Фабрика Грез

Девушка закончила свой торопливый и сумбурный рассказ. Не смея поднять взгляд на Кунсайта, она прислонилась к стене. Высокий парень в строгом костюме неподвижно стоял перед ней и тяжело смерял ее взглядом ледяных серых глаз. — Что же было дальше?— ледяной голос замораживал все вокруг.— Где же ваш с Ятеном хеппи энд? Губы Кунсайта презрительно изогнулись, и голос дрогнул. Казалось все внутри него умерло, и он с удивлением прислушивался к своему дыханию. Он все еще дышал. — Не было хеппи энда,— прошептала Минако.— Ничего не было. Была лишь боль. Я не могу сказать тебе больше, прости… Девушка не плакала. Но лишь потому что выплакала весь запас слез, и стоя перед Кунсайтом, она ощущала, как рвется на куски ее душа. Если бы у нее был пистолет, она бы застрелила себя, чтобы перестать чувствовать эти мучения. — Неужели ты думаешь я позволю тебе уйти от ответа теперь?— в светло-серых глазах промелькнула холодная ярость, и руки парня прикоснулись было к ее плечам, но тут же в страхе отпрянули. Кунсайт вздрогнул и отошел от девушки. Минако быстро посмотрела на парня и тут же отвела взгляд. Она поняла этот жест по-своему и закусила губу. Он презирал ее— она была для него самым низшим и порочнейшим существом на этой земле. И да, она это заслуживала. Она заслуживала весь тот ад, в котором она жила. И Ятена, который убеждал ее в обратном, больше не было. Его она тоже не заслуживала. — Расскажи, что было дальше,— голос парня звучал спокойно, но нервы были на пределе. Серые глаза отказывались смотреть в ее.— Ты обязана и ты знаешь это. — Зачем тебе?— в глазах Минако все же показалось слезы. В отличие от мозгов, слез у нее видимо было в избытке.—Зачем, Кунсайт? Ты проиграл. Ты знаешь, что он выйдет на свободу. Мы оба это знаем. Тебе нужно жить дальше. Впервые в серых глазах промелькнуло что-то кроме боли и ненависти, и Кунсайт прямо посмотрел на блондинку. Она не шутила. — Ты в своем уме?— искренне изумился беловолосый прокурор, изгибая губы в улыбке.— Вы разрушили мою жизнь. Вы убили моих агентов. Ты думаешь, я оставлю это просто так? — У тебя есть выбор?— горько прошептала Минако.— Мне так жаль за все то, что произошло с тобой. Прости меня, Кунсайт. Прости меня, пожалуйста, за все. Но если тебе будет легче, ты должен знать, что Стая тоже потеряла своих—Рей и…Ястреба. — Кто убил его?— тут же спросил Кунсайт, отмечая, что она говорит Стая, а не “мы”. Минако молчала, опустив голову и не зная что сказать. Полчаса перерыва подходили к концу, и Мамору будет явно недоволен, что все полчаса она провела за пределами зала. — Ятен,— с тяжелым сердцем сказала Минако.— Это трудно объяснить и ты даже не поверишь… Кунсайт неожиданно приблизился к Минако, так что она смогла ощутить запах его парфюма. Сандал и мята. От этого запаха у нее защемило сердце, и закружилась голова. — Ты закончила рассказ на том ужине,— тихо произнес Кунсайт, пристально глядя на девушку.— Расскажи мне в подробностях, что ты чувствовала…. —Кунсайт, зачем, я не могу…,— взмолилась Минако и подняла голову, встречая взгляд его проникновенных глаз.— Ты мне все-равно не поверишь. — Нет,— согласился Кунсайт.— Но ты обязана рассказать мне все. И дальше я сам решу чему верить или нет. То, что я чувствовал к тебе было настоящим. И я бы выбрал тебя, если бы Рубеус и Зойсайт не убедили меня, что ты член Стаи…Я чуть не убил Сецуну ради тебя. И поверь мне, я не знаю, какие сверхъестественные силы сдерживают меня, чтобы не задушить тебя голыми руками. Минако закусила губу, стирая прозрачные слезы с лица. Может смерть была не таким уж и плохим выходом. —Я расскажу то, что знаю сама. И то, что рассказали мне позже другие. Клянусь, Кунсайт, это правда…Я только не знаю, с чего начать. Когда начали обстреливать машину… —Нет,—властно перебил ее голос Кунсайта.— Расскажи, что чувствовала, когда я тебя поцеловал в ту ночь. Минако в замешательстве посмотрела на парня, но собралась с силами и начала рассказ.

***

В ту ночь со вторника на среду Минако лежала в полу-обморочном состоянии и горько плакала, вдыхая запах его сигарет, что оставался на ее волосах. Она не понимала себя, и она сходила с ума. Она никогда не была влюблена по-настоящему до этого. Только теперь она понимала, что Мамору ей нравился. Но она никогда его не любила. Ятен же смог достучаться до ее сердца и сорвать все замки и шлюзы. В ее жизни не случалось ничего более прекрасного, чем его признание в любви. От одного его взгляда ее бросало в дрожь— теперь она знала, что он означает. Огромную бескрайнюю любовь. Проблема теперь заключалась лишь в Кунсайте. А точнее в том, что она к нему чувствовала. Минако никогда не отрицала, что он ей нравился внешне— красивый высокий блондин с серыми глазами вряд ли мог оставить кого-либо равнодушной. Но что-то изменилось, и Минако не могла на самом деле уловить, когда это произошло. Было ли это после их многочисленных споров и перепалок, или после дурацкой игры в поцелуи, или после той ночи в клубе, когда он защитил ее от Эйса. Минако не знала, когда это случилось, но она знала, что он ее волнует. Ее невероятно влекло к нему, тело наполнялось приятной истомой, когда он излишне пристально смотрел на нее. И теперь, когда он неожиданно признался ей в своих чувствах.… И этот поцелуй.… Этот мириад чувств, что подарил ей этот поцелуй сводил ее с ума и пугал. Минако отчетливо понимала, что если бы не было этого разговора с Ятеном, не было его ошеломляющего признания, не было бы ее зарождающихся к нему чувств, она не рыдала бы сейчас в подушку. “А что бы ты сделала”,— коварно прошептал голос внутри ее головы. “Я бы отдалась ему прямо там,— честно призналось ее сердце.— Я бы отдала себя всю.” Минако вздрогнула от этого внутреннего разговора и разрыдалась еще сильнее. Неужели она любила двух мужчин одновременно? Неужели? Нет, она не может любить Кунсайта. Он был врагом. Он был человеком закона, а она была преступницей. У них никогда не может быть будущего. Нет, ее будущее могло быть только за Азазелем, самым прекрасным убийцей на Свете. Нет, все что ей надо— это выбросить Кунсайта из головы. Ей надо думать только о Ятене. Она поняла, что единственным выходом было закончить с этими играми и исчезнуть из этого дома. С этими непростыми мыслями, Минако забылась тяжелым сном.

***

В то время как Минако боролась с тяжелыми мыслями, двое людей встретились на одной из многочисленных конспиративных квартир. — Почему мы не привлекаем Азазеля?— спросил Ястреб инициатора встречи, Сейю.— Кстати, как дела у Усаги? Слышал ее выпустили, поздравляю. —У нее все нормально, спасибо,— сказал Сейя, протягиваю гостю стакан виски.— Мы едва могли поговорить, за ней установлена мощная наружка, но я успел передать все необходимые координаты. В четверг она поедет на такси в Омотесандо, где я ее перехвачу и привезу к нам. — Ятен не соврал, когда сказал, что освободит ее,— заметил Ястреб, отпивая янтарную жидкость.— Азазель свой человек. Сейя внимательно посмотрел на парня. — При все при этом я почему-то ему не доверяю. Я думал, он ненавидит Монд как и мы. Но в то же время у него было миллион шансов ее скинуть, и он этого не сделал. Таики вообще не верит, что между ними конфликт, и начинаю думать, что возможно он прав. — Что ты имеешь в виду?— нахмурился Ястреб, отодвигая стакан. — Мне кажется, что они оба водят нас за нос, играя в конфликт, пытаясь таким образом отвлечь наше внимание от настоящих проблем. —Как например то, что мы потеряли Рей и Тайгера,— горько произнес Ястреб, с силой сжимая стакан в руках. — И это тоже,— согласился Сейя.— Думаю пришло время взять все в свои руки и показать, что мы не безвольное стадо, и можем продолжать дела Стаи и без Декстера. — Но я все-равно не понимаю,— покрутил головой Ястреб.— Ладно я горю жаждой мести за брата. Но тебе зачем идти на такой рисковый шаг и совершать план, не одобренный ни Ятеном, ни Мамору? — Я хочу проучить эту суку Монд,— ненависть переливалась в голосе черноволосого парня.— Уса сидит в тюрьме, пока подстилка Декстера прохлаждается в доме своей кузины. Она думает, что она может безответственно посылать людей на смерть. Нет, пришло время ей самой поиграть в свои игры и окунуться в грязь. — Ну без нее мы бы не получили координаты. — Это мелочи,— пренебрежительно сказал Сейя.— Я не собираюсь ее убивать. Я лишь хочу воспользоваться удивительным стечением обстоятельств и поиграть с Кунсайтом в нашу игру. И Монд будет просто пешкой. — Может стоит ее предупредить? —Ты думаешь эта белоручка согласится участвовать в такой операции? Тем более, когда она привыкла жертвовать другими. Уверен, это ее рук дело, что Сецуна жива. Не знаю каким образом она убедила Ятена не убивать свою кузину. Я в жизни не поверю, что Азазель промахнулся и не успел убить Сецуну, как он нам рассказал,— усмехнулся Сейя.— Нет, только хардкор. Только настоящее нападение. Если она не тупая, то она сама поймет, что это подстава для Кунсайта. —Что насчет Азазеля? — Как я уже сказал. Я ему не доверяю и потому я отошлю его завтра на студию. Он не должен ни о чем не догадываться. Азазель все еще верен Декстеру, и мы не знаем как они оба могут отреагировать на такой план. —Это и правда опасный план,— сказал Ястреб, но в глазах загорелся огонек охоты.— Декстера со дня на день должны освободить. И тут мы так раззадориваем волков, что сторожат Мамору. — Мы это заслужили,— отрезал Сейя.— И Мамору это поймет, когда выйдет. Но мы расскажем ему про нашу игру, только после того как он выйдет. Что насчет Таики? — Он, конечно, не хотел,— закатил глаза парень.— Но он мой должник. Так что он в деле. Мы нападаем втроем завтра. — Надеюсь, Ами хватит ума не говорить Мамору,— нахмурился Сейя.— Декстеру этот план в самом деле может не понравиться. —Не думаю, что она на это пойдет. Она бегает от Декстера как от огня, так как— насколько я знаю— Нефрит все еще жив. — Везучий подонок,—улыбнулся Сейя и поднял в воздух свой стакан с виски.— За победу! — За победу. Двое парней отпили горький напиток, не зная, что для одного из них— это была последняя ночь в жизни.

***

—Таики, я умоляю. Этот план—сумасшествие! Ты не можешь идти на такое безумие,— Ами почти плакала. Но они сидели в центральном кафе, и она не могла показывать настоящие эмоции. — Я ненавижу себя, но не могу отказаться. Я убил его брата!— Таики с сожалением смотрел на свою девушку.— Я не знаю, что случилось с Сейей, но и он, и Ястреб отчаянно хотят поиграть в эту игру. Ты тоже в деле, любовь моя….Ты должна выкрасть Сецуну. Прости. — Декстеру не понравится этот план. Азазелю не понравится этот план. Это не случайно, что эти два безумца не рассказали никому про этот план. Мы должны им помешать! Лицо девушки было искажено тревогой и гневом, она не понимала, как Таики может так спокойно идти на эту суицидальную миссию. — Помнишь, мы говорили, что всегда будем на стороне Декстера, Таики? — Да, если будет война с Азазелем. Но такой, к счастью, пока нет. Просто Сейя и Ястреб решили немного отойти от плана Азазеля и взять инициативу в свои руки… —Взять инициативу в свои руки?! Ты так это называешь?— голос девушки сел от гнева.— Какой же ты слепец! Все наши жертвы: смерть Рей, Тайгера, Джедайта. Все напрасно, если мы разозлим Кунсайта. Тут нет идеального исхода: если он выберет Минако, то мы убьем Сецуну. И чего же мы добьемся? Того, что приобретаем двух врагов— саму Мину, чью сестру мы убьем, и Кунсайта, который в агонии может убить Мамору или еще чего хуже. А если он выберет Сецуну, мы что убьем Монд?! —Нет,— стиснул зубы Таики.—Конечно, нет. Просто доставим ему небольшие страдания за такой выбор. Ты же знаешь всю эту психологию этих игр. —Таики… —Все, закрыли эту тему, любовь моя. У нас нет выхода. Умоляю, не говори ничего Мамору или Ятену. Мы отсылаем Азазеля в студию под предлогом встречи с фанатами. Когда он туда приедет, он поймёт, что встреча перенесена, но к тому времени я надеюсь, мы успеем выкрасть Минако под носом ошеломленного Кунсайта. Таков план. — Идиотский план,— буркнула Ами.— Как вы нападете? — Ястреб сдедит за домом с самого утра. В город ведут две дороги, и мы поставим засаду на той, по которой чаще всего ездит Прокурор. — Таики,— выдохнула девушка и с тревогой посмотрела на парня.— Пожалуйста, будь осторожен. И еще, ты же понимаешь, что после этого я не смогу быть больше доктором отделения. — Да. И это одна из лучших частей этого плана. Я не хочу, чтобы ты вела эту двойную жизнь, и этот план может нам в этом помочь,— Таики с нежностью поцеловал девушку и стремительно вышел из-за стола, ощущая странную тяжесть на сердце.

***

Вернувшись в госпиталь, Ами зашла в палату Сецуны. Она не стала вкалывать снотворное, рассчитывая, что девушка проснется через пять часов. Вывезти ее из больницы было плевым делом, стоило лишь накрыть ее каталку брезентом как труп и закатить в машину скорой. В госпитале была вечная суматоха и давка— никто бы и не заметил ее маневра. Но не это тревожило девушку. Вчера, когда она перевязывала Мамору после той драки, он успел передать ей клочок бумаги с номером. Ами не могла не восхититься ловкостью Декстера, который с изяществом Коперфильда закатал бумагу в рукав ее халата, несмотря на присутствие четырех конвоиров—опасный преступник Декстер был всегда окружен полицейскими. Особенно после жестокого убийства накануне… — Да,— услышала Ами хриплый голос босса. — Декстер,— прошептала девушка.— Это чрезвычайная ситуация. Я должна рассказать тебе кое-что… Девушка рассказывала лаконично и точно, понимая, что приказы Декстера все еще имели волшебную силу. Даже на расстоянии. Его вето могло подействовать и остановить весь этот план. Закончив девушка прислушалась к ровному дыханию парня. Однако, она совсем не ожидала услышать следующее… — Он влюбился в нее? — Прости что?! — Я спрашиваю,— раздраженно повторил голос Декстера.— Кунсайт влюбился в Минако? Как это произошло? Это было частью плана Азазеля? — Нет,— растерянно произнесла Ами в телефон.— Я не знаю точнее. Не думаю, что это был план…Ты слышал, что я сказала. Эта игра может стоить тебе свободы! Они все нас угробят. Зачем злить Кунсайта… —План и правда был отличный,— в голосе Мамору прозвучало одобрение.— Чувствуется почерк Азазеля. И эта игра— ты права— звучит как полное сумасшествие. Но знаешь,— голос Мамору стал ниже, и у Ами пошли мурашки по телу.—Мне тоже интересно, кого выберет Прокурор… Так что передай остальным, что я даю свое добро. —Что?!— Ами показалось она сейчас рухнет на пол.—Ты с ума сошел? —Мои приказы не обсуждаются. Готовь Сецуну к перевозке,— холодно закончил Мамору.— И да, держи меня в курсе этой операции. Плюс, я хочу, чтобы Минако пришла в суд ко мне на слушание. —Но мы не знаем кого он выберет… —Даже если он выберет ее, она не вернется к нему,— из телефона неожиданно повеяло таким холодом, что у Ами задрожали колени.— Моей Монд пришло время выйти из сумрака. Весь мир должен знать она—моя. Ами нажала на кнопку отбоя и бессмысленно уставилась в пол. Все шло к чертям собачьим. Неожиданно ее осенило. Оставался лишь один человек, который мог остановить это сумасшествие. Только он. Только Азазель. Ами стала набирать номер на своем айфоне…

***

Минако сидела на пассажирском сидении и молча смотрела на мелькающие мимо деревья. Она старалась не думать о том щемящем чувстве в груди, когда замечала какие взгляды на нее кидает Кунсайт. Нет, у нее есть Ятен. Она не должна все это испортить. Все что ей надо, так это просто убежать. Убежать от этих серых глаз, совершенных губ и платиновых волос. Ятен, конечно, удивится, почему она переехала в гостиницу раньше времени, но она что-нибудь придумает. Мысли девушки были прерваны автоматной очередью, и в следующую секунду резко завизжали тормоза машины, и сильное тело накрыло Минако, защищая от пуль… Таики, Ястреб и Сейя бесперебойно палили из автоматов, прицеливаясь так, чтобы не поранить пригнувшихся пассажиров— им не нужны были жертвы. Их нужно было лишь запугать. —Я пойду проверю,— тихо сказал Ястреб, вытаскивая пистолет.— По-моему пора уже вытаскивать ее. —Будь осторожен,— кивнул ему Сейя. Ястреб осторожно подходил к машине, когда откуда не возьмись на горизонте появился байкер на мощной Хонде Nighthawk— его лицо было закрыто шлемом, и ненормальная скорость делала невозможным разглядеть что-либо еще. Держа руль одной рукой, он вытащил пистолет другой и уверенно нажал на курок, пробивая череп Ястреба свинцовой пулей. Сейя и Таики тут же бросились в свой автомобили и надавали на газ со всей силы—все шло не по плану. Несмотря на всю скорость, мотоциклист догонял их. Сейя смотрел в зеркало заднего вида, думая как бы вытащить пистолет и не потерять контроль за рулем. Неожиданно мотоциклист посветил фарой пару раз и остановился. Проехав безопасное расстояние, Сейя тоже остановился, его примеру последовал и Таики. Оба парня вышли из машины и напряженно всматривались в фигуру подходящего мотоциклиста. Поравнявшись с ними, высокий парень снял шлем, и оба—и Сейя, и Таики обомлели. Это был Ятен! — Ты с ума сошел?— сиплым голосом заговорил Сейя.— Ты завалил своего! Это же был Ястреб. —Я знаю,— в зеленых глазах показался металл.— Скажи спасибо, что я не завалил вас. Двух игроков. Сейя с ненавистью смотрел на Азазеля. Он не понимал его, и это выводило его из себя. — Ты будешь гореть в аду, Азазель. Но ты уже ничего не изменишь! Игра началась. Мы “выкрадем” Минако. Точнее теперь она должна сама прийти, ведь теперь ее будут охранять как Мону Лизу. Передай ей. — Я могу передать только пулю тебе в яйца, Спейси. Ни одна игра не может проходить без санкции Декстера. Вы чуть не пустили в расход весь мой план, который стоил нам столько крови. Так что тебе лучше заткнуться. — Когда ты уже вынешь член Декстера изо рта, Азазель,— гневно выплюнул Сейя, не замечая как напряглись кулаки Ятена.— Ты на него молишься? И на его подстилку? Этот план ничего не рушит, он лишь приносит справедливость во вклад каждого в наше дело. — Когда я выну член,— усмехнулся Ятен, и длинная косая челка скрыла презрительное выражение зеленых глаз.— Может сначала его стоит вынуть из твоей Куникло. Насколько я знаю, она решила поиграть в Монд со всей душой. Ее вклад очень ощутимый. — О чем ты говоришь,— медленно спросил Сейя, чувствуя подвох и смутную тревогу. — Кунсайт столкнул их под камерами, и они тут же вспомнили былое и трахнулись и себе, и другим на радость. Если мне не веришь, можешь попросить своего брата взломать комп прокурора— не думаю, что он так серьезно охраняется. По-крайней мере не это видео. —Ах ты сукин сын,— Сейя замахнулся на Ятена, вкладывая в удар весь свой вес и всю свою ненависть, но Ятен спокойно увернулся. Не теряя контроль, блондин резко переместил свой вес с одной ноги на другую и сумел поймать в воздухе, занесенную в ударе ногу Сейи, резко притягивая ее к земле. Он потянул упавшего соперника на себя, резко выпрямляясь во весь рост и наступая со всей силы на лодыжку Спейси. Носком другой ноги, обутой в тяжелый ботинок, он точно ударил Сейю в ухо так, что из оттуда сразу потекла алая кровь. Сейя охнул от боли и прижался лбом к земле. Азазель знал все болевые точки и был беспощаден. —Перестаньте!— неожиданно крикнул Таики, держа в руках телефона.— Мне позвонила Ами. Она рассказала Декстеру… Две пары глаз с напряжением уставились на Таики. — Декстер дал добро на операцию……

***

Минако дрожала от страха, сидя перед камином, и это были настоящие эмоции. Она в первый раз не играла, когда боялась и не знала, что происходит. Кто это был? Стая? Нет, зачем им— Ятен никогда бы этого не допустил. Но тот парень, что подходил. Ей показалось, что телосложением он был похож на Ястреба. Нет, тут должна быть замешана еще какая-то криминальная группа. Может это месть Ковано? Нет, не может быть. Нужно быть полным отморозком, чтобы напасть на Окружного Прокурора. На такие действия были способны не многие. И одними из этим немногих была Стая. Девушка поежилась, отгоняя тяжелые мысли. Ее била крупная дрожь— теперь она понимала, от чего ее защищал Ятен. Это было, действительно, страшно. Быть в центре перестрелки, когда пули падают в сантиметрах от лица, разрывая обивку сидения в дребезги. Показывая еще чуть-чуть, и то же самое произойдет с твоим лицом….Девушка вспомнила кровь, что хлынула на маску парня и закрыла глаза. Ее мутило. Ее мысли были прерваны Кунсайтом, что подошел к ней с бутылкой виски. — Будешь?— спросил он девушку, протягивая бутылку, но она покачала головой. Ее все так же била дрожь. И она не могла сказать ни слова. Смерть была так близко сегодня. Кунсайт отложил бутылку и сел на ковер рядом с Минако. Огонь отражался в длинных платиновых волосах парня, что небрежно падали на лицо. Минако подняла на него глаза и опешила. В его красивых серых глазах не было страха. Там была лишь страсть.  Он взял ее лицо в свои ладони, всматриваясь в голубые глаза, словно пытаясь удостовериться, что они отражают только его.  — Нет, Кунсайт, мы не можем,—робкий протест Минако был заглушен лавиной страсти, что пришла с поцелуем. Его поцелуем. Он целовал ее жадно, страстно и дико. Он подминал ее всю и целовал так, словно не мог насытиться ею. Его руки нырнули под ее футболку, и Минако охнула, когда горячие пальцы нащупали ее бра и прикоснулись к ее коже. Она хотела сопротивляться, но она не могла. Дрожь страха сменилась мурашками возбуждения.  Черт возьми, она должна, должна сопротивляться! Но ее тело сошло с ума. Оно принадлежало не ей. Оно сдалось только на милость этого платиноволосого Бога. Было ли оно в состоянии шока или транса, но оно совершенно ее не слушало, встречая Кунсайта как самого долгожданного гостя. От одного его поцелуя у Минако тут же свело низ живота и намокло кружевное белье. Его язык сводил ее с ума, а губы поедали ее рот. Ничто не могло остановить Кунсайта. Он был похож на самого прекрасного принца и на самого дикого зверя. Он опрокинул девушку на спину и разорвал футболку, не прекращая целовать ее губы. Следом улетели ее джинсы. Парень прервал поцелуй и опьянено посмотрел на девушку в одном белье. Большая красивая грудь, тонкая талия и длинные ноги… Желание, съедавшее его, запах шоколада, которым пахла ее кожа и свет камина, делающий ее похожей на Богиню…Все это сводило его с ума.  Минако горела. Она была в огне. Полуприкрытыми глазами она смотрела на парня, который избавлялся от одежды. Он был идеален— косые рельефные мышцы живота, сильные руки с видимыми мускулами, загорелая кожа оливкового цвета идеально контрастирующая с ярко-платиновыми волосами. Опустив взгляд ниже на узкие бедра парня, девушка ощутила, как огонь страсти и желания разгорелся еще сильнее. Он был очень большим. Девушка интуитивно сжала ноги. “Тяжелый выбор не так ли”,— вновь разверзся в ее голосе каверзный голосок, и девушка похолодела.— “Оба хороши и так щедро одарены природой.” Девушка неожиданно обрадовалась этому циничному голосу, который остужал ее бешеное желание и давал надежду, что тело вернется под контроль. Но тут губы Кунсайта нежно укусили ее шею, и девушке показалось, что она получила мини-оргазм. Кунсайт быстро избавился от своей одежды и начал покрывать тело девушки горячими поцелуями. Его губы вкушали ее длинную шею, нежные ключицы, ложбинку между грудями. Шелковая платина волос щекотала ее ребра. Бра улетело в неизвестность, и у Кунсайта перехватило дыхание. У нее была идеальная грудь. Девушка хотела прикрыть грудь руками, но Кунсайт не мог этого позволить. Он держал ее руки в своих, а его рот тем временем вкушал ее соски и облизывал грудь. Минако застонала, и мужчина почувствовал, что не выдерживает. Его умелый язык доводил ее до исступления: ее соски стали такими острыми, что казалось удивительным, что его рот еще не наполнился кровью от порезов. Он облизывал ее грудь круговыми движениями, стараясь забрать своим ртом как можно больше— словно стараясь уместить всю грудь у себя во рту. “А Ятен сходит с ума от твоих сосков, в то время как Кунсайт любит целовать всю грудь целиком.”- вновь прозвучал спасительный голос, и Минако, как утопающий, хотела ухватиться за этот голос, глупо надеясь, что сможет еще избежать самой большой ошибки. Самого желанного проникновения. И в этот момент… Его пальцы резко освободили ее от последнего белья и проникли в нее. Блондинка застонала еще громче и выгнула спину. Ее руки обхватили шею Кунсайта.  Его длинные пальцы нежно мяли и терли ее там, заставляя ее возбуждаться еще больше. По его взгляду, затуманенному желанием, Минако видела, что он замечает, какая она стала влажная. Краем глаза Минако заметила, как еще больше увеличился его упругий и твердый член. От этого вида все внизу запульсировало, и казалось, что она просто умрет, если он не возьмет ее. — Возьми меня,— прошептали ее томные от поцелуев губы.— Кун… Что-то взорвалось в его голове от этих слов. Кунсайт пристроил свое идеальное и тренированное тело между ее ног и резко вошел в нее. Минако застонала, прикушивая губу— он был большим. Очень большим. Но вскоре первая боль проникновения сменилась невероятным экстазом и блаженством. Он вонзался в нее все чаще и чаще, все сильнее и сильнее, сходя с ума от осознания, что она его. Эта женщина принадлежала ему и только ему. Он запрокинул ее ноги себе за спину, и стал входить еще глубже. Минако закричала от страсти. Минако почувствовала вкус крови на губах— так сильно она закусила губу от боли, когда он вошел в нее— настолько большим он был. Она чувствовала, как он заполняет ее всю, растягивая ее изнутри. Он входил в нее, все чаще и чаще, распаляясь сильнее и сильнее. Он напивался, но хотел пить еще сильнее. Минако обвила его торс ногами, чувствуя, как он исступленно входит в нее без перерыва. Его проникновения становились все глубже и глубже. И тут что-то в голове у Минако что-то взорвалось, и она очутилась в космосе. — Я люблю тебя,— прошептал он в ее губы, захватывая их в плен поцелуя и извергаясь в нее всем своим естеством. Струйка его семени потекла по ее бедру.  Она лежала на его груди, прижимаясь к его телу своим, в то время как он Кунсайт молился, чтобы этот момент не заканчивался. Внезапно вдалеке зазвонил ее телефон. Ее телефон. 

***

Через полчаса полностью одетый мрачный Кунсайт открыл дверь Ятену. Встревоженный парень влетел в дом и тут же заключил Минако в крепкие объятия, когда увидел ее. Объятия не так плохо, подумал Кунсайт, и тут парень страстно поцеловал ее. ЕЕ губы, которые еще полчаса назад целовал Кунсайт. В глазах прокурора потемнело.  — Какие новости там, в мире?— задал первый попавшийся вопрос Кунсайт. Только бы прервать этот ненавистный поцелуй. — Я еле пробился в дом, Рубеус прислал кучу охраны, которая окружила участок, теперь все 15 домов, что на участке стали особо охраняемым объектами. Еще двое офицеров охраняют именно ваш дом. Так что тут должно быть безопасно. Эту ночь мы проведем тут, я думаю. Ятен серьезно посмотрел на Кунсайта.  — Но твоя работа слишком опасна, Кунсайт. Прости, но я должен защитить свою женщину. Завтра же я перевезу ее на штаб-квартиру моей группы. Плевать, что они скажут.  — Я все понимаю,— голос Кунсайта был мертв, и он смотрел только на одну Минако, которая не смела смотреть ни на одного из мужчин.— Но как ты уже сказал сам. Тут столько охраны. ОНА будет в безопасности.  То, каким голосом он сказал “она” и взгляд, которым он смотрел на Минако…Ятен пристально всматривался в Кунсайта и Минако, не понимая что происходит. Ему не нравилась эта атмосфера.  — Уже поздно. Думаю, нам пора спать. Поговорим завтра. Ятен резко завершил разговор и потянул Минако за собой, не давая ей возможности попрощаться с Кунсайтом. 

***

— У нас проблемы,— яростно зашептал Ятен, вытаскивая из шкафов чемоданы, намереваясь собирать вещи. В пылу, он даже не заметил, что большая часть вещей отсутствует, так как чемоданы Минако были в багажнике BMW.—Что за черт, где все твои вещи? — Я их уже собрала. Я намеревалась переехать в отель сегодня,— ответила Минако, не смея поднимать на Ятена взгляд.— Что происходит? — Отель?— переспросил Ятен.— Мы же решили, что ты переедешь послезавтра, когда я сниму нам защищенную квартиру. — Что за проблемы?— спросила Минако, растягивая момент признания, и запахивая сильнее кофту.— Ты знаешь, кто на нас напал? — Да, это были Сейя, Ястреб и Таики. Я подстрелил Ястреба— я, действительно, испугался за тебя. Я думал, он идет вас убивать. После смерти брата он стал сам не свой. Минако в ужасе прижала ладонь ко рту. Еще одна жертва в их группе. Сколько же их в конце останется… — В воспаленном мозгу Сейи высветилось, что с прокурором можно поиграть в Игру, так как он верит в эту чушь, что Кунсайт влюбился в тебя. Разыграть тебя против Сецуны. Вся эта идея безумие, и это идет против нашего плана, чтобы мирно все рассказать Мамору и сохранить подобие мира. Самое странное, что Мамору согласился на этот план. — Что?! Глаза Минако расширились от ужаса, и Ятен заключил девушку в крепкие объятия, от чего Минако совсем пала духом. Она не заслуживала его объятий. Она не заслуживала этого мужчину. Да, и вообще любого нормального человека. Она была ничтожеством. —Да, ты бы видела торжествующее лицо этого кретина Спейси, когда он услышал эту новость. Сецуна уже на квартире. Мне приказали доставить тебя, Кунсайт на самом деле поставил нехилую охрану. Через час приедут Спейси и Тразом и вырубят охранников на участке. Я должен взять на себя тех, кто возле дома, после чего мы должны нырнуть к ним в машину. Согласно их ущербному плану опять же. —Ятен,— в глазах Минако задрожали слезы.— Мы не можем. Нет. Я отказываюсь участвовать в этом безрассудстве. Сейя даже не подозревает, что Сецуна- сестра Усаги, а не моя. Если с ней что-то случится, Куникло никогда не простит его! — Я знаю,— Ятен серьезно посмотрел на девушку своими зелеными выразительными глазами, в которых было столько нежности и любви, что Минако опять ощутила приступ ненависти к самой себе. Как она могла.—Я никогда не позволю тебе участвовать в этом балагане. Даже играть пленницу. Ты никогда не будешь ею. Поэтому у меня есть свой план— мы просто исчезнем из этого города. В пекло Мамору, в пекло Стаю; мы были слишком оптимистичны, почему-то решив, что он спокойно отпустит нас. Нет, он тебя никогда не отпустит. Голос Ятена дрогнул, и Минако напряженно посмотрела на парня. — Почему?— это был больше выдох нежели вопрос. —Таких как ты не отпускают,— прошептал парень, проводя длинными пальцами по щеке девушки и наклоняясь к ее губам.— За таких как ты воюют. До конца. Ощутив поцелуй на своих губах, девушка не выдержала. По щекам потекли слезы. Такие как она не стоили и выеденного яйца. — Мина, девочка моя,— необыкновенные зеленые глаза встревоженно вглядывались в Минако.— Что случилось? Бледная девушка стояла перед влюбленным в нее до умопомрачения блондином и сгорала от стыда. — Мина… Ятен тихо звал девушку, чувствуя нарастающую тревогу. Словно катастрофа приближалась к нему; он опытный ликвидатор всегда отчетливо чувствовал такую перемену в воздухе. Девушка молча плакала, стоя перед ним. Дрожащими пальцами, Ятен расправил кофту девушки— она даже не сделала попытки увернуться. Увидев красные разводы на шее, Ятен замер. Сердце учащенно забилось, и вся кровь отлила от лица. Этого не могло быть….Нет, он не хотел в это верить….Это не может быть…Неожиданно в голове пронеслось: “Ятен, ты должен остановить эту безумную игру! Это моя вина— я сказала Таики, что Кунсайт влюбился в Минако…”, “Но как ты уже сказал сам. Тут столько охраны. ОНА будет в безопасности”.   В голове били в набат тысячи молотов, казалось сердце Ятена только что разрезали на миллионы частей. — Минако, нет,— в его раскосых глазах было столько боли, что Минако хотелось выколоть себе глаза, чтобы не видеть этого.— Прошу тебя….Скажи мне, что это не то, что я думаю…. — Я…,— Минако должна была сказать ему правду. Это меньшее, что она могла сделать.— Я испугалась. И я…Я не знаю, это случилось так быстро. Вчера он признался мне в любви вчера, и поэтому я решила переехать. Он вез меня в гостиницу, когда на нас напали. Мы приехали обратно, и тут это случилось… Ятен казалось забыл дышать. Лицо превратилось в маску, и парень стал похож на статую. Самого великого создателя. — Ты его… Ты его тоже…. Зеленые глаза казалось выцвели от шока и боли. — Нет, Ятен,—голос Минако оборвался.— Точнее…Я не знаю…Я не знаю, что я чувствую к нему. Я не знаю…Я не знаю, что я чувствую к тебе… Вчера я сказала ему, что я начинаю любить тебя. Что я чувствую это чувство. И он поверил мне, потому что это правда… Минако хотела прикоснуться к руке Ятена, но тот отпрянул от нее как от прокаженной. Красивое лицо скривилось от отвращения и ненависти. — Я не знал, что когда начинаешь чувствовать любовь, то на следующий день отдаешься другому,— голос Ятена звучал глухо и злобно.—Тем более тому, кто стоит по другую сторону войны. Он повинен в смерти Рей и Джедайта. — Джедайта убил ты,—зачем-то поправила блондина Минако и тут же пожалела, увидев как гримаса ярости повисла на совершенном лице парня. —Так ты его уже и защищаешь, “любовь моя”,— у Ятена задрожали руки, и он сжали их в кулаки.— Он повинен. Он заставил Джедайта давать показания против Мамору. Он не защитил тех, кому обещал эту защиту. Но это не важно… Бледный как приведение парень отвернулся от девушки и подошел к окну, беря с пола свой рюкзак. Девушка молча смотрела на прямую спину Ятена. —Черт возьми, какой-же я был глупец. Почему же я не видел, кто ты есть на самом деле. Сейя был прав— ты дешевая подстилка. Шлюха. Минако стойко слушала парня, который внезапно резко повернулся к ней, сжимая что-то в руке. — И в то же время я благодарен тебе. Ты излечила меня от этого наваждения, которое я принял за любовь. Я здоров, Монд. Спасибо тебе за это. — Не за что,—с грустной улыбкой сказала Минако.— Я не врала. Я говорила правду, но ты достоен лучшей женщины чем я. Это так. — Более того,— с ухмылкой, что разливалась по всему лицу, продолжал Ятен,— Я знаю, что нужно тебе. Ты же говорила, что не знаешь. Так вот, я думаю, что господин Хашимото получил слишком много даров от Стаи в последнее время. Или от тебя, будем честны. Сколько раз ты себя ему дарила? Голос Ятена сорвался, но от тут же взял себя в руки, растягивая губы в этой странно-притягательной и в то же время страшной улыбке. — Думаю, пришло время поиграть,— сказал Ятен, раскрывая кулаки и показывая марлю с характерным запахом. Хлороформ, сразу поняла девушка и покрылась холодным потом. Нет, только не это.. —Нет!— закричала было Минако, когда сильные руки прижали марлю к лицу девушки, схватив за затылок. Через полминуты девушка обмякла и потеряла сознание. Ятен осторожно подхватил ее на руки и положил на диван. Каждое прикосновение к ней отзывалось сокрушительной болью в его теле. Положив на диван, он склонился над ней, словно вбирая в себя весь ее образ. Она была прекрасна. Она была словно соткана из другого материала. Словно женщина не из этой планеты. Он понимал Мамору и кличку, что он ей дал. Она, действительно, была похожа на ожившую статую античной Богини. — И также как и в том рассказе, ты убиваешь, даже не пошевелив пальцем,— прошептал Ятен, с трудом борясь с желанием поцеловать ее в последний раз.— Почему..Почему, любовь моя… Тут его взгляд упал на следы губ Кунсайта на шее девушки, и Ятен резко выпрямился. Ему яростно хотелось пойти в комнату вдали по коридору и убить Кунсайта самым медленным и мучительным образом, разрезая его на куски. Но сердце требовало большего. Большей мести. План Сейи еще с утра казавшийся таким идиотским, стал звучать как симфония. Парень стал готовить комнату—он бросал цветы в горшках, рвал одежду, переворачивал мебель. Минако уже убрала все скэллеры и приборы. Он резко полоснул себя ножом по руке— он даже не заметил боли. Все это не шло ни в какое сравнение с зияющей дырой в том месте, где у него было сердце. Он вытащил из рюкзака красный лист бумаги и написал номер одноразового телефона. Открывая окно, он внимательно посмотрел на двух полицейских, что дежурили, ходя по кругу. Ятен ловко спустился со второго этажа через окно, и вскоре двое сотрудников были без сознания. Беря Минако на руки, словно самую хрупкую вазу, парень неожиданно вспомнил про фотографию в его тумбе. Это была фотография, которую Ятен сделал случайно. Рей просила ее сфотографировать, и тут ее кто-то отвлек, и в кадр Ятену попала Минако— она смотрела в сторону и о чем-то думала. И было в этом столько красоты, что Ятену не хватило сил стереть эту фотографию. Он распечатал ее и хранил с собой. Теперь это было не нужно. Ее больше не было для него. Мира больше не было для него. Но переступив через порог, что-то дрогнуло в душе Ятена. Эта фотография не могла попасть к Кунсайту, он забрал у него и так слишком много. Вернувшись, Ятен осторожно вытащил фотографию, не выпуская Минако из рук и вышел из дома Кунсайта навсегда….