Гермиона, Мерлин или Салазар?

      1       Жители Гринфилда были... Забавные. Им было очень интересно посмотреть на королевского мага вблизи, но вместе с тем они его до ужаса боялись. Только после церемонии бракосочетания и золотистых искр, щедро пущенных Гермионой из палочки над новобрачными, все окончательно уверились, что никого заколдовывать «Мирддин» - так тут произносили имя Мерлин - не собирается, а вечером, когда на столах уже почти не оставалось еды и выпивки, несколько самых отважных девушек даже станцевали с ним.       Музыка извлекаемая из незамысловатых музыкальных инструментов была задорной, как солнечный свет, а люди вокруг счастливы за молодых жениха и невесту. Дом ходил ходуном, и повсюду отдавались разудалые выкрики и тосты. Гермиона «благословила» ещё десятка два людей, показывала «фокусы», смеялась и плакала от смеха, вместе со всеми проводила молодых и едва не заснула прямо за столом. Вовремя вспомнив о собственном высоком положении, она чинно раскланялась с теми, кто ещё праздновал, и отправилась в свою комнату.       Утром съеденные накануне кролики с горошком и репой и выпитые кружки эля Гермионе аукнулись огромным животом, губы и щёки болели от улыбок, а ноги гудели от плясок, поэтому на завтрак, который, к счастью, перенесли на полдень, королевский маг явился немного помятый. Правда, остальные, за исключением матери семейства и новобрачных, выглядели и того хуже, уныло ковыряя ложками кашу и подпирая руками головы, словно опасались, что те вот-вот свалятся с плеч и покатятся, весело подпрыгивая и переговариваясь.       — Когда едешь, Мерлин? — вяло поинтересовался Гарет.       — Думаю, завтра с утра. Здесь есть ещё пара невыполненных обещаний, — Гермиона пожала плечами и с благодарностью приняла тарелку горячей каши у хозяйки. — Думаю ехать на Юг.       — На Юг? — Гарет рассеяно покивал. — Ну да, там есть неплохие городки. А возвращаться когда думаешь?       — Не думаю, что по такой погоде ты уедешь далеко, — серьёзно сказал его отец. — Там на Юге сейчас, наверняка, дует сильный ветер с моря.       Гермиона сосредоточенно нахмурилась. Отказываться от направления ей почему-то не хотелось.       — Ну, тогда просто не поеду далеко. Может быть, в следующий раз заберусь поглубже на Юг.       У Гермионы не было сильного желания разом объехать всю страну: она, хотя и привыкла к своей жизни здесь и даже привязалась к окружающим, по-прежнему надеялась на чудо. На то, что ей удастся либо найти себе помощника, либо самой отправить себя обратно в Хогвартс, а потому она намеревалась как можно скорее вернуться в Камелот к своим записям и попытаться вспомнить какой-нибудь обряд или зелье.       Уже через несколько минут, расправившись с завтраком, Гермиона направилась выполнять свои обещания: благословлять детей искрами из палочки, поколдовать над полями, чтобы давали обильный урожай... По дороге она развеселила группу детишек мыльными пузырями, залечила ссадину упавшему мальчонке, рассказала о свадьбе Ланселота и Джиневры впечатлительным кумушкам и о турнире мужчинам.       Если такой была жизнь средневекового мага, то Гермионе она была по душе. И за что, спрашивается, их сжигали?       2       Зима давно вступила в свои права, выморозив леса насквозь, а на холмах гоняя злой кусачий ветер. Гермиона куталась в меховую мантию, поглубже натягивая капюшон и постоянно обновляя согревающие чары на себе и стражниках. Она убеждала их остаться в Гринфилде, но те не поддались на её уговоры и отправились вместе с ней на Юг, о чём, наверняка, пожалели.       К середине дня с серого высокого неба посыпалась белая крупа. Ветер, словно специально, подул сильнее, подгоняя всадников в спины, швыряя в них целые пригоршни этого снега-града.       — Сколько нам ещё ехать? — просипела Гермиона. Голос от долгого молчания почти не повиновался.       — Ещё пару часов, — заверил её Лот, один из стражников, — уже за тем холмом сможем увидеть дымы очагов.       — Очаг, — благоговейно произнесла Гермиона. — Скорее бы.       За этот день они уже посетили маленькую деревеньку, где Гермиона снова развлекала публику своим волшебством, чем заработала компании на добрый обед. Теперь они направлялись в большое село, где, по словам местных жителей, был хороший постоялый двор, и они могли бы провести ночь, а то и следующий день.       Выбранное направление уже не казалось Гермионе таким уж удачным. Больше никогда она не станет выбирать путь с помощью считалочки - это же детский сад! Ей бы следовало решать такой важный вопрос исходя из погодных условий, количества приличных городов на пути... Но нет, что-то - вероятно, упрямство - тащило Гермиону на Юг. Всё, что она могла пообещать себе - повернуть восвояси, когда они проедут десяток деревень, то есть через три-четыре дня. Да, не слишком долгое путешествие, но для первого раза ей впечатлений хватит.       Действительно, уже за холмом открывалась полого уходящая вниз равнина, по которой раскиданы были лески, а вдалеке кучкой брошенных ребёнком кубиков виднелись крошечные дома, из труб которых густо валил дым.       «Слава Мерлину!» — едва не воскликнула Гермиона, но вовремя прикусила язычок. Восхвалять саму себя было глупо и странно, а кого ещё ей теперь восхвалять? Пришлось ехать молча, пряча радостную предвкушающую улыбку и погоняя коня.       До деревни добрались ещё засветло и быстро нашли постоялый двор: двухэтажное длинное здание. Гермиона оставила стражников снаружи разбираться с лошадьми, а сама смело толкнула двери. По зимнему времени работы в деревне было мало, поэтому уже теперь в обеденном зале сидело полно народу; смех и крики отдавались от стен, ароматы снеди дразнили ноздри, и Гермиона устремилась к стойке.       — Мне нужны комнаты и обед.       Мужчина за стойкой с любопытством осмотрел наряд Гермионы, увидел двух входящих стражников и после тягостных раздумий наконец выдал:       — Да ведь ты королевский маг? Мирддин?       Гермиона кивнула.       — Да, это я, а это мои спутники - Лот и Блез, — представила она подошедших стражников.       — Комнаты и обед. Конечно-конечно, — засуетился трактирщик. Он вышел из-за стойки и с поклонами самолично повёл гостей в отдельное помещение, спрятанное от общего зала перегородкой. — Пожалуйте сюда, тут вам никто не помешает. Ваши вещи я прикажу перенести в комнату, всё будет в лучшем виде. Желаете барашка или рыбу? У нас отменный эль, а ещё тёмное пиво, — тараторил мужчина. — Какая честь! Пожалуйте-пожалуйте.       Гермиона с трудом удерживала улыбку. Если в таком духе будет продолжаться и дальше, она либо не захочет вовсе расставаться с именем Мерлина, либо, напротив, будет так стесняться, что больше не выйдет из своей комнаты.       Вскоре на столе стояли и барашек, и рыба с горошком, и куриный бульон, да большой каравай. Гермиона пригласила трактирщика присесть. Тот оказался весьма словоохотливым, поэтому, попросив рассказать о селе, Гермиона обеспечила себя рассказом на целый час. К тому времени, как они расправились с угощением, Гермиона знала едва ли не всех жителей поимённо, знала, кто из них прохвост, а кто задира, и даже наметила план: помочь старой вдове с пятью детьми, поколдовать над полями и магией поправить пару домов.       Гермиона уже давно опытным путём выяснила, что бесполезно спрашивать у местных жителей, не нужна ли им помощь - до её появления здесь и не слышали о магии и, привыкнув обходиться своими силами, люди не могли даже представить, какого рода помощь им может быть нужна.       Тихо, едва не пропадая в гуле голосов, тренькнули струны, кто-то запел. На секунду умолк весь зал, а потом люди начали негромко подпевать простенькой песне, про богатую красавицу и дурачка. Бросив взгляд на хозяина заведения, Гермиона с трудом удержала смех - с таким умилительным видом тот смотрел на хорошенькую подавальщицу.       Песня была длинная, и, когда кончилась она, кончился и вечер - люди засобирались, выкладывая на стол деньги и поднимая тех товарищей, что не могли самостоятельно дойти до дома. Гермиона и её спутники чуть помедлили, пока толпа разойдётся, и двинулись через зал к лестнице. Гермиона сладко зевала, прикрываясь ладошкой, предвкушая спокойную ночь и рассчитывая, как скоро можно будет повернуть назад, когда хозяин задержал её.       — Э... Господин маг, — замялся мужчина. — Тут у меня дело к вам есть, деликатное.       Он с надеждой поглядел в глаза Гермионе, но та его намёков не поняла.       — Чем могу помочь?       Трактирщик и вовсе покраснел.       — Видите ли, жена моя, — он бросил взгляд на подавальщицу. — Она у меня молодая...       Гермиона машинально кивнула и мужчина разом воспрянул духом.       — Так поможете?       — С чем помочь-то? — поздний вечер и тонкие намёки - плохое сочетание. — Что-то с вашей женой?       — Нет-нет, что вы! Просто, понимаете...       И тут у Гермионы, наконец, словно щёлкнуло что-то в голове. Она уже видела эти заискивающие взгляды, слышала странные экивоки. Ох уж эти мужчины!       Не так, чтобы Гермиона действительно знала, как им помочь, но добросердечно выдавала им под видом зелья «для того самого, ага» простейшую микстуру от несварения желудка: эффект плацебо ещё не подводил, да и пищеварению помогать нужно.       — Точно жена? — грозно уточнила Гермиона.       — Да как же!.. Да вы кого хотите спросите! — запричитал хозяин. — Жена-жена, третий год жена.       Гермиона выпростала руки из просторных рукавов мантии и торжественно протянула мужчине маленькую скляночку. Выглядело это так, как будто зелье явилось по волшебству, но, в действительности, такие полезные снадобья Гермиона просто держала при себе, в карманах. Рука мужчины, протянутая к заветному пузырьку, мелко подрагивала, глаза, на него обращённые, горели ярче факелов.       — Разбавишь водой, — важно понизив голос до шёпота сказала Гермиона, — и выпьешь. Тут приёма на три-четыре тебе хватит.       — Три-четыре, — прошептал мужчина.       Скрывая улыбку и рвущийся смех, Гермиона отступила в тень с максимально таинственным видом. Да, она присвоила себе чужое имя, но теперь это её роль, и девушке нравилось играть всемогущего и загадочного Мерлина.       3       Денег за постой с них, разумеется, не взяли - довольные лица хозяина и хозяйки заведения говорили сами за себя. Да здравствуют простейшие микстуры, эффект плацебо и хитрость!       План свой Гермиона легко выполнила и даже перевыполнила, так что в путь отправились уже на следующий день.       Конечно, не годится королевскому магу, стенать и жаловаться, но верхом Гермиона ездила очень даже так себе, а уж теперь, когда от деревни до деревни приходилось ехать по многу часов, а то и целый день, страданиям её не было конца: мышцы ныли, колени едва разгибались, а спина болела, ведь у седла нет удобной спинки, как на кресле! Юг не оправдывал своё название: становилось только ветреннее и холоднее, воздух был влажным и пробирался сквозь одежду до тела, до самых костей.       К вечеру показалось море, седые волны бились в высокий берег, норовя захватить Британию для морского владыки, чайки летали с пронзительными воплями, то гоняясь друг за другом, то ныряя в беспокойные воды. Дорога вилась вдоль самого берега, деревья здесь были низкорослые и чахлые, безумные порывы ветра кидались попеременно то морской пеной, то песком. Трое поёжились, но продолжили путь. Другой дороги не было, а следующая деревня, совсем маленькая, уже виднелась на дальнем холме.       Может быть, летом здесь бывало даже приятно, но теперь, зимой, море выглядело скорее проклятием, чем каким-то приятным бонусом. Когда Гермиона ездила с родителями во Францию, там море было ласковое и прекрасное, золотящееся под солнцем, пахнущее солнцем и свободой. Здесь же море казалось грозным, а вовсе не зовущим.       Дорога была узкая, почти тропка, и вилась так, что скоро у путников стали кружиться головы, поэтому пришлось осадить коней. Срезать путь никак не получалось - везде за пределами протоптанного пути валялись острые камни, которые могли навредить коням, так что приходилось мириться со странными привычками местных жителей, которые до сих пор не улучшили дорогу, и мрачным пронизывающим ветром. Море шумело так громко, что иногда заглушало крики чаек, и разговор никак не клеился. Солнце не показывалось вовсе.       В конце концов, Гермиона не выдержала и подняла палочку, не слишком задумываясь о том, какое заклинание собирается применить. Левитировать камни было бы слишком долго, отталкивающее заклинание тоже казалось неэффективным.       — Локомотор! — упрямо произнесла Гермиона.       Пять-семь камней лениво поднялись в воздух и убрались в сторону, открывая пространство земли ровно на два шага коня. Море шумело, словно издевательски смеялось. Чайки на секунду замолкли, увидев летающие камни, а потом с криками бросились прочь от странных людей. Гермиона осерчала - маг она или не маг?!       — К Салазару левитацию, — пробурчала Гермиона. — Эква Эрукто!       Струя воды, достойная тушения пожара, учинённого драконом, рванулась из её палочки, сметая камни с пути на добрых триста метров вперёд. Стражники позади Гермионы восхищённо присвистнули; магия их давно уже не пугала, но такого они ещё не видали.       Гермиона послала коня вперёд по влажной земле. К счастью, почва здесь была достаточно сухая, чтобы быстро впитывать воду, а холод был не таким свирепым, чтобы превратить воду в лёд под копытами коня или проморозить землю насквозь. Путь был свободен, и до деревеньки они добрались намного быстрее, чем рассчитывали, так как Гермиона постоянно применяла «Эква Эрукто Дуо».       Естественно, такие действия привлекли внимание, и навстречу троим всадникам уже выбежали люди, возглавляемые самым уважаемым мужчиной в городе. Настроение у Гермионы было ниже среднего - ветер, не перестававший дуть во все стороны, часто брызгал на неё водой, вызванной её же заклинанием.       — Я Мирддин, королевский маг, — сказала Гермиона, обращаясь к седобородому старцу впереди толпы. — Найдётся у вас, где переночевать мне и моим спутникам?       Мужчина склонил голову и улыбнулся; вероятно, его не испугали ни струи воды, ни выражение лица усталой и оголодавшей Гермионы.       — Конечно-конечно, мы вас уже ждали, нас предупредили, что вы едете.       Гермиона спешилась и тут же её коня приняли жители деревни.       — Предупредили? Кто?       — Ну как же, — улыбнулся мужчина - несмотря на свой преклонный возраст он был очень и очень бодрым. — Из соседнего села, где вы нынче ночевали, отправили вперёд гонца, чтобы мы вам всё приготовили.       Гермиона не нашла, что сказать, но этого от неё, видимо, и не требовалось.       — Вы замёрзли, наверняка? Тут зимой очень промозгло.       Гермиона угрюмо кивнула. Ей казалось, у неё замёрзла даже душа.       — Насквозь промёрзли. Найдётся у вас чем согреться?       — Найдётся, — они дошли до большого, по местным меркам, дома, и мужчина с поклоном указал на дверь. — Вот, пожалуйте в мой дом. Дети уехали в город, так что места всем хватит.       Сытный обед, пылающий камин и постель с предусмотрительно подложенным горячим кирпичом - Гермионе большего и не нужно было. Возможно, с направлением она ошиблась, но люди на Юге жили хорошие.