Чего хочет сердце

       Гарри проснулся и долго лежал, уставившись на балдахин на своей кровати. Точнее, на кровати Сириуса. В его сознании этот дом на площади Гриммо всегда будет принадлежать крёстному. Даже спустя столько времени Гарри всё ещё чувствовал ноющую боль в груди по последнему члену его семьи. - Что мне теперь делать, Сириус? - вслух спросил он.        "Повеселись, малыш", - он был уверен, что слышал шёпот Сириуса.        Повеселиться? Это слово эхом отдалось в голове Гарри, как будто было произнесено на каком-то иностранном языке и обозначало что-то нереальное и недостижимое. Казалось таким неправильным не только веселиться, но и просто жить. Так много было отдано в борьбе с Волдемортом.        "Слишком много хороших друзей, - думал Гарри, вспоминая о Уизли, Криви, Люпинах и многих других семьях, который пострадали. - Как я могу жить дальше, если погибли те, кто был достоин жизни больше? Это должен быть я. Лучше я, чем любой из них".        Для Гарри было не впервой винить себя во всём. Бремя вины за множество смертей - это слишком тяжёлая ноша для молодого волшебника.        Глубоко вздохнув, Гарри поднялся и сел на кровати, спустив ноги на пол. Дверь в спальню отворилась, и в проёме показался старый дряхлый домовой эльф. - Хозяин желает завтракать? - спросил он, одной рукой опираясь о дверную ручку.        Гарри уставился на домовика так, будто видел его впервые. - Кикимер, что бы ты хотел делать сейчас, когда война закончена? Если бы ты мог делать всё, что угодно, что бы это было?        Гарри знал, чего хотел. Он хотел забыть обо всём, но сны о произошедшем преследовали его каждую ночь. Всё это навсегда останется на его совести. - Кикимер живёт, чтобы служить благородному дому Блэков, - престарелый эльф забеспокоился, видимо, решив, что Гарри собирается дать ему одежду и освободить.        Кикимер привык к своему молодому хозяину и даже немного - совсем чуть-чуть - полюбил его, но не настолько, чтобы признаться в этом хотя бы самому себе. Он начинал понимать природу слепой преданности Винки и того, как Добби защищал Гарри Поттера, несмотря на то, что он не был чистокровным волшебником.       "Жить в служении. Моя жизнь не так уж и отличается от этого", - понял Гарри. - Было бы неплохо позавтракать, Кикимер. Спасибо. Я приму душ и спущусь.        Вскоре Гарри спустился и только успел сесть за стол, как камин вспыхнул зелёным пламенем. В огне появилось знакомое лицо и осмотрелось. - Министр Бруствер? - Ох, Гарри, как хорошо, что ты здесь. Позволишь войти? - прежде, чем ступить на пол в доме на площади Гриммо 12, спросил новоизбранный министр магии, а затем щёткой принялся счищать пепел с одежды. - Я пытался связаться с вами в доме Уизли, но мне сказали, что ты тут. - Чаю? - спросил Гарри, удивлённый визитом министра магии, пусть между ними и были некие дружеские отношения.        Они оба состояли в Ордене Феникса и давно друг друга знали. Но с чего бы лидеру волшебного мира Британии появляться здесь? Гарри был озадачен, подумав вдруг о том, что сейчас он, победитель Волдеморта, должно быть, самый известный волшебник в мире после Мерлина. - Что? Нет, - ответил бывший аврор. - У нас нет времени. - Я могу чем-то помочь вам, сэр? - спросил Гарри, откладывая в сторону вилку, так и не притронувшись к еде. - Да, конечно. Но ты одет не так. Пожалуйста, надень свою лучшую мантию, - ответил Кингсли и добавил, увидев, что Гарри не особенно торопится: - Пошевелись, у нас мало времени.       Вскоре Гарри вернулся в кухню, надев ту же мантию, в которой был на свадьбе Билла и Флёр. Просто невозможно было отказать министру. - Сэр, вы можете сказать, куда мы направляемся? - спросил Гарри, пытаясь догадаться, куда они направляются. - Скоро узнаешь, - Кингсли взял его под руку. - Нам придётся трансгрессировать, чтобы успеть вовремя.        Гарри согласился, хотя выбора у него и не было. Тут же он испытал то знакомое и не слишком приятное ощущение, будто его кто-то проталкивает в узкую резиновую трубку. В мгновение ока Гарри Поттер и Кингсли Бруствер исчезли с площади Гриммо и оказались в большом и богато украшенном офисе. Пока Гарри приходил себя, дверь в помещение открылась, и вошло несколько мужчин в официальных костюмах. Один из них подошёл к Кингсли и протянул ему руку. - Вас можно поздравить, министр, - улыбнулся он. - Спасибо, премьер-министр, - пожимая руку, ответил Кингсли. - Всё ещё не понимаю, как оказался на этой должности. - Теперь на месте министра магии правильный человек, Кингсли, - ответил мужчина; теперь Гарри понимал, что это Тони Блэр - премьер-министр Великобритании. - Совсем скоро они сбросят на тебя всю документацию, и ты повернуться не сможешь, чтобы не наступить на какую-нибудь бумажку, - с широкой улыбкой сообщил Тони, практически слыша, как мысленно ругается Кингсли, а затем обратил внимание на Гарри. - Это он? - Премьер-министр Блэр, я хочу представить вам мистера Гарри Поттера, - сказал Бруствер, кивая в сторону изумлённого Гарри. - Гарри, это премьер-министр Тони Блэр. - Это большая честь для меня, сэр, - удивительно, как у него получилось не заикаться. - Это честь для меня, молодой человек, - заявил Тони и пожал руку Гарри. - Я так понимаю, вы герой войны. Мы все перед вами в неоплатном долгу, мистер Поттер. - Нет, сэр, - возразил Гарри, смущённый таким вниманием. - Есть и другие. Те, кто сделал гораздо больше, чем я. Те, кто заслуживают большего. Так много из них не сумели выжить. Они и являются героями войны, а я просто бедный парень, которому каким-то образом удалось остаться в живых.        Премьер-министр взглянул на Кингсли и ответил на речь Гарри лёгким кивком. - Понимаю. Будьте так любезны пройти за мной, господа, в машину, которая ожидает нас снаружи. Нехорошо опаздывать, - не дожидаясь ответа, Тони повернулся и зашагал к двери, а охрана неотступно следовала за ним.        Поездка мимо Сент-Джеймс парка была приятной, как был приятным и сам сегодняшний день. Повсюду туда-сюда сновали магглы, наслаждаясь великолепной майской погодой. В кратчайшие сроки ряд чёрных тонированных автомобилей доехал до ворот Букингемского дворца. Увидев дворец, Гарри понял, к кому его везут. В самом деле, это мог быть только один человек.        Охрана ждала их прибытия, стоя у ворот. Небольшая группа людей в чёрном провела гостей в здание по коридорам, пока они не вошли в просторное помещение. В дальнем конце комнаты находилось роскошное кресло с красной бархатной подушкой. Охрана заняла свои места вдоль стен комнаты, оставляя Кингсли, Гарри и премьер-министра посреди комнаты практически наедине с пустым креслом.        Как только троица приблизилась к трону, боковая дверь слева открылась, и в помещение вошёл пожилой мужчина в официальном одеянии. - Её Величество Елизавета II, Божией милостью Соединённого Королевства Великобритании и Северной Ирландии и иных своих царств и территорий Королева, Глава Содружества, защитница веры.        Королева в официальном одеянии вошла в помещение и направилась к трону убедительно бодрым для леди в возрасте семидесяти двух лет. Елизавета села на красивое, но ужасно неудобное кресло и кивнула трём ожидающим её мужчинам. - Вы можете подойти, - сказала она, слегка махнув рукой. - Ваше Величество, - заговорил Тони Блэр с лёгким поклоном головы. - Спасибо за то, что нашли время поговорить с нами. - Премьер-министр Блэр, новости о войне достигли Королевства совсем недавно. Мы не можем понять, почему не были осведомлены раньше, - поинтересовалась королева, поднимая бровь. - Да, мэм. Кажется, бывшие министры магии были несколько небрежны в выполнении своих должностных обязанностей и не передали информацию относительно ситуации в магическом мире, - ответил Тони. - Нас убедили, что это лишь незначительные трудности. - Этот вопрос был хорошо изучен? - спросила королева. - Подобное не должно повториться впредь. - Это Кингсли Бруствер, - Тони жестом указал на мужчину. - Он был избран на должность министра магии, мэм. Я имел честь работать с ним до своего избрания. Я уверен, что он не повторит ошибок прошлых министров. - Он был избран, а не назначен? - повторила королева, поглядев на Бруствера. - Избран кем? - Ваше Величество, я не осведомлён, - немного подумав, ответил Кингсли, которого поставили в тупик этим вопросом. - Я получил письмо, в котором говорилось, что меня назначили министром. - Мы не рады тем людям, которые скрывают от нас какие-либо важные события, происходящие в мире. Мы уже позволили магической части мира самостоятельно решать вопросы слишком долго. Мы должны подтвердить ваше назначение на пост министра магии, а премьер-министр считает вас достойным, - заявила королева. - А также нам нужно обсудить ещё один вопрос. - Да, мэм, - ответил Кингсли. - Я в вашем распоряжении. - Вы, должно быть, тот, о ком мы наслышаны, - сказала королева, посмотрев в сторону Гарри. - Это печально, что в таком раннем возрасте вам пришлось столько взвалить на себя. - Спасибо, мэм, - запнулся Гарри, не зная, как вести себя при королевской особе. - Это не только моя заслуга. Многие сделали куда больше.        Королева смягчилась, услышав слова Гарри. - Вы скромны, молодой человек. Мы бы хотели услышать историю из ваших уст. - Да, мэм, - быстро ответил Гарри. - Эм-м-м... сейчас, мэм?        Королева, уловив нервный взгляд Гарри, посмотрела по сторонам. - Оставьте нас! - приказала она.        Несколько телохранителей недоумённо переглянулись, не шелохнувшись. - Я думаю, что буду хорошо защищена, находясь в помещении с человеком, который спас королевство.        Её личный секретарь, крайне гордый тем, что сумел найти свободное время в напряжённом графике королевы, покидал зал неохотно.       Королева оказалась хорошим слушателем. Когда Гарри начал свой рассказ с шестого курса обучения в Хогвартсе, она остановила его и попросила рассказать всё с самого начала, с рождения и первых лет обучения в школе. В течение следующих нескольких часов Гарри говорил о своей жизни, а королева нередко перебивала его, задавая вопросы. Обычно это относилось к тому, что делало Гарри больше героем, чем простым испуганным подростком, каким он сам видел себя. - Вы замечательный человек, мистер Поттер, - сказала королева, когда Гарри закончил. - Это чудовищно, что вам пришлось перенести столько трудностей в столь юном возрасте. Удивительно, как вы можете спать после этого, - на лице Гарри промелькнуло обеспокоенное выражение, которое тут же было им скрытно. Королева помолчала, задумавшись, а затем продолжила: - Мы хотели бы предложить вам крест Виктории, а также земли и охрану, чтобы обеспечить вашу безопасность на территории королевства. Вы примете? - Нет, мэм, - ответил Гарри, покачав головой. - Есть другие люди, которые заслуживают этого больше. Предложите им.        Юный волшебник, в самом деле, не чувствовал, что достоин таких почестей. Суровые испытания подорвали его как в физическом, так и в эмоциональном плане. - Ваш ответ нас не удивил, - сказала королева. - Нет ли чего-то другого, чем мы могли бы отплатить вам за то, что спасли наше королевство? - Есть кое-что, мэм, - сказал Гарри, которого внезапно посетила одна мысль, а затем пояснил, чего именно он желает. - Это, и правда, было бы лучше всего. - Мы опечалены вашим решением, мистер Поттер, но всё же не можем сказать, что не понимаем вас, - королева откинулась на спинку сидения. - Многие не поймут. А кто-то почувствует себя обманутым вследствие такого решения. - Да, мэм, но я не вижу иного пути к нормальной жизни, которую я всегда хотел иметь, но никогда не мог, это было не в моей власти. Может, это немного эгоистично, но я думаю, что сделал достаточно и заслужил отдых. Это не идеально, - признался он, подумав о Гермионе. - Но мне кажется, это к лучшему. - Куда вы направитесь? - спросила она, но вскинула руку прежде, чем Гарри успел ответить. - Вероятно, нам лучше не знать. Мы сделаем так, как вы просите. Будем надеяться, это и правда к лучшему. Необходимые документы будут доставлены министру Брустверу завтра. - Спасибо, мэм, - с благодарностью произнёс Гарри. - Спасибо вам, мистер Поттер, - ответила королева. - И удачи.

***

       Некоторое время спустя, поев и сменив одежду на более простую, Гарри спустился из своей комнаты на первый этаж в "Дырявом котле". Он остановился на последней ступеньке, снова заметив на себе несколько любопытных взглядов. Конечно, всем был интересен юный волшебник, который избавил их от Волдеморта. Воцарившаяся тишина и пронзительные взгляды заставляли Гарри чувствовать себя необыкновенно неловко. Кивнув и улыбнувшись бармену Тому, Гарри быстро прошёл к двери и вышел на Косую аллею. Конечно, сразу всем вокруг стало известно, кто идёт по улице. Гарри мог поклясться, что люди чуть ли не расступаются перед ним. Разговоры замолкали, когда он проходил мимо.        Гарри сглотнул и направился вперёд. Практически сразу же центральная часть улицы была полностью очищена от людей, которые смотрели на него издалека. На лицах некоторых из них Гарри мог видеть уважение, а кто-то смотрел на него с неприкрытым ужасом.        Слава, которую Гарри так ненавидел ещё тогда, когда был просто Мальчиком-Который-Выжил, увеличилась в разы. Гарри был уверен, что с Альбусом Дамблдором было примерно так же после победы того над Геллертом Гриндевальдом. Но в отличие от директора Гарри не хотел брать на себя лидерство. У него не было ни желания, ни способности делать это.        "Всё, чего я когда-либо хотел - защитить своих друзей, - думал он. - Я никогда не хотел быть знаменитостью или Спасителем магического мира".        Испуганные взгляды толпы причиняли ему ещё больше боли и разочарования. Совсем недавно они боялись Лорда Волдеморта, а теперь опасаются того, кто избавил их от него.       "Неужели они думают, что я стану следующим Тёмным Лордом?" - думал Гарри, поднимаясь по ступенькам банка Гринготтс.       Гарри подошёл к стойке и назвал своё имя, заявив о желании поговорить с управляющим банка. Гоблин за стойкой, как показалось Гарри, даже побледнел, услышав его имя. Он поспешно покинул своё место и сделал волшебнику знак, чтобы тот следовал за ним. Коридоры, многочисленные лестничные пролёты, повороты и, наконец, они оказались перед дверью офиса, где гоблин попросил Гарри немного подождать.       Офис, надо сказать, выглядел не очень-то богато. Большой стол, один высокий стул перед ним и два небольших и неудобных - впереди. Стены когда-то были белыми, но сейчас их цвет смахивал скорее на яичную скорлупу. Не было никаких картин или иных украшений. Учитывая девиз гоблинов - работать, а не развлекаться - Гарри не был удивлён такой простоте убранства. Это помещение служило единственной цели: вести дела.        Вскоре дверь открылась, и перед Гарри появился всё тот же гоблин, сопровождавший его, но на этот раз вместе с управляющим, который внешне ничем не отличался от прочих служащих банка Гринготтс. Тот же простой костюм, смахивающий на одежду 1800-х годов, то же сосредоточенное выражение лица. Заняв своё место за столом, управляющий указал на два других стула, приглашая сесть. - Мистер Поттер, я Рэгнок, управляющий банка Гринготтс. Чем могу помочь?        Гарри собрал всю свою гриффиндорскую смелость в кулак, вздохнул и сел на стул. - Спасибо, что уделили мне время, сэр. Я бы хотел обсудить взлом и кражу имущества, которые были совершены в вашем банке. Я беру на себя всю ответственность и готов возместить ущерб.       Рэгнок ошарашенно уставился на волшебника. Его немало удивил тот факт, что Гарри Поттер не только обращается к нему вежливо, с уважением, но и вызывается взять на себя ответственность за произошедший инцидент со взломом хранилища Лестрейнджей, кражей дракона, а также разрушениями, причинёнными самому банку. - Мы в Гринготтсе ничего не знаем ни о каком происшествии. Возможно, вы расскажете нам, что случилось, - ответил, наконец, Рэгнок.        Он был более, чем удивлён, когда Гарри признался в том, что он, Рон и Гермиона сумели проникнуть в хранилище, похитить чашу Пенелопы Пуффендуй и сбежать на драконе. - ... Мы спрыгнули и упали в воду. Последнее, что я видел, - это то, как дракон продолжил лететь, - сказал Гарри, подходя к финальной части своего рассказа. Он находился в смятении из-за того, что Рэгнок ничего не знает о взломе. Трудно было не заметить тот погром, что учинил дракон, хотя, как припомнил Гарри, он не заметил никаких повреждений, когда направлялся сюда.       Управляющий откинулся на спинку сидения и посмотрел на Гарри. - Итак, позвольте мне подвести итоги, мистер Поттер. Трое детей, не закончивших обучение в школе, проникли в самый охраняемый банк в мире, несмотря на многочисленную охрану, ловушки и прочие меры безопасности. Затем они сумели взломать одно из старейших хранилищ, принадлежащее именитому клиенту, похитили находящуюся там чашу и сбежали на драконе, который стерёг хранилища?       Рассказанная в таком ключе история, как вынужден был признать Гарри, выглядела довольно нелепо. - Да, сэр, - неуверенно ответил он. - Мне жаль, мистер Поттер, но любая попытка обнародовать эту сказку приведёт к тому, что вы предстанете перед судом по обвинению в клевете на наш банк, - ответил Рэгнок. - Я серьёзно сомневаюсь, что хоть кто-нибудь вам поверит. Если бы нечто подобное имело место быть, многие бы потеряли уверенность в Гринготтсе, как в месте, где можно хранить свои деньги и драгоценности. Осмелюсь предположить, что это приведёт к катастрофе в финансовом мире.        Гарри вдруг понял, что происходит. Как сказал Рэгнок, это стало бы серьёзным ударом по репутации Гринготтса, если бы все узнали, что банк ограбили трое подростков. Единственное, что оставалось предпринять гоблинам, - делать вид, что ничего не произошло. - Да, сэр. Я понял, - сказал, наконец, Гарри. - Рад, что мы смогли прийти к взаимопониманию, - улыбнулся Рэгнок, обнажив ряд острых зубов. - Есть что-то ещё, что Гринготтс может для вас сделать? - Да, - кивнул Гарри. - Я бы хотел, чтобы всё содержимое хранилища Поттеров было переведено на счёт Блэков. Всё имущество, которое принадлежит Поттерам, должно быть переписано на имя Блэков. Также мне нужен трастовый фонд для моего крестника Теда Римуса Люпина. Средства будет контролировать его бабушка Андромеда, пока Тед не достигнет совершеннолетия. Также необходимо продать дом номер двенадцать на площади Гриммо, в Ислингтоне, в Лондоне, а все полученные средства, а также имущество из дома переместить в фамильное хранилище Блэков. Это ужасно мрачное место, и я не хочу там жить. Наконец, все счета Поттеров должны быть закрыты, так как в них больше нет нужды. - Семья Поттеров сотрудничала с нашим банком на протяжении долгого времени. Позвольте узнать, где вы будете хранить свои средства, и чем вызвано такое решение? - спросил Рэгнок. Он боялся, что кто-то узнает о закрытии счёта Поттеров, и банк может потерять других клиентов из-за этого. - Я последний из Поттеров, а скоро не останется никого, - устало ответил Гарри. - В этом счёте больше нет нужды.        Гарри жалел, что нет никакого другого способа справиться со всем. На самом деле, он не очень хотел делать то, что задумал, но это был единственный возможный вариант развития событий. - Вы очень необычный волшебник, мистер Поттер, - заметил Рэгнок. - Гринготтс может осуществить то, что вы хотите. За умеренную плату, конечно же. Договорённость может быть отменена в течение одного дня. - Понимаю. И мне бы не хотелось, чтобы кто-то узнал об этом, иначе могут возникнуть некоторые подозрения, - сказал Гарри, кивнув. - Если это ваша воля, Гринготтс может помочь. В наших же интересах то, чтобы никто и никогда больше не услышал вашей выдуманной истории о хранилище Лестрейнджей.        В течение следующего часа сделка была оформлена и оплачена. Гарри почувствовал некоторое облегчение, думая о том, что полученные деньги гоблины могут использовать для возмещения убытков. Для него самого золото никогда не значило чего-то особенного. Уставший, он вернулся на площадь Гриммо, чтобы сообщить Кикимеру о завтрашнем приходе гоблинов, которые переправят имущество в фамильное хранилище Блэков.