Глава 11
3 мая 2015 г., 19:45
— Стой, пожалуйста, не уходи! — Одинокий лик мужчины удалялся от нее и как будто расплывался в утренней дымке. Девушка бежала за ним, умоляя остановиться, но он даже не обернулся на ее зов. — Пожалуйста, отец!
Потеряв надежду, Анерель достала стрелу из колчана и сквозь слезы, застывшие в глазах, целилась отцу в плечо. Это был ее последний шанс остановить его. Сделав глубокий вдох, она все же выпустила стрелу. Но острый клинок отразил выстрел, разрубив древко пополам. Теперь, когда он обернулся к ней, девушка видела его таким, каким он, возможно, был: высокий, облаченный в доспехи эльф со снежно-белыми волосами и невероятной глубины голубыми глазами. Его рука крепко сжимала рукоять изогнутого меча, будто была с ним единым целым. А взгляд отцовских очей нес в себе скорее жалость, чем любовь к своему ребенку.
— Ты слаба! — Сделав несколько больших шагов, Элладар оказался от нее на расстоянии вытянутой руки, и сердце Анерель забилось чаще. Он приставил острый конец клинка к подбородку девушки, приподняв его вверх. — Твой страх не дает тебе даже дышать, а ты пытаешься пройти весь этот путь, при этом сохранив свою жизнь. Ты думаешь, что тебя ведут сила и разум, но на самом деле тобой движет только страх! Ты ушла из дома, потому что боялась остаться одна, а теперь идешь за магом, надеясь, что он сможет тебя защитить, — все также лишь мечом, отец повернул ее голову в сторону, запретив смотреть на себя.
— Но я же… — она хотела рассказать о том, чего отец не знал, то, что заставит его передумать.
— Обдурила орков? — закончил за нее эльф. — Разве ты сражалась? Ты бежала! Как бежала из Эрин Ласгален.
Эльфийка слушала его, не смея поднять на взор, и не могла понять, чем заслужила речей полных разочарования. Никто не учил ее быть воином, быть сильной и бесстрашной. Ей говорили как выжить — с чем она хорошо справлялась не одну сотню лет — и как принять то, что уготовила судьба. Она впервые боролась за свою жизнь, мечом отвоевывая право проснуться следующим утром.
— Где отблеск моего клинка в твоем лике? Почему я не могу сказать, что ты моя дочь?
— Потому что мой отец — простой кузнец… — обида сочилась сквозь стиснутые зубы, ядовитым потоком выливаясь в сторону эльфа. Она рукой отодвинула клинок от себя, с вызовом посмотрев на мужчину. — И другого у меня не было. Он помогал мне жить и стать той, кто я есть. А рассказы о тебе лишь помогали мне заснуть. Но теперь, оставшись с собой один на один, только я решаю, как быть и в какую сторону идти.
Анерель никогда не думала, что их единственная встреча будет наполнена взаимными упреками. Но, не смотря на колкости со стороны дочери, Элладар все же улыбнулся ее словам, убрав меч в ножны.
— Уже лучше, — его тон стал мягче, а слова уже не походили на выговоры. — Все это время ты жалела себя. И страх снова кого-то потерять завладел твоим сердцем. Чтобы пройти этот путь ты должна быть сильной, сражаться за то, что тебе дорого и защитить то, без чего твоя жизнь ничего не стоит…
Все, что сказал ей отец, было лишь для того, чтобы пробудить ее, показать в непроглядной чащобе дорожку, по которой стоит идти. Некогда суровый взгляд изменился, будто волны, бушующие в глазах Элладара, успокоились. Тыльной стороной руки он коснулся щеки дочери, но Анерель вместо ласкового ответа вздрогнула, отстранившись от отца.
— Я бы снова вернулся за ней в Гундабад, — опустив взгляд, молвил он. Светлые не сплетенные в косы волосы обрамили высокие скулы. Не дождавшись ответа эльфийки, мужчина снова вернулся к тропе, уходя с ночной тишиной. Не успеют запеть птицы — его образ исчезнет в солнечном зареве.
— Подожди, — крикнула она ему вслед. — Постой!
— Ада! — подскочив на месте, девушка проснулась, испугавшись собственного крика. Лес, окружавший ее, уже давно проснулся, а солнце согревало воздух, от чего уже с утра было душно. И пусто. Рядом с ней никого не было. — Неужели снова? — закрыв глаза, выпалила она. Кажется, Гэндальф дважды сделал это — предоставил ее самой себе, чтобы спустя какое-то время с ней случилось что-то еще.
«Эдакий курс выживания», — подумала она.
— И что же случилось снова? — мужской голос развеял все ее опасения. Гэндальф ожидал ответа, ведь он наверняка догадался, что она имела в виду.
— Ничего, — Анерель не смогла признаться ему. — Снова дурные сны. Они сбивают меня с и так не ясного пути…
— Иногда они подсказывают нам что-то или предостерегают. — Чародей опирался на свой посох, а взгляд его пытался разглядеть то, о чем девушка молчала.
— Это всего лишь сны, — все, что ответила она. — До Белого Города осталось немного. Нужно поторопиться, если мы хотим быстрее закончить это путешествие.
— А мы этого хотим?
— Да, — усмехнулась она. — Я этого хочу.
В этом была ее правда. Анерель хотела войти в неприступную крепость, чтобы стены оградили ее, защитили. Она снова боится.
— Ты слаба! — прозвучало в ее голове, но так отчетливо, заставив девушку обернуться.
К концу этого дня голубое небо обложили темные тучи, и только слабые лучи пробирались сквозь них, освещая Крепость Солнца, которая предстала взору эльфийки. Очарованная величием Анерель не сводила с нее взгляда.
— Перед тобой владения королей Гондора, великая Крепость Страж или, как тебе известно, Минас-Тирит, — чародей представил крепость как будто перед ними стоял единый король всего Средиземья. Сильный и несокрушимый. А горы позади него были его армией.
Преодолев пожелтевшую равнину, первым во владения короля Арагорна въехал Гэндальф, а следом за ним восхищенная эльфийка. Они поднимались все выше, преодолевая каждый ярус по очереди. Горожане, встречавшиеся им, шептались, провожая путников взглядами, но, кажется, впервые Анерель не придавала этому никакого значения.
— Не обращай внимания, — не отрывая взгляда от вверх идущей дороги, обратился маг к девушке. — Эльфы бывают здесь только в особых случаях. Битва с армией Саурона изменила здешних людей, преподав им урок, что путники иногда привозят с собой беду…
— Их не за что винить. Здесь их дом, а я их гость. И все бы они хотели, чтобы их единственным несчастьем стала разбитая чашка, а не смерти в их семьях.
Оказавшись почти у самого верха, Гэндальф всматривался в острый пик башни почти незаметный под плотными тучами. Он знал, что столь темная завеса приведет далеко не к дождю.
— Гэндальф! — остановив коня, маг спустился с него навстречу маленькому хоббиту. — Мы уже заждались тебя.
— У магов всегда слишком много дел, — улыбнулся он. — Как насчет тебя, Фродо Бэггинс? Ты выполнил мои поручения?
— Конечно, это было просто, — скрестив руки на груди, Фродо всем своим видом пытался показать, что это было не сложнее, чем сорвать яблоко с дерева.
— Просто? — рассмеялся маг, глядя на него. — Значит, в другой раз я придумаю для тебя что-нибудь посложнее.
— Господин Гэндальф! Господин Гэндальф! — с высоких ступеней бежали еще двое хоббитов, наперебой звавшие чародея. — Мы тоже справились с вашим заданием!
— Да, — добавил к словам друга Мерри, — для нас это тоже было… просто.
— Да, пустяк.
За столько дней проведенных в отъезде Гэндальф, признаться, соскучился по своим добрым друзьям.
— Я уверен, вы все прекрасно справились, — он с улыбкой смотрел на трех хоббитов, стоявших возле него. — А теперь проводите нас к королю Арагорну. Путников принято встречать угощениями, а не вопросами.
Анерель, все это время находившаяся за спиной чародея, спрыгнула с коня наземь, подойдя ближе к компании.
— Какая же ты красивая… — на выдохе произнес Мерри, завидев ее. Теперь все взгляды мужчин были прикованы к ней. Пиппин толкнул друга в плечо, упрекнув в бестактности. — Я хотел сказать…
— Ты невыносим! — возмутился Пиппин. Хотя ему не стоило бы так остро реагировать на слова хоббита. Единственные эльфийки, которые они когда-либо встречали, были Арвен и Галадриэль, и бросаться столь громкими фразами в адрес столь знатных эльфиек никто из них не мог, а на встречу с другими они и не рассчитывали. — У тебя всегда так — никогда не умеешь держать язык за зубами!
— Что? Как будто у тебя никогда такого не было? — повернувшись к другу, пытался оправдаться он. — А тебе только дай повод выставить меня дураком!
— Для этого не нужно искать много поводов, дорогой Мерри! Когда ты не ешь, ты делаешь глупости!
— Разве я совершил глупость, сказав о красоте этой девушки? — указав на нее рукой, Мерри даже не повернулся к эльфийке. Спор друг с другом слишком увлек их.
— Она эльф, мой юный друг, — глядя на девушку в стороне, сказал Арагорн. Он тоже видел в ней ту красоту, что очаровала хоббита. Он видел в ней Арвен. Прекрасную, темноволосую, и ту же усталость в ее глазах. Глядя на нее, он вспоминал каждую их встречу. — Красота — их магия. Едва ли найдется эльфийка, неспособная пленить взгляд.
Появление короля остановило все споры, окунув компанию в тишину.
— С возвращением, Гэндальф, — положив руку на плечо старика, приветствовал он.
— Вижу, помимо вестей, ты привез в Белый Город спутницу.
— Моя спутница — дочь Элладара, воина Лихолесья, — представил ее маг. Взгляд короля снова был устремлен на девушку. Он стал серьезным, изменился в лице: брови были слегка сдвинуты, а улыбка исчезла.
— Nae saian luume (Я давно ждал этой встречи), — начал он, — я рад приветствовать живую наследницу великого воина, о котором сложено немало легенд.
— Мae govannen, ni Anerel (Рада встрече, меня зовут Анерель). Для меня честь встретиться с вами, король Арагорн, — эльфийка прижала правую руку к груди, поклонившись мужчине. — Ваши владения прекрасны.
Когда слова приветствия прозвучали, вся группа направилась в замок, чтобы за ужином лились вино и беседы о былых временах. Но тарелки пустели, а значит, разговоры, что называется «по делу», приближались с каждым выпитым бокалом. Закончив трапезу, мужчины, как и полагается, удалились в душные залы для решения проблем государственной важности. Анерель же выделили покои, а придворные слуги проводили к месту ночлега. Долгое время она не решалась покинуть комнаты, боясь повстречать того, кто будет расспрашивать ее о том, о чем ей не хотелось говорить: об отце, о причинах отъезда из лесного королевства, об истории ее семьи, о которой, видимо, здесь и так все знают. Однако желание взглянуть на окрестности с такой высоты победило ее. Пройдя длинные коридоры и множество комнат, она оказалась перед выходом на площадь — длинный и высокий выступ — откуда открывался невероятный вид.
— Для девушки, выросшей в горах, ты слишком очарована тем, что видишь, — подошедшая к ней Арвен заставила гостью вздрогнуть от неожиданности. Эльфийка не присутствовала на ужине, и Анерель совсем забыла, что у Гондора есть своя королева. — Мae govannen, cwathel — elleth (Рада встрече, сестра — эльфийка). Надеюсь, твои покои пришлись тебе по нраву.
— Даже если бы моей постелью была каменная плита — я бы не смела выразить недовольства, — повернувшись, Анерель увидела лицо девушки, которое украшала легкая улыбка.
— Меня зовут Арвен, — наконец представилась она.
— Я знаю, моя госпожа. Ваш отец, лорд Элронд, раньше часто бывал в Эрин Ласгален, — улыбнувшись королеве, сказала та. — Меня зовут Анерель.
— Значит, ты из лесного королевства, Анерель?
— Да, — впереди ждали вопросы, от которых она так хотела скрыться, но отказать жене короля не могла. — Пусть спрашивает, — думала она, — все равно когда-нибудь придется обо всем рассказать.
— Что же привело тебя сюда? Уж не правление ли Владыки Трандуила?
— Сюда вели меня иные причины, моя госпожа, — Анерель из последних сил старалась сохранить улыбку, чтобы все ее переживания не вылились на эльфийку.
— Какими бы они ни были — ты всегда можешь остаться здесь, — заметив потухший взгляд девушки, Арвен не стала мучить ее вопросами. — Думаю, в этой крепости найдется то, что будет близко твоему сердцу.
***
— Орки используют захваченный Рохан как место сбора, — на большом столе была расстелена карта Средиземья. Указывая пальцем на изображения, Гэндальф показывал передвижения вражеских отрядов, вводя в курс дела нескольких хоббитов и короля с придворными советниками. — Несколько сотен уже спустились с Мглистых гор и миновали Изенгард. Остальные придут из Гундабада и Серых гор. — Если в Мордоре еще кто-то остался, мы можем оказаться в западне, — заключил Арагорн, представляя, если орки обойдут Белые горы, то Гондор окажется в кольце. — Мы не можем с ними сражаться. — Эльфы Ривенделла придут нам на помощь, — стоя рядом с королем, напомнил советник. — Они не оставят нас в такой час. — Да, но мы не знаем, когда именно орки нападут на нас, — дорога из Ривенделла занимала много времени, а призвать армии эльфов сейчас, когда открытой угрозы еще нет, Арагорн не мог. Он должен принять правильное решение, чтобы сохранить уважение в глазах союзников. — Лориэн тоже присоединится к Гондору, — добавил Гэндальф. — Владыка Келеборн радушно принял меня, когда я возвращался из Ривенделла. — А как же лесные эльфы? — раз уж речь шла об объединении всех эльфов и людей, гондорский военачальник не понимал, почему о воинах Трандуила не идет и речи. — Владыка Трандуил не желает ввязываться без особой на то нужды.- Маг перевел свой взгляд с мужчины на Арагорна. — Они отразят натиск орков, если те наберутся наглости напасть на них. — Но кто ими управляет? — все это время Фродо слушал разговоры предводителей, не решаясь задать свой вопрос, но едва в каменной зале наступила тишина, он все-таки спросил. Ответа так и не последовало. Кажется, никто из них об этом не знал. Или, может, знал, но сказать это вслух не решался. — Я не знаю, Фродо, — ответственность за ответ взял на себя Гэндальф. — Но я знаю того, кто может помочь нам в этом.***
— Идем, — она почти бежала по узким улицам города, завлекая Анерель за собой. — Давай же. Скорее! — Я не понимаю, куда мы идем, — она старалась не отставать от Арвен, потому что ее силуэт то и дело терялся в толпе проходящих горожан. — Куда вы? — Я уверена, вскоре у тебя будет еще больше вопросов и куда более важных, чем эти, — она остановилась возле старой двери и, оглядевшись по сторонам, несколько раз постучала по ней. — Следуй за мной. Когда стражник открыл им, перед ними предстал темный коридор, в конце которого висел факел. Эльфийки медленно шли, минуя несколько поворотов, скрывавших в своих закоулках другие двери. — Это какое-то подземелье? — пытаясь разглядеть в темноте хоть что-то, Анерель выдвинула одно из предположений об их месте нахождения. Ей казалось, они спускаются все дальше вниз, но все было не так. — Это путь сквозь выступ, на котором ты стояла, — пояснила ей Арвен. — Пройдя здесь, мы снова окажемся в замке, в другой его части… — Разве мы не могли пройти в ту часть через коридоры? — В замках всегда есть то, что не всем положено знать, — наконец, остановившись перед последней дверью, молвила она. — У всех есть секреты, а когда приближается война — их становится еще больше. Арвен медленно повернула ручку двери и осторожно шагнула внутрь. Совсем крохотная комната с маленьким оконцем и двумя дверьми, из которых вторая вела непосредственно в замок, несколько тумбочек и кровать, на которой лежал мужчина. Тот самый, которого уже несколько дней оплакивало лесное королевство. — О, Эру… — увидев принца, ноги девушки подкосились. Анерель подошла к его кровати, опустившись на колени. — Я думала ты погиб… — тихо прошептала эльфийка. Она взяла его за руку, прислонившись щекой, по которой стекали слезы. — Он жив, Анерель, — Арвен вспоминала себя. Ничто не могло причинить ей большей боли, чем неизвестность покуда она не знала, встретятся ли они с Арагорном снова, — но раны, полученные в бою, погрузили его в глубокий сон. Ему предстоит пройти долгий путь, чтобы вернуться. На прикроватной тумбочке стояла чаша, вода была перемешана с кровью. Слуги, заходившие сюда, омывали принца, смывая с израненного тела засохшую кровь, меняли одежды. Но снова появлявшиеся пятна на ткани говорили, как много эльфийской крови он потерял. — Что я могу сделать? — Анерель смотрела на принца, крепко сжимая его ладонь. Все это время она сама того не зная шла к нему. Но, как ей казалось, слишком долго. — Нам всем остается только ждать…
