Судьба в стиле "рок"

Мария заполняла истории болезней, когда где-то в недрах шкафа Шевчук запел про то, что «ты не один». Девушка покопалась в рюкзаке, выудила телефон и прижала к уху. − Маша, привет. Это Варя, Леонидова. Помнишь, мы встретились в больнице недели три назад? − Варя, конечно, я помню, очень рада, что ты позвонила! Как у тебя дела? − Все хорошо. Ты как? − В целом очень даже неплохо, если в частности не вдаваться. − Маш, я тут подумала, а почему бы нам не встретиться? − Хорошая идея. Когда? − Завтра суббота, у меня выходной, а у тебя? − Вообще, да, но могут вызвать на работу. − Давай все же рискнем. Приезжай ко мне в гости – я приготовлю обед, мы спокойно поговорим. − А это удобно? Муж не будет против? Может, встретимся на нейтральной территории… − Муж против не будет, а на улице стоит невыносимая жара, и лишний раз выходить туда не хочется. Давай часиков в одиннадцать, не рано? Чтоб до особой жары успеть тебе подъехать. − Нормально. − Тогда до завтра? ¬− До завтра. Маша задумчиво посмотрела на телефон и слегка улыбнулась. Ну вот, почти как у обычных людей – она договорилась с давно не виденной одноклассницей встретиться. И если ничего не случится, то они, может статься, очень неплохо проведут время… Она никогда ни с кем не встречалась просто так, всегда по делу. У нее не было подруг в буквальном смысле слова (Лена и Ольга не в счет, они живут далеко), в ее жизни была только работа. И прошлое, с которым она справилась, почти… – Никакой справедливости в жизни, – бормотал Котов, выбираясь из постели и косясь на сладко спавшую жену. Посидел с минуту, пытаясь окончательно проснуться, потом потер лицо ладонями и побрел в душ. Отсутствие справедливости в жизни капитана объяснялось тем, что давно обещанный Рогозиной отпуск переносится на неопределенное время в связи с появлением очередного маньяка. Как известно, граждане впадают в транс при одном только упоминании этого слова, а уж когда слово трансформируется в человека с вполне конкретными действиями, печали нет конца. Руководство всех мастей тоже это слово не любит, поэтому вышел приказ усилиться всем правоохранительным органам, а ФЭС вообще переходит на боевое положение, ибо у них на счету самое большое количество удачно пойманных изуверов, значит и опыт большой, значит им и ловить. Держа в одной руке пиджак, в другой галстук, Костя зашел на кухню, где его жена готовила омлет. Горячий кофе уже ждал его на столе. Костя сделал пару глотков, ответил на поцелуй Вари и смог-таки проснуться. – Ты во сколько вернешься, хотя бы примерно? – спросила Варя, завязывая мужу галстук. – Понятия не имею, но не раньше семи, это точно. Ты же помнишь пламенную речь зам-министра на планерке: пока маньяка не изловим, нет нам покоя и счастья. – Ясно. Завернуть тебе с собой бутербродов? – Не нужно. Вчера появилась наконец-то та, кто будет нас в ФЭС кормить. Майский сказал, что она очень даже ничего. – А как она готовит, Майский не сказал? – усмехнулась Варя, накладывая мужу завтрак. – А это уже неважно, когда есть на что посмотреть, любую еду съешь. – Это само собой. Но ты, если появится возможность, заезжай домой на обед, можешь и майора прихватить с собой. – А ты чем собираешься заниматься? – спросил Костя жену, допивая кофе и натягивая пиджак. – А у меня сегодня встреча с одноклассницей. Помнишь, я тебе рассказывала, что встретила ее в больнице, куда сына соседки после аварии увезли? Вот наконец-то мы решили встретиться. Костя отбыл на службу, а Варя направилась в душ и принялась готовиться ко встрече с одноклассницей. Одноклассница тем временем внимательно разглядывала анализы пациента, полученные утром, и хмурилась. Если состояние не улучшится, придется снова оперировать, но это опасно, ребенок еще очень слаб. Дав указания медсестре, она продолжила обход, потом консультировала еще двоих малышей, а когда вернулась в ординаторскую, то обнаружила, что катастрофически опаздывает на встречу. Торопливо разыскав в сумке ключи от машины и телефон, Мария выпуталась из халата и ринулась к выходу, на ходу названивая Варе. – Привет. Варь, извини, я опаздываю - на работу вызвали. Я уже бегу. Еще раз прости! Маша сунула в карман сотовый, и на ходу отловила дежурную медсестру. – Кать, в общем, я поехала, но я на телефоне, если чего, тут же звони. И за Карибовым следи очень внимательно, записывай все показания и малейшее изменение динамики. Я вечером заеду его посмотреть. В субботу машин было не особенно много, пробок тоже, поэтому к однокласснице Мария доехала довольно быстро, прикупив по пути пирожные к чаю. Варя встретила ее обедом с пятью переменами блюд и домашним пирогом. Мария, вечно занятая на работе, не умеющая готовить и питающаяся как, когда и где придется, с благодарностью и аппетитом ела все, что Варя ей предложила, не забывая нахваливать кулинарный талант одноклассницы. Варя с разговорами не лезла, подкладывая девушке то мяса, то гарнир и кивала в ответ на комплименты. Только за чаем девушки смогли приступить к разговору. – Варь, это просто класс, как ты готовишь, – Маша откинулась на стуле и прикрыла глаза. – Ничего особенного, обычный обед. – Как же тогда выглядит необычный… – А ты вот не теряйся, и как-нибудь приезжай к нам на шашлыки. Мы часто выезжаем к коллегам на дачи, особенно летом, и тебя с собой захватим. – Спасибо, Варь, но вряд ли я смогу – работа… – Это не оправдание, время найти всегда можно. Кстати, о работе, твоя мечта осуществилась? – О да, я стала хирургом, как и мечтала. Хирург я детский, правда, но все еще впереди. А ты кем трудишься? – Не поверишь, психологом в ФЭС. – Это где? Варя начала рассказ про ФЭС, увлеклась, перейдя на рассказы про мужа, коллег и друзей, но Маша была благодарным слушателем: не перебивала, кивала в нужных местах и вставляла нужные фразы. – Я все про себя, а ты молчишь… Маша, теперь твой выход! Маша немного помолчала. Она не была особо разговорчивой, и о себе говорила с большой неохотой и крайне редко, считая, что ничего в ее биографии интересного нет. Много и долго она говорила только о работе, но ведь не будешь распинаться перед одноклассницей, ничего не понимающей в медицине, про способы оперирования пищевода. Молчание затягивалось, но Варя была психологом, понимала, что некоторым людям сложно говорить о себе в силу разных причин, поэтому терпеливо ждала, когда Маша начнет разговор. – Знаешь, – Маша теребила край футболки, – у меня ничего интересного, правда. Школа, училище, институт, работа… Иногда специализация в Питере и разные курсы, семинары, конференции… – А как дела с личным? – Ну… я же работаю сутками... – Уважительная причина, – Варя улыбнулась, поощряя Машу к дальнейшему рассказу, но та молчала, и Варвара решила приступить к школьным воспоминаниям, может, хоть они Марию расшевелят. Та и впрямь оживилась, вспоминала забавные факты и случаи из школьной жизни, преподавателей, потом от случаев школьных перешли к случаям институтским и рабочим. Маша смотрела на Варю, смеясь над рассказами и шутками, и вдруг поймала себя на мысли, что ей удалось расслабиться, а мысли о работе почти не посещали. Такое с ней было впервые, обычно она постоянно ждала звонков, планировала какие-то дела, вспоминала диагнозы, а если ей долго не звонили, начинала названивать сама. Но в этот раз… Это было очень странно и непривычно, немного пугало. – Маш, что-то случилось? – Варя уловила, как напряглась Маша и прервала рассказ, внимательно глядя на собеседницу. – Что? А, нет, все в порядке, отвлеклась просто, извини. Я один звонок сделаю, ладно? – Конечно. Пока Мария интересовалась делами на работе и выслушивала отчеты медсестры, Варя заварила еще чаю, выложила пирожные, и тут хлопнула входная дверь, и на пороге появились Котов и Майский. – Привет, любимая, – Костя поцеловал жену и сунулся к плите. – Привет, хозяюшка, – вторил ему Майский. – Ребята, как хорошо, что пришли, тем более так рано! – Рогозина отпустила, – сказал Костя, что-то жуя, – но сказала, чтоб не расслаблялись, сигнал SOS может поступить в любой момент. – Ага. Костя, а у нас Маша в гостях, одноклассница моя, помнишь, я говорила, что встречаемся с ней сегодня? Она в гостиной по телефону разговаривает, вернется – я вас познакомлю. Котов кивнул и снял пиджак, а Варя уже накрывала стол для уставших офицеров. На пороге кухни появилась Маша и остановилась в дверях, глядя на прибывших, те тоже уставились на одноклассницу. – Маша, проходи знакомиться, – Варя улыбнулась и потянула ее за руку. – Этот огромный и грозный на вид парень на самом деле добрейшей души майор Сергей Майский, а это мой муж – Костя. – Очень приятно, – отозвалась Маша в ответ на улыбки мужчин. Майский мазнул по девушке взглядом и уткнулся в тарелку с обедом, а Маша с удивлением узнала в добрейшей души майоре того самого детину, которого они с подругами встретили на рок-фестивале в Самаре, и который с приятелем увел девушек пить пиво. Со всеми вытекающими последствиями, судя по виду Лены и Ольги на следующий день. Какое-то ощущение, очень смутное, где-то на уровне подсознания, появилось внезапно, и Мария, пытаясь его ухватить, внимательно разглядывала Майского. Тот, почувствовав ее взгляд, поднял голову, и на секунду их глаза встретились, а потом Маша отвернулась, с удивлением понимая, что краснеет. – Маш, я накрыла нам чай на лоджии. Мужчины поедят и присоединятся к нам, да? – повернулась Варя к Косте, тот кивнул. – Варь, ты извини, но мне пора уже... – Как пора? Ты только пришла! – Мне просто на работу надо срочно… – Ты же говорила, что у тебя выходной! – Да, выходной, но там… короче, мне нужно ехать. Было очень приятно познакомиться, Варь, еще увидимся. – Конечно, ты только не пропадай. Проводив Машу, Варвара вернулась в кухню, где офицеры уже разливали чай. – Какая у тебя подруга пугливая, – заметил Костя, – сбежала, как только нас увидела. Майский, это ты виноват. – Почему это? – Потому что надо бриться, стричься и носить костюмы, а не футболки со всякими чуди-щами. – Меня, между прочим, выдернули очень срочно, не дав времени переодеться! А дома я не хожу в костюмах. – Ладно, не злись. Она на тебя чем-то похожа со своими штанами, цепями и футболкой, так что вряд ли испугалась твоего внешнего вида, а вот выражение лица… – Ну правильно, у меня такие планы были на этот день, и все псу под хвост! – Что там с маньяком? – спросила Варя, подкладывая Сергею пирог. Разговор плавно перешел на работу, и про торопливое бегство одноклассницы забыли, вот только у Майского осталось какое-то странное ощущение, вызванное словами Котова о том, что эта девушка на него похожа. Когда-то кто-то уже говорил ему это… Кто и когда? Подумав немного, но ничего не вспомнив, Майский решил не зацикливаться на этом, мало ли чего ему говорили. Девушку он не рассмотрел как следует, увидел только майку с рок-группой и штаны, а лица не запомнил. Ну и ладно, она все равно не в его вкусе, он любил длинноногих блондинок в мини-юбках, а эта и не блондинка, и одевается непонятно как. Но все-таки что-то внутри не давало выбросить одноклассницу Варвары из головы… Маша остановила машину на светофоре и поморщилась. Что это еще за новости – с каких пор она стала краснеть под взглядами мужиков?! Да еще под взглядом бабника, а в том, что майор бабник, Мария не сомневалась ни секунды. И не секунды не сомневалась, что это он тогда на фестивале был. Правда, тогда он был с распущенными волосами и в другой футболке, но Маша его хорошо рассмотрела, ибо стоял он в свете фар. А еще ее тревожило то странное чувство, возникшее при его виде сегодня. Что это? Интуиция, предчувствие? Что это значит? Девушка всегда верила своей интуиции, она ее еще никогда не подводила, но вот до сего момента было все понятно, ясно, откуда ждать подвоха, а тут... Практически на пустом месте. Мария пожала плечами и усмехнулась – вот уж Майский ей вообще никак не угрожает – он явный любитель женщин, причем определенной внешности, а она не подходила ни под какие каноны и стандарты, и потому майор уже про нее благополучно забыл. И где-то глубоко, рядом с непонятным ощущением вдруг мелькнуло сожаление, потому что несмотря на все обстоятельства и причины майор ей понравился.