9.
29 октября 2011 г., 20:08
***
Отдав Рамвиру четкие указания, Антон и Турен принялись воплощать обещанное в жизнь. К концу пути Антон чувствовал себя прожженным политиканом, и ему не нравилось это ощущение. Он не любил манипулировать людьми. Его коробила необходимость постоянно лгать. Ложь словно вытягивала силы. Завелейский чувствовал, что выдыхается, но не показывал и виду. Люди, встречи, разговоры… Из каждого города он сбегал в уже знакомое бездорожье, в холодные ночевки у костра, редкие трактиры, ярко-синее небо над головой, дожди и северный ветер. Каждое последующее поселение вновь пробуждало, казалось бы, улегшиеся противоречия, и Антон кидался в новый бой, стараясь не оглядываться и не задумываться. Лишь когда он увидел стены Форта Предгорий, то понял, насколько устал. Однако долго разлеживаться не пришлось, через день в Форт прибыли люди Рамвира, как и предполагал Турен — урезанным составом, и начался новый виток. Их надо было разместить, занять; ввести Рамвира в курс дела и сделать выговор за невыполнение приказа — такое нельзя было спустить на тормозах; проследить, чтобы рионорский сотник — глава местного гарнизона Радэнек — и коршанский генерал не закусили друг другом на ужин. Турен сбежал в Эл-Грасс через несколько дней, мотивируя отъезд делами, и оставил Антона в компании Ислана разбираться с этим балаганом. Напоследок Советник пообещал прислать учителей для дальнейшего обучения. Завелейский схватился за голову, только их тут и не хватало. Когда суматоха более или менее улеглась, Антон смог направить энергию генерала и сотника в нужное русло — поиски разбойников. Вторая неделя шла к концу, а разведка не давала никаких результатов. Бандиты словно испарились в воздухе. Рамвир, поначалу гордо взиравший на поиски со стороны, в итоге подключился к процессу. Неуловимый противник подогревал в нем охотничий азарт. Если бы еще не постоянные споры между командующими гарнизонов, то жизнь можно было бы назвать сносной. У Антона не было военного опыта, он ничего не понимал в происходящем, поэтому просто слушал и впитывал в себя новые знания, и старался не выглядеть круглым идиотом. Ислан ему сочувствовал, но это не мешало драшаанцу посмеиваться над иномирянином и гонять его на утренних тренировках с удвоенной силой. Последнее было прямым результатом признания Антона, что если случится бой — он будет участвовать. Уговоры Рамвира и Ислана на принца не действовали, Радэнек на все это лишь пожал плечами и не вмешивался. Такая позиция сотника была не понятна коршанцу и тхамину. Для них стало новостью, что ни одному рионорцу в крепости не приходило в голову оставить принца в тылу. Тхамин смирился и постарался сделать все, что было в его силах, чтобы Антон остался в живых. Рамвир же в который раз задумался. В Коршане между знатным воином и простым не делали различий, не требовались длинные титулы и подчиненно согнутая спина. Они гордились этой простотой, как чем-то уникальным. И когда Рамвир в конце войны попал в Рионор, то был неприятно удивлен тем, что Лорар не просто равный среди равных, а такой же, как все. Скромный замок, одежда без излишеств смотрелась слишком просто для короля. А панибратское отношение с подданными? Тогда все это казалось генералу нарочито показательным. А сейчас, когда рионорский принц ел с ними за одним столом ту же пустую кашу, трясся рядом в седле… Поначалу коршанец воспринял это в штыки, как воспринимал любую лживость и бахвальство, но, общаясь с Лииноем, начал понимать, что не прав. Для рионорцев это действительно было само собой разумеющимся. По крайней мере, Лииной не выражал ни тени недовольства. Его не смущала тесная комната, однообразная еда, холодные дозоры. А вот Рамвира — да. Он никак не мог определиться с отношением к рионорцу. Податливый и упрямый, дипломатичный и деспотичный, избалованный и терпеливый, открытый и окруженный тайнами — Лииной был слишком сложен для него. Генерал никак не мог вычислить слабое место врага. Рамвир поморщился от досады, крепче сжал глиняную кружку с травяным чаем, наблюдая из окна выделенной ему комнаты за рионорцем и драшаанцем, тренирующимися во дворе. Не самое достойное занятие, но развлечений в Форте было немного. Иногда Рамвир чувствовал себя подглядывающим в замочную скважину. Но, с другой стороны, куда ему смотреть, если единственное окно в комнате выходит на задний двор, облюбованный этими двумя для занятий? Нужно было сказать, что Лииной держался достойно, при таком противнике. Вот еще одна из загадок — тхамин-учитель. Когда драшаанец появился на пороге его кабинета, Рамвир принял его за мага. Лишь когда Лииной отошел в сторону, открывая Ислана взгляду генерала, тот с удивлением увидел на мужчине знак Тхамин-шаан. Вытянутый, хищной формы герб с золотым ободком по краю. Ему даже не нужно было присматриваться, чтобы разглядеть гравировку — пустынный лев, проткнутый мечом, и змеящаяся по клинку лоза. Удивительно. Что делал тхамин так далеко от дома, в компании правителя средней руки? Он мог бы служить величайшим королям и магам, а вместо этого учил сражаться мальчишку на заднем дворе забытого Богом Форта. Сплошные вопросы и никаких ответов. Мысли плавно перетекли на мучающий его вопрос — за несколько недель он не получил из Коршана ни единой весточки. Двое гонцов были посланы к Верену, три голубя — и ничего. Грешным делом командующий решил, что голуби вернулись в Эл-Харт, и отправил туда человека. Со дня на день тот должен был вернуться с вестями. Тонкие стены барака позволили слышать, как скрипнула последняя ступень лестницы, и кто-то прошел по коридору. В дверь постучали. — Войдите, — Рамвир обернулся, поставил остывший чай на стол. — Мой генерал, — вошедший кратко кивнул и вытянулся перед командующим, — Джарис вернулся. Он ожидает Вас внизу. Рамвир не мог скрыть охватившего его чувства торжества. Теперь ничто не могло удержать его в этих горах. Если бы он на минуту задумался и признался себе, то понял бы, что не желает уходить из Форта, где впервые за много лет его людей ждало настоящее дело, но гордость не позволяла сдаться на милость Лииною. Рамвир подхватил плащ и буквально вылетел из комнаты. — Мой генерал, — Джарис ожидал его перед дверью барака. — Какие новости, Джарис? — без приветствия спросил Рамвир. Воин покачал головой. — Ничего, ни птицы, ни человека, — посланец обеспокоенно всматривался в своего генерала. Рамвир со злостью ударил кулаком по стене. Этого не могло быть! Просто не могло! Если только кто-то не вмешался… — Спасибо, Джарис. Можешь идти, — отпустил он гонца, собираясь подняться к себе, и столкнулся с Лииноем, возвращающимся с тренировки. — Что с моими людьми? — вопрос вырвался сам собой. Принц растерянно моргнул — он думать забыл о послах Рамвира, зарывшись в более важные проблемы. Покрутив головой по сторонам в поисках пути к отступлению и наткнувшись на чей-то не в меру любопытный взгляд, Лииной опомнился и показал коршанцу вверх по лестнице. — Давайте поговорим у меня. К его радости, выдержки генерала хватило на то, чтобы не устраивать разборки на людях. Антон пропустил Рамвира в комнату и нырнул за ширму. В доме было холодно, и, взмокнув, не стоило тянуть с переодеванием. — С ними все в порядке. Скоро Вы их увидите, — отозвался он, скидывая с себя мокрую после занятий рубашку и ныряя в сухую и теплую, заботливо поданную Исланом. — Вот с голубями хуже, — повинился иномирянин, выглянув из-за деревянной створки. — Их съели… Некоторые мои подданные не понимают шуток. На щеках генерала заиграли жвалки: — Лииной, а Вы не боитесь, что я просто подниму бунт в ответ на Ваши… — коршанец попытался найти подходящее слово в рамках цензуры, — действия? — Не боюсь, — Антон посмотрел в глаза коршанцу поверх ширмы. — И дело не в самомнении, Рамвир, а в простых и безыскусных фактах. Да, Вы горды и упрямы, и достаточно нетерпеливы, чтобы выкинуть что-то в этом роде, и, наверное, так бы и поступили, если бы не были человеком чести, верным слугой своего короля. А Верен пытается сохранить мир. Сложное решение в атмосфере всеобщего недоверия и обид. Вы осознаете, какие последствия понесет Ваша вспышка для его планов? Это не был вопрос, — добавил он, усмотрев в коршанце желание перечить и пресекая на корню, утвердил за него. — Конечно, осознаете. Срезанный на взлете, Рамвир смешался. Сплел руки на груди и некоторое время молчал. Антон не трогал коршанца, давая ему время успокоиться и смириться с неизбежным. Кто знает, что произойдет, если слишком нажать на генерала, как сказал сам иномирянин: «Всему есть предел». — Вы играете с огнем, — наконец отозвался Рамвир. — Я знаю, — кивнул Антон, — поэтому у Верена сейчас мой гонец. — С прошением? — просветлел от догадки генерал. — С извинениями, — развеял его надежды улыбающийся принц. Вспоминая письмо, где, по сути, в вежливой форме поставил короля Коршана в известность о том, что намерен сделать. — Как только приедет письмо из Коршана, я отведу своих людей обратно, — сердито проворчал Рамвир. — Вам так хочется обратно? Мне казалось, Вы рады выбраться из Эл-Харта, хотя я могу и ошибаться, — Лииной с любопытством посмотрел на генерала, Рамвир отвел глаза. — Вам просто не хватит времени все провернуть, — перевел тему коршанец, и принц с удивлением и радостью понял, что таки пробил брешь в его защите. — Думаете? — Антон только шире улыбнулся, вышел из-за ширмы, на ходу застегивая теплый, подбитый тонким мехом, кожаный камзол, прошел к столу и подхватил с блюда кусочек мяса — остатки вчерашнего ужина. — Давайте прикинем: от Эл-Грасса до Коршана пять дней пути, при хорошем раскладе. Добавим к ним еще один про запас и, возможно, еще один — неделя. Еще неделю-полторы, а может быть, и две, мой посол будет добиваться аудиенции. После недавнего скандала это будет непросто. Потом письмо пойдет в Рионор — еще неделя, и где-то еще через несколько дней окажется в Предгорьях. Так что у нас с Вами, Рамвир, месяц с лишним. Я не думаю, что ситуация здесь решится так быстро, но надеюсь, что она хотя бы сдвинется с мертвой точки. Кстати, о ситуации… — и Антон, как ни в чем не бывало, переключился на дела Форта.***
Весть из Коршана пришла только через месяц, как и предполагал Лииной. Рамвир как раз разговаривал с Их высочеством, когда на пороге появился слуга и, почтительно склонившись, сообщил о приезде некоего Риаса Хальсо. Принц сказал, что примет гонца в гостевой комнате. Рамвир видел охватившее Лииноя волнение, но, последовав за принцем, был остановлен. Тхамин преградил ему путь, а Лииной откровенно улыбнулся генералу, словно его ждало любовное письмо, а не приговор: — Позвольте мне первым насладиться посланием короля, мой друг. Рамвир, скрипнув зубами, отступил и так и остался стоять, прислушиваясь к затихающему звуку шагов. Антон еле сдерживался, чтобы не прибавить шагу. Ему не терпелось узнать реакцию Верена на самоуправство. В глубине души Завелейский опасался, что в этом мире наглость не счастье, а наказание. Нырнув в дверной проем, Завелейский наткнулся на плутоватый взгляд Риаса и готов был вздохнуть с облегчением, но заметил еще одного посетителя. Нежданный гость стоял у окна. Тусклый осенний свет не позволял хорошо его рассмотреть. Взгляд Антона скользнул по коренастой фигуре, укутанной в теплый шерстяной плащ, человек был ему знаком. Пока Завелейский силился вспомнить новоприбывшего, тот повернулся и, отступив от окна, склонился в приветственном поклоне. Перед принцем стоял Осдор — наставник короля в юности, сейчас же советник, полководец, друг и верный соратник. Пришедшая в голову иномирянина мысль была густо сдобрена сарказмом: «Его, что, прислали выпороть мальчишку»? Антон даже для порядка поискал ремень, коим будет осуществляться священнодействие, рассмеялся про себя и, наконец, успокоился. — Доброго дня, Ваше высочество, — приветствовал коршанец рионорского государя, пока Завелейский вспоминал его титул и фамильное имя, заботливо вдолбленное в голову приставленными учителями. — Доброго дня, лорд кор-Виньян, — принц сделал шаг навстречу, с любопытством рассматривая мужчину. В тот памятный день в Коршане он мало что успел рассмотреть в полутемной комнате. Теперь Антон мог отчетливо видеть, что лицо лорда перечеркивали не только морщины, но и шрам. Он тянулся наискось от левого виска ко рту, рассекал верхнюю губу. Шрам был белесый, старый. Черты лица коршанца были крупными. Выцветшие светло-зеленые глаза слегка прищурены, уголки губ приподняты, словно Осдор над чем-то посмеивался. Антон спохватился, когда понял, что они с лордом уже несколько минут играют в гляделки. — Какими судьбами в наше захолустье? — не без иронии поинтересовался Антон, она срабатывала непроизвольно, как защита на нервирующие обстоятельства. — По необходимости, — Осдор сделал Риасу знак, чтобы он оставил их с принцем, верный рионорец посмотрел на Антона, ожидая приказа и не реагируя на удивленный взгляд коршанца. Вдоволь насладившись замешательством посланника Верена, Антон кивнул, отпуская своего человека. Коршанец хмыкнул, оценив устроенную сцену. — Король обеспокоен делами на границах и решил, что помощь вам не помешает. — Как насчет еще трех сотен человек? — предложил вариант Антон, повел рукой в сторону стульев, приглашая посланника присесть. — Его величество примет это во внимание, — заверил коршанец, занимая один из них. — Он велел передать Вам послание, — Осдор вытащил из-за отворота камзола свернутый лист, запечатанный темно-красным сургучом, — думаю, Вам стоит ознакомиться с ним незамедлительно. Антон на всякий случай смерил коршанца взглядом, но забрал письмо и отошел к окну, ближе к свету. «Приветствую, Ваше Высочество. Сначала о делах. Я разрешаю основать форт у истоков Ивеи, с условием, что две трети размещенного там гарнизона будут коршанскими. Командующим в Предгорьях назначаю генерала Рамвира кор-Этьяна. О второй крепости можно будет говорить, когда в ней возникнет насущная необходимость…» Антон позволил себе улыбнуться — цель была достигнута. Рамвир будет так рад, так рад. «…А теперь о другом. Не могу понять, чего в Вас больше, Лииной, храбрости или наглости…» Антон постарался сохранить спокойный вид, но напряжение все равно было заметно. Завелейский уже понял — снимать голову с него не будут. Но к чему здесь Осдор — наблюдатель, новый командующий? Насколько это ограничит возможности Антона? Сможет ли он держать под контролем Рамвира, чьи люди — важный ресурс в его планах? Антон отбросил мельтешащие мысли и сосредоточился на тексте. «…Вы самовольно разделили гарнизон Эл-Харта и после этого имели нахальство просить меня укрепить Ваше государство. Я не вижу причин, по которым Вы вдруг стали сторонником слияния наших стран, а потому не верю Вашей неожиданной лояльности. И насчет времени суток — у меня было раннее утро, когда Ваш лис нашел брешь в моей „стене“…» Брови Антона взлетели вверх, он поставил себе на заметку расспросить Риаса, в каком виде тот застал Верена… И особенно тщательно, как гонцу удалось выжить. Завелейский не выдержал, кашлянул, скрывая рвущийся наружу смех. Осдор, делавший вид, что его не интересует реакция принца на письмо, невольно метнул в его сторону внимательный взгляд. «…Вам повезло, Лииной — Ваши намерения согласуются с моими желаниями. Но, на будущее, не советую испытывать судьбу. От Вас лично я ожидаю доклады о происходящем в Предгорьях. Кроме этого посылаю к Вам лорда кор-Виньяна, как советника, словами которого, я надеюсь, Вы не станете пренебрегать. Верен Вершан кор-тэ-Эльян Коршанский». Иномирянин убрал письмо, задумался, переваривая прочитанное. Было ясно, что это приказ. Антон поставил себе на заметку, что, по всей видимости, теперь ему придется схлестнуться за власть над гарнизоном с Осдором, как некогда он боролся с Рамвиром. Не лучшая новость. Личный советник короля не генерал с границы. Антон посмотрел на коршанца. Почувствовав взгляд, Осдор оторвался от разглядывания «увлекательной» обстановки комнаты, по убранству напоминавшей келью. С секунду они смотрели друг на друга, и Завелейский понял: они оба в замешательстве. Просто кор-Виньян держался гораздо лучше. Антон позавидовал. Да, это не иномирянин с его двухмесячным королевским образованием. — Что ж, Осдор, добро пожаловать в Форт, — рискнул перейти на привычную для коршанцев форму обращения Антон. — Свежая голова нам не помешает. Путь был длинным. Я прикажу приготовить комнату, Вы, наверное, не прочь отдохнуть с дороги. Коршанец поднялся, чинно поклонился: — Благодарю. Если Вы не против, Лииной, я бы сначала поговорил с Рамвиром. Осдор был предельно вежлив, без надменности и заносчивости, а еще он располагал к себе. И Завелейский невольно поймал волну, подобрался и ответил в той же манере: — Прошу Вас, — иномирянин поднялся вслед за старшим. — Ислан, проводи гостя к генералу, — попросил он телохранителя. Тхамин открыл перед лордом дверь. Осдор откланялся и удалился. Вернувшись, Ислан застал принца в раздумьях. Лииной, перечитывавший послание короля, даже не обернулся. — Что ты обо всем этом думаешь? — спросил принц. Тхамин прикрыл дверь и оперся на нее, задумался. — Верен заинтересован в том, что здесь творится. Он мог прислать любого, но выбрал Осдора. Всем известно, к мнению кор-Виньяна король прислушивается как ни к чьему другому. — Значит, у нас теперь есть прямая связь с «Богом». Еще бы знать, что от него ждать… — Антон ухмыльнулся и довольно прищурился. — Все бы отдал, чтобы иметь уши в той комнате, — иномирянин показал пальцем наверх. — Чему ты радуешься? — поинтересовался Ислан. — Тебе снова придется искать ключ к Рамвиру — он теперь главный. — О да, — сияя, подтвердил Антон и, повернувшись к Ислану, добавил медовым голосом, — навсегда…***
Зима пришла незаметно. Еще неделю назад кони взбивали копытами грязь на разбитых дождями дорогах, а сегодня крупные хлопья снега мягко стелились под ноги, укрывая мерзлую землю и черные остовы домов: все, что осталось от Заселков. Антон двинул носком сапога, снимая тонкий белый слой, задумчиво рассматривая покрытую сажей землю. Позавчера днем в Форт добрался измотанный мальчишка с недобрыми вестями. Рамвир сразу же кинул разведчиков по «свежим» следам, правда, без особых надежд. Разбойники плутали, как лисы. Всегда разделялись, покидая разоренное селение, коршанцы еще ни разу не засекли место их сбора. Казалось, гарнизон прочесал территорию мелким гребнем, но бандиты словно проваливались сквозь землю. Заявляли о себе очередным четким, скоординированным набегом и снова исчезали. Справедливости ради стоит сказать, что присутствие солдат их настораживало, нападения сократились, но не прекратились совсем. Осдор считал это успехом. Антон же был не согласен. Кор-Виньян был опытным советником и интересным человеком. Он смог заработать если не доверие, то симпатию иномирянина в кратчайшие сроки. И хотя Завелейский прислушивался к мнению коршанца, но предпочитал иметь свое. Да, он добился желаемого. По идее, можно было вернуться в Эл-Грасс и оставить охрану границ Рамвиру. Однако иномирянин этого не хотел. Ему было важно довести дело до конца. Особенно теперь, стоя у этого чертова колодца. Заселки были крошечной деревенькой, далеко и от дорог, и от форпоста — не типичная для шайки жертва. Жили здесь охотники, взять с них было нечего. По крайней мере, до весны, когда зимние шкуры продадут на ярмарках. Недоумение длилось ровно до момента, как из колодца вытащили «журавль» с привязанной к нему девушкой, ровесницей Лииноя. — Это они нам предупреждение оставили, — уверенно сказал Радэнек, стоявший за правым плечом принца, и зло сплюнул под ноги. — Колодец отравлен. Люди сюда уже не вернутся, — отозвался с другой стороны Рамвир. Антон их не слышал. Он не мог отвести взгляд от лица мертвой девушки, пока Ислан не тронул его за плечо. Даже первая разоренная деревня, которую он видел, не произвела такого впечатления. Сейчас же Завелейского глодала вина: не начни он ворошить осиное гнездо, возможно, такого бы не произошло. От самобичевания отвлек Радэнек. Сотник распоряжался насчет погребального костра и заодно рассказывал Осдору интересующие того подробности. — Удивительно, что караваны еще ходят, — покачал головой кор-Виньян, выслушав командующего. — А чего им не ходить? — пожал плечами Радэнек. — Поди, самый короткий путь, а торговцы — народ привычный, рисковый. Кому-то везет. — А кому больше всего? — без задней мысли поинтересовался Антон, просто чтобы отвлечься от сумрачных мыслей. — Васиру да Хаджапу, пожалуй, — подумав, отозвался сотник. — Это иллитанцам что ли? — Антон недобро прищурился. — Везучие они, пустынные выброски, — подтвердил рионорец. Неожиданная догадка заставила задержать дыхание. Перед Завелейским стала разворачиваться совсем иная картина. Что если нападения не беспричинные? Если предположить, что за бандитами стоит человек или организация, которой выгодно бедственное положение Рионора? Антон прикрыл глаза, пытаясь выцепить из хоровода догадок факты и сложить их в более-менее стройную теорию. Будь Завелейский таким человеком, то холил бы и лелеял курицу, несущую золотые яйца. — Создал бы ей все условия, — пробормотал себе под нос Завелейский, не замечая, что говорит вслух. За такие размышления его частенько корил Ислан, но привычку было не искоренить. От волнения Антон сделал несколько шагов, продолжая развивать пришедшую мысль: — А что им нужно? — шептал он. — Еда, кров, оружие… травник, но лучше маг. Если у тебя есть деньги. А деньги у тебя есть. Иначе как бы ты нанял отряд? — придя к определенному выводу, Антон повернулся к Рамвиру. — Почему мы не включаем в разведотряд мага? Тот хотел возразить, спорить с принцем стало для Рамвира привычкой, но Осдор, все это время наблюдавший за Лииноем, махнул рукой гарнизонному целителю, предвосхищая ответ генерала. Завелейский уже привык не замечать прикованный к нему взгляд лорда. В конце-то концов, кор-Виньяна сюда прислали именно для этого. О чем думает в такие моменты коршанский аристократ, иномирянин не знал. Однако Антон убедился, что зачастую лорд поддерживает именно его, а не своего соплеменника, и сейчас получил очередное тому подтверждение. — Алим, присоединись к группе Ольхэ. Проверь местность на наличие «купола». Маг коротко кивнул и удалился. — Думаешь, отступник? — поинтересовался лорд у напряженного, как тетива, принца. Несмотря на то, что магические войны закончились почти три тысячи лет назад, всегда появлялись те, кого не устраивало принятое Дра-Шааном решение держаться в стороне от политики. Антон покачал головой: — Думаю, наемники. — Это слишком смелое предположение, — позволил выразить сомнение Рамвир. Лииной, до этого смотревший куда-то вдаль, перевел взгляд на своих сопровождающих. — Вот и проверим, — коротко бросил он и дал указания, — отъедем на час севернее, там и дождемся вестей от разведки. — Может быть, все же в Форт? — попробовал настоять коршанский командующий, в голосе проскользнула не положенная по статусу насмешка. Лорд чуть заметно покачал головой, не одобряя поведение генерала, и в иной ситуации вмешался бы и приструнил Рамвира. Однако Лииной, по крайней мере, тот, с которым он познакомился в Предгорьях, в защите не нуждался. Принц улыбнулся генералу и нарочито заботливо поинтересовался: — Боитесь насморка, Рамвир? Ничего, — доверительно сообщил Лииной, — я уступлю Вам место ближе к костру. Не могу же я позволить, чтобы мой генерал чихал, сидя в засаде, — и панибратски хлопнув коршанца по плечу, ушел к лошадям, оставив Рамвира тихо кипеть от возмущения. Осдор проводил рионорца задумчивым взглядом. Верен послал советника сюда разобраться с происходящим. Но будь он проклят, если кор-Виньян хоть что-то понимал.***
Алим вернулся только к вечеру и принес долгожданные новости, а с ними и надежду. Они нашли место, где маг противника ставил «купол», скрывая разбойничий отряд от возможных преследователей. Осдор искал на лице Лииноя хоть тень ликования, но не нашел ничего, кроме мрачной сосредоточенности. — Мы изначально исходили из того, что имеем дело с простыми разбойниками, возможно, более организованными, но… — принц протянул руку к сотнику. — Радэнек, дай карту. Мужчина вытащил на свет шкуру с нарисованной на ней местностью. В Коршане такие вещи давно не использовали, укрепляя пергамент магией, но в Рионоре это было слишком дорого. Принц тем временем открыл походную чернильницу, вручил рионорцу перо и распорядился: — Отметь нападения за этот год. Сотник потыкал по карте, намечая точки. — А за прошлый? Радэнек сморщил лоб, вспоминая, но наметил на карте еще несколько точек. Все они ютились в Предгорьях, в самой плодородной части Рионора. — Вот, — утвердил Лииной, словно это что-то доказывало. Рионорский правитель оперся руками в импровизированный стол, на котором раскладывал карту. — Это саботаж, господа, — процедил сквозь зубы Лииной. — Планомерные набеги, — продолжил принц, развивая свое предположение, — в разгар сбора урожая, во время подготовки к следующему году. Все продумано. Не надо объявлять войну, не надо тратить огромные средства, пара сотен, прикрытые магом, и противник деморализован, — Рамвир хотел возразить, но принц не обратил на него внимания. — По приезду пошлите голубя в Эл-Грасс. Мне нужен Дерам, — распорядился он. — Зачем нам придворный маг? — недовольно поинтересовался Рамвир, раздраженный, что принц игнорирует его присутствие и власть, данную Вереном. — А как вы собираетесь найти наших «разбойничков»? Мы не можем гонять единственного мага по лесам, в надежде, что он наткнется на их лагерь. Да, Алим и не сможет. Не подумайте, я ценю его способности, как целителя, но тут нужен кто-то посильнее. — Никакой маг не охватит такую площадь, — возразил коршанец. — А этого и не надо, — убежденно отозвался Лииной, обвел площадь, не тронутую метками. — Они тут, — глаза принца сверкнули, похоже, у него появилась новая идея. — Пожалуй, я даже сужу район поиска… Радэнек, у тебя есть знакомые охотники. Рассказывали ли они о каких-нибудь «поганых» местах? Аристократы переглянулись, даже Осдор был озадачен, а вот Радэнек сразу понял, о чем речь: — А то как же, — деловито кивнул сотник, ткнул пальцем ближе к горам, — Шельмово нагорье. Там раньше хорошая охота была на лис, а сейчас что-то неспокойно. Тут, — ткнул он в тот же обведенный Антоном круг ближе к жилым районам. — Не то, чтобы нечто серьезное, скорее слухи да россказни, — рионорец словно извинялся, — говорят, духи мертвых балуют, то с тропы собьют, а то и совсем…того. — Их мы и навестим первым делом, — улыбнулся Антон и пояснил, — люди склонны прятаться за суеверия. Проще объяснить пропажу призраками да чудищами, чем пойти и разобраться с происходящим. Особенно если оно пугает. — Подождите, Лииной, — Рамвир уже не скрывал раздражения. — Вы говорите так, словно все уже решено. Но у нас нет основания полагать, что это вторжение… — генерал набрал в грудь побольше воздуха, чтобы продолжить тираду, но не успел. — У нас налицо хорошо организованный отряд. С этим Вы спорить не будете? — саркастично поинтересовался Лииной. — Этот отряд находится в Предгорьях не первый год. Да, я согласен, что, возможно, сразу после войны хозяйничали обычные мародеры, но не сейчас, — Антон сложил руки на груди и продолжил. — Отряд укомплектован магом. А магу надо платить, даже отступнику. И платить не курами. Значит, у отряда должен быть богатый хозяин. Не перебивай, — заткнул Рамвира не на шутку разошедшийся иномирянин, прежде чем тот успел вставить слово. — У отряда должен быть поставщик. Тот, кто снабжает их провизией, одеждой, оружием… — У нас нет причин подозревать иллитанцев! — наконец, сумел перебить принца командующий. — Заметь, я про них даже не заикался… — жестко припечатал Завелейский и поставил себе зарубку, что недовольство Верена южными соседями успело поселиться и в мыслях простых коршанцев. Что ж, значит, у них с Антоном было нечто общее. Принц сделал вдох: — У тебя есть другие идеи? — уже спокойно спросил он у генерала, Рамвир неохотно помотал головой. — Тогда я говорю, что у нас имеется отряд наемников с магом, хорошо вооруженный и скоординированный. За столько лет они отлично изучили местность. И ко всему прочему так уверены в своем хозяине или хозяевах, что позволяют себе оставлять нам предупреждения. И что нам с этим делать, Рамвир? Генерал некоторое время молчал. Осдор, не участвующий в споре, решил, что упрямый Рамвир просто ушел в глухую оборону, и ждать от него помощи бессмысленно, когда генерал заговорил: — Нужно послать в Эл-Харт запрос на еще две сотни человек. Мы не можем оставить Форт без присмотра, пока будем искать бандитов. Антон кивнул. — И еще, — не повышая голоса, но твердо сказал Рамвир, — как действовать — решаю я. — Война — это Ваше ремесло, Рамвир, — просто согласился Лииной. — Хорошо, — генерал, похоже, успокоился. — Тогда возвращаемся в Форт, — распорядился он и отошел раздать указания своим людям. Осдор задержался у костра: — Вы не послали в Коршан ни одного письма… — лорд позволил себе напомнить Лииною о приказе Верена. От неожиданности Антона пробил холодный пот, не удержавшись, он хлопнул себя по лбу: — За-был… — Я буду отправлять в Коршан кречета, если желаете, то он мог передать и Ваше послание, — любезно предложил Осдор, будто не заметив чересчур эмоционального поведения принца. Кречет был крупной хищной птицей. Коршанская знать часто использовала их вместо голубей. Такой, по мнению Завелейского, мог унести и посылку, не то, что несколько листов. Да и с пути его просто так не собьешь. Антон кивнул и вдруг припомнил вопрос, который так и не задал, а потом попросту позабыл. Принц хитро улыбнулся и предложил лорду иной вариант, с любопытством наблюдая за реакцией коршанца: — Можно было бы отправить в Коршан Риаса. — Не думаю, что это будет разумно, — Осдор приподнял уголки губ в улыбке, вспоминая, как гонца пришлось несколько дней прятать в темнице, ожидая, когда Его величество успокоится. Ему помнилось, что самое лестное высказывание короля в сторону рионорского правителя, приславшего эту занозу, было достойно трактирщика в порту. — Хорошо, — покладисто согласился Антон, — когда Вы будете отправлять письмо? — Как доберемся до Форта. — Я присоединюсь к Вам, — кивнул Завелейский и увидел, как Рамвир махнул рукой, командуя отъезд. — Пора.
