Гермиона, Мерлин или Салазар?

      1       В спальне было темно и прохладно, так что если день и начался, то до Гермионы он ещё не добрался. Девушка приоткрыла один глаз, изображение на резных панелях, которыми были обшиты стены, плыло, а голова была словно заполнена ватой, чтобы мысли при попытке пошевелиться, не ударились бы друг о дружку. Неясные звуки неслись из первой комнаты покоев, где был кабинет, они-то её и разбудили.       Гермиона попыталась почесать пятку правой ноги левой ногой, но на обеих были сапоги и девушка бросила это занятие, просто наслаждаясь состоянием покоя. Прошло не меньше нескольких минут, прежде чем она начала различать за странными звуками в кабинете слова, складывающиеся в предложения.       — Судя по состоянию стола и этой замечательной бутыли, выйдет он ещё не скоро.       — Хорошо хоть дверь догадался не запирать, иначе её пришлось бы вышибать.       — Ты был так обеспокоен его отсутствием?       — Можно подумать, это не ты мешала мне завтракать и требовала немедленно отправляться на его поиски. Чтобы тебя успокоить, весь Камелот согласился бы на самосожжение.       «Ага. Говорят Хельга и Артур», — догадалась, наконец, Гермиона. А о ком? Неужели о ней? Она что, пропустила завтрак?       — Кто его надоумил взять это вино? Да ещё выпить в одиночку, — Артур коротко приглушённо хохотнул. — Боюсь, Хельга, если у тебя были какие-то планы на него, тебе придётся их отложить по крайней мере до завтра.       — Может, ему нужна помощь?       Послышалось шуршание платья и перестук каблучков, резко оборвавшийся.       — Не стоит, Хельга. Всё что ему нужно сейчас - сон. Кроме того, — Гермиона ясно расслышала улыбку в голосе, — ты понятия не имеешь, в каком он состоянии. Может, он успел раздеться, но сил накрыться одеялом ему не достало.       — Я была замужем, Артур, — возмущённо парировала Хельга. — Неужели тебе безразлично, что с ним?       — С Мерлином всё в порядке, — Артур засмеялся. — А ты, если хочешь увидеть его голышом, так и скажи.       Теперь послышался возмущённый вскрик и шлепок, вероятно Хельга ударила Артура в грудь. Ответом ей послужил смех.       — Всего лишь шутка, Хельга. Если хочешь, я сам схожу и проверю.       И Артур, судя по приближающимся шагам, направился к спальне. Гермиона хотела уже подать признаки жизни и сообщить друзьям, что с ней всё в порядке, но вдруг увидела свою руку, тонкую девичью ручку, и её прошиб холодный пот. Ну разумеется! Если завтрак уже прошёл, а она со вчерашнего дня не обновляла заклинание, значит... На постели в одежде Мерлина лежит Гермиона Грейнджер!       Времени искать палочку не было, и Гермиона, лёжа спиной к двери, приготовилась использовать беспалочковую магию, но... В пустой ватной голове всплывали только обрывки каких-то бредовых заклинаний вроде «жирная глупая крыса, перекрасься ты в жёлтый цвет». Шаги были так близко, что времени ни на панику, ни на попытки вспомнить что-то не было, и Гермиона успела только... пожелать.       Шаги стали глуше, но слышались уже в комнате - Артур подкрадывался к постели, и Гермиона уже приготовилась к тому, что, в лучших традициях близнецов Уизли, её сейчас окатят водой или что-то в этом духе. Но то ли Артур проявил снисходительность, то ли не желал связываться с разъярённым Мерлином и недовольной Хельгой, поэтому он просто посмотрел на постель. У Гермионы не было возможности открыть глаза и хотя бы кратко глянуть на свою руку, чтобы понять как она выглядит, так как она усиленно притворялась спящей, а Артур молчал.       Через несколько секунд снова послышались шаги, и Артур вышел из комнаты. Гермиона распахнула глаза и посмотрела на обе свои руки, с облегчением видя что они раздались в ширину и чуть удлинились, стали такими, какие они были у Мерлина. Удалось! Не важно как, но удалось же!       — Спит, как младенец, — послышался голос Артура. — Да и что с ним станет?       Гермиона облегчённо вздохнула и сразу за тем напряглась, услышав шорох пергамента.       — Артур, посмотри-ка.       — Что это? — пергаменты передали из рук в руки. — Где ты это взяла?       — На столе валялись, сверху. Ты ушёл, а я их нечаянно обнаружила.       — Ну, вот это похоже на герб, а рядом дракон.       — А вот здесь, видишь, четыре герба поменьше: орёл, барсук, лев и змей. Понимаешь, что это? Мерлин придумывал гербы для наших факультетов и для Хогвартса. А вот это? Посмотри, какая красота! Никогда не видела таких огромных окон и высоких башен!       — И что это?       Гермиона отчётливо представляла их: взволнованное восторженное лицо Хельги и нахмуренные брови Артура, который, рассматривая рисунки, уже думал над тем, что это может дать в реальной жизни.       Дементор бы побрал, это крепкое вино! То, что Гермиона хотела если не сжечь, то надёжно спрятать, она оставила на столе, на самом видном месте. С другой стороны, кто знал, что она проспит завтрак, и её друзья будут так обеспокоены, что пойдут её искать?       — Это замок! Думаю, таким Мерлин видит Хогвартс!       — Ты думаешь, возможно построить такие башни и переходы? А стекло?       — С магией возможно всё!       Снова шуршание пергаментов и сосредоточенный вздох.       — Ладно, в любом случае об этом нужно говорить с Мерлином, а для этого нужно дать ему поспать. Зайдём вечером.       Артур пошёл к выходу, а Хельга на секунду задержалась, вероятно, рассматривая рисунки.       — Артур. Тут что-то написано.       — И что написано?       — Не знаю, просто две буквы. Похоже на подпись.       Если бы Гермиона могла двинуться, она начала бы стучаться головой о стену, но ужас перед возможными объяснениями парализовал её, и Гермиона, даже при имеющемся огромном желании, не смогла ни разу постучаться о стену головой.       Артур подошёл к столу и снова послышалось шуршание пергаментов. Что ещё она натворила?       — Действительно, везде эти буквы. Ну и что они могут значить?       — Понятия не имею, — Хельга вздохнула. — Вокруг Мерлина всё время какие-то тайны.       — На то он и Мерлин, — хмыкнул Артур, и на этот раз они оба вышли из комнаты.       2       Сначала леди Хельга настояла на том, что негоже молодым женщинам ездить в лес в одиночку, а когда уговорила нескольких рыцарей и дам составить им компанию, то пригласила Елену в свои покои и предложила на выбор несколько своих платьев.       Елена отказывалась, убеждала, что ей неловко принять это, но леди Хельга убеждала, что ей вовсе не сложно и даже очень приятно поделиться платьем с Еленой, ведь роста они примерно одинакового, а ей давно хотелось видеть Елену в чём-то новом. Сдалась девушка только когда леди Хельга почти силой надела на неё красивое небесно-голубого цвета платье и подвела к серебряному зеркалу.       — Разве не красавица? — улыбнулась леди Хаффлпафф. — И стоило ли так сопротивляться?       Елена покачала головой. В самом деле, в этом платье она была почти так же красива, как леди Хельга. Голубой выгодно оттенял её темноватую кожу, делал более утончённой, а изящный покрой вдруг сделал её из девочки девушкой.       Так что, когда они вместе выходили на крыльцо, Елена была смущенна и растеряна, но горда теми взглядами, которые на них обратили. Разумеется, Елене и надеяться было нечего в одночасье стать первой красавицей, в конце концов леди Хельга с её матовой кожей и золотыми волосами никуда не делась, но теперь Елена чувствовала себя совсем другой, обновлённой, привлекательной.       Король был здесь же, и Елена украдкой взглянула на него, но тот был поглощён разговором с сэром Уриенсом и её появления не заметил, зато Елена привлекла внимание сэра Элиота.       — Леди Елена.       Елена присела в реверансе, чувствуя, что заливается румянцем.       — Сэр Элиот, — пропела рядом леди Хельга, — я рада, что вы пришли составить нам компанию.       — Я делаю это с превеликим удовольствием, леди Хельга, — поклонился сэр Элиот. — Леди Елена, могу я помочь вам?       Елена кивнула и позволила рыцарю подвести ей Фрейю и подсадить на лошадь.       — Вам необыкновенно идёт голубой.       — Благодарю вас, — улыбнулась девушка.       Сэр Элиот коротко улыбнулся и отошёл, чтобы самому сесть на коня. Елена оглянулась: все рассаживались по лошадям, леди Хельга улыбалась шутке сэра Кея, а сэр Уриенс как раз уходил в сторону тренировочной площадки. Освободившийся король рассеянно оглядел собравшихся, кивнул леди Хельге, что-то сказал сэру Кею и пошёл к крыльцу. Елена почти впала в отчаяние, но король, к счастью, её заметил и подошёл к ней.       — Елена, отлично выглядишь. Никогда не видел тебя в голубом.       — Благодарю, Ваше Величество, — расцвела в улыбке девушка. — Леди Хельга убедила меня надеть это платье.       — Леди Хельга - настоящая волшебница по части платьев, — король улыбнулся и кивнул в сторону женщины, которая уже сидела на лошади, поправляя юбки и смеясь, пока её лошадь держали сразу несколько рыцарей. — Ну, хорошей прогулки.       — Благодарю, Ваше Величество.       Король повернулся и пошёл к крепости, ни разу не оглянувшись на Елену, но девушке и оказанного внимания было более, чем достаточно.       — Чему вы улыбаетесь?       Сэр Элиот, оказывается, уже был подле неё и, когда Елена посмотрела на него, солнце снова позолотило его волосы.       — Сегодня прекрасная погода, правда?       Небо было покрыто белыми облаками, быстро сменявшимися под дуновениями ветра, птицы то и дело взлетали над лесом, и людям больше всего хотелось пришпорить, наконец, лошадей и выехать за пределы душного города навстречу прекрасной природе и свежему ветру.       — Самая лучшая, какую можно пожелать для прогулки.       Те, кто был ближе всего к воротам уже выезжали на главную улицу города. Леди Хельга впереди обернулась и послала Елене ослепительную прекрасную улыбку.       — Поглядите, — сэр Элиот указал вверх, — Небо сегодня цветом точь-в-точь, как ваше платье.       Он посмотрел на девушку и улыбнулся, улыбка его была, пожалуй, ещё лучше, чем у леди Хельги, открытая яркая. Елена улыбнулась в ответ.       — Сэр Элиот, вы, кажется, не закончили ваш рассказ о путешествии с королём? Вы обещали продолжить.       — Конечно, — сэр Элиот перехватил поводья поудобнее и повернулся всем корпусом к Елене. — Я остановился на том моменте, когда к нам присоединился отряд?       — Да-да, они хотели сопровождать короля.       — Верно. Мы спокойно двигались дальше, нас повсюду с восторгом встречали, а потом к сэру Ланселоту прискакал гонец с известием о том, что леди Джиневру похитили.       Елена прижала ладошки ко рту. Леди Джиневра, довольная и весёлая, сейчас ехала рядом с леди Хельгой, обмениваясь шутками и сплетнями, а Елена и не подозревала о том, что ей пришлось пережить не так давно.       — Король принял решение помочь своему рыцарю и мы отправились к замку лорда Нантреса. Мы ехали весь день, до заката, а когда приехали, лорд Нантрес предложил нам своё гостеприимство. Мы все опасались ярости Ланселота, но на него смогли повлиять, и он дал возможность королю вести переговоры. В конце концов, лорд Нантрес предложил поединок.       — И король убил лорда Нантреса? — простодушно спросила Елена.       Сэр Элиот мягко рассмеялся.       — Нет, леди Елена, конечно нет. Против лорда Нантреса вышел Ланселот, ведь это его судьба решалась. Они сошлись на следующий день рано поутру и дрались так ожесточённо, что мы, право, не могли и представить чем всё закончится.       Елена смотрела на рассказчика во все глаза. Удивительно, но она до сих пор не слышала этой истории, а сэр Элиот говорил хотя и просто, но весьма приятно и убедительно. А главное, он относился к ней со вниманием.       — Они дрались долго и зло, давно мы не видели такой схватки, но, наконец, Ланселот одержал верх - он нашёл слабое место в броне противника и тяжело ранил его, подмышкой. Он был так зол, что мог бы убить противника, если бы не вмешались король и маг. Его Величество потребовал, чтобы Ланселот не убивал старого лорда Нантреса, а Мерлин залечил его раны и спас от верной смерти.       — Король спас лорда Нантреса? Он простил ему похищение леди Джиневры?       Сэр Элиот кивнул.       — Да, ведь поединок был честный и разрешил все конфликты. Так что затем все мы сразу вернулись в Камелот, праздновать свадьбу, — сэр Элиот повернул лошадь, и они с Еленой углубились в лес вслед за остальными. — Так и закончилось последнее на сегодня путешествие короля, кроме того, когда он провожал племянников, но при этом вы присутствовали.       Зелёные ветви смыкались над ними огромным коридором, стенами которому служили стволы деревьев. Отовсюду неслись звуки, везде плясали солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь листву.       — Его Величество помогает своим рыцарям. Это так благородно.       — Британия ещё не видела лучшего короля, леди Елена. Он отважен, как зверь, и силён, но всегда помнит о нуждах простого народа и помогает своим рыцарям. Сердце его большое и доброе.       Елена смотрела на сэра Элиота, который так вдохновенно говорил о своём короле, и сердце её пело. Сэр Элиот смотрел на неё в ответ, и на губах его играла мягкая улыбка.       — Это большая честь и большая радость быть рыцарем Круглого стола. Я горд, что могу называться одним из них.       — А как вы стали рыцарем, сэр Элиот?       — Меня посвятил сам король, — Елена радостно ахнула и это выражение восторга позабавило рыцаря. — Да, леди Елена, я был выбран самим королём - сначала я стал рыцарем, хорошо показав себя на турнире, а затем, после славной победы в общей схватке на востоке Камелота, когда на ногах оставались только я и сэр Уриенс, и решено было назвать победителями нас обоих, он сделал меня рыцарем Круглого стола.       — И, конечно, он поможет вам, если вдруг вашу невесту украдут, — шутливо сказала Елена.       Сэр Элиот расхохотался.       — О, верьте мне, леди Елена, мою невесту я не позволю украсть никому.       Елена поглядела на него, отмечая ямочки на щеках, высокий лоб, золотые кудри. Он был так же хорош, как король, а такое сравнение в её глазах дорого стоило.       — В таком случае, вашей невесте очень повезёт.       Сэр Элиот прямо взглянул на неё, и в улыбке его появилась теперь не только весёлость, но и нежность, как будто он думал о ком-то особенном. А потом он снова засмеялся.       — Не могу не согласиться с вами, леди Елена.       3       Впервые ей не хватало близнецов Уизли. Говорили, будто у них можно было достать антипохмельное зелье, которое сейчас очень помогло бы Гермионе.       Сделав над собой усилие, девушка встала и очень осторожно переставляя ноги двинулась в кабинет, к своему столу, чтобы выяснить, как многое ей придётся объяснять. Ворох бумаг лежал на самом краю крышки стола и сверху - рисунок, так взволновавший Хельгу. Там был герб Хогвартса, упрощённый, конечно, с четырьмя зверями, а рядом — дракон.       Гермиона невольно улыбнулась - если бы это видел магловский учитель, когда-то пытавшийся научить её рисовать, он пришёл бы в ужас, такими непропорциональными вышли звери, о строении которых Гермиона имела только самые общие сведения.       Под первым листом лежали другие, со схематичными рисунками Хогвартса с разных ракурсов - спасибо, что хотя бы без озера и леса, иначе объяснить, откуда она знала местность окажется очень затруднительно. Здесь она уже приловчилась рисовать пером, да и здания изображать, конечно, гораздо проще. Но главное, Гермионе удалось передать общее ощущение: Хогвартс - огромный замок, величественный, сказочный, волшебный. Пожалуй, Хельгу, пришедшую в такой восторг, можно было понять.       Гермиона присмотрелась внимательнее. А вот и «ГГ» в углу, так похожее на подпись. Девушка застонала - и от головной боли, и от стыда - в лучших традициях Джейн Эйр и всех, кто тайно желает быть узнанным, она подписала листы, как всегда подписывала свои работы, если выходило больше одной страницы. Хорошо хоть, она поставила только инициалы, иначе по всему Камелоту уже разыскивали бы некую Гермиону Грейнджер. Но она ведь не хотела раскрыть свою тайну, она не надеялась что к ней, как к Джейн Эйр, когда-то придут с радостным известием! Гермиона просто ошиблась, подписывая так листы!       Две эти буквы для неё, однако, значили очень многое. Оказывается, для самой себя она по-прежнему Гермиона Грейнджер, не Мерлин и не лорд Салазар Слизерин, а маглорожденная гриффиндорка. И это, пожалуй, радовало, ведь Гермиона оставалась собой, даже изменяясь так сильно.       4       Когда солнце было в зените, решили спешиться на большой поляне в глубине леса.       Некоторые, как леди Хельга, предпочли сразу же отправиться на прогулку, другие же, как Елена, хотели передохнуть. Сначала леди Хаффлпафф собиралась остаться с Еленой, потому что считала себя в ответе за неё, но, едва услышав, что сэр Элиот вызвался составить ей компанию, изменила решение и, подхватив под руку леди Джиневру, отправилась на прогулку. Сэр Элиот же расстелил под деревом свой плащ и пригласил Елену присесть и отдохнуть.       — Вы очень добры, сэр Элиот, благодарю вас.       — А Вы очень скромны, леди Елена. Почему бы мне не оказать любезность прекрасной даме?       Елена с улыбкой села, поправляя складки платья.       — Расскажите о себе, — внезапно попросил рыцарь, садясь с нею рядом. — Я почти ничего о вас не знаю.       — Это потому, что рассказывать почти нечего, — улыбнулась девушка. — До недавнего времени я жила с матушкой в маленькой деревушке на юге Камелота. Моя матушка - травница и помогала живущим там людям.       — Наверняка вашу матушку там очень уважали, так же, как и вас.       — Её очень любили, а вместе с ней и меня, — Елена грустно улыбнулась воспоминаниям. — Знаете, к деревне вела узкая кривая тропинка, её протоптали между камнями, небольшими острыми камнями, которые никак нельзя было сдвинуть с места, потому что за ночь они почему-то возвращались на место. Многие винили ветер с моря или нечистую силу, да только сделать с этими камнями ничего нельзя было. Когда Мерлин к нам приехал, он тогда путешествовал, ему быстро надоело ехать по кривой тропинке и он магией вызвал поток воды, который разметал эти камни.       Они оба рассмеялись, представляя себе Мерлина, жестоко расправляющегося с камнями.       — Да, наш маг не из терпеливых. Но к чему привели его действия?       — Он и его отряд спокойно проехали до деревни по мокрой земле, но в день отъезда Мерлину пришлось делать то же самое, потому что камни ему не подчинились.       — Почему вы уехали? — спросил рыцарь после долгого молчания.       — Матушке приснился сон, — Елена усмехнулась и развела руками, как бы извиняясь за такое объяснение. — Сон, который она истолковала так, что Мерлин призывает её, и мы отправились в Камелот. Когда мы приехали, оказалось, что Мерлин действительно звал нас.       Сэр Элиот задумался.       — Но как это возможно?       — Я не знаю, — Елена пожала плечами. — Но Мерлин - великий маг, ему наверняка подвластны и не такие силы.       Они снова замолчали. Почти все уже ушли с поляны, оставались лишь конюхи, следящие за лошадьми, да пара-тройка компаний, отдыхающих на земле и гуляющих здесь же. Поляна, где они остановились, была такой большой, что в середине её ветви деревьев не доставали друг друга и там образовался некий колодец солнечного света, в котором порхали бабочки.       — Я знаю где мы, — заявил вдруг сэр Элиот. — Пойдёмте, я покажу вам одно местечко.       Он поднялся на ноги и протянул руку Елене, помогая подняться. Оставив плащ на земле, он сам положил её руку на свой локоть, прикрывая сверху другой рукой, и повёл прочь от поляны, немного в сторону от того основного направления, куда ушли остальные. Они пробирались между кустами, и сэр Элиот предупредительно выбирал самые широкие места, чтобы Елена не зацепилась юбкой. Терпкий лесной запах ударял в нос, птицы перекликались над их головами, и то и дело шуршала трава, скрадывая топоток лесных зверей, убегающих от людей.       — Я часто бывал здесь в детстве, — рассказывал сэр Элиот. — И хорошо запомнил эту поляну и всё, что вокруг неё.       — А теперь куда вы меня ведёте? — поинтересовалась Елена.       Сэр Элиот глянул на неё с лукавой усмешкой.       — Боюсь, леди Елена, я не могу вам этого сказать, и вам следует просто мне довериться.       — Я вам доверяю.       Сэр Элиот чуть пожал её пальцы и улыбнулся, снова на неё взглянув.       Они прошли ещё немного и, наконец, вышли к ещё одной поляне, остановившись на самом краю. Сэр Элиот посторонился, пропуская Елену между двух кустов, и они замерли рядом. Рука рыцаря лежала, едва заметно поглаживая, на Елениной маленькой ладошке, а сам он вместо того, чтобы насладиться открывшимся видом, смотрел на девушку.       — Как красиво! — тихо выдохнула Елена.       — Очень красиво, — согласился сэр Элиот, не отрывая взгляда от девушки.       Елена была в этот момент чудо как хороша: в нарядном голубом платье, раскрасневшаяся от ходьбы, с разметавшимися по плечам волосами, она могла бы служить моделью для художника, если бы только нашёлся мастер, способный на холсте передать красоту восхищённой юности. Но сэр Элиот совершенно напрасно игнорировал красоту природы и только то, что он уже неоднократно её созерцал, могло бы его извинить.       Перед молодыми людьми раскинулась небольшая полянка, скрытая со всех сторон плотными стенами тесно стоящих деревьев и кустарниками. Она напоминала круглую шкатулочку, выложенную изнутри ярко-зелёным бархатом. Но если зелень травы и листвы была бархатом, то белоснежные маленькие цветы, щедро раскиданные по поляне, непременно были бриллиантами, так ярко их лепестки белели под золотыми лучами солнца. Где-то в вышине пели птицы, но ни одно живое существо словно не решалось нарушить покой и гармонию этого места своим прямым присутствием.       — Вам нравится, леди Елена?       — Я ничего красивее не видела, — выдохнула Елена и, повернувшись к рыцарю, подняла к нему лицо. — Огромное спасибо за то, что показали мне это место.       — Я не мог не поделиться им с вами.       Улыбка у сэра Элиота была чарующая, и Елене даже показалось, что она согрела её физически, если только это был не лёгкий тёплый ветерок. Юноша потянулся куда-то за плечо Елены, и через секунду она услышала шум веток, а потом сэр Элиот показал маленький цветок, сорванный с ветки. Елена с улыбкой приняла его. Он был такой же белый, как те, что на поляне, но меньше и с другими лепестками.       Внезапно в нескольких метрах от них раздался ужасный треск и оба вздрогнули, разом понимая, что они всё ещё в Камелоте, а вовсе не в какой-то особенной, только их личной стране. Вслед за треском послышались раздражённые ругательства и хохот.       — Полагаю, это сэр Кей и сэр Уриенс, — констатировал юноша. — Только они так ходят.       Елена прыснула, и тут же сэр Элиот присоединился к её веселью.       — Леди Елена, ещё раз внимательно посмотрите на это место, — притворно серьёзно сказал он. — Нам нужно срочно уходить отсюда, пока два достопочтенных рыцаря не пришли сюда вслед за нами и не вытоптали поляну.       Елена послушно оглянулась и с тяжёлым вздохом отвернулась от поляны.       — Это восхитительное зрелище.       — Если хотите, мы придём сюда снова, — предложил сэр Элиот.       — Очень хочу! — горячо откликнулась Елена, но тут же смутилась. — Если с моей стороны не будет слишком самонадеянно просить об этом.       Сэр Элиот улыбнулся, и на этот раз Елена поклясться готова была, что его улыбка согрела её.       — Я буду рад снова здесь побывать с вами.       Он взял её руки в свои и осторожно забрал у неё цветок, который только что сорвал с дерева, а потом так же осторожно закрепил его на волосах девушки.       — Вы прекрасны, леди Елена, — искренне сказал он.       Елена смутилась и покраснела, но глаз не опустила, чтобы не пропустить очередную улыбку рыцаря, от которой всё его лицо, казалось, светилось.       — Благодарю вас, — тихо ответила она.       — Теперь мы можем идти, — тихо сказал рыцарь и подал девушке руку.       4       Сэр Элиот оказался прав - именно сэр Кей и сэр Уриенс, товарищи всегда и во всём, с такой помпой пробирались по лесу. Причина их путешествия по самым неочевидным местам леса тоже была проста - леди Хельга и леди Джиневра, по праву красивых женщин, отправили их принести «что-нибудь красивое».       Разумеется, такое сомнительное указание получили не только эти двое, но лишь они оказались там, где деревья стояли теснее всего, и только они были вознаграждены за рвение тем, что те цветы и ветки деревьев, которые они принесли, две красавицы оценили по достоинству и, обвязав лентами, составили из них маленькие букетики. Елена глядела на женщин с невольным изумлением: она и подумать не могла, что вот так запросто можно помыкать великолепными рыцарями Круглого стола.       Постепенно к поляне стягивались и остальные участники прогулки, и вскоре решено было ехать в Камелот, чтобы подоспеть к ужину.       — Скажите мне, леди Елена, — заговорщически понизив голос спросил сэр Элиот, когда они рядом выезжали с поляны, — не жалеете ли вы, что не пошли с леди Хельгой и леди Джиневрой и лишились возможности отправить на поиски цветов и травинок лучших рыцарей короля?       Елена поглядела вперёд, где весело хохотала леди Хаффлпафф, подначивая сэра Уриенса на очередную шутку.       — Сэр Элиот, ни один из них не показал бы мне того, что показали мне вы, — она снова увидела его улыбку, и улыбнулась сама, почти так же широко и, наверняка, гораздо менее очаровательно. — И ни один из них не принёс бы мне такой красивый цветок, — она указала на тот цветок, что был в её волосах.       — Мне следовало бы подарить вам все цветы этого леса.       Елена, смеясь, покачала головой.       — Вовсе нет, это было бы лишним. Мне довольно одного цветка, того, который вы сочли мне подходящим и сорвали с ветки над моей головой.       Сэр Элиот молчал и смотрел на неё с таким вниманием, что девушке, наконец, сделалось неловко, но тут же подле них оказался сэр Кей.       — Леди Елена, как получилось, что вы не участвовали в нашей забаве? Я с удовольствием преподнёс бы и вам последние летние цветы.       — Твоё упущение, Кей, — ответил ему сэр Элиот, — исправил я. Покуда ты искал неизвестно что для леди Хельги, я подарил самый красивый цветок леди Елене.       Сэр Кей взглянул на руки девушки, но ничего не увидел и, когда поднял недоумённый взгляд на Елену, та, смеясь, указала ему на свои волосы.       — Вот он, сэр Кей.       Сэр Кей засмеялся.       — Нежный и чистый, как вы сами, леди Елена, — искренне высказался рыцарь.       — Вы очень добры, сэр Кей, — ответила девушка.       — В следующий раз, Элиот, когда мы поедем в лес, не позволяй мне поддаться власти этих жестокосердых красавиц. Я буду искать цветы только для леди Елены.       Сэр Элиот рассмеялся.       — Боюсь, если я и смогу убедить тебя, не поддаваться леди Хельге и леди Джиневре, то противопоставить твоему другу Уриенсу мне будет нечего.       — Мы возьмём его с собой и соберём для леди Елены самый огромный букет, какой только видел Камелот, — сэр Кей поклонился Елене.       — Увы, роль собирателя цветов для этой прекрасной дамы уже занята мною, друг мой.       Смущённая Елена рассмеялась.       — Боюсь, во всём лесу не хватит цветов и трав, если использовать их так расточительно, — она благодарно улыбнулась сэру Элиоту. — Как я уже говорила, мне достаточно одного цветка.       Сэр Элиот улыбнулся в ответ и снова Елена увидела в его улыбке особенную нежность и теплоту.       — Кажется, придётся мне искать себе другую прекрасную даму, чтобы сложить к её ногам все свои умения, — глубокомысленно высказался сэр Кей и, кивнув молодым людям на прощание, пришпорил коня, уезжая вперёд.