Глава 21
16 ноября 2015 г., 20:12
— Ч-чёёёёрт! — Стефани от злости пнула стул так, что бедная деревяшка, ударившись о стену, развалилась на части. Девушка не знала, сколько прошло времени, но уж точно понимала, что не мало. И всё было без толку. Что бы она ни делала, как бы ни старалась, ничего не получалось. Она всё перепробовала: от теребления кулона в руках до катания по полу с закрытыми глазами. Воспоминания, пусть даже обрывки, крупицы, упорно не хотели возвращаться к ней. Что уж говорить о магии. Кажется, её земное тело было просто не способно на колдовство.
Стефани скрестила руки и бесцельно ходила по подвалу, пиная камушки и всё, что попадалось на пути. А может, она просто плохо старалась?
— Как же мне всё это надоело, — пробормотала она в пустоту. В самом деле, чего Локи от неё ожидает? Того, что она просто так всё вспомнит и снова станет прежней? Если так, то она будет вынуждена его расстроить по приходу.
Стефани подошла к шершавой ржавой металлической двери и, повинуясь инстинкту, дёрнула её за ручку. Чего и следовало ожидать, она была заперта. И трубы, естественно, были крепко прикреплены к стенам. Локи основательно потрудился, чтобы отсюда не было выхода, и она ненароком не сбежала.
Единственная лампа, вкрученная в потолок, то и дело мигала, отбрасывая неприятные тени. На полу валялись мелкие камни и песок. Ни кровати, ни хотя бы туалета найдено не было. «Чудненько, — раздражённо подумала девушка. — Я, конечно, не в том положении, чтобы ставить ультиматумы, но клянусь, если Локи не найдёт мне камеру получше, никогда не сможет воспользоваться моей силой». Конечно, в свою решительность девушка и сама не очень-то верила. Хорошо хоть, что не связал. А то было бы и вовсе плохо. Хотя, кажется, куда уж хуже?
Присев в самом чистом на первый взгляд углу, Стефани запустила руки в волосы и, положив перед собой кулон, принялась пристально разглядывать камни. В фильмах это обычно помогало, но она-то не герой какого-нибудь бестселлера, а просто не совсем обычная девушка, которой необходимо вернуть память, чтобы остаться в живых. Камни так и оставались блестящими камнями, которые никак не реагировали на её попытки. Да и как можно было вернуть воспоминания, когда на неё так давят? Раньше частицы воспоминаний возвращались только тогда, когда она была без сознания. Или глубоко спала. То есть, это происходило ненамеренно, как открытие Нарнии в шкафу. Получается, ей надо было себя вырубить? Ну уж нет. Это и вовсе глупо. Надо найти другой способ освободить свой разум.
Девушка взяла кулон в руки. Подвеска была холодная на ощупь, словно кристаллики льда. В памяти всплыл тот случай, когда кулон неожиданно раскалился и обжёг ей кожу на шее. Неужели, это было что-то вроде предупреждения? А те странные сны, которые преследовали её с самого пробуждения в больнице Нью-Мексико? Всё было не случайно. Теперь она отчётливо понимала это.
«Надо освободить свой разум», — в голове пронеслись её собственные мысли. Ну конечно же! Было не обязательно падать в обморок, достаточно только отключить мозг, или что-то вроде этого. Медитация — вот, что может помочь.
Стефани, надев кулон на шею, закрыла глаза и расслабилась настолько, насколько это вообще было возможно. Постаралась выкинуть из головы все посторонние мысли и полностью погрузиться в эту атмосферу, пропитаться ею. Проходили секунды, минуты, но ничего не происходило. Вообще ничего. В конце концов, это глупое занятие ей надоело, и она открыла глаза.
В ту же секунду Стефани снова почувствовала на своей шее обжигающий жар, прямо как тогда. Поспешно сдёрнув подвеску, девушка взглянула на предполагаемое место ожога, но его там, конечно же, не оказалось. Всё повторялось. Посмотрев на подвеску, Стефани сначала почувствовала лёгкую сонливость, которая вскоре переросла в довольно сильную слабость. Всё, чего сейчас хотела девушка, это прилечь. Неважно где, хоть на полу.
Голова стала такой непосильно тяжёлой, как и веки, которые самопроизвольно закрывались. Не в силах сопротивляться одолевающему её сну, девушка легла на холодный пол и тут же отрубилась.
***
Фрейя поспешно выскочила из спальни и, не ожидая, что в коридоре будет кто-то ещё, буквально столкнулась с Локи. — Ну, — нахмурив брови, начала она, не дожидаясь, пока тот поднимется на ноги, — И где же ты соизволил пропадать целый день? Я думала, мы договорились заняться подготовкой торжества, но из-за тебя, — девушка гневно указала на Локи, — мне пришлось делать всё самой. Локи задумчиво накрутил на палец выбившуюся прядь своих чёрных, как смоль, волос. Вдруг из задумчивости его вывел внезапный и довольно болючий щелбан. Ах да, верно, он, похоже, уже и забыл, что был в коридоре не один. Фрейя, была ещё злее, чем прежде. — Я что, по-твоему, со стеной разговариваю?! — она уже откровенно кричала. Девушка просто терпеть не могла, когда её игнорировали. Особенно этот плут Локи. Стоит тут и крутит свои, и без того хорошо уложенные, волосы. Ну не наглость ли? Она хотело было уже дать ему второй щелбан (благо в этом она была мастер), как её злость потихоньку начала стихать. Долго злиться Фрейя просто не умела. Поэтому, она уже спокойно, поинтересовалась: — Ты, случайно, не видел Сиф? Я хочу, чтобы она помогла мне сделать причёску, — Локи деловито приподнял одну бровь. — Она выехала в город рано утром, пока ты спала. Я думал, ты знаешь. — Уехала, значит, — Фрейя задумалась. Из всех обитателей Чертогов Одина, пожалуй, только ей она могла доверить свои волосы. Хотя нет, есть ещё один… Она взглянула на Локи. Давно, когда они ещё были детьми, он частенько заплетал ей косы, пока Тор накачивал мускулы и упражнялся в стрельбе из лука и верховой езде. Пожалуй, это младший брат делал очень искусно, как настоящий профессионал. Локи, похоже, проследил за ходом её мыслей. — Если хочешь, я мог бы сотворить с твоими волосами что-нибудь путное. Девушка обрадовалась. Локи совсем не изменился, всё такой же скромный и учтивый, прямо как прежде. Она быстро схватила его за руку, собираясь уже бесцеремонно втолкнуть мужчину в свои покои, дабы он соорудил на её голове нечто стоящее, как вдруг её ладонь пронзила резкая боль. Девушка поспешно отдёрнула руку. Словно кристаллики льда впились в её пальцы. Локи заметно напрягся. По его взгляду нельзя было догадаться, что сейчас творится у него в голове. Его глаза потемнели, и он поспешно отвернулся. — Боюсь, тебе самой стоит попытаться уложить волосы. Всё так же, не поднимая взгляд, он поспешно удалился. Фрейя осталась в полной растерянности. Взглянув на руку, она заметила тонкий красный, как ниточка, след. — Ну и что это было? — пробормотала она сама себе, разглядывая ладонь. Отметина начала исчезать. Вдруг в её горле словно встал огромный ком, не позволяющий ей дышать. Всё вокруг поплыло. Фрейя начала отчаянно ловить ртом воздух…***
Стефани очнулась от жуткой одышки, словно она провела кучу времени под водой. Постепенно, это чувство прошло, как и сонливость. Но всё это того стоило. Она вспомнила кое-что, вряд ли что-то важное, но всё же… — Постойте-ка, — прошептала она, разглядывая руку, на которой когда-то располагался красный след. Его сущность ледяного великана начинала проявляться уже тогда, но девушка была слишком слепа, чтобы заметить это. И то, насколько ему было тяжело, она тоже словно даже не пыталась понять. Тогда она была если не эгоисткой, то очень близкой к этому термину. Как можно было не видеть, что Локи уже тогда начал меняться? И некому было протянуть ему ту спасительную руку помощи, чтобы остановить это. Он был так чертовски одинок, даже если теоретически был не один. Даже в толпе можно было чувствовать себя никому не нужным. Стефани именно сейчас осознала то, какую ошибку они совершили. Все они. Тор, Один, Сиф с воинами и даже она сама, казалось, думали, что Локи был словно предметом, который всегда будет рядом и останется таким, каким все его хотели видеть. Ему нужно было поделиться с кем-то, но в целом Чертоге Одина не нашлось бы ни одного человека, который был бы готов его выслушать. Одни опасались его из-за необычной силы, которая была ему присуща. Ведь асгардцы по сути своей — воины. Им не свойственна магия, поэтому Локи уже с рождения стал кем-то вроде изгоя. Другие просто даже не пытались понять его. А Один… Один просто словно не замечал его. Любил ли он его? Это был довольно спорный вопрос. Ведь, если любишь кого-то, разве поступишь с ним так, как обошлись с Локи? Он не заслуживал этого. Тогда ещё не заслуживал… А теперь они утверждают, что он злодей, что только он один виноват во всех их несчастьях и бедах. На самом же деле, у Локи никогда не было никого, кто мог бы указать ему верный путь. Из-за этого он запутывался всё больше и больше, стараясь доказать фальшивому отцу, что он равен Тору, что он тоже достоин править. Жаль, что Один так этого и не понял. Может, это и не правильно. Нет, это точно не правильно. Стефани не должна ему сочувствовать, и она знала, что сто раз пожалеет об этом. Так же она понимала, что прежнего Локи больше нет, а если и есть там, где-то глубоко в сердце, то он не досягаем более. Но всё равно, теперь у неё словно открылись глаза. И она ничего не могла с собой поделать. Вздохнув, Стефани откинулась назад, упёршись спиной в стену. Ей сейчас, как никогда, хотелось всё вспомнить. Абсолютно всё, неважно плохое или хорошее. Ей по-настоящему стало не хватать своей прошлой жизни. Даже если одна её часть раньше сомневалась, сейчас все сомнения отпали сами собой. Ведь она позабыла столько всего важного: отца, дом, друзей. Эта человеческая жизнь по праву не её, нельзя притворяться нормальной, если на самом деле ты совершенно другая. Не говоря уже о магии. Сейчас её огненные силы были ей просто необходимы. «Интересно, — с грустью подумала она, — как там Джейн, Мстители… Смогут ли они сдержать атаку Читаури? Победят ли Локи?» Даже если девушка верила в их силы и в них самих, также она понимала, что никакая земная мощь не поможет им победить в этой войне. Поэтому, будь она прежней, она могла бы помочь, но сейчас… От неё не больше толку, чем от маленького ребёнка. В прочем, как и подметил Локи. Он злодей и лгун, но иногда он говорит именно ту правду, которую просто отказывается признавать наше сердце. Стефани ужасно хотела есть. Её живот разболелся так, что сейчас трудно было на чём-либо сосредоточиться, кроме того, как бы найти что-то съедобное. Ну, уж конечно, здесь еды не было. Здесь вообще ничего нет. Девушка, снова надев уже холодный кулон на шею, подошла к двери и, стукнув по ней кулаком, от чего на костяшках пальцев содралась кожа и выступили крохотные капельки крови, крикнула: — Эй, меня кто-нибудь слышит? Есть тут кто? — её голос эхом раздался по пустому помещению. — Я хочу есть! И в туалет. И принять душ. Эй! Никакого ответа. Словно эта стена не пропускала ни единого звука снаружи. Как будто её замуровали здесь заживо. — Локи, я знаю, ты меня слышишь. Я не буду работать в таких условиях! Может, ты и хочешь воспользоваться моей силой, но знай, что этого не будет, пока ты не выпустишь меня отсюда! Слышишь меня? Ответь! — и снова тишина. Стефани выкашлялась. В горле пересохло от крика, а живот пульсировал от боли всё больше и больше, издавая воркочущие звуки. Чем она заслужила такое обращение? Нет, отвечать на это вопрос не надо было. Она и так сама всё знала. И не только она. Получается, это её наказание? — Локи, выпусти меня отсюда. Может, для тебя еда не важна, но я умру гораздо раньше, чем закончу восстановление памяти, от голода и обезвоживания, — прислонившись горячим лбом к холодной двери, девушка прикрыла глаза. Снова чувствовалась какая-то странная слабость во всём теле, да и в подвале было довольно холодно и сыро. Неужели она подхватила то, что на Земле называется простудой? Странно, ведь она никогда прежде не болела. Боги ведь не болеют человеческими вирусами. Так что же с ней не так? «Что за бред?» — одёрнула она себя, ещё сильнее опираясь на дверь. — Локи, пожалуйста, — хрипловатым голосом прошептала она, скорее надеясь на то, что он не услышит этих унизительных для неё слов. Ещё бы, ведь она никогда не просила о чём-то настолько сильно. Тем более врага. — Мне нравится, — сзади послышался насмешливый голос. — Продолжай. — Какого чёрта? — от неожиданности Стефани слишком резко обернулась так, что в её глазах на секунду потемнело. Но это головокружение быстро прошло. Она ведь стояла лицом к двери, так как он вошёл? — Ты так рада меня видеть? Так куда же делось твоё: «Локи, пожалуйста, выпусти меня»? — спародировал он. — Может, мне оставить тебя здесь ещё на несколько дней? Знаешь, Боги живут намного дольше, чем люди. Вот и проверим, сколько ты протянешь без еды и воды. — Я не понимаю, — слабость у Стефани как рукой сняло. — Ты заставляешь меня возвращать память и магию, но при этом хочешь моей смерти. Ты так развлекаешься? Тебе что же, так приятно смотреть на мои мучения? Или ты просто наказываешь меня за ошибки прошлого, за то, что не помогла тебе в нужное время? Скажи, мне нужно знать. — Ты слишком много о себе думаешь. Мне не нужна была ничья помощь как тогда, так и сейчас, — Локи медленно прошёлся по комнате, не сводя глаз с девушки. — Это ты так думаешь. Твой отец заботился о тебе. Даже если ты считал иначе. Как и все мы… — Вы мне никто! — Локи со всей силы ударил посохом о землю так, что в полу появилась большая вмятина. — Я не нанимал мозгоправа. И в который раз тебе говорю, ты не имеешь права так ко мне обращаться. — Почему же ты меня не убьёшь? — девушка испытывающе смотрела в его глаза, упрямо не отводя взгляд. — Если хочешь, могу убить прямо сейчас, — его холодные глаза-льдинки пронизывали её насквозь, словно сканируя с ног до головы. Стефани молчала. На что она вообще рассчитывала, начиная этот разговор? Локи был не тем человеком, с которым можно было просто так поговорить. А она, дура, носила ему книги в тюрьму по совету Тора, старалась не обращать внимания на его сарказм. А сейчас всё тот же Локи стоит перед ней и без малейшей эмоции говорит о том, что, не задумываясь, убьёт её. — Я думаю, ты поняла меня и больше не будешь говорить глупостей, — мужчина вернул себе прежнее невозмутимое выражение лица и подошёл к всё ещё молчавшей девушке. — Поэтому, я сделаю тебе небольшое одолжение. Считай это жестом доброй воли будущего царя Асгарда. С этими словами Локи резко схватил Стефани за локоть. От неожиданности та зажмурилась, а когда открыла глаза, каменных стен подвала вокруг больше не было. Яркий дневной свет ударил ей в глаза, вызывая непрошеные слёзы. Девушка отвернулась, чтобы Локи не увидел такого «чудесного» зрелища. — Теперь-то ты довольна? — Локи наклонился к самому её уху так, что его горячее дыхание коснулось её кожи. По спине по непонятной причине побежали мурашки. — Вообще-то я… — девушка резко развернулась, но мужчины в комнате уже не было. «Хм, что ж, так даже лучше», — с досадой подумала она, осматриваясь вокруг. Она стояла посреди большой комнаты со светлыми обоями и ковром. В углу стоял такой же светлый кожаный диван с кофейным столиком. Половину стены занимал огромный плазменный телевизор, а другая стена была абсолютно стеклянная. Не было ни картин, ни украшений, ни цветов. Эта комната напоминала комнату богатого, но холодного человека, которому чуждо такое понятие, как радость. Стефани вздохнула. Похоже, сам того не подозревая, Локи привёл её в квартиру, отражающую его внутренний мир. Девушка подошла к окну. Она впервые была так высоко. Похоже, это был многоэтажный дом или гостиница в самом центре Нью-Йорка. Посмотрев на улицу, она замерла. Похоже, её сердце пропустило один удар. То тут, то там дымились полуразрушенные дома и магазины. Асфальт полностью был усыпан осколками стекла и гильзами от пуль. На дорогах, словно могилы, лежали перевёрнутые машины и автобусы. Лишь изредка какой-либо человек испуганно перебежит улицу, затравленно озираясь по сторонам, и тут же нырнёт в ближайшую развалину. Манхэттен был словно погребён заживо. Страшно было представить, что случилось с остальной частью Нью-Йорка. «Они не справились», — гулом отзывалась страшная мысль. Не справились. Война проиграна. Но самое ужасное для Стефани было осознание того, что, в то время, как её друзья сражались за свой город, за Землю, она просто сидела без дела. Да, её похитили. Но почему, почему она даже не пыталась найти выход? А если и пыталась, то недостаточно сильно. Она не должна была позволить Локи себя похитить, не должна была позволить узнать, кто она на самом деле. И даже с таким лёгким заданием… она не справилась. Эта мысль буквально убивала её. Хотелось кричать. Кричать так громко, насколько это возможно. Хотелось плакать и биться в истерике, ломать всё, сделать себе больно, лишь бы заглушить это отчаяние. В прострации девушка опустилась на пол, не в силах оторвать глаз от злополучного окна и развалин ещё недавно жившего своей шумной жизнью Манхэттена. Стефани тяжело ударила кулаком по стеклу. Потом сильнее. Потом ещё сильнее. Она колотила в окно снова и снова, безудержно рыдая. Этот потоп слёз она не могла подавить или сдержать. Они хлынули из её глаз без предупреждения, целым потоком. Вся боль, все страдания, всё, что когда-либо её мучило, слилось в этой солёной воде, тёкшей по щекам, капавшей с подбородка. Она впервые, сколько себя помнит, позволяла себе плакать. Нет, скорее, не она позволяла, а её глупое, наивное и слабое сердце, которое до последнего верило в то, что Локи не такой плохой, каким кажется на первый взгляд. Он и правда был чудовищем, а она в своих «розовых очках» видела лишь запутавшегося и одинокого человека, который выбрал неверную дорогу в жизни. Нет, он не запутался и не выбирал такой путь. Он задумал его с самого начала, и в итоге всё вышло так, как ему и хотелось. Он был бы хорошим, но бессердечным правителем. Именно по этой причине Один не хотел сделать своим наследником именно его. Локи всегда был умён и хитёр, и теперь вся злоба на отца вылилась в нечто большее, чем просто пустые обиды. — Я должна остановить это! Если они не смогли, то мне надо хотя бы попытаться бороться с ним, — прокричала она сквозь слёзы. Разбитые костяшки пальцев жутко болели, но девушка не обращала на это никакого внимания. Ей было совсем не до этого. Но кое-что, всё же, заставило её обратить внимание на свои руки. — Боже, — выдохнула она, не веря своим глазам. — Что же, мои догадки были верны, — в голове раздался уже ставший ненавистным ей голос. — Ч-что это? — всхлипывая, прошептала девушка. — Поразительно, — мужчина проигнорировал её вопрос. — Стоило лишь немного надавить на твоё слабое место, и дело пошло намного быстрее, — он, не церемонясь, стиснул ей ладонь и смахнул капли золотой жидкости, медленно, словно мёд, стекавшие с её ран. — Но, что это? — девушка снова повторила свой вопрос, поражённо глядя на свои руки, из которых вместо крови вытекало нечто золотистое и тёплое на ощупь. Жидкость, видимо, тёплой была только для неё самой. На белоснежной коже мужчины она оставляла красные борозды, словно от ожогов. Локи рассеянно растёр её пальцами, не замечая сильного жжения. — Это? — он, всё так же рассеянно, усмехнулся. — Это хороший знак. Ты хорошо постаралась. — Ты, — Стефани опомнилась. Слёзы всё ещё текли по её щекам, капали на руки, смешивались с горячей массой, и, зашипев, испарялись. — Во что ты превратил город? Урод! Чудовище! — девушка вскочила и, с несвойственной ей быстротой, в миг оказалась рядом с мужчиной, занеся раненую руку для удара. Кто знает, быть может, если она ударит его этим жидким огнём, то нанесёт ему хоть какой-нибудь вред? Хотя бы остановит его на некоторое время, чтобы успеть сбежать. Было видно, что Локи не ожидал, что к ней так быстро вернутся силы. Он заметил её выпад в самый последний момент, но и этого хватило, чтобы остановить её. В одно мгновенье он перехватил её руку чуть ниже локтя и притянул девушку к себе. — Пусти, пусти! — она извивалась и визжала, но его сильные руки крепко удерживали её, обхватив за талию. Стефани пыталась вырваться, но это было абсолютно бесполезно. Мужчина развернул её лицом к окну. — Нет, отпусти! — девушка ворочала головой, не желая больше видеть это ужасное зрелище, но он поймал её за подбородок. По всей челюсти раздалась сильная, но в то же время такая отрезвляющая боль. — Смотри внимательно, — Локи не позволял ей отвернуться. Медленно проведя рукой в воздухе, он взглянул на девушку. — Я же сказал, что знаю, как ускорить процесс. Пейзаж за окном сменился. Теперь вместо развалин Стефани увидела поле битвы. Существа, такие же, как-то, что она видела в первый день своего заключения, заполонили улицы Нью-Йорка. Было невозможно разобрать, что там происходит, но на секунду девушке показалось, что мимо на большой скорости пронеслось нечто красное, и сразу же скрылось за ближайшим небоскрёбом. — Старк? — прошептала она, обмякнув в руках Бога. Похоже, что-то, что показал ей Локи тогда, было лишь иллюзией. Но только пока. На самом же деле битва за Землю была в самом разгаре. Но даже теперь Стефани не смогла бы принять в ней участие. — Он тебя не увит. А ты не сможешь ему помочь, — Локи разжал руки, выпуская девушку. — Здесь намного комфортнее, чем в твоей прежней тюрьме, но зато какой вид! Любуйся на то, как твои дружки сражаются и погибают. — Значит, шанс ещё есть. Локи удивлённо посмотрел на неё сверху вниз. Одно показалось ему весьма странным, хотя он и постарался выкинуть это из головы. У него не было времени думать о всяком сброде, но… Почему на этот раз на неё подействовали его иллюзии? Даже в детстве он никогда не мог обдурить её, ведь она никогда не поддавалась его магии. Так почему сейчас?.. Стефани улыбалась. Улыбалась улыбкой счастливого человека, наблюдая за битвой. Она больше не плакала. Из разбитой руки больше не тёк огонь, а самая обычная алая жидкость. Раны не заживали, а кровь не свёртывалась, как бывало раньше. — Шансов нет! — мужчина раздражённо хмыкнул и исчез, снова оставив девушку наедине с собой. — Шанс есть всегда, — с улыбкой прошептала она ему вслед.
