Гермиона, Мерлин или Салазар?

      1       — Мерлин, Мордред и Моргана, серьёзно, Малфой до сих пор в команде?       Маркус говорил не слишком громко, так, чтобы его слышал только декан Слизерина, сидевший на трибуне рядом с ним. На квиддичное поле внизу один за другим выходили игроки Слизерина. Игра была с Равенкло.       — Я надеялся, обязанности старосты отвлекут его от игры, — пробормотал Снейп. — Сам понимаешь, я не могу ему приказать уйти из команды, а серьёзных проступков он не совершал. Да и лучше нет никого.       — Он по-прежнему плохой ловец? — трибуны вокруг взорвались аплодисментами, почти оглушая, и Маркус поморщился. — Ну, уж Равенкло мы не проиграем.       — О, ни за что на свете, — подтвердил Снейп. — Равенкло и Хаффлпафу мы не уступаем, но Поттер портит всю картину.       — Как всегда, — кисло откликнулся Маркус.— Это его особая фишка.       В воздухе метались фигурки в зелёных и синих мантиях, что-то верещал в микрофон какой-то пятикурсник, а Маркус с едва заметной улыбкой смотрел в воздух, вспоминая волшебные ощущения полёта. Было время, когда он сам выходил на поле, до хруста стискивал руку Вуда и одним взглядом пугал и свою сборную, и противников. Но всё это ерунда, куда важнее было оттолкнуться от земли и подняться на недосягаемую для обычных людей высоту, лавировать, обманывать, переигрывать, иногда сталкивать противников, неизменно выхватывать квоффл и мчаться с ним к кольцам противников.       Тогда не имело значения, кто он и какой, Маркус работал на результат, и результат всегда был самый лучший. Квиддич - единственное, что он любил в школе.       — Урхарт, Вэйси, Уорингтон... Гол, — печально объявил комментатор. — Тридцать - ноль. Сплочённость сборной Слизерина даёт о себе знать. Равенкло с их обновлённым составом приходится туго. Поднажмите, вороны! Вы только поглядите, равенкловцы устремляются за квофлом, Грей почти ловит его... Но нет, Нимбус стабильно оказывается быстрее Чистомёта, и Вейси выхватывает мяч почти из рук охотника команды-соперника, даёт пас... К счастью, Урхарта подрезает Роули. Ура! Мяч у Равенкло!       — Мистер Криви, — укоризненно встряла Макгонагалл.       — Но что это? — заместителя директора проигнорировали, да и было от чего. — Вы только посмотрите, Кребб посылает бладжер в Роули, тот роняет мяч, и Урхарт его, наконец, подхватывает. Мяч, конечно. Но что это Урхарт делает, он спятил? Пас Гойлу! Зачем? О Мерлин, Гойл отбивает битой, мяч летит через половину поля... Мяч у Уорингтона, гол! Как они вообще научили Гойла такому трюку?       — Мистер Криви!       — Да это я так, профессор, в порядке общих замечаний, — забормотал Криви. — Но, профессор, это вообще законно? Я слышал про магловский бейсбол, но...       — Абсолютно законно, — усиленным сонорусом голосом объявила на весь стадион мадам Хуч. — Счёт сорок - ноль.       Трибуны застонали - три четверти, по традиции, болели против Слизерина. Громче всех, разумеется, стонал коментатор в свой микрофон.       — Нет, вы это тоже видите? Сборную Равенкло разделывают под орех! Роули со сломанной рукой снижается, а остальная сборная сгрудилась вокруг колец, теперь они все вратари, все пытаются выхватить мячик. Так не честно! Вы посмотрите, Кребб только что беззастенчиво сбивает бладжером Равенкловского загонщика! Нет, как по мне, так это грубая игра!       Маркус чуть улыбнулся. Мал ты парень, видел бы игру Маркуса Флинта, не стал бы разбрасываться такими эпитетами. Сбить соперника так, чтобы не получить пенальти - это целое искусство. В большом спорте Маркусу цены бы не было.       — Пятьдесят - ноль, — в ужасе вопил Криви. — Вся надежда только на ловца. Давай, Чемберс, ищи активнее! Стойте, о нет, уже поздно!       Криви подпрыгивал на своей трибуне, как встрёпанный воробей, размахивал руками, вцеплялся в волосы и говорил всё, что в голову приходило. Макгонагалл морщилась, но усадить парня и не пыталась, а он бы и не заметил её усилий.       — Малфой срывается с места и летит к трибунам Гриффиндора! Если только он не собирается вызвать на дуэль Лонгботтома, он заметил снитч! Эй, Чемберс, садись ему на хвост!       Ловцу Равенкло не нужны были тупые подсказки, он и сам уже летел, буквально распластавшись по своей метле, за Малфоем, но он изначально был дальше от снитча, да и метла у него была хорошая, но безнадёжно уступающая звезде метлопрома Нимбусу.       — О нет, — похоронным голосом закончил комментатор. — Малфой поймал снитч. Всё очень плохо.       — Мистер Криви, — одёрнула его Макгонагалл, но явно нехотя.       — Да, простите профессор. Слизерин выиграл со счётом сто девяносто - ноль.       Снейп и Маркус одновременно ухмыльнулись. Неплохой результат, позволяющий надеяться на верхние строчки факультетского зачёта. А если Поттер себе что-нибудь сломает перед матчем, так и вовсе на самую верхнюю.       — Полагаю, будет вечеринка?       — Я об этом ничего не знаю, — флегматично ответил Снейп. — Пока никто не колотит мне в стену и не шатается по школе среди ночи, мне ничего не известно.       Маркус едва заметно ухмыльнулся.       — Слизеринец во мне сильнее инспектора.       — Рад это слышать, Маркус.       Инспектор Маркус Флинт кивнул, встал со своего места на скамье и начал продвигаться к выходу со стадиона. При его габаритах это было довольно легко, к тому же статус всесильного инспектора обеспечивал быстрое рассасывание заторов.       Профессор Снейп, напротив, задержался на трибунах. Он устало прикрыл глаза, пытаясь хоть на секунду абстрагироваться от внешнего мира. Кожа его за прошедшие недели стала ещё более жёлтой, огромный нос заострился на кончике, глаза запали - сказывался перманентный стресс, а поиски мисс Грейнджер не двигались с места.       Северус Снейп рывком встал, взмахнул своей мантией, внося ужас и разброд в ряды учеников вокруг, и стремительным шагом направился к замку, бесцеремонно распихивая зазевавшихся студентов. Мерлин знает, что в его отсутствие Уизли и Поттер сделали с его лабораторией.       2       Поиск сходных по составу зелий давал очень скудные результаты: пока их было всего три, да и у тех сходства было - кот наплакал. Разумеется, и мозгов у троих Уизли и Поттера не прибавилось, соображали, по-прежнему, только Снейп и Джинни.       Профессор Зельеварения сидел за своим столом на возвышении и читал. Джинни Уизли сидела на первой парте и старательно изучала процесс приготовления зелья близнецов, высчитывая возможные промежуточные результаты. В который уже раз. Гарри и Рон бились над свойствами шкуры бумсланга. Фред и Джордж читали все книги, которые можно было найти в библиотеке и личных собраниях Снейпа, Дамблдора, Макгонагал и вообще всех, у кого были подходящие книги, в поисках ответа на вопрос, как именно влияют кислоты и калий на шкуру бумсланга.       У Джинни работа снова и снова стопорилась на одном и том же месте. Это был как раз тот момент, когда с зельем начинали происходить изменения из-за контакта шкуры бумсланга и инжира, приведшие к роковым последствиям. Зная результат «до» и результат «после», казалось, легко было вычислить промежуточную стадию, но не тут-то было - происходившие изменения не вписывались ни в какие рамки.       — Профессор, посмотрите, пожалуйста, — Джинни встала и пошла к учительскому столу, не замечая, что парни позади неё разом затаили дыхание. — Снова и снова я дохожу до этого момента и не могу понять, что произошло после.       Снейп нахмурился, просматривая её записи.       — Сейчас я не вижу ошибок. Вы рассчитывали это несколько раз, верно?       — Несколько дней, сэр. Каждый раз я проверяла ошибки, но я не вижу их, хотя делала перерывы, чтобы глаз не замыливался.       — Значит, ошибок нет, — зельевар на секунду прикрыл глаза. — Либо в реальном зелье что-то пошло не так, как должно идти в теории, либо как раз на этой конечной стадии и произошло что-то странное. Очень странное.       Снейп ещё раз внимательно просмотрел записи, потом достал несколько своих пергаментов и сравнил - видимо, он сам тоже делал такие расчёты.       — Всё как будто верно, — пробормотал он, а потом поднял голову и рявкнул. — Уизли!       Трое оставшихся Уизли подскочили, как подкинутые катапультой, а Гарри чуть не сполз под стол. Снейп поморщился.       — Близнецы! Идите сюда.       Фред и Джордж, втягивая головы в плечи в тщетной надежде сжаться до размеров сикля, вышли из-за своего стола и опасливо приблизились. Джинни, как какая-нибудь предательница, свободно стояла рядом с Ужасом Подземелий, а на своих братьев смотрела, как на флоббер-червей.       — Ближе, — недовольно, но уже без крика приказал Снейп и хлопнул на стол перед близнецами расчёты Джинни. — Внимательно изучите, напрягите ваш общий на двоих мозг и попытайтесь припомнить, совпадал ли процесс приготовления зелий с указанным.       Братья склонили головы и зашуршали пергаментами. Через несколько секунд они вполголоса начали спорить, тыча в разные части пергамента и явно пытаясь напрячь свой «общий мозг».       — Итак? — холодно обратился к ним зельевар. — Каков вердикт? Полагаю, записать ход приготовления у вас мозгов не хватило?       Фред и Джордж залились таким ярким румянцем, что сразу ясно стало - не хватило.       Снейп привстал и потянулся к палочке, но крик Джинни его остановил.       — Профессор, легилименция!       — Что, легилименция, мисс Уизли? — начал было зельевар, но тут же позабыл о наказании двух великовозрастных оболтусов. — Легилименция!       Близнецам явно хотелось повторить вопрос «что легилименция?», но они дальновидно промолчали.       — Отправляйтесь в кабинет профессора Дамблдора, — Снейп быстро написал что-то на клочке бумаги и сунул в руки Джинни. — Пароль «шоколадные лягушки». Отдайте директору записку и пригласите сюда.       — Да, профессор, — Джинни коротко понятливо кивнула и быстрым шагом, почти срываясь на бег, отправилась к выходу из кабинета. Фреда и Джорджа ей было не слишком жалко: в конце концов, им сто раз говорили проверять свои зелья, прежде чем пробовать на ком-то. А Гарри и Рон пришли сюда по собственному почину и могут в любой момент уйти.       За дверью Джинни сорвалась на бег. Поворот, ещё один, короткая лестница - и вот она уже в вестибюле. Мраморная лестница, многочисленные коварные лесенки с исчезающими ступенями, лестницы, меняющие направления, коридоры, коридоры, коридоры...       Джинни могла бы и не бежать, в конце концов ничего о срочности сказано не было, да и Дамблдор, наверняка, будет собираться час, может и Макгонагал вызывать станет... Но Джинни бежала - всё, что могло приблизить разгадку, вернуть подругу, ей хотелось делать как можно скорее. Кто знает, в каком Гермиона состоянии, каждая секунда на счету.       Отдышалась Джинни только на винтовой лестнице за горгульей - возможно, Дамблдор захочет что-то уточнить, ей нужно было дыхание. Уже перед дверью Джинни остановилась, убирая волосы, выбившиеся из косы, и услышала голоса. Директор был не один. Уизли тяжело вздохнула, приняла как можно более беспечный вид и постучала.       — Проходите, — тут же отозвались из кабинета, и Джинни шагнула в круглую комнату, заставленную столиками, стеллажами и странными приборами. — Добрый день, Джинни.       — Добрый день, — Джинни постаралась, чтобы напряжённая улыбка не выглядела, как оскал, а приветствие можно было бы отнести и к министерскому инспектору.       — Ты что-то хотела? — улыбаясь спросил Дамблдор.       — Бегом бежала, Уизли? — Маркус осмотрел её с ног до головы; очевидно, она по-прежнему была красная, как гриффиндорское знамя, да ещё наверняка мантия сбилась.       — У меня записка от профессора Снейпа, — Джинни рада была, что есть эта записка, при Флинте она не смогла бы высказать просьбу вслух.       — Надеялась, скидка на отработки будет? — хмыкнул Флинт.       Джинни бросила на него испепеляющий взгляд, но инспектор этого словно не заметил, продолжая веселиться. Директор протянул руку и девушка вложила туда кусок пергамента, надеясь, что там всё написано достаточно чётко и ясно. Дамблдор бегло пробежал глазами записку и свернул, ничем не выдав своих эмоций.       — Передай профессору Снейпу, что я зайду к нему ближе к вечеру, Джинни, — улыбнулся Дамблдор.       Джинни кивнула, бросила ещё один убийственный взгляд на Маркуса и вышла из кабинета.       Обратно она шла медленно, тяжело плюхаясь со ступеньки на ступеньку. Из-за дурацкого Флинта придётся ждать так долго! Джинни засопела, в лучших традициях Рона, и скрестила руки на груди - воплощение буки.       — Джинни! — окликнули её.       Девушка возвела глаза к потолку и после колебаний всё же остановилась.       — Дин.       — Привет.       Дин Томас попытался принять расслабленную уверенную позу, но выглядел при этом глупее некуда: взъерошенные волосы и рубашка навыпуск - это, конечно, очень брутально, если не заляпать соусом воротничок. Джинни молчала. Дин смотрел на неё и улыбался.       — Ты что-то хотел? — чуть резче, чем хотела, просила Джинни. — Меня, вообще-то, ждут.       — Да нет, я... — растерялся Дин и, когда Джинни повернулась, чтобы продолжить спуск, быстро оправился. — Я хотел пригласить тебя прогуляться. Может, сходим к озеру?       — Извини, нет настроения, — бросила Джинни через плечо и быстро миновала лестницу.       Дин Томас, может, и казался ей хорошим парнем когда-то, но оказался слишком «плоским», как охарактеризовала его Гермиона. Джинни не была гением, но старательно училась, налегая на зельеварение, чтобы продолжить учёбу и стать медиковедьмой, стремилась к чему-то, а вот Дин ничем не занимался и только рад был, что пойдёт работать в отцовский бизнес. Поговорить им было почти не о чём - у Джинни кроме квиддича было полно увлечений, да только все видели в ней пацанку и радовались, что могут общаться с ней, как с друзьями и при этом целоваться, тогда как Джинни иногда хотелось посидеть в тишине, посмотреть на закат... Романтики хотелось, а романтиков вокруг не было.       Зайдя в кабинет Снейпа, Джинни с порога помотала головой. Снейп нахмурился, Фред и Джордж, всё ещё стоящие у его стола, вжали головы в плечи так, что эти плечи оказались почти на одном уровне с макушками.       — Я передала записку, профессор, но там был Флинт, — Джинни сморщила носик. — Директор просил передать, что придёт ближе к вечеру.       Снейп откинулся на спинку своего стула и жестом отослал близнецов.       — Я, конечно, мог бы не ждать думосбора и применить легилименцию, но мне нужны комментарии ваших братьев и вы, чтобы записывать, — Снейп щелчком пальцев вызвал эльфа. — Две чашки горячего шоколада и бисквиты в мой кабинет.       Джинни не успела ещё удивиться, как профессор встал и поманил её за собой в личный кабинет.       — Думаю, мы с вами заслужили отдых, мисс Уизли.       Джинни не нужно было оборачиваться, чтобы видеть недовольные переглядывания оставшихся. Но Фред и Джордж виноваты сами, а Гарри и Рон могут уйти в любой момент, так почему она должна отказываться от возможности отдохнуть и подождать директора в спокойной обстановке?       3       Фред и Джордж хмуро сопели, перебирая бумажки.       Определённо, они были виноваты, и они очень жалели о сделанном. Они поняли свои ошибки и, видит Мерлин, никогда не сделают больше ничего подобного! Но все продолжали тыкать их носом.       Определённо, они не заслужили горячего шоколада со Снейпом, и совершенно точно они жуткие козлы, но что им теперь делать-то? Они раскаялись, они из штанов выпрыгивают, чтобы вернуть всё обратно, но все почему-то считают своим долгом подчеркнуть, что вот они бы так никогда не сделали. Как будто близнецы желали Гермионе зла! Как будто они отморозки какие-то!       Однако, кроме того, что зелье они запороли и нельзя было мешать шкуру бумсланга и инжир, никаких выводов больше не намечалось.       Гарри и Рон, два придурка, единственным достоинством которых являлось то, что они никогда не пытались шутить, теперь штудировали учебники и книги. Что же, хоть к экзаменам подготовятся, не вечно же им на помощь Гермионы уповать. Если она вернётся, конечно.       Понятно, Фред и Джордж, понятно, Джинни, но эти-то эти что здесь забыли, а?       Гарри не смыслит в Зельеварении ни бельмеса, хотя его мать, говорят, довольно талантлива. Рон так вообще про Зелья знает, разве что предмет есть такой. Им бы сидеть в гостиной, в шахматы играть, да отводить всем глаза, так они изображают из себя мучеников. Рон, наверное, надеется, что если он спасёт Гермиону - что очень вряд ли; максимум, Рон сможет сказать, что участвовал в этом процессе - то она его расцелует, замуж выйдет и детей нарожает. Впрочем, с неё станется, влюбилась же она в него как-то. Гарри же просто до мозга костей альтруист: как в коридорах подругу защищал, так и теперь книжки штудирует - вдруг поможет.       Фред злобно перевернул страницу огромного тома шестнадцатого века. Он и так с трудом продирался через старый язык, так ещё эти витиеватые обороты не облегчали понимания. И строчка за строчкой пробегали, а ответов всё не было.       — А Гермиона бы разобралась, — простонал Рон, опуская тяжёлую голову на книгу.       — Давай я объясню? — неуверенно предложил Гарри. — Я теперь разбираюсь в свойствах молочника.       — А я читаю про пустырник, — загробным тоном поведал Рон. — Как Гермиона может это всё знать?       — Она ещё до первого курса учиться начала, помнишь? — примирительно ответил Гарри. — А про пустырник я тоже ничего не понял.       — Теперь целуйтесь, — едва слышно, так, чтобы понял только брат, пробормотал Джордж.       Увы, в отсутствие работы мозга у двоих списывальщиков оказался невероятно развит слуховой аппарат.       — Что ты сказал? — недоверчиво переспросил Рон. — Вы, два урода, ещё комментарии отпускаете?       — Успокойся, Рончик, — влез Фред, — он просто пошутил.       — Да вы двое на голову пошученные! — взъярился Рон. — Дебилы недоделанные!       — Рон, — Гарри предпринял было попытку успокоить друга, но тот стряхнул его руку с плеча.       — Да из-за вас Гермиона пропала! Вы и ногтя её не стоите!       — Послушай, придурок, — Джордж всё же не выдержал. — Нам жаль, ясно? Но это не повод раз за разом...       Увы, узнать, к чему это всё вовсе не повод, истории узнать не суждено. Большой, отлично откормленный на хогвартских харчах, кулак Рона убедительно опустился на скулу оратора. После всё слилось в один общий вопль, прерываемый только звуками ударов.       Парты и столы полетели в стороны, затрещало обиженно дерево. Трое Уизли и один Поттер, защищающий лучшего друга от его братьев, изрядно уже всех доставших, сцепились в один большой лягающийся клубок.       К счастью, Гарри и Рон ещё раньше кинули заклинание тишины, просто на всякий случай, чтобы Снейп не слышал о чём они говорят, поэтому из кабинета никто пока не выбегал, иначе битва была бы короче, но в разы кровопролитнее и с весьма печальным финалом.       Рон бил Фреда, Рона бил Джордж, которого мутузил Гарри, которому доставалось от Фреда. В ход шли кулаки, локти и плечи, удары наносились в носы, в уши, Фреда даже разок приложили головой о каменный пол. Вопреки обычным законам стихийных стычек, парой ударов дело не обошлось - четыре гриффиндорца сражались до тех пор, пока их не разнял некто в фиолетовой мантии.