Фабрика Грез

Тяжелые настенные часы пробили 11 часов вечера. Четвергу оставался всего час до того как быть замененным пятницей. Именно в 11 Кунсайт должен был сообщить Стае, кого он выбирает. Плохо-слушающимися пальцами парень набирал номер телефона — его лицо вытянулось, под глазами залегли тени и платиновые волосы казалось вбирали в себя весь свет, оставляя только депрессию и холод. Он подготовился заранее, и теперь видео с телефона отображалось на экране телевизора. Как-будто видеть все на большом экране делало его выбор легче. Нет, совсем нет. Он не хотел ничего— ни звонить, ни видеть, ни решать. Он хотел умереть. Но такого варианта не было. Все что у него оставалось— это вера. Вера в своих, в свою команду, в своих друзей. Потому что больше у никого не было. А если даже и были, то после этого решения, которое должно было сломать всю его жизнь, у никого не останется. Вопрос, останется ли он сам…. Экран отобразил ярко освещенную комнату— посередине так же стояли на коленях девушки. Черные робы добавляли мрачности, кляпы на лицах и перевязанные за спиной руки заставляли все внутри Кунсайта переворачиваться. В этот момент он решил, что когда доберется до всех, он их не пощадит. Он казнит каждого и каждую. В серых глазах промелькнул холодный блеск металла. Ведущий, как называл его про себя Кунсайт, или Спейси стоял между двумя девушками. Они больше не плакали, казалось, они смирились с участью. Сецуна смотрела на ведущего с презрением, словно пытаясь донести свое пренебрежение через камеру Куну. Минако, однако, смотрела в пол, словно сломанная от осознания своей полной безнадежности. — Прокурор Хашимото, вы пунктуальны. Кого из этих двух женщин вы любите настолько, что ваша любовь спасет ее. — Я хотел бы, чтобы они сказали последние слова,— голос Кунсайт можно было описать как мертвый. Если бы мертвые могли говорить. Даже через маску было видно, как Спейси усмехнулся. В руках у него было два пистолета. — Боюсь, что мы не можем предоставить вам такую возможность. Это не в наших правилах. — Но другим вы это разрешали,— холодно возразил Кунсайт. — Другие не охотились за нами. Другие были преступниками, господин прокурор. Говорите имя. Кунсайт тяжело выдохнул. У него дрожали руки, и на лбу появилась испарина. Он не мог поверить в то, что происходит. У него было страстное желание напиться, забыться и никогда не видеть того, что происходило у него на глазах. — Я не верю вам. Завтра будет слушание Мамору Чиба, вашего Декстера. Я не знаю зачем вы играете в эти Игры— ведь на данный момент вы выигрываете. Отпустите их обеих, и я отпущу Декстера. — Как вы уже сами сказали, господин Хашимото,— в голосе парня появился яд.— Мы на данный момент выигрываем. У вас нет доказательств того, что какой-то Мамору Чиба является нашим лидером. Поэтому зачем нам отпускать этих красавиц-сестер. У вас исключительный вкус господин прокурор, стоит признать. Из груди Минако раздался стон, и Спейси грубо пнул ее в бок. В глазах Сецуны появился гнев, но девушка была полностью обездвижена. — Имя, Кунсайт!— потребовал Спейси. Кунсайт прикрыл глаза и стал думать. Он думал весь день, и все имело смысл. Он доверял своим. Но они могли ошибаться, и тогда он совершал самую большую ошибку в своей жизни. — Я выбираю Сецуну… У высокой девушки расширились глаза от удивления, гнева, ужаса и благодарности, в то время как две фигуры в черном и масках стали оттаскивать ее брыкающуюся фигуру из экрана камеры. Тут же послышался звук закрывающейся металлической двери. Минако в первый раз подняла глаза на Кунсайта. В них не было страха или боли. В них было лишь огромное сожаление и понимание. Если бы она не была так сломлена за те 18 часов, с тех пор как была украдена, то она смогла бы даже отобразить радость и счастье на своем лице. Но у нее просто не было сил. Эти 18 часов ее сломали. Спейси критически смотрел на девушку, словно прицеливаясь. Внезапно он посмотрел куда-то в сторону от камеры, словно кто-то что-то показывал ему. Он покачал головой и неожиданно сильно ударил Минако рукояткой ножа в затылок. Девушка тут же повалилась на бок, закатывая глаза. Камера заметалась, и быстро остановилась на правильном ракурсе. Держа пистолет в правой руке парень направил пистолет в спину девушку, выстреливая. Тело вздрогнуло, и черная роба тут же окрасилась в черный цвет. Алая кровь разливалась повсюду, окрашивая золотые волосы в красный цвет. Кунсайту показалось что у него остановилось сердце. Камера вновь вернулась на место, фокусируясь на лице в маске. Спейси что-то говорил о том, что скоро Сецуна вернется домой, как он и обещал. Предупреждал, чтобы он не пытался их выслеживать. Сожалел, что они не могут вернуть тело Минако, пока не пройдет суд. А Кунсайту все так же казалось, что у него не бьется сердце. Перед глазами стояло тело любимой женщины, залитое кровью. Неужели они ошибались, неужели он убил, ту, которую любил больше всех на свете… Как только видео отключилось, в кабинете тут же забежали Рубеус, Алмаз, Мотоки и Зойсайт в инвалидном кресле. Все наперебой стали что-то говорить ему, но Кунсайт не слышал— у него только что остановилось сердце. ****** Когда в 6 утра Рубеус проснулся от звонка мобильного и увидел номер шефа, он сразу понял, что случилось что-то плохое. Кунсайт не пощадил даже Зойсайта, которого еще не выписали из больницы— все должны были собраться в доме Кунсайта. К удивлению Рубеуса и гневу Зойсайта, в 8 утра у дома Кунсайта уже стояла машина. Его бывшего лучшего друга Алмаза. Кунсайт доверял Алмазу и не мог не рассказать ему, что произошло. К 8 полиция уже убрала тела своих сотрудников у дома Кунсайта, оказалось, что у въезда в участок тоже были тяжело ранены 6 сотрудников— все записи видеонаблюдения были как всегда изъяты. Оставались следы от шин машины, которая ехала на огромной скорости, но Стая скорее всего утопила машину на дне океана. Собрав всех за столом, Кунсайт мрачно рассказал обо всем. Не скрывая ничего. Когда он закончил, за столом повисло тяжелое молчание. — Ты не можешь выбрать Минако,— голос Алмаза дрожал от гнева, а фиолетовые глаза потемнели от горя.— Ты обязан. Ты обязан выбрать Сецуну. —Он может выбрать кого хочет. Он никому не обязан,— с ненавистью выплюнул бледный Зойсайт.— Почему ты тут? Ты не часть нашего Управления. — Мы говорим о моей Сецуне, поэтому я тут,— концентрация ненависти в голосе Алмаза тоже зашкаливала. — Перестаньте,— мрачно выдохнул Кунсайт, устало садясь на стул.— Рубеус, ты говорил у тебя какие-то новости. Красноволосый парень поежился, но выбора не было. — У меня, к сожалению, тоже плохие новости. В общем, я не знаю чего ты наговорил Нефриту и Мако, но после твоей страстной речи они сбежали. Мако оказалась отличным профессионалом, когда дело зашло не о защите, а об организации побега Нефрита. Она отвлекла охрану, пока ее любовник ловко спускался из окна на веревке, которую она по-видимому и пронесла. Кунсайт молчал. Эта новость не сильно расстроила его, хотя ничего хорошего это не предвещало. — Детективы поработали на месте нападения на машину— пока ничего. Кроме трупа Ястреба, конечно. Понятно лишь, что тот, кто убил его является профессионалом, пуля прямо между глаз на такой скорости впечатляет, конечно. Хотя, могу сказать лишь, что если судить по траекториям пуль, что изрешетили твой БМВ, Стая не собиралась вас убивать. Все пули в основном пришлись на сидения и крышу машины. Они видимо хотели украсть Минако. Но странный спаситель их остановил. Алмаз угрюмо посмотрел на Кунсайта. Все это было странным. — Затем Сецуна,— Рубеус посмотрел на застывшего при ее имени Алмаза.— Кто-то изнутри помог ее выкрасть. Детективы сейчас допрашивают Шинго Цукино. — Почему не Ами?— удивился Зойсайт. — Она пропала. — Что?!— в унисон воскликнули трое мужчин. — И еще возникают сомнения, что Ами и есть член Стаи,— терпению Алмаза пришел конец, и он гневно вскочил, направляясь к Кунсайту.— Каким идиотом надо быть, чтобы не распознать члена Стаи под носом. Ты позор своей профессии! — Сядь,— тихо приказал другу Кунсайт. Он тоже был на пределе.— Это моя ошибка, и ее надо исправлять. Напряженный момент был прерван звонком мобильного Рубеуса. Парень поднял трубку и что-то выслушал. Он мрачно окинул присутствующих, когда положил телефон. — Все полицейские, что охраняли дом Качински проснулись. Не было никакого редкого яда. Это Ами их все время травила седативным. Они проснулись и уже рассказали, что это Ами подошла к дому Качински с термосом кофе и угостила их всех. Она рассказала, что она живет недалеко и пожалела своих, увидев какая холодная ночь. Наши ничего не заподозрили — это же была своя. Великий доктор управления Ами Мицуно. Теперь была очередь Зойсайта впасть в ступор. Его зеленые зрачки бегали из стороны в сторону, словно парень не понимал, где он находится. Хмурый Алмаз в первый раз с сочувствием посмотрел на рыжего полицейского. — Черт возьми, она все это время водила меня за нос. Я встретил ее в Библиотеке Управления. Она задала мне какой-то невинный вопрос и тут же начала флиртовать….Черт, все сходится. Она так любила говорить, что ее- мечта это лечить раненых полицейских, приносить долг обществу. Она врала. Боже мой.. Зойсайт тяжело и часто задышал. Все озабоченно посмотрели на парня в кресле. — Она так переживала, когда наши парни погибали на ее столе. Но…теперь я понимаю, что некоторые из тех, что умерли, и в такие дни она была особенно не в себе— многие были связаны с делом Стаи, они что-то видели или слышали. Она убивала их. Она не Азазель, но она и есть Ангел Смерти. В комнате наступило тяжелое молчание. — Это объясняет то, каким образом Сецуна оказалась в сознании,— осторожно начал Рубеус, глядя на расстроенного друга.— Шинго судя по допросу также это подтвердил. Он видел как у Сецуны шевелилось веко, он сказал об этом Ами, та ввела ей витамины, и больше ничего не шевелилось. Теперь понятно, что за “витамины” это были. Она также держала Сецуну на снотворном. Она же и выкрала ее видео с больницы. —Это также объясняет,— неожиданно ожесточенно заговорил Зойсайт, отнимая руки от лица.— Почему на одном из телефонов полицейских Качински мы обнаружили звонок на ее номер телефона. Она была одной из тех, кто напал на Качински. Она дала им кофе, затем когда все вырубились, она, Цукино и Хино проникли в дом. Затем мы знаем, что произошло. Хино и Цукино остались у дома, раненые. В то время как Ами отошла подальше и взорвала все к чертовой матери. Затем она сняла свою маску и одежду и технично смешалась со скорой, что приехала. Почему я не догадался— ведь она редко выезжает на такие вызовы. Но эта эйфория от поимки Усаги и Рей… — Не вини себя,— Кунсайт равнодушно посмотрел на парня.— У нас у всех была эйфория. Но при чем здесь номер телефона? — Либо Усаги, либо Рей позвонили ей с телефона полицейского, что лежал рядом с ними. Они правильно подумали, что такого, что полицейский управления позвонил знакомому врачу. Они же не знали, что ревнивый я буду сходить с ума от этого звонка, когда обнаружу его после рутинной проверки всех полицейских. Я даже помню время этого звонка, потому что оно было за две минуты до бомбы, и я не понимал как это все связано. 3.28 ночи. Теперь все встаёт на свои места. В комнате слышался мерный стук часов. —Какой же у нее ник?— бесстрастно спросил Кунсайт. — Либо Куникло, либо Мизэри. Я уверен, остальные имена мужские,— тихо ответил Рубеус. — Мизэри,— неожиданно уверенно ответил Зойсайт, сжимая руку в кулак.— Она обожает Стивена Кинга. И одна из них называется Мизэри, где главный антагонист сумасшедшая медсестра, убивающая пациентов. Я запрошу у агентства, чтобы они заставили мобильного оператора дать прослушать нам тот звонок. От этого открытия у всех пошли мурашки по телу. — Прежде чем мы перейдем к тяжелому вопросу Игры,— неожиданно робко начал Рубеус.— Может мы осмотрим комнату Минако и Ятена. Кстати, что с ним? — Я не знаю,— честно признался Кунсайт.— Речь о нем и не заходила. И мне было совершенно не до него, когда я разговаривал с ними. Может и он член Стаи и похитил ее?— Кунсайт мрачно хмыкнул.— Я осмотрел всю комнату и не нашел ничего кроме крови. Но тебе, действительно, лучше самому осмотреть их комнату. Пока Рубеус пошел осматривать комнату, Зойсайт поехал на кресле в гостиную и демонстративно включил телевизор, показывая что не хочет ни с кем разговаривать. Кунсайт и Алмаз мрачно посмотрели друг на друга и разошлись в разные комнаты— им нечего было друг другу сказать. Все было понятно без слов. Через полчаса Зойсайт завопил во все горло, и все испуганно ринулись в гостиную. Рыжеволосый парень энергично показывал на экран, краснея от волнения. Все удивленно посмотрели на сводку утренних новостей, бегущую на экране. — Не говори мне, что медиаструктуры добрались до Декстера. Мы все еще держим многое в тайне от них— нам не нужна излишняя публичность. Даже завтра их не будет. Томое встретился с боссами каналов и пообещал полное и безукоризненное сотрудничество полиции только тогда, когда дело дойдет до суда. Правда, сомневаюсь, что оно дойдет. Голос Кунсайт звучал совсем тускло и безжизненно. Дело волновало его теперь в самую последнюю очередь. — Нет!— воскликнул Зойсайт.— Вся новостная лента в Кевине Спейси и его скандале с насилием. Но тут я вспомнил, ведь одного из Стаи зовут Спейси, а у самого Спейси есть помимо актерского, еще один талант. Он один из лучших пародистов Голливуда, он может подделать любой голос. Как и еще одна наша знаменитость — солист Трех Звезд, Сейя Коу! — Этого не может быть,— Алмаз заговорил первым, пока двое других мужчин стояли в ступоре.— Я лично встречал его пару раз, он не похож на кровожадного убийцу. Он весельчак и ловелас. — И отличный имитатор голосов. Я прогуглил его, вы знали, что он служил в десантных войсках? В википедии написано, что у него есть даже черный пояс по карате. Неожиданно Зой нажал что-то на телефоне, и на экране появился отрывок из архива программы с ФишАй. Когда Сейя пел партию Флер-де-Лис он звучал как оригинал, как настоящая француженка, что было невероятным, учитывая его низкий голос. — А еще у него есть брат, Таики, композитор,— начал развивать мысль Рубеус.— Я думал на Эйла, но тот все отрицал. Хотя помог мне понять, что Тразом—это Mozart наоборот. Моцарт-любимый композитор Эйла. — И Таики,— вклинился Зойсайт, яростно нажимая на кнопки на телефоне.— Согласно Википедии. — У них на самом деле не было новых синглов уже три месяца, что странно для их группы,—неожиданно заговорил Алмаз, припоминая разные слухи. — И Декстер сидит в тюрьме уже три месяца. Вот кто-видимо их муза,— триумфально завершил Зойсайт. — Все сходится,— Кунсайт был спокоен, но руки неожиданно свело судорогой.— Три Звезды решают не привлекать слишком много внимания, когда их лидер с тюрьме. Тразом пишет страшную музыку, Спейси использует свои таланты импровизатора. Это Сейя был на пляже в ту ночь— он выкрал на время мою рацию и, разговаривая моим голосом, убедил и Харуку, и Сецуну выдать их адреса. Черт, поэтому одна из дверей дома, где была Сецуна не была выбита. В той группе должен был быть Спейси, который продолжал говорить моим голосом. Монолог был прерван звонком на мобильный Рубеуса. — Сейчас мы услышим, о чем говорила Ами в ту ночь,— сказал эксперт, ставя телефон на громкую связь, - Алло,- раздался голос Ами. - Это я,- сказала Усаги. - Ты с ума сошла?! С чьего телефона ты звонишь? - С нашего друга-полицейского. Кто будет проверять его телефон, не волнуйся. У меня маленькая просьба. - Я вешаю трубку! Время почти 3.28. Готовься к взрыву через две минуты. - Постой!- закричала Усаги.- Просто позвони группе Д- пусть кто-нибудь из-них передаст Джедайту перед экзекуцией, что Рей его тоже любила. -Ты точно спятила! Ты хочешь, чтобы я сказала группе Д! Д! Чтобы они передали это признание?! -Да! -Дай подумать, кто же у нас в группе Д. Спейси, Хоук и АЗАЗЕЛЬ. Мне может напрямую Азазелю сказать?! Чтобы он потом меня убил. Ту кто потревожил его в такой операции новостью, что его мертвая возлюбленная любит предателя, которого он казнит. -Он поймет,- твердо сказала девушка.- У нас у всех был уговор. Мы все сказали, что хотели бы им сказать. -Ты ненормальная. Хорошо. Может быть я позвоню. Прикройте уши. — Вот все и сошлось,— просто произнес Кунсайт, потрясенный такой простой логикой.— Как мы знаем: лишь двое напали на один дом, на другой дом, где была Сецуна, напали трое. Эти трое напали на дом Сецуны, среди нападающих был Спейси. Спейси, он же Сейя сымитировал голос, и Сецуна открыла им дверь. — Азазель встречался с Рей, значит,— Зойсайт посмотрел на хмурого Алмаза.— Кто это может быть? —Я в который раз говорю, я не Азазель!— раздраженно ответил Алмаз.— Я клянусь, что я не знаю. Я все отдам за Сецуну, я никогда бы не позволил никакой Стае прикоснуться до нее. Если бы это был я, я бы пристрелил Кунсайта и все. Кунсайт усмехнулся. Алмаз всегда был предельно честным человеком. — Учитывая, что мы думаем, что Три Звезды— это стая,— начал размышлять Рубеус.— Можно ли предположить, что Ятен Ко— тоже член Стаи? Кунсайт замер от такого предположения. У него было плохое чувство после комнаты. Но такие догадки, сказанные вслух, неожиданно шокировали. — Он вполне мог быть засланным агентом,— подумал Алмаз.— Но парнем Рей? Он же только вошел в мир шоу-бизнеса. Хотя чего это я, если он притворялся. Кунсайт неожиданно вздрогнул. Какая-то мысль, связанная с клубом, промелькнула в его голове, но он постарался ее тут же забыть. — Кунсайт, я осмотрел их комнату,— негромко заговорил Рубеус.— Тебя ничего не удивило? Может что-то пропало или еще что-то? Парень запустил пальцы в свои платиновые волосы и вздохнул. — Я был до этого у них в комнате всего раз. И я заглянул в ящик Ятена, у него лежала одна фотография Минако. Из комнаты не пропало ничего, кроме этой фотографии. — Черт возьми!— заскрипел зубами Зойсайт.— Это все объясняет. Агент Стаи был у нас под носом. Но неужели он и есть страшный ликвидатор Стаи Азазель? — Вполне. Ты видел как он сложен?— пожал плечами Рубеус.— У него кошачья беззвучная походка и отличная физическая форма. Меня волнует другой вопрос. Эксперт вытащил из кармана чуть погнутые зеленые очки в золотой оправе. — Это очки Минако?— спросил он Кунсайта. — Вроде да, а что?— Кунсайт припоминал, что видел Минако в этих очках в первый день. — А то, что Минако по-видимому тоже член Стаи. Я думаю мы нашли Куникло. Тишина повисшая в комнате казалось разрывала перепонки. — Ты с ума сошел?— голос Кунсайта охрип от гнева. — Нет,— замотал головой Рубеус.— Я бы мог предположить, что она помогает Стае, не будучи ее членом. Но мы знаем, что таких не бывает. Стая доверяет только своим. Все молча уставились на красноволосого эксперта. Такого просто не могло быть. — Мне все время не давало покоя то, как удивительно не вовремя Минако полезла в воду. В том плане, что она успела так славно окунуться, заставляя тебя пойти за ней и оставить спутниковый телефон на пляже. Ты сам говорил, что на дороге никого не было. Значит, скорее всего засада уже ждала на пляже. То есть ее задачей было привести тебя на этот пляж и заставить оставить телефон без присмотра. Скорее всего, впоследствии когда Спейси сделал свое темное дело, узнав адреса, он дал какой-то знак, что можно было тебя отпускать на пляж. Кунсайт ощутил холодок, когда вспомнил, как они искали кошку, чье мяуканье прервало их почти-что-поцелуй. — И Ятен, и Минако— члены Стаи. Но Минако имеет привычку входить в комнату без стука, быть чересчур шумной и навязчивой. Узнать про спутниковый телефон и систему работы не так уж просто. Помнишь тот день, когда мы из-за меня решили позвонить обоим домам, чтобы узнать про клички. Черт бы меня побрал— из-за того нашего спора мы практически изложили инструкцию по нашей схеме с домами и телефоном. И помнишь, как после этой инструкции в дверь постучала Минако и принесла холодный кофе. Не айс кофе, хотя она так его назвала, а холодный. Она скорее всего стояла под дверью и подслушивала, а на случай если ты решишь выйти, она готова была притвориться, что только-только принесла нам напитки. Конечно, за то время, что она стояла, кофе остыл. И она просто притворилась наивной простушкой, которая не знает что-такое айс кофе. Рубеус перевел дух, стараясь не смотреть на Кунсайта, чьи глаза потемнели от боли. Зойсайт и Алмаз слушали его, затаив дыхание. — Образ деревенской простушки— отличная маска. Она умело выбрала яркий макияж, вульгарный гардероб, и чуть приоткрылась лишь когда Сецуна вытащила ее на шоппинг. Я нашел в ее гардеробе кучу вещей, которые ей купила Сецуна как я понял— там стоит номер карты Сецуны. Она разительно отличаются по качеству и цене от вещей Минако, которые выделяются дешевизной и безвкусицей. Все подходило под легенду кроме этих очков. Это одни из самых дорогих пар очков в мире— изумрудные Shiels. Их цена двести тысяч американских долларов. Откуда у девушки из деревни такие очки? У Куникло, девушки из Стаи, что обчищает счета самых опасных преступников страны такие очки, конечно, могут быть. Кстати, может Минако была благодарна Сецуне и поэтому ту не убили. Да и на самом деле, не так уж легко убить свою сестру, пусть и стоящую на другой стороне закона. Все удрученно молчали. Неожиданно Кунсайт заговорил. — Когда я стоял с Рей в клубе Эйса на балконе, мы смотрели на танцующих. И Рей, как и я смотрела почему-то на Минако и Ятена. Она даже что-то сказала про страсть на танцполе. Минако же не ответила на поцелуй Ятена и посмотрела на балкон, где мы стояли. Я думал, что Минако смотрела на меня. Но если то, что ты говоришь правда..Она смотрела не на меня, а на Рей, ведь она играла в любовь с ее мужчиной. Кунсайт казалось не мог поверить в то, что говорил сам. Алмаз с сочувствием смотрел на бывшего друга— он ни за что на свете не хотел бы оказаться на его месте. — Кунсайт, тебе надо все обдумать,— мягко сказал Алмаз, вытаскивая телефон.— Я сделаю звонок матери Сецуны. Не волнуйся, я не скажу ей ничего про последние события,— Алмаз предупредил напряженный жест Кунсайта.— Ты же знаешь, я всеми силами старался вернуть Сецуну. Поэтому раз в полгода я звоню Рейко Мейо и узнаю, как ее дела. Я постараюсь узнать телефон ее сестры и узнать что-нибудь. Может это даст нам понять, правы мы или нет. Кунсайт благодарно кивнул блондину, наблюдая как он решительно выходит из комнаты. Затем он повернулся к своим сотрудникам и тяжело вздохнул. — Я все-равно не могу в это поверить. Зачем Ятену воровать Минако? Если она в Стае, она могла просто уйти. Или это тоже постановка? Зойсайт и Рубеус угрюмо молчали. Они не знали ответа на этот вопрос. — Они играли в отношения? Но я застукал их однажды. И они явно не притворялись, что занимаются сексом. — Может совмещали приятное с полезным?— предположил Зойсайт.— У нас нет никаких доказательств, что Азазель любил Зингару. Она очевидно любила Джедайта. — А Минако? Что она чувствовала ко мне или это было заданием?И этот выбор, лишь ее игра мною и моими чувствами? Кунсайт закрыл лицо ладонями. Казалось больнее уже быть не может. Но впереди стоял этот страшный выбор. Через пятнадцать минут Алмаз доложил, что Рейко и Кай Мейо не догадываются, что их дочь не в больнице. Рейко дала номер Икуко, поинтересовавшись все ли у ее племянницы Минако нормально. На что Алмаз ответил, что все просто прекрасно. Позвонив Икуко, матери Минако, Алмаз узнал, что Икуко до сих пор не жалует сестру из-за того, что та уехала в город и не связывалась с ними несколько лет, строя свою карьеру. Дочь Икуко Минако уехала в город давно, десять лет назад. Но в отличие от матери Сецуны, девочка всегда звонит матери, спрашивает как ее дела и посылает деньги и подарки, хотя в этом нет необходимости. Оба родителя Минако, Икуко и Кендзи— очень успешные фермеры. И да, Икуко никогда не звонила и не просила свою сестру ни о чем. Таланты Спейси пригодились и здесь. Циничная Куникло не останавливалась ни перед чем, включая семейные узы. Парень с длинными платиновыми волосами стойко выслушал эту информацию. Она врала. она просто врала. Теперь он верил, Минако, действительно, была членом Стаи…Выбор был сделан. Но почему тогда так болело сердце.... ***** — Жесткие у них спецэффекты, конечно,—затараторил Зойсайт, подставляя бледному Кунсайту стакан холодной воды.— Но как мы и предполагали, конечно, они не убьют свою. — Вы уверены, что это была постановка?— с надеждой спросил Кунсайт, не притрагиваясь к воде. — Точно,— кивнул головой Рубеус.— Он прицеливался ей в спину, видимо там был мешочек с краской. Притом, они не рассчитали, слишком много крови вытекло. — Когда они вернут Сецуну?— быстро спросил Алмаз. Это, действительно, было единственным, что его волновало. Через час в дверь позвонили. На пороге стояла еле живая Сецуна. ***** Кунсайт не помнил как заснул в эту ночь. Сначала он еле выгнал из дома Зойсайта и Рубеуса— те не хотели оставлять его одного и через каждые пять минут уверяли его, что Минако жива, и он увидит ее, когда доберется до Стаи в следующий раз. Заплаканная Сецуна подтвердила некоторые их догадки— это был голос Кунсайта по телефону и за дверью. Она слышала все, что происходит в мире, но не могла ничем пошевелить после того, как Ами вводила раствор ей в систему. Она также слышала все разговоры, что велись в ее палате. Ей в отличие от Кунсайта было совсем не сложно сделать выбор. Она любила того, кто был ей предан, кто каждый день приходил к ней, а не изменял ей с сестрой. Она также призналась, что чувствовала смешанные чувства, когда поняла почему Минако в игре.Ревность, гнев и непонимание. Она была абсолютно шокирована ее гибелью, и поэтому когда Кунсайт рассказал, что Минако была в Стае и скорее всего жива, девушка тихо заплакала. Но затем улыбнулась сквозь слезы и сказала, что рада, что ее сестра-предательница жива. — Прости меня, Сецуна.— максимально искренне сказал Кунсайт.— Я никогда не причинил бы тебе зла. Но она…Сама понимаешь. Высокая девушка сидела на кровати и грустно смотрела на бывшего жениха широко-распахнутыми глазами цвета граната. — Я понимаю. Но не могу простить за то, что ты сделал. И в то же время я очень рада, что вновь свободна. Что могу ходить на прогулки с Алмазом без тяжелого сердца. Я люблю его. Я всегда любила его. Но только сейчас это поняла. Ты не можешь быть моим другом, Кунсайт. Но ты можешь вновь стать другом Алмаза. Он все еще любит тебя как брата. Я вижу это. Я не буду этому противиться. Кунсайт благодарно улыбнулся и обнял зеленоволосую красавицу на прощание. Он был ее не достоин, но он был благодарен судьбе, что эта женщина была в его жизни. **** Стоя перед массивной дверью зала, где должно было проходить закрытое слушание, Кунсайт старался перевести дух. Он не помнил как принял душ, не помнил как выпил кофе, не помнил как одел идеально-отглаженный черный костюм. Все что его волновало это была лишь Она. И никогда в жизни Кунсайт не желал больше, лишь чтобы Минако оказалась врагом. Одной из них. К нему подошел Рубеус. — Зойсайт уже внутри. Сецуна и Алмаз тоже пришли поддержать тебя. — Поддержать мой проигрыш,— усмехнулся Кунсайт.— У меня нет ничего на него, кроме косвенных доказательств. — Не важно,— твердо сказал Рубеус.— Мы знаем всю его Стаю. Мы поймаем их всех. — Почему ее имя Куникло?— неожиданно спросил Кунсайт. — Без понятия. Но можем спросить Декстера или Монд. Не думаю, что они откажут в такой мелочи, особенно когда у них сегодня такой куш. — Монд?— спросил Кунсайт.— У нее хватит стыда прийти после ее слушания на это? — Как сказала Каоринайт: быть девушкой преступника— это не преступление. Тем более что его сегодня скорее всего оправдают. Кроме того другие члены Стаи не могут прийти, не навредив свою анонимности. Даже судья найдет странным, что никто не пришел поддержать Мамору Чиба. Мамору это отлично понимает, поэтому и вызвал Монд. — Вызывал по телефону?— презрительно спросил Кунсайт. — Ну а как еще. Мы прошмонали всех, но задержанные все-равно умудряются пронести телефоны. Я уверен, что связь у него не самая стабильная, но она есть. — Слежка все-еще установлена за ней? Рубеус поднял руку с рацией в руках. — Я на связи с ними прямо сейчас. Они следуют за ее такси. Кунсайт глубоко вдохнул. — Если такси нарушит хоть малейшие ПДД, остановите их и не давайте проехать по-крайней мере час. Не дадим превратить это слушание в цирк. Кунсайт ровным шагом дошел до двери и уверенно открыл ее. В старинном зале было пусто. Слева сидели Зойсайт, Сецуна и Алмаз. Справа одиноко сидел Мамору Чиба в серой тюремной робе. Даже в ней он выглядел дерзко и величественно. Посередине сидел судья и быстро пересматривал документы дела. Кунсайт подошел к друзьям и благодарно кивнул, те дружно заулыбались. Кунсайт чувствовал, как Мамору буравит взглядом его спину. Внезапно дверь тихо открылась и вбежал Рубеус. — Кунсайт, Усаги видимо не приедет. В последний момент ее такси свернуло на Омотесандо. Девушка предпочла шоппинг суду над любимым. Кунсайт слабо улыбнулся— мало что могло порадовать его в этот день, но это были хорошие новости. Пока Зойсайт и Сецуна громко радовались этому маленькому успеху, они не услышали, как дверь открылась вновь. По резко-изменившимся лицам Сецуны, Зойсайта, Рубеуса и Алмаза, Кунсайт понял, что что-то произошло. Казалось из зала выкачали весь воздух, настолько тихо стало в помещении, что даже судья удивленно посмотрел на Кунсайта. Блондин медленно обернулся и увидел перед собой ухмыляющегося Мамору, который властно обнимал за талию ЕЁ. Минако. Одетая в черный пиджак с блузкой и юбку-карандаш, девушка стояла ни жива, ни мертва. Фарфоровая кожа и трагичное выражение глаз придавало ей сходство с куклой. Кунсайт смотрел в голубые глаза девушки и видел там океан боли. Казалось, если Мамору отпустит ее, то она тут уже упадёт и разобьётся на тысячи хрупких осколков. Кунсайт не понимал что происходит, но чувствовал, что холодная рука что сковывала все его внутренности его отпустила. И он снова мог дышать. Он снова мог что-то чувствовать. Она предала его, но она была жива. И тут его взгляд упал на ее длинную шею, и сердце Кунсайта упало в пропасть. На шее Минако висела дорогая подвеска с буквой М, выложенной бриллиантами. В мире их было всего 56. И одну из них купил Мамору. Той, чье имя начиналось на букву М. — Кунсайт, хочу познакомить тебя со своей девушкой,— улыбающийся Мамору сделал ударение на слове “своей” и еще сильнее сжал талию умирающей от стыда девушки.—С моей Минако. С моей Монд.