Гермиона, Мерлин или Салазар?

      1       Филч, по своему обыкновению, что-то бормотал себе под нос, но не слишком злобно - одна улыбка, и сердце старого кошатника оттаивало.       — А вы всё на посту, — мягко улыбнулась ведьма, по-девичьи легко взлетая по ступеням великой школы Хогвартс и с любопытством оглядывая холл, в котором не была с самого дня окончания школы.       — Ну как же, миссис Поттер, на кого же я оставлю Хогвартс?       Женщина одарила его очередной улыбкой, тёплой, как солнце ранней осенью, и её зелёные глаза заискрились. Она снова окинула взглядом высокие потолки, широкую главную лестницу, ведущую словно на небеса, и медленно повернулась к мрачноватой лестнице в подземелья. Тут женщина чуть порозовела и смутилась.       — Мистер Филч, я знаю, что опоздала...       — Ничего-ничего, — Филч важно покачал головой и гостеприимным жестом указал как раз на лестницу вниз. — Директор предупредил меня и просил сразу проводить вас в подземелья.       Лили Поттер, в девичестве Эванс, едва заметно вздохнула. Она предпочла бы сначала навестить директора в его кабинете, попить чаю, настроиться... Увы, всё решило её опоздание из-за срочной встречи с Амелией Боунс.       Филч уже начал спускаться, и миссис Поттер, подобрав полы модной мантии, направилась за ним, стараясь не слишком смотреть по сторонам и сосредоточив всё внимание на старых каменных плитах, чтобы не запнуться каблучком в полутьме. От сына она знала об очаровательных манерах и пристрастиях мистера Снейпа, но воочию увидеть, что он, действительно, выбрал своим пристанищем подземелья, а не последовал примеру профессора Слизнорта, расположившего кабинет на верхних этажах, совсем другое. Женщина тихо фыркнула. Сев всегда был слишком слизеринцем.       До нынешнего кабинета Зельеварения они добрались, увы, слишком быстро, так что Лили было почти жаль отпускать Филча. Её хватило разве что на ещё одну улыбку и тихую благодарность. Завхоз, казалось, с некоторой жалостью посмотрел на женщину, словно скорбел о юной деве, приведённой на растерзание дракону.       Примерно так оно, впрочем, и было, и миссис Поттер с удовольствием оставалась бы в своём доме, подле мужа, ведь рассчитывать на снисхождение или хотя бы нейтральную теплоту от Северуса не приходилось. Но просьба директора, подкреплённая письмом сына, заставила женщину броситься в школу, как будто от её присутствия зависела судьба мира. Собравшись с силами, Лили Поттер постучала в дверь Северуса Снейпа.       2       — Джинни?       — Здравствуйте, миссис Поттер.       Джинни чуть напряжённо улыбнулась и освободила проход, открывая вид на живописную компанию, находящуюся в кабинете Зельеварения. Если женщина и была удивлена тем, что дверь открыла младшая из Уизли, то остальное быстро перехватило её интерес. Миссис Поттер медленно вошла в кабинет и прикрыла за собой дверь, а потом так же медленно пошла к преподавательскому столу.       — Здравствуйте.       — Ох, Лили, как я рада вас видеть, — радостно всплеснула руками профессор Макгонагалл, а Дамблдор согласно закивал. — Добрались хорошо?       — Ага, — миссис Поттер привычным движением поправила волосы сына, попытавшегося увернуться, кивнула Рону, но рядом с ними не задержалась, а пошла вперёд, оглядывая кабинет. — Признаться, я немного удивлена вашим собранием и мало что понимаю.       — Удивила, — буркнул профессор Зельеварения.       Лили Поттер вскинула голову и зелёные глаза снова, впервые за многие годы, встретились с чёрными, словно только вчера Лили и Северус разошлись по гостиным, словно до сих пор они были студентами Хогвартса.       — Я тоже рада видеть тебя, Северус.       — Миссис Поттер, — зельевар официально ей кивнул.       Да, Северус Снейп стал взрослым мужчиной, мастером Зельеварения, но характер у него был прежним. Пожалуй, он лишь отточил свои колючки за годы преподавания.       — Итак, — миссис Поттер оказалась напротив Альбуса Дамблдора и Минервы Макгонагал, стараясь не смотреть на Снейпа за кафедрой, — зачем я здесь?       — Присядьте, Лили, — дружелюбно сказал Дамблдор. — И позвольте представить вам: мистеры Фред и Джордж Уизли...       — Профессор, — мягко улыбнулась Лили, — я знакома со всеми в этом помещении. Именно поэтому меня и удивляет, что все вы здесь.       Дамблдор вздохнул и сел на парту, его примеру последовали все остальные, рассаживаясь кто куда, и лишь грозный профессор Снейп остался на своём возвышении, прямой, как палка, скрестив руки на груди.       — Как я и говорил, мне хотелось бы поручить вам кое-что ещё, кроме ваших официальных функций, Лили, — начал директор. — Произошло нечто очень важное, связанное с неким зельем, и нам нужна ваша помощь.       Лили понятливо кивнула и сложила руки перед собой, как всегда делала на занятиях.       — Если нужно, я принесу Обет.       — Нет-нет, — помотал головой директор, — Мы вам доверяем.       Фыркание донеслось с кафедры, но на него обратила внимание только Макгонагалл, укоризненно глянув на Снейпа.       — Дело в том, что в связи с ошибкой, которая, увы, оказалась фатальной, мисс Гермиона Грейнджер пропала из школы.       Миссис Поттер ошарашено охнула, прикрыв рот ладонью, и удивлённо взглянула на сына и его друзей.       — Гермиона пропала? Но как? Что с ней? Я ничего не знала!       — Никто не должен знать, — строго сказал Дамблдор. — Официально её забрали родители по семейным обстоятельствам, но в действительности... — директор развёл руками. — Мы не знаем где она.       — Но как? Как это произошло?       Лили Поттер переводила взгляд с одного лица на другое, но никто не спешил отвечать. Да что же это за тайны мадридского двора?!       — Если вам нужна моя помощь, мне хотелось бы знать, в чём дело.       Увы, логика никогда не действовала в Хогвартсе и все продолжали переглядываться, при этом особенно явно выделялись взгляды в сторону близнецов Уизли, которые изо всех сил старались мимикрировать под стену. Наконец, миссис Поттер, сделав выводы, полностью развернулась к ним.       — Рассказывайте, — приказала она командирским тоном, который так хорошо удаётся матерям.       Через пять минут рассказа Лили Поттер вспомнила те деньки, когда была Лили Эванс, и, вскочив на ноги, схватилась за палочку, с весьма определёнными намерениями спустить три шкуры или даже больше с близнецов Уизли. Молли её поймёт.       — Вы сделали что?!       — Мы не хотели! — в унисон выдали братья лучшую отмазку года.       — Да я вас!..       — Встаньте в очередь, миссис Поттер.       Ледяное презрение в голосе зельевара, как обычно, сделало своё дело. Миссис Поттер гневно взглянула на него, почти успокоившись и раздумав немедленно изничтожить Фреда и Джорджа.       — А ты куда смотрел?       — Я не обладаю ни полномочиями, ни обязанностями следить за студентами в их личное время.       — А так конечно следил бы, да с огромным удовольствием, — фыркнула миссис Поттер. — Ладно, — она одёрнула мантию, попыталась ещё раз испепелить взглядом близнецов и села. — И что можно сделать?       — В данный момент мы вынуждены в точности повторять этот «гениальный» эксперимент, — желчно ответил Снейп. — Потому что до сих пор никто не клал в зелья шоколад. Затем мы попытаемся проанализировать получившееся и вернуть студентку. А затем вскипятим это варево и окунём туда этих...       — Достаточно, Северус, — прервал Дамблдор. — Ваша задача, Лили, просматривать записи, по возможности участвовать в процессе. Нам известно, что вы не зельевар, однако в Зельях вы смыслите, а нам нужен человек со свежим взглядом.       — Я сделаю всё, что смогу, — горячо пообещала Лили Поттер.       3       Гарри и Рон как раз закончили партию в шахматы и уселись на диван, потягиваясь и вообще всячески радуясь, что им ещё не скоро идти в тёмные жуткие подземелья заниматься зельем.       — Рон, — раздался голос над его ухом, — ты не мог бы мне помочь?       Лаванда Браун стояла рядом, с какой-то книгой прижатой к груди, и глядела так дружелюбно, так наивно, а волосы у неё были такие золотистые...       — Э, — выдал Рон, — постараюсь.       Лаванда с готовностью плюхнулась на диван и показала свою книгу. У Рона отвисла челюсть, но он быстро справился с волнением и шоком - перед ним на коленях у Лаванды лежала лучшая книга о квиддиче, которую только можно было достать.       — Откуда она у тебя?       Рон и думать забыл о своём друге, сидящем на том же диване, и даже позабыл о том, что с момента расставания Лаванда ходила с красными глазами и избегала его.       — Попросила папу прислать, — Лаванда мило улыбнулась. — Я подумала, что стыдно не знать о квиддиче, а я в нём совершенно не разбираюсь.       Глаза у Рона загорелись, грудь гордо выгнулась колесом, а на языке внезапно заплясали тысячи слов, и, повинуясь внезапно проснувшемуся дару рассказчика, Рон деловито раскрыл книгу на самом начале и начал посвящать бывшую девушку во все тайны главного магического спорта.       Гарри деликатно отодвинулся. И ещё. И ещё чуть-чуть. При очередной попытке отодвинуться от этой парочки, он едва не свалился с дивана и решил вовсе уйти. Нет, он не думал, что намечается что-то романтическое, в конце-концов, Рон ясно высказался насчёт своего отношения к Лаванде, и теперь все его мысли были только о Гермионе, но вот Лаванду лучше было не злить. Хочет разбираться в квиддиче - так Мерлина ради! Гарри вовсе не хотелось ей мешать, чтобы Лаванда попыталась его проклясть и ошиблась интонацией, как с ней иногда бывало.       Гарри встал и развернулся, но тут же кто-то неловко сбил с него очки.       — Ой! — одновременно вскрикнули Гарри и тот, кто в него врезался.       — Ах, Гарри, это ты? — произнёс смутно знакомый голос и, пока Гарри, щурясь, пытался понять, что такое темноволосое стоит перед ним, обладатель голоса быстро нагнулся и поднял его очки с пола, а потом нахлобучил, как мог, ему на нос. — Прости, я не видела тебя.       — Ромильда? — Гарри поправил очки и убедился, что это, действительно, Ромильда Вейн. — Прости, это я тебя не видел.       Девушка тепло улыбнулась и пожала плечами.       — Значит, мы оба виноваты.       — Да, наверное, — неловко подтвердил Гарри. — А... Ты тоже на лекцию по квиддичу?       Он указал себе за спину, туда, где сидели Лаванда и Рон. Ромильда посмотрела на них и тихонько рассмеялась.       — Нет, точно нет. Ты помнишь, квиддич и я не совсем совместимы.       Гарри помнил. Конечно, он помнил её феерическую попытку попасть в факультетскую команду, когда она прогуливалась с метлой в руке, даже не попытавшись взлететь. Такое забудешь! Парень улыбнулся, взъерошив волосы.       — Ага.       — Да уж, — Ромильда смущённо поправила кудрявые тёмные волосы. — Мне гораздо больше нравится на земле. Плюй-камни тоже неплохая игра.       — Да? Ни разу не пробовал.       Гарри было немного неловко. Он стоял между двух диванов, позади него был камин, а впереди - Ромильда, отодвигать которую было бы невежливо. Но и говорить с ней, казалось, было особенно не о чём.       — Это не так увлекательно, как квиддич, ведь не нужно разрабатывать стратегию и всё такое, но требует определённой сноровки, — Ромильда мило улыбнулась. — Если захочешь, я могу как-нибудь показать, но будь готов к тому, что если проиграешь, камни тебя оплюют.       — Очаровательно, — пробормотал Гарри.       Ромильда снова улыбнулась и, оглянувшись, со смешком отступила в сторону, опять поправляя волосы, которые тяжёлыми кудрями всё норовили вылезти из косы и закрыть обзор.       — Прости, я, кажется, не даю тебе пройти.       — Да ничего, — выдавил из себя Гарри, привычно взъерошивая волосы, как и обычно, когда нервничал, что случалось с ним постоянно при разговорах с девушками. — Я подумаю насчёт плюй-камней.       — Отлично, — просияла Ромильда. — Увидимся.       И девушка прошла мимо него. Гарри пожал плечами и пошёл к спальням мальчиков, рассчитывая лечь пораньше, не дожидаясь Рона, ведь лекция о его любимой игре могла затянуться. И почему только Джинни так бесится из-за Ромильды? Подумаешь, она не играет в квиддич.