный». - Мистер Найт, - обратился он к темноволосому вокалисту. – Все вокруг только и говорят о конфликте со студией «Хонто»… - Конфликт исчерпан. Неустойка выплачена, извинения принесены, - монотонным голосом перебил его Крис, не поднимая головы. Ведущий кивнул. Итак, Найт продолжал действовать в своем репертуаре. «Это моя студия, мои правила игры. Не думай, что тебе удастся так просто уйти», - подумал ведущий. И повернулся к Дэю. - Мистер Дэй, вам, напротив, Хонто предложил очень выгодный контракт. Это правда? Светловолосый кивнул. - Да, условия были весьма и весьма щедрыми. Концертный тур по двум континентам, запись двух альбомов. Я и моя группа были очень довольны. Крис сжал зубы. В его группе только ленивый не намекнул, каким он был идиотом, поссорившись с «Хонто», и даже не по одному разу. «Неблагодарные ублюдки, не будь той ссоры, вас бы здесь вообще не оказалось», - подумал он. - Вернемся к вам, мистер Найт. Какие у вас творческие планы? Говорят, через пару месяцев вы собираетесь выпустить новый альбом, – не сдавался ведущий. Крис пришпилил его взглядом точно надоедливую мошку. - Пока это закрытая информация, - сдержано ответил он и скрестил руки перед собой. Ведущий кивнул. Найт был крепким орешком – многие репортеры жаловались на непростой характер певца и то, насколько сложно разговорить его на интервью. Теперь он видел все воочию. - С одной стороны, у вас очень разные, но с другой - очень похожие жанры, - начал он. – У вас, мистер Дэй, поп на грани рока, а у вас, мистер Найт, рок на грани попа. - Никто не смеет называть мои произведения попсой! – не выдержав, рявкнул Крис. Стоящий у сцены Джек обреченно простонал, потирая виски. Майк тем временем продолжал благостно улыбаться. - Так изначально было задумано, - ответил он открыто и приветливо, в противоположность Крису. – В наших песнях есть и лирическая составляющая, и звуковая мощь. Мне нравится это сочетание. Крис уже открыл рот, чтобы добавить что-нибудь ехидное, но чуть ли не подпрыгиваюший за кулисами Джек показал ему кулак – только попробуй, идиот! – и желание сразу куда-то пропало. - Мистер Найт. - Слова ведущего вновь привлекли внимание музыканта. – От вас ушел автор песен. Что вы собираетесь теперь делать? «Он что, так и будет весь вечер спрашивать обо всех моих неприятностях?» – мысленно простонал Крис. Но вслух – кулак Джека все еще стоял перед его глазами - подбирая самые приличные выражения, ответил: - Да, у нас был определенный конфликт. Но он исчерпан, и мы выпустим новый альбом в планируемые сроки. - Это означает, что вы помирились? – настаивал ведущий. - Нет. - Крис снова скрестил руки и как следует закусил жвачку во рту. – Это означает, что мы выпустим альбом в срок. Он поймал на себе скептический взгляд блондинистого. В глазах того читалось ехидное:«Как же, попробуй!» Крис нахмурился. Вопросы тем временем продолжали сыпаться. Личная жизнь, стычки с полицией и соседями. Ведущий, казалось, вытащил всю подноготную. Майк Дэй продолжал улыбаться – еще бы, его ни о чем таком не спрашивали! Только один раз ведущий задал по-настоящему неудобный вопрос Дэю, от чего даже у этого спокойного как удав хлыща на мгновение сжались кулаки. - Поговорим о свободном времени, - предложил он Майку и протянул журнал с фотографией. - Клуб «Рассвет», вас видели там на прошлой неделе. А между тем у этого заведения есть репутация... в определенных кругах. Гей-кругах. Как вы прокомментируете этот факт, Майк? «Так ты еще и пидор. - В глазах Криса появилась пораженная усмешка, которая поспешила опуститься и на его губы. – Я так и думал! Ведь по манерам – женщина женщиной!» Еще одна мысль внезапно прыгнула в его голову: «Постой-ка, «Рассвет»... Помню, Кев о нем говорил. Так что, он тоже из этой братии?» - Я бы предпочел не комментировать эти слухи, - просто ответил светловолосый вокалист. Он не продемонстрировал заинтересованности: не наклонился, не протянул руку, чтобы взять журнал, - все выглядело так, будто бы тот был грязным, и Майк не желал к нему прикасаться. - И все же? – не отступал ведущий. Крис, не сдерживаясь, буквально крякнул от восторга: «Молодец, дави его!» - Я не считаю, что личная жизнь музыканта должна быть достоянием общественности. – Взгляд Дэя был острым и холодным. - Мы говорим о музыке. Остальное вас не касается. Ведущий кивнул, раздосадовано понимая, что Дэй завел его в тупик. Крис разочаровано выдохнул: «Маленький гордый педик с собственным кодексом чести. С таким же дружком-барабанщиком». Взгляд его скользнул на изящные пальцы, на каскад светлых волос, выгодно оттенявших голубые глаза. «До чего докатилась моя группа», - подумал Найт. - Что ж, пришло время для маленького сюрприза. Только для наших зрителей и только сегодня мистер Найт и мистер Дэй споют вместе! Голосование велось две недели, и мы с гордостью готовы представить результаты. Согласно им наши любимцы споют… - взял театральную паузу ведущий и углубился в белоснежный лист бумаги. – Песню «Замок ночи»! Крис вздрогнул как громом пораженный. Из всех вещей, которые Найт пел, он никогда не думал, что выберут именно эту. Эта песня была другой, отличной от всего его репертуара. Он прекрасно помнил, как написал ее – еще бы, она была одной из немногих, строки для которой писала не Анжела, а он сам. В тот день они гуляли в пригородах Баварии, и Крис увидел красивейший замок в горах, запрятанный высоко в облаках. Прекрасный днем, ночью он создавал пугающее впечатление. Крис многое бы отдал, чтобы переночевать там, но времени добраться до тех высот не оставалось: их группа должна была уезжать в тот день. Те годы… каким наивным, глупым он был тогда! Песня про замок написалась сама, в одну ночь. Странная вещь, она излучала одновременно столько света и столько тьмы, что Найт боялся ее петь. На редком концерте поклонники могли заставить его исполнить эту песню. И теперь, здесь и сейчас, разделить ее, часть его души, с этим ничтожеством?! Неслыханно! Крис было открыл рот, чтобы возразить, но его взгляд столкнулся с глазами Джека. «Не смей!» – прочитал он по губам. - После рекламной паузы ждите выступления Криса Найта и Майка Дэя! – объявил ведущий. Пять минут. Пять минут до того момента, как ему придется петь дуэтом с совершенно незнакомым певцом. Чувство, уже давно забытое, которое он не испытывал с момента, как ушел из хора старой доброй школы, пронзило его. Он… боялся. Что же делать? Как всегда в таких ситуациях, Крис решил скрыть все грубостью. - Слова-то знаешь? – Повернулся он к светловолосому вокалисту. – Или будешь под фанеру петь? Большие голубые глаза уставились на него. В них сквозила злость. - А сам-то не забыл? И вытянешь ли такую партию – голос-то у тебя уже не тот: весь прокурен и пропит, - усмехнулся Майк. - Я писал эту песню, маленький гаденыш, - не выдержав, прорычал в ответ Крис. – Думаешь, я не в состоянии спеть собственное детище? - Я сомневаюсь, что ты вообще еще на что-то способен. - Пожал плечами светловолосый парень. – Ты выглядишь как сорокалетний старик. Тебе надо было уходить еще два года назад. Ты уже даже не знаешь, что петь. Весь талант вышел из тебя. Вокруг сновали туда-сюда люди, декорирующие сцену, но оба певца слишком увлеклись спором, чтобы замечать хоть кого-то вокруг. - Да чтобы какой-то маленький педик меня жизни учил! – Крис схватил Майка за шиворот с четким намерением вмазать тому хорошенько. Он даже успел замахнуться, как вдруг рядом с ними, как джин из бутылки, возник телеведущий. - Пятисекундная готовность! – сказал он. - Черт! - прорычал Крис, отпуская блондина. - Четыре! Три! Два! Один! – Отсчет прошел быстро, а Крис все еще продолжал ругаться вполголоса. Его трясло от ярости. Этот парень… да он его просто ненавидел! Но музыка, чудесная музыка, первые ноты которой прозвенели в его голове в темной баварской ночи, уже звала за собой, сметая все разногласия. «Не сейчас», - решил Крис. Пение было для него всем. Каким бы легкомысленным он не был, но когда звучала музыка, его музыка, он не мог не петь. «Но кто начнет, а кто продолжит? – затрепыхалась в его голове другая предательская мысль. – Мы даже не договорились». А проигрыш тем временем заканчивался. Крис крепче ухватил микрофон. «Глупо будет, если начнем мы оба, или же наоборот, пропустим первое слово». Он не мог этого допустить. И потому как всегда, резко, бездумно рванулся в этот бой, как в омут с головой бросился. Слова срывались с губ так легко, будто бы он пел эту песню только вчера. На третьей строчке к его голосу присоединился другой, и Крис вздрогнул от неожиданности. Он слышал Дэя не в первый раз, но лишь сейчас так близко. Светловолосый умело вплел свой более высокий голос так, чтобы песня звучала еще романтичнее. Ни единой фальшивой ноты – будто бы они пели вместе уже давным-давно. Печальная история спящей принцессы сейчас показалась Крису наивной. Неужели это он сам сочинил такое? Да, он помнил причину – неразделенная любовь. Красавица Сьюзи, которая предпочла статного адвоката невзрачному музыканту Крису, без перспектив на будущее. «Небось, сейчас кусает локти», - ехидно подумал темноволосый музыкант, красиво развернувшись и вызвав новую бурю восторга у своих поклонниц, которые теперь только что не подвизгивали от радости. Каждая из них считала, что он поет только для нее. Майк усмехнулся на этот жест. «Красуешься значит? Ну смотри у меня!» – И неожиданно поднял голос еще на пару тонов выше. Крис чуть было микрофон из рук не выпустил. Изменение октавы выглядело красиво со стороны, да и звучало потрясающе, но это застало его настолько врасплох, что он чуть было не дал петуха. Поправившись – нет, не привык он петь с кем-то, это точно – он пропустил пару строчек, пытаясь приноровиться к манере исполнения Дэя. Конечно, просто ему, с его-то высоким голосом! А Найт чувствовал, очень хорошо чувствовал в этот момент, что ему не хватает диапазона. Прокуренное горло давало о себе знать. «Ну ублюдок, ну мерзавец, я тебя! – мысленно прокричал Крис, сжимая кулаки. – Как же тебе отомстить, как же?» Глаза его прищурились, как у тигра в ожидании прыжка, в то время как мозг лихорадочно искал решение. Которое пришло неожиданно просто, в виде нового последнего куплета. Крис усмехнулся. Ничего нет хуже, чем во время песни менять текст. «А как ты с этим справишься, маленький воришка?» Его голова уже давно отвыкла оттого, чтобы выдумать что-то сложнее четверостишья. Еще бы – ведь он знал наверняка – для сочинительства нужны сильные эмоции, а любовь к Сьюзи схлынула много лет назад. А больше он влюбиться не смог. Но ведь ненависть тоже может сойти за сильное чувство, ведь так? В оригинале песня заканчивалась позитивным обещанием, о появлении рыцаря и спасении принцессы. Неужели тогда он действительно во все это верил? Идиот. Это надо было исправить. Да, и причем срочно. Майк вздрогнул и закрыл рот, когда после проигрыша с губ темноволосого вокалиста соскользнули совсем другие слова. В них сквозила боль, одиночество, обещание – но лишь обещание того, что утро над замком не наступит, и он навсегда останется скрытым тьмой вместе со своей обитательницей. Крис сделал сильный упор на последние слова, растянув мотив в гордом одиночестве – блондин не посмел присоединиться. Не посмел! В то время как сердце Найта плясало радостную польку, он не видел, какое впечатление произвели эти строки на окружающих. Они прозвучали подобно удару хлыста. Зал замер, замер и сам Майк. От такой жестокости, неправильности. Для всех, но только не для Криса – он считал этот финал верным. Да, точно, только сейчас он понял, что именно это и есть правда. Без любви есть только вечность, бессмертие, беспамятство. Глупо на что-то надеяться или верить. То тут, то там раздались хлопки. Сначала редкие, одиночные, но секундами спустя их хлынула уже лавина. Люди отходили, пытались принять этот его взгляд на жизнь. Это было не просто. А Крис, махнув рукой, скрылся за кулисами, оставив овации Майку. На сегодня с Найта хватило. А Майк так и стоял столбом, освещенный ярким светом прожекторов. Съемки закончились, народ начал расходиться. Кто-то из осветителей, пройдя, толкнул его, и только тогда Дэй медленно начал приходить в себя. На губах его заиграла грустная улыбка. Найт… глядя на его последние выступления он думал, что видит лишь пустоту, оболочку без содержания. Поэтому Майк без сожаления занял его место, не считая достойным этой музыки. Возможно он ошибался. Тот человек, чья музыка так поразила его восемь лет тому назад, все-таки еще был здесь. Жесткий, побитый жизнью, но был жив. Эта боль, это одиночество… Как похоже оно было на то, что он увидел в мутных водах городской реки не далее чем год тому назад. *** Крис сидел в баре студии почему-то обиженный на все человечество. Это интервью… оно что-то всколыхнуло в нем. Он боялся признаваться себе, боялся сказать, что, возможно, Дэй был прав. Он, Крис Найт, уже списанный продукт. В свои тридцать два он не мог сравниться со сладкоголосой попсовой звездой. «Сладкоголосой? И это я такое только что подумал?» – Он недоверчиво помотал головой, а затем снова погрузился в напиток, констатируя: «Совсем с ума сошел». - Заливаешь горе? – раздался знакомый насмешливый голос за спиной. Крис обернулся. Майк Дэй во всем своем великолепии гордо прошествовал через весь бар и приземлился на сидение рядом с ним. - Проваливай, - процедил Крис, придвигая к себе стакан с виски, будто бы боясь, что блондин станет его отнимать. Светлая бровь поднялась. - Это общественное место. - Майк продолжал улыбаться, словно следуя неписанному правилу шоу-бизнеса: «Улыбайтесь, это всех бесит». – Я сижу, где хочу. - Отлично. - Найт залпом выпил виски и направился к выходу. - Эй, подожди! – Дэй двинулся было за ним, но чуть не потерял равновесие, вовремя ухватившись за стул. «Неужто тоже набрался?» - удивился Найт и прибавил шаг. Но так раздражающий его парень не отставал. Спустя несколько минут старший вокалист, тяжело дыша, сдался. - Чего тебе надо? – спросил он. Из-под светлой челки на него устремился непокорный взор голубых глаз. - Я хочу понять. - Тыкнул в его сторону пальцем Дэй. – Почему ты так ненавидишь меня? Крис фыркнул. - Ненавижу? Много чести, маленький педик! Ты для меня пустое место. Губы Майка сжались в тонкую линию. - Вот как. - К тому же не я это начал. - Экс-вокалист «Ночи» уставился в потолок. Они стояли в пустом коридоре, ведущем в сторону парковки. – Не я воровал чужие песни. Не я копировал стиль. - Ты так считаешь? – Майк посмотрел на него как на редкое животное. – Это не твои песни. Ты лишь ими пользовался. – Он подчеркнул последнее слово. – Я исполняю их лучше, - добавил Дэй. Крис устало вздохнул. Ему надоели идиотские споры. И, похоже, выпитое начало действовать – в голове заклубился туман. Больше всего на свете ему сейчас хотелось доползти до дома, грохнуться в кровать и валяться там по меньшей мере месяц. Поэтому, что бы ни говорил этот Дэй… - Мне плевать. Плевать на все, что ты говоришь или еще скажешь. Вор остается вором. Закончим этот бессмысленный разговор. - Отправляйся к своим друзьям-барабанщикам, и пусть они тебя как следует отдрючат, - услышал он себя будто бы со стороны и зашагал в сторону парковки. Он уже заприметил свою машину и направлялся к ней и не видел, как за его спиной Дэй сжимает кулаки, тщетно пытаясь взять себя в руки. Крис уже дошел до машины, когда мелодичный голос вдруг окликнул его. - Хорошо, будь по-твоему. Я уйду со сцены. - Что? – Найт обернулся и вытаращился на Майка, не веря своим ушам. - Ты все слышал. - Дэй медленно приблизился к нему и пронзил взглядом. В голубых глазах сверкали молнии. Крис невольно поежился. - Я уйду, - повторил Дэй. – И не буду больше петь «твои» песни. Предлагаю дуэль. Сколько тебе нужно, чтобы написать альбом, полгода? Март, пусть будет так. Альбом моей группы стартует в то же время. Сделаем одновременный выпуск и поставим лимит по времени. Скажем, месяц. Чьи диски будут продаваться лучше? Опытного певца с готовой аудиторией или молодого выскочки? – Он усмехнулся, проводя рукой по волосам. – Если ты выиграешь, я уйду. Улыбка на лице Найта могла по достоинству соперничать с усмешкой Дэя. - Мне нравится эта идея. Выиграю я – уйдешь ты, выиграешь ты – уйду… - Нееет. - Улыбка на лице Дэя стала шире. – Зачем мне это? Какой прок в победе над жалким конкурентом, который и так скоро уйдет со сцены? Я же вижу – тебе плевать на шоу-бизнес. Ты борешься из чистого упрямства, да и то тебе скоро надоест. Нет – мне нужно нечто такое, что заденет тебя до печенок. Нечто, что ты будешь бояться проиграть так сильно, что будешь пахать и днем, и ночью, дабы альбом вышел в срок, так ведь, Найт? – Майк приблизился на пару шагов. Крис хохотнул. - И ты думаешь, такая вещь существует? Я ничего не боюсь. В этой жизни нет ничего, с чем бы я не смог расстаться. - Ну почему же, - промурлыкал Дэй. – Я могу назвать хотя бы одну вещь, которую ты любишь так сильно, что не захотел бы потерять ни при каких обстоятельствах. -Ну так просвети меня, - дохнул на него перегаром Найт. Теперь они стояли нос к носу, буравя друг друга взглядами. Странное дело – раньше Крису казалось, что Дэй гораздо ниже, а на проверку оказалось, что разница всего лишь в пару сантиметров – они смотрели друг другу прямо глаза в глаза, и никому из них не пришлось ни горбиться, ни встать на цыпочки. Что-то холодное коснулось его. Найт опустил глаза – рука Дэя коснулась шеи и скользнула ниже, упершись в грудь. Крис открыл было рот, чтобы возмутиться, но Дэй продолжил прежде, чем он смог что-то сказать. - За жизнь я повидал достаточно таких, как ты, Найт. Ты эгоист, - констатировал светловолосый вокалист. – И поэтому все просто. Нет на свете для тебя человека дороже, чем ты сам. И самым страшным для тебя будет потерять себя самого. – И будто бы в подтверждение своих слов толкнул его кулаком в грудь. - Эй! – потирая ушибленный участок кожи, отозвался Крис. – И что ты имел в виду? И вздрогнул – улыбка Дэя превратилась в оскал зверя, готовящегося напасть на жертву. - Маленький педик, так, кажется, ты меня назвал? - Ну, да… - Крис, теряя самообладание, отступил, пытаясь нащупать дверцу машины. Блондинчик сейчас выглядел не просто пугающе – он вселял ужас. – Ты… это… не обижайся, я не со зла. Дэй резко вскинул голову, проводя пятерней по волосам и делая шаг вперед. Крис, прижатый спиной к машине, попробовал открыть дверь – тщетно, она была заперта. «Черт, неужели не успел открыть авто?» – выругался про себя он. Майк продолжил: - А как ты смотришь на такое условие: если ты проиграешь, этот маленький педик, по твоему собственному выражению, тебя трахнет? Сердце пропустило, наверное, с удара два, если не больше. - Чтооо? – возмущенно заорал Крис, приходя в себя от абсурдности прозвучавшего. Дэй мягко улыбнулся, разом теряя свою агрессивность. - Ну я же говорил – нет для тебя ничего дороже себя самого. - Ты… ты это серьезно? – продолжал таращиться Крис. – Тебе-то какой резон? Своих дружков мало? Майк усмехнулся. - Дружков у меня хватает. И ты совершенно не в моем вкусе: слишком темный, слишком тощий, слишком… старый. - Эй! – возмутился Найт. Почему-то последний «комплимент» особенно вывел его из себя. «Значит, предпочел бы быть в его вкусе?» – ехидно переспросил внутренний голос. Майк потянулся, разминая затекшие мышцы. - Но чтобы проучить такого самодовольного кретина как ты, я сделаю исключение. К тому же, - еще шире растянув губы в подобии улыбки, продолжил Дэй, – ты девственник, в этом смысле слова. А такие на дороге не валяются. Но не волнуйся, я буду нежен в твой первый раз. Выражение лица Криса Найта в этот момент надо было фотографировать – он вытаращился на своего визави как рыба, которую только что выловили из воды, не в силах выдавить из себя ни звука. - Да я убью тебя! – наконец, взревел он, приходя в себя и наступая на Дэя. - Испугался? – Пронзил тот его холодным взглядом. – Или так не уверен в своих силах, что боишься проиграть? Крис остановился. А ведь и правда… неужели он думал, что может проиграть? - Ну, если ты боишься… - Майк немного отступил и повернулся, подставляя незащищенную спину темноволосому солисту, будто бы совершенно не боясь мести. – Мне не о чем разговаривать с трусом. Парковку огласил глухой звук удара – Крис вдарил по боку машины так сильно, что сработала сигнализация. - Я ничего не боюсь! – рявкнул тот. – И ты слишком самонадеян, если думаешь победить, мальчишка! Дэй повернулся, продолжая улыбаться. - Значит ли это, что ты принимаешь пари? Крис вскинул голову, буравя взглядом соперника. - Сегодня пятнадцатое сентября. Альбом выйдет пятнадцатого марта. Подсчет начнем с ноля часов и закончим пятнадцатым апреля ровно в полдень. Тогда выйдет новый чарт, по нему и будем судить. И когда я выиграю, будь добр, не тяни с уходом. Майк сделал шаг вперед. Теперь Дэй снова стоял так близко, что можно было разглядеть искорки смеха в его глазах. - Готовь смазку, детка, - с усмешкой посоветовал Майк. – Тебе она понадобится. - Что… - начал Крис и не успел продолжить – его заткнули поцелуем. Прикосновение длилось мгновение. Затем Дэй отстранился и пояснил: - Это вместо подписи под договором, – бросил он и стремительно зашагал прочь, будто бы опасаясь ответной реакции. Которая не преминула случиться. - Готовь себе могилу, засранец! Потому что только в ней ты сможешь выступать после пятнадцатого апреля! – проорал Найт ему вслед.