...Seven moments...

«Что имеем – не храним, потерявши – плачем…» - Я... - Суинь на мгновение смолкла и положила руку на плечо мужа, - мы, очень рады, что вы, наконец, смогли сесть все вместе за один, - она вздохнула, - семейный стол. - Ма... - Тихо Опал, - прежде чем что-либо было сказано младшей и единственной дочерью, женщина сразу дала понять, что ей лучше воздержаться от комментариев. Девушка тихо возмутилась и обижено сложила руки на груди, отвернувшись от матери, но после перевела взгляд на старшего брата. Баатар сидел через один стул от нее, их всего-то разделял Хуан. Первенец почувствовал пристальный взгляд своей сестры и искоса посмотрел на нее. От его взгляда веяло холодом, нелюдимостью и отреченностью даже сквозь плотные стекла очков... По спине девушки прошлись ощутимые мурашки. Она невольно поежилась и отвела задумчивый взгляд в сторону. Младший не горел желанием созерцать свою сестрицу и перевел взгляд на мать. - Мы... вы очень долго не могли наладить контакт друг с другом. Теперь, когда мы все вместе собрались, - женщина обвела взглядом всех присутствующих, - так сказать, за семейным столом, у вас есть шанс наладить отношения. - Ну, - вмешался Баатар-страший, - или отужинать всей дружной семьей как в старые добрые времена. - Да-да, - поддерживала его Суинь, активно кивая головой. - Что ж, - мужчина несильно ударил в ладоши и потер их, - можно преступать к трапезе. - Да, пожалуй. Приятного аппетита. - Да, спасибо мам, - поблагодарила Опал, с виноватым взглядом взяв в руку вилку. - Спасиб, мам, - в унисон отозвались близнецы. - Угу, - послышалось со стороны Хуана. Суинь кивнула среднему сыну и встревоженно посмотрела на старшего. Взгляд Баатара бесстрастно блуждал по столу, но, уже через мгновение, был направлен на женщину. - Спасибо, мама, - спокойно, без лишних слов и эмоций ответил Младший. Прикрыв глаза, Суинь мягко улыбнулась и слегка кивнула сыну. Сразу же после ответа инженера все преступили уплетать свой ужин. Послышался лязг металла, бряцанье столовых приборов, посуды, стаканов с фруктовым соком... - Вей, подай сок, - попросила Опал. - М? - нечленораздельно переспросил парень (еще бы, с набитым ртом трудно говорить). - Сок дай, пожалуйста, - скрывая раздражение, повторила девушка. Вей кивнул и стукнул локтем брата. - Да че тебе? - негромко буркнул его он. - Сок дай, - проживав часть пищи и сглотнув ее, ответил парень. - Да почему я? - Тебе ближе! - прошипел Вей. - Мальчики, - окликнул их строгий голос Суинь, - потише, пожалуйста. - Да, мам, - близнецы тут же стихли и окончательно перешли на шепот. - Передай блин! - Агхр... - Винг с неохотой потянулся за кувшином апельсинового сока и вручил его брату, а тот, в свою очередь, передал его сестре. - Спасибо, - Опал благополучно получила желаемый кувшин и наполнила свой стакан фруктовым соком. Поглядывая на членов семьи, девушка сделала глоток. Всё было как обычно: непутевые близнецы вновь не могут поделить несчастный кусок хлеба (хотя рядом лежала целая буханка); мать постоянно шикала на них, отец же молча наблюдал за ней; Хуан как всегда являл собой полное безразличие ко всему, всё его внимание было направлено на свою тарелку с ужином... Казалось бы, всё было как всегда, но мнимая идиллия незаметно рушилась благодаря старшему сыну семейства. Взгляд мага воздуха остановился на Баатаре. Обычно занудливый брат казался… безжизненной пустышкой, чей стеклянный взгляд был направлен в тарелку. Младший бесстрастно смотрел на содержимое тарелки, водя по ней вилкой. Нетрудно было догадаться, что у него не было аппетита, а сидит он здесь просто потому, что его заставила мать. Опал фыркнула и прекратила разглядывать братца. Она не понимала, почему мама настояла на семейном ужине. Они прекрасно проводили время и без Младшего… ну, как «прекрасно»? По спине девушки прошелся табун мурашек. Лицо мага воздуха помрачнело. Перед глазами младшего ребенка семейства Бейфонг стали появляться «яркие» картинки повседневных будней, словно запечатленных на фотопленке. После всего того, что произошло за столь короткий промежуток времени, Опал казалось, что ее семья живет по одному лишь сценарию: 1. Близнецы что-то не делят и начинают разносить дом; 2. Отец безуспешно пытается их успокоить; 3. В это время на заднем плане Суинь ВНЕЗАПНО включает параноидного фанатика и начинает зудеть о том, что нужно вернуть в круг семьи заблудшего сына; 4. Хуан бросает короткий взгляд на всю эту потасовку и больше не обращает на нее внимания; 5. Ну и наконец, страдалица Опал. «Бедная и несчастная», она от скуки вынуждена играть в Пай-Шо сама с собой, одновременно с этим затыкая уши чем-нибудь, что могло бы хоть как-то отгородить ее от шума позади, хотя это мало помогало… Виновник всех ее злоключений сидел слева от нее и, казалось, плевал как на нее, так и на семью, просто Суинь этого не замечала… Опал просто кипела изнутри. Никогда она не думала, что отсутствие брата как такого в семье и его безразличие к ее членам смогли довести ее до сухой истерики… Хотя, Опал больше всего выводило то, что Баатар стал для матери светилом, вокруг оси которого она кружится. Она пытается помочь ему, вернуть в семью, а ему, казалось бы, всё равно! Магу воздуха не хотелось думать о том, сколько усилий и нервов затратила мать большого семейства на то, чтобы уговорить эту безразличную сволочь поесть в кругу семьи… Опал сделала глоток сока и постаралась хоть на время забросить эту тему. Для себя она решила, что длительное игнорирование его присутствия поможет ей быстрей скоротать время на этом «празднестве жизни»… ... – Опал? - М? – девушка повернулась в сторону, предположительно, обладателя голоса. Около арки тренировочной площадки стояла Суинь, - да, мам? - Дорогая, мне нужно с тобой кое-что обсудить. - И… - Опал прекратила упражняться в магии воздуха и подошла к матери, - что же? Женщина глубоко вздохнула и посмотрела на дочь. - Мы поговорили с отцом и решили, что проведем семейный ужин завтра. - Эм… но мам, мы итак их проводим всей семьей каждый день… - Суинь вновь вздыхает. Она ожидала услышать от дочери этот ответ. - Опал, - женщина положила руку на плечо девушки. Это не могло не насторожить вторую, - понятие «семейный» охватывает всех членов семьи и… - стоило только магу металла заикнуться про ненавистного, но потенциального члена семьи, как Опал тут же отпрянула в сторону от матери. - Нет… Нет! – возразила девушка, - я не собираюсь ужинать и вообще есть за одним столом с этим… - Опал попыталась подобрать наиболее «безобидное» и нематерное слово, которым она могла бы без упреков матери охарактеризовать брата, - предателем! - Опал, дорогая, как же ты не поймешь, что твоему брату сейчас нужна моральная поддержка. Кто, как не его семья поможет ему? - Он уже взрослый человек, сам разберется со своими проблемами, - отмахнулся маг воздуха. Девушка развернулась и направилась к входу в особняк. - Опал, есть проблемы, - закатив глаза, Опал, без ведома матери, состроила недовольную гримасу. Все эти разговоры всегда протекали одинаково, - которые не по силам решить одному человеку. Как же ты не поймешь… - она развернулась. - Мама, он мог бы всего этого избежать, как же ты этого не поймешь?! Он сам себе всё усложнил, ну вот теперь пусть сам и разбирается! Мне плевать! – кричала Опал, - а я не собираюсь сидеть за одним столом с этим уродом! – терпение иссякло. - Хватит! – рявкнув, Суинь пригвоздила говорливого ребенка к полу. На тренировочном крыльце повисла тишина, но, то ли к счастью, то ли нет, непродолжительная. Увидев испуганный взгляд дочери, женщина смягчила свой пыл и, вздохнув, нарушила тишину, - Опал, дорогая, всё уже решено. - НО МАМА… - Довольно, - отрезала Суинь, - не заставляй меня поднимать голос. Мы проведем семейный ужин вместе, ВСЕЙ семьей. Никто не станет исключением… … - Опал? – Суинь на мгновение прекратила трапезу и настороженно посмотрела на свою дочь. Та не откликалась, - Опал? – Младший отвлекся от размышлений и перевел взгляд на задумчивую сестру. - М? – девушка вздрогнула и обратила свой взгляд на мать, - да? - Всё в порядке? - Эм… да, вполне. - Хорошо, - маг металла мило улыбнулась дочери. - Угу, - Опал улыбнулась в ответ, под столом сжав руку в кулак. Это не осталось без внимания старшего брата. Баатар за километр чувствовал ее ненависть к себе, ее презрение и надменность… и это стало чем-то привычным. Даже семья уже смирилась со всем и простила ему многие грехи, но только не она… - Баатар? - М? – Младший посмотрел на Суинь. - Ты… ужинать собираешься? - Я не голоден. - Но.. - Ну и зачем ты тогда сюда пришел? – вмешалась Опал. Баатар искоса посмотрел на сестру. Как же ему надоели ее недовольства… - Опал! – шикнула женщина. - Потому что меня попросили, - спокойно ответил старший брат. - Лично я тебя не просила. - А когда я считался с твоим мнением? - Дети.. – попыталась вмешаться Суинь. - Действительно, ты всегда считал себя выше нас всех. - С каких пор я – это ты? Опал чуть не задохнулась от злости. - Я!... Я никогда не пыталась возвыситься над семьей! – Баатар вздохнул. Ему казалось, что сестра только и ждала момента, когда можно будет докопаться до него. - Опал! - Стоит ли говорить, что ты только это и делаешь? - Баатар! – Суинь в буквальном смысле разрывалась между своими детьми, в попытке остановить назревающий конфликт. - Кто бы говорил! Я ставлю свою семью выше своих амбиций! После сказанных магом воздуха слов, в зале повисла гробовая тишина. Близнецы Бейфонг изредка переглядывались, прежде чем каждый из них переводил взгляд на одного из участников конфликта. Старший обводил взглядом каждого присутствующего, а Хуан продолжал беззаботно поглощать свой ужин. -… ну и тут бы я поспорил, - спокойно ответил Баатар. На удивление матери он взял вилку и всё-таки решил отужинать. Суинь перевела взгляд на стремительно закипающую дочь, - вот видишь? Я ем. Есть вопросы? -… ЗНАЕШЬ ЧТО… - девушка приподнялась из-за стола. - ОПАЛ, – Баатар-страший резко ударил по столу кулаком. Всех членов семьи передернуло от столь бурной реакции главы семьи (ну, кроме Хуана, но даже он отвлекся от еды и посмотрел на отца) и посмотрели в его сторону. Опал затаила дыхание, близнецы одновременно сглотнули ком, а Суинь недоуменно смотрела на мужа. Она уже и забыла, когда в последний раз он выходил из себя… Все замерли в ожидании. - Если ты не желаешь спокойно сидеть за столом и нормально поесть, то будь добра, покинь стол и ужинай в другом месте, - усмирив свой пыл, произнес Баатар. Опал простояла в тишине от силы пару секунд, под пристальными взглядами каждого, кто находился в этой комнате, обдумывая «условия» мирного ужина. Она бросила короткий взгляд на беззаботную мину брата и, проглотив горькую обиду, произнесла: - Спасибо, я не хочу есть, - Опал вышла из-за стола и стремительно направилась подальше от зала. - Эй Опал! – окликнул ее Винг, повернувшись на стуле, - ты сок допивать будешь? - Вот ведь несносная… - тихо произнес Старший, поправив очки. - Я попытаюсь успокоить ее, - сказала Суинь, намереваясь покинуть стол. - Не стоит, она сама виновата, - ответил Баатар, положив руку на плечо жены. Женщина посмотрела на него, потом на его руку. Опал можно было понять. После того, как Баатар вновь вернулся в семью, Опал была далеко не единственной, кто был недоволен его возвращением. Вей, Винг, Хуан... все они были злы на него. Баатар пытался загладить вину, но это ему удалось только через полгода. В конечном итоге близнецы не выдержали и простили его, подкрепляя свои действия простым "Не умеем мы долго обижаться", а Хуан... что подтолкнуло самого замкнутого и загадочного члена семейства Бейфонг на столь важный для старшего брата шаг никто не знает, но факт остается фактом. Таким образом Баатара простили все, кроме Опал. Маг воздуха постоянно искал в его действиях какой-то подвох, выгоду, которую он искал для себя... Подобные происки младшей сестры вошли в обыденную жизнь и чаще всего Баатар стал ее просто игнорировать, хотя чего уж там, он пытался помириться и с ней... - Хм… наверное, ты прав, - вздохнул маг металла, - но я всё равно должна убедиться, что она не наделает глупостей, - Суинь направилась к выходу, - приятного аппетита. - Спасибо. - Спасиб, мам. - Эй, ну сок-то можно? – взвыл Винг, после чего получил подзатыльник от брата и что самое интересное, не от Вея. - Ауч… Хуан! - Пей ты уже этот сок и ешь молча, - безэмоционально произнес сюрреалист. - Да понял я, понял… Баатар-страший молча наблюдал за чадами, решив не вмешиваться в их короткий диалог. Хуан не горел желанием продолжать, а Винг просто заткнул себя пачкой сока. - Винг, налей в стакан, - даже когда отец семейства хотел отчитать одного из младших сыновей на тему того, что пить из горла некультурно и негигиенично, замечание уже успел сделать старший сын. Винг что-то пробормотал себе под нос, после чего всё-таки налил сок в стакан. - Младший? - Да, пап? - Что это только что было? - Без понятия. - В данный момент твоя мать сейчас наверняка пытается успокоить твою сестру. Если бы ты проигнорировал ее, то всё могло бы обойтись… - Не обошлось бы, - поспешно ответил Баатар, - к тому же, я просто ответил на ее вопрос. Что в этом плохого? Старший задумался. Действительно. У Опал что ни вопрос – всё провокация, а игнорировать ее – себе хуже, уж он-то, как отец своего чада, знает это. - А… - Баатар осекся. Братья обернулись и обратили свои взгляды в коридор. В особняке послышались крики женской половины. *** - Опал! - крикнула Суинь, - Опал! - Отстань! – буркнула девушка, стремительно отдаляясь от матери. Женщину не устраивал такой ответ, и она ускорила шаг, быстро настигнув бунтарку. Суинь взяла ее за локоть и дернула на себя. - Послушай меня, Опал… - Нет, ты меня послушай! – нагло перебила ее девушка, - мне надоело это всё! - Что всё, Опал? Что? - Все ваши метания, суета вокруг него... Мне это надоело! - Опал, дорогая, ему сейчас нужна наша помощь, как ты не поймешь? – голос Суинь пропитался безысходностью. В горле застрял тугой ком от одной мысли, что родная дочь не может и не пытается понять ее и свою семью… - Он уже взрослый человек, мама. Сам разберется! – мать и дочь перешли на крик. Крик, который было слышно, казалось, на весь дом. Именно так думала остальная часть семейства, которая осталась за столом и была вынуждена слушать крики «девушек». - А ты бы разобралась? - Пфф, ха! – с иронией усмехнулась Опал, - да будь я на его месте, я бы вообще этого не допустила! – тяжело вздохнув, Суинь потерла пальцами переносицу. - Есть вещи, которые невозможно остановить или предотвратить… «Есть вещи, которые невозможно остановить или предотвратить…» Лицо полное пофигизма и безразличия резко сменилось обеспокоенностью и тревогой. Младший так же, как и его братья, повернулся в сторону коридора. Где-то там Опал и Суинь опять обсуждают то, о чем ему меньше всего хочется думать и вообще вспоминать. На дворе была уже ночь и свет, из экономныХ соображений, в коридорах попросту решили не включать, оттого там и было так темно. Младший сглотнул, по спине прошелся холодок. То ли Баатар не выспался, то ли маразм крепчал, но ему казалось, что тьма вот-вот в буквальном смысле поглотит его рассудок и его самого живьем, как когда-то месяц назад… … Уже в третий раз на дню Младшему казалось, что его преследует дежавю. Вонь медицинского спирта и всевозможных препаратов, вселяющий надежду писк кардиомонитора и свечение хоть и единственной, но яркой флуоресцентной лампы – всё это было ему знакомо. Вот только… на больничной койке теперь лежал не он. - Привет, – Младший пододвинул стул поближе к койке, - как ты? Медсестра за его спиной недоумевающе покосилась на него, одновременно с этим расставляя склянки с различными препаратами по стеклянным полочкам прозрачного шкафчика, и повернулась обратно, изредка поглядывая на посетителя. Баатар вздохнул. В ответ, как и ожидалось, тишина. Всепоглощающая, умопомрачительная, но он привык к ней. Две недели молчания… и не к такому привыкнешь. - Видимо, не очень хорошо… - Чего вы добиваетесь? – вмешалась медсестра, сгребая на поднос пустые баночки, - она вам всё равно не ответит. Младший закатил глаза и развернулся к девушке в белом халате. - Какая вам разница? - Мне? – она развернулась и недоуменно посмотрела на Баатара, - мне, лично, никакой, - она резво пожала плечами. - Ну так и занимайтесь своим делом, - отрезал он. - Хм, - Медсестра по-быстрому сгребла рукой все оставшиеся склянки на поднос и удалилась из комнаты. Младший дождался, когда женщина захлопнет дверь, и повернулся обратно к сраженной недугом девушке, почти что безжизненно прикованной к медицинской койке. - У меня тоже всё плохо, - вздохнул посетитель, - мать в бешенстве, братья и сестра до сих пор грызутся. Только отец не читает нотации, хотя должен, старый дурак, да? – Младший ухмыльнулся и посмотрел на нее. В ответ ему была лишь тишина, да писк кардиомонитора, на побледневшем лице ни единой эмоции. Слабая улыбка спала с его лица, Баатар вздохнул и аккуратно взял холодную ладошку… Великого Объединителя. Как же ему хотелось, чтобы она почувствовала его тепло, смогла насладиться им как когда-то... но теперь это более невозможно. Младший несколько раз провел большим пальцем по тончайшей коже девушки и поднял взгляд на ее лицо, на ее выпирающие, тонкие косточки скул, на густые, неизменные брови и, наконец, на побледневшие тонкие губы, которые он так привык видеть алыми, пухлыми, нежными… Инженер не удержался и медленно, словно боясь потревожить покой девушки, дотронулся пальцами до ее уст. Перед глазами вспыхнули отрывки недалекого прошлого. Их совместного прошлого. Эти губы… он помнил их вкус еще с детства. Нет, не вкус сочного персика, не вкус ароматного, хоть и дешевого блеска для губ, а именно тот неповторимый вкус ее сладостных, нежных алых уст… Томный вздох. Баатар дернулся. Внутри всё сжалось. Ни одно сладостное воспоминание не могло заглушить ту боль, которую он сейчас испытывает при виде полуживой… возлюбленной. Младший резко отдернул руку. Он наивно полагал, что давно прошел всё это, что симпатии отошли на далекий план, любовь к ней потеряла все краски, а огонь страсти был безвозвратно потушен еще при выстреле… В который раз Баатар осознал, каким наивным болваном он был, есть и будет… … - Баатар? – Хуан наконец-таки посмотрел на старшего брата, а потом, за долю секунды осознав, в чем причина немой обеспокоенности, посмотрел в сторону темного коридора. Вей и Винг, с замиранием сердца наблюдавшие за конфликтом, косо посмотрели на Баатара. - Сын? – позвал его Старший, но реакции не было. Близнецы переглянулись и посмотрели на главу семейства. - Опять паническая атака? – спросил Вей. - Скорее всего, - ответил Баатар, - Младший, ты меня слышишь? – он обратился к старшему чаду, - Баатар? «Есть вещи, которые невозможно остановить или предотвратить…»- эхом отдавалось в голове Младшего. Дыхание сбилось, по виску медленно стекала капля пота, в голове, перебивая друг друга, перешептывались чьи-то голоса, накаляя обстановку. Он никого не слышал, никого не замечал, лишь голоса Опал и Суинь, как гром среди ясного неба, трезвонили по помутневшему рассудку… … Баатар сбился со счета. Он уже сидел здесь… час, полтора, два? Он не знал и не хотел. Он просто, безмолвно смотрел на нее. Рука сжимала маленькую ладошку, словно пытаясь согреть ее, но всё чаще ему казалось, что своим невольным прикосновением она наоборот морозила его, словно… отталкивала от себя. Баатар отвел взгляд на циферблат круглых часов. При виде черных стрелок, указывающих на полшестого, Младший неожиданно задумался о том, сколько времени он провел в стенах этой злополучной больницы. Многие часы, дни и ночи без опасений подхватить что-либо. Безрассудство? Да, на почве безнадежной любви… … - Сын! – значительно повысив голос, позвал его отец. Баатар резко оторвал свой взгляд от коридора. - Да? - Думаю, тебе стоит… - Нет, всё в порядке, - уверенно заверил его Младший, - я, пожалуй, пойду, - он встал из-за стола, - Продолжайте без меня. - Но… - Пап, - Бейфонг-старший смолк, - всё хорошо. Я доем в комнате, ладно? -… да, хорошо. Младший взял тарелку и покинул зал, оставив всех присутствующих в легком замешательстве и недоумении… … В коридоре больницы послышался грохот. Баатар встрепенулся и раскрыл глаза. В безрезультатной попытке найти источник шума он обнаружил, что уснул и проспал около получаса. Что тут сказать, в последнее время ему не спится… Инженер откинулся на спинку белого стула и закрыл лицо руками. «Всё так запущенно…» Посетитель провел руками по лицу и посмотрел на Кувиру, потом вновь на циферблат часов. Он уже три часа сидел рядом с ней (если не больше), а в палату еще никто из персонала не заходил. По сути, его должны были выгнать через десять минут после того, как он перешагнул порог палаты, но никого не было. В капельнице кончался жизненно необходимый препарат, с минуты на минуту должна была подойти медсестра, но никто так и не заходил в палату. Порой ему казалось, что про нее все забыли, словно всем всё равно на ее судьбу и состояние… Всем, кроме него, разумеется. Он был готов отдать всё, что у него было, лишь бы видеть ее чаще… Скольким ему пришлось пожертвовать ради нее: принципами, семьей, Кван Чи*… - Проклятье… - Баатар зажал переносицу. Он пожертвовал всем, но стоило ли это того? Чего стоила его жертва? Стоила всех тех бед и горестей, которые она принесла в его жизнь? Его постоянно мучил этот вопрос, столь тягостное бремя не давало спокойно спать по ночам. Внутри всё сжалось то ли от досады, то ли от горькой обиды. Бейфонг нахмурил брови. Что подарила ему эта холодная, роковая женщина, кроме страданий и разбитого сердца? - Стоило ли? – вопрошал собственный голос в голове, - СТОИЛО ЛИ? СТОИЛО ОНО ТОГО? – кричал он. Баатар прекрасно помнил тот день, когда сказал ей эти слова, но… сейчас ему казалось, что вопрос был адресован не ей, а… ему самому. Голос вторит, выкрикивает, словно пытаясь достучаться до Баатара. В крике улавливается отчаяние, непонимание, горечь обиды и несправедливости. Он ужасно давил на мозг, разжигая в Младшем сухую истерику. - СТОИЛО ЛИ? Младший вздрогнул и медленно, словно боясь чего-то, опустил глаза вниз. Сердце словно прекратило биться. Единственное, что он слышал, это был кардиомонитор, что стал пиликать чаще. Даже голос в голове неожиданно смолк, а сам Баатар был не в состоянии произнести и звука, не то что слово вымолвить… Его ладонь легонько, чуть ощутимо сжала женская ладошка. Инженер медленно поднял взгляд с руки на ее обладательницу. Она повернула голову в его сторону, из-за чего можно было лицезреть, как в потухших глазах загорелся маленький зеленый огонек, а на бледных губах заиграла легкая, добрая улыбка. Девушка выглядела настолько измученной, настолько ослабшей… Младшему с трудом верилось в то, что у нее всё еще есть силы элементарно двигать мышцами лица. Он молчал. Просто молчал. Казалось, Баатар даже перестал дышать, настолько он не мог поверить в то, что она пришла в себя… Кувира медленно провела большим пальцем по внутренней стороне ладони посетителя. Одним движением пальца она заставила его вспомнить всё то, что им пришлось пережить… все те годы, которые они проводили вместе… все передряги и заварушки, в которых им приходилось действовать сообща и вместе находить из них выход… все те романтические вечера и не менее интересные ночи… Глядя на их ладони, он задумался. Баатар прекрасно помнил, как и когда они познакомились. Мда… не самое приятное знакомство… знакомство старшего сына богатого семейства с мелкой, но уже воровкой, отчаянно добывающей средства на собственное существование. Много шума они навели тогда в безмолвном особняке. Но этот момент он всегда вспоминал с улыбкой, ведь именно в эту пасмурную ночь он сделал самое прекрасное и значительное открытие в жизни… Помнил, как они бегали за сладостями, порой идя на крупный риск и разворашивая кухню. Он помнил, как они вместе огребали после этого, и как один защищал другого, несмотря на тяжесть наказания. Помнил те дни, когда они жаркими днями играли на площадке, валялись в траве, мечтали… Помнил все те решения, которые они принимали вместе, сообща. Помнил то, о чем ей было стыдно просить, но не с кем ходить. Помнил того, кто раскрыл ему глаза и указал нужный путь. Помнил, скольким ему пришлось пожертвовать и на что пойти, лишь бы быть рядом с ней, потому что каждый день, проведенный без нее в будущем, приносил ему лишь боль, да страдания… Помнил ее. Одновременно строгую и ласковую, холодную и радостную, серьезную и веселую… Запоминал каждый момент, когда она улыбалась ему, смеялась над его шутками, пыталась шутить сама, хоть и не всегда получалось… И как после всего этого он мог еще сомневаться в ее искренности и любви? Она подарила ему столько прекрасных моментов и воспоминаний… как он мог забыть об этом? Почему? Ослеп от горя и злобы на нее? Возможно… но стоило ей только попасть в реанимацию, будучи находясь на грани, он мигом проглотил все свои обиды и примчался к ней, оставив ошеломленную невестку в недоумении. Тогда он не думал о последствиях. Единственной задачей было найти ее и увидеть хотя бы еще разок, даже если этот раз будет последним… Глубоко погрузившись в свои думы, Баатар не заметил, как кардиомонитор вновь стал стихать, словно сердце пациента забилось… медленнее. Он осознал это, когда ее ладонь вот-вот должна была выскользнуть из его, а рука повиснуть плетью вдоль койки. Младший посмотрел на нее. Веки стали медленно опускаться, а еле уловимое дыхание окончательно стихло. Раздался писк. … Баатар резко прислонился к стене комнаты. Голова ужасно раскалывалась, в глазах резко потемнело. Младший кинул тарелку в сторону, не задумываясь о ее судьбе, и протер глаза. - На помощь! Кто-нибудь! – отчаянно кричал он в тот роковой день, - на помощь! – чуть ли не срываясь, повторял он в надежде, что кто-нибудь примет меры… … Как только прибежали врачи, его сразу же вытолкнули за приделы палаты. Все попытки уговорить медсестру подпустить его к Кувире не увенчались успехом. А потом она убежала к остальным. Из палаты послышался громкий голос реаниматора, раздающий команды коллегам. Баатар чуть отошел от палаты, а после прижался к стене и медленно спустился по ней на пол. - Разряд! После того, как люди научились генерировать электричество без помощи магов огня, наука и, в том числе, медицина, далеко ушли вперед. Всё чаще хирурги использовали в практике электроимпульсную терапию**, что позволяло спасать людям жизни даже когда, казалось бы, ничего уже не сделаешь. - Разряд! – кардиомонитор издал однотипный звук, после чего он вновь сменился писком. - Еще раз, разряд! Баатар поджал ноги и зажал дрожащими руками рот. От беспомощности и отчаяния ему хотелось кричать, но он старался подавить в себе это желание любой ценой. - Повторить, разряд! – и вновь писк. - Сэр, это бесполезно, - вмешался один из подручных, - она не приходит в себя… - Повторить! – стоял на своем мужчина, - разряд! А что… если это конец? Что, если ее не спасут? Он не расскажет ей, как волновался, боялся, как проводил рядом с ней дни и ночи… Не признается ей в том, что кольцо он не разбил, а ударил тогда молотком попросту мимо. Не расскажет, какие ошибки он совершил, разорвав отношения с семьей и… невестой, которая наверняка любила его и обязательно возненавидела за разбитое им же сердце… Не обнимет, не задушит до асфиксии после того, как она придет в себя, встанет с койки… Не расскажет, как сильно он ее любит. Не расскажет. Потому что рассказывать будет некому. - Разряд! …И он был прав. Баатар, как это обычно и бывает, сидел за своим письменным столом и в очередной раз рассматривал кольцо. То самое, с мерцающим изумрудом. Как всегда прекрасное и роскошное. Оно должно было всегда обрамлять ее палец. Именно ее и ничье больше… Больше всего он хотел отдать его Кувире после того, как она придет в себя. Была мысль оставить его в палате, но был высок риск того, что его просто-напросто украдут. А теперь… Уже прошел месяц с момента смерти Кувиры, а он так и не смирился с этим. Да и не рассчитывал. Жизнь без нее была серой и безвкусной, а теперь и жизнью не назовешь… Младший вздохнул, поворачивая колечко в разные стороны и наслаждаясь бликами света, получаемыми при приближении изумруда по направлению к лампе. Казалось бы, никто и не заметил, как Великий Объединитель ушел из жизни. Даже в больнице ее имя не раскрывалось, а узнать ее было практически невозможно (из-за большой потери веса и других факторов, сказывающихся на внешности). Баатар пытался всколыхнуть общественность, но после нескольких отказов (болезнь Кувиры не афишировалась правительством) и таки персональной угрозы со стороны нового правителя Царства Земли, в приоритете которого был порядок в стране, Баатар оставил свои попытки. Вместо результата он получил пищу для размышлений. Баатар внезапно сорвался на сильный кашель. Страх нового правителя был весьма оправдан. Люди, желающие вновь объединить свое государство, итак представляли какую-никакую опасность для установленного порядка. Если в массы пустить новость о смерти их бывшего предводителя, это может дать новый толчок протестным акциям, а там и до митингов недалеко, не говоря уже о более решительных действиях… Скрепя сердцем он согласился тогда молчать о ее смерти, но глубоко в душе Баатар знал – она достойна большего. Но… сколько бы Кувира не сделала для своего государства, какой бы вклад она не внесла, скольких бы усилий она не приложила… как бы грубо это не прозвучало, но это не стоит новых жертв. Лучше пусть никто не знает об этом, нежели начнутся новые распри между объявленными вне закона последователями Великого Объединителя и правоохранительными органами. И так крови пролито достаточно, куда еще проливать… Откашлявшись и оторвав руку ото рта, он увидел обыденную, но не очень приятную картину, которую, в принципе, больше привык игнорировать, нежели придавать ей значение. Баатар вытер кровь об стол и продолжил разглядывать кольцо. *** … - Хах, а ты сейчас про что именно? – поинтересовалась Опал, - про то, как он подло поступил с Кван Чи или про смерть Кувиры? Хотя… и чего он переживает за вторую… Он даже за живой невестой угнаться не может, не то что за мертвой… - насмешливо проговорила девушка. В определенный момент терпение матери лопнуло, и она отвесила родной дочери смачную пощечину. Опал резко смолкла и, приложив ладонь к месту удара, ошарашенно уставилась на мать. Никогда до этого родная мать не поднимала на нее руку. - Послушай меня, Опал. Чтобы больше я никогда не слышала от тебя нечто подобное. Никогда, ты поняла меня? – строго разъяснила Суинь. Опал лишь медленно кивнула, не убирая руку с ноющей щеки. - Вот и славно. Отправляйся в свою комнату и хорошенько обдумай свое поведение, - женщина развернулась и направилась обратно в зал, - у тебя будет интересная пища для размышлений... Пощечина подействовала отрезвляюще на молодого мага, из-за чего Опал в буквальном смысле проглотила язык, не решаясь как-то возразить матери. Она просто осталась одна в темном коридоре, наедине со своими мыслями… … Стремительно направляясь в желанную комнату, Опал перешла на быстрый шаг. В руке она держала небольшой мешочек со льдом и одновременно с этим прижимала его к посиневшей щеке. Особняк хоть и был достаточно большим, но огромным его тоже не назовешь, однако Опал всё равно не могла отыскать нужную комнату и это при том, что она проводит в нем чуть ли не каждый день. - Ну где же она…? – пробормотала себе под нос девушка, заворачивая за очередной угол коридора. «О Ваату, как на зло, не иначе…» - ругалась про себя Опал, переводя взгляд с одной двери на другую… *** - О чем… читаешь? – поинтересовалась Су, разглядывая газету мужа. - А? – Баатар не заметил ее прихода, - да так, сводка новостей за последнюю неделю, ничего особенного. - Совсем? Мужчина вздохнул. - Ну… разве что больницу в Ба-Синг-Се закрыли на карантин. Там обнаружили новый вид пневмонии. - В какой именно, там не написано? - Хм… - Старший поправил очки и попытался отыскать нужную информацию, - нет, не написано. - Понятно. Суинь обвела взглядом комнату. Вей и Винг во время ее отсутствия уже успели куда-то убежать. Только Хуан оставался на своем месте. - Так… а где Опал? – отложив газету, поинтересовался Баатар, - она всё-таки решила не возвращаться? - Я отправила ее обдумывать своё поведение, - ответила Суинь, не отрываясь от своего ужина. Было видно, у женщины отсутствовало настроение. - Сильно ругались? - Да. - Понятно, - развивать эту тему, тем самым наверняка провоцируя жену на нервный срыв, ему никак не хотелось, поэтому отвечать надо было… нейтрально. Это он давно уяснил. - Кхм, Суинь... - М? - Кван Чи звонила. Женщина выронила вилку. - Что? Когда? - Когда ты отсутствовала. - Оу... Она хотела поговорить? - Да. С Баатаром... - Думаю, это не лучшая затея, - поспешно сказала Суинь. - Хм... На самом деле она хотела извиниться за последний скандал... - маг металла недоуменно посмотрел на мужа. -... извиниться? - Да. Она всегда казалась мне страной... - Они друг друга стоят, - с иронией сказала Су, вспоминая один из их многочисленных разговоров на тему некоторых "поступков"... ... - Объясни мне, почему ты это сделал? - Суинь уже вторую неделю подряд пыталась достучаться до сына, - зачем? - Какая разница? - но Баатар словно не замечал ее. Парень продолжал стоять к ней спиной и раскладывать книги по полочкам. - Какая мне разница? - возмутилась женщина, - я твоя мать вообще-то и мне очень интересно, с какого перепугу ты бросил Кван Чи?! - Без понятия, - туманно ответил Младший. - Да как так-то? О Раава, за что мне это... - магу металла откровенно хотелось взвыть, - всё же было идеально, что произошло с тобой?! - Сам не знаю... - БААТАР ХВАТИТ! - он прекратил складывать книги, - КАК ЖЕ ТЫ НЕ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ И ВОЛНУЮСЬ ЗА ТЕБЯ, - Суинь активно жестикулировала руками, - И Я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО НЕ МОГУ ПОНЯТЬ, ЧТО ПОСЛУЖИЛО ЭТОМУ, - всхлип, - Может я чего-то не знаю?... - Мам. Н-не... плачь, пожалуйста, - стена равнодушия треснула, - Я... не знаю, что на меня нашло тогда. Столько всего навалилось в тот момент... даже сейчас я не могу понять, чего пытался добиться всем этим. Кван Чи уехала, Кувира умерла, - он осекся... - я облажался по-полной, - женщина успокоилась и удивленно посмотрела на сына. Он снял очки и протер глаза. - Во всяком случае, я не хочу говорить с тобой об этом именно... сейчас. Не хочу обидеть. Прости, но так будет лучше... - Ну так... Она просила уточнить у Младшего, свободен ли он послезавтра. - М? Подожди, - Су осмотрелась по сторонам, - а где… Младший? – усердно обдумывая конфликт и свои действия, она не заметила его отсутствия. - Ушел есть в свою комнату. - Он всё слышал? - Более чем, - выдержав паузу, ответил Баатар. - Оу… - Суинь опустила взгляд вниз, - зря я за ней погналась. Тогда бы… - Рано или поздно у вас бы состоялся этот разговор. - Да, пожалуй, - вздохнула женщина, - оттягивать его смысла не было. - Верно… Повисла тишина. Суинь продолжала изредка бренчать вилкой, съедая последние остатки остывшего ужина. Баатар же разглядывал огромное окно справа от себя. Ну, не само окно, а то, что за ним. В свете фонарей виднелась небольшая аллея, лично спроектированная им когда-то. Два ряда равных по размеру и высоте деревьев, с сочной, подстриженной листвой, а между ними каменная, извилистая дорожка, обрамленная теми же камнями, но чуть больше в размерах. Между деревьями уютно и как нельзя кстати размещались небольшие клумбы. В круглых горшках цвета молочного шоколада, красовались пестрые, благоухающие цветы… Всё это казалось заядлому архитектору чем-то изумительным, чем-то прекрасным… Хотя отчасти так и есть, но… не каждый это понимал, не каждый находил в этом нечто… «распрекрасное», как выражался один индивидуум, но даже с ним Баатару удалось найти общий язык… … За пределами Заофу есть прекрасная деревенька, славящаяся своими закатами и холмами. Закаты там мягкие, нежные, а холмы «ступенчатые», что весьма облегчает не-магам взбираться на них и наблюдать за закатом. Столь редкостный и прекрасный контраст темно-синего неба и янтарного света солнца еще повидать надо… - Не думал, что когда-то ты попросишь меня об этом, - иронично произнес Баатар, разглядывая небо. - Это действительно кажется тебе чем-то сверхъестественным? - Ну… можно и так сказать. Младший глубоко вздохнул и зажег лучину. - И всё-таки это не мое, пап, - умозаключил он. - С чего ты взял, сын? У тебя довольно неплохо получается. -… думаешь? – не поворачиваясь, спросил Младший. - Да. Ты выбрал прекрасное, живописное место, скромный, но не менее прекрасный холм… - Ну не в Заофу же это делать. -… плюс ко всему прекрасно оформил… - Я понял, - прервал его Баатар, - спасибо. -… я лишь хочу сказать, что у тебя определенно есть вкус и ты бы мог... - Па… - Не спеши с выводами. Я не отрицаю, ты был бы хорош в плане архитектора, но… я не собираюсь навязывать тебе что-либо. Может когда-то и хотел, но это было давно, - Младший поднялся, - ты прекрасный инженер, и я горжусь тобой, сын, - Старший положил руку на плечо первенца, - даже несмотря на то, что ты совершил. -... Спасибо, отец. - Что есть – то есть, Баатар, - они повернулись к единственному лиственному деревцу на холме. Высотой оно было метра три. Из-за пышной листвы прохладная тень обхватывала практически всю верхушку холма. - Как думаешь, ей… понравится? – Бейфонг посмотрел на портрет молодой девушки, размещенный у ствола дерева. Рядом с ним находился одинокий светец с горящей лучиной, глубокая тарелка со свежими фруктами и желтые хризантемы. Через какое-то время после смерти Кувиры ему позволили лично похоронить ее, но… только после кремации, и, само собой, если он будет молчать… - Да, - Старший снял очки и протер их салфеткой, - думаю, она оценит твою заботу. - Этого всего можно было избежать, - тихо произнес Младший. - Я в этом не сомневаюсь, но ничего уже тут не поделаешь. Попытайся смириться с этим, - Баатар похлопал сына по плечу. - Ты прав, но… - первенец вздохнул, - это чувство всё равно не скоро меня отпустит. *** ... - Ай, больно! - захныкала маленькая девочка, - аккуратней! - Пффф, а ты что думала? Что в сказку попала? - парировал ее старший брат, дезинфецируя спиртом ранку на коленке. В ответ Опал лишь показала язык и отвернулась, сложив руки на груди. - Ну хорошо. Сейчас я отведу тебя к маме, и она всё сделает сама... - Нет! - встрепенулась девчушка, - не надо к маме! - Хм, - он поднялся, - а зачем я вообще тебя прикрываю, когда давно уже должен был сообщить ей... - как бы вслух рассуждал Баатар. - Нет, она тогда накажет меня! Не надо, пожалуйста! - Ну я даже не знаю... - Братик, ну пожалуйста... - жалостливым голоском пролепетала Опал. Младший потер подбородок и, вздохнув, присел обратно. - В следующий раз, пожалуйста, будь аккуратней, - он наклеил ей лейкопластырь, - а то, глядишь, сильней стукнешься. Ты поняла меня? - Да, хорошо, - закивала сестренка. Мальчик усмехнулся и погладил ее по голове. - Вот и славненько... Опал шумно вздохнула. Перед ней была та самая ненавистная дверь. «Так, зайти, поздороваться, извиниться и уйти» - думала про себя девушка, - «Так, давай, соберись Опал, это же так просто…» Еще во время поисков маг воздуха был полон решимости поговорить с родным братом, но теперь, когда она была всего в паре шагов от него и их разговора, дар речи внезапно покинул ее вместе с былой смелостью. Девушка громко сглотнула и медленно поднесла кулак к двери…но постучать так и не решилась. - Да черт тебя дери! – девушка нарочно ударилась лбом о дверь «Теперь еще и на лбу синяк будет…» - Баатар, ты там? – от досады поджав тонкие губы, спросила она, - можно я зайду? Тишина. - Хм… молчание – знак согласия, - Опал зашла в комнату, - послушай, я это… - первое, что она сделала, это отвела взгляд в сторону. Меньше всего ей хотелось сейчас встретиться с ним глазами, - лишнего ляпнула сегодня, так что прости. Тишина. - Кхм, я как бы извинилась, - девушка завела руки за спину и стала водить носком по паркету, - хватит молчать уже... -… - Баатар! – не дождавшись ответа, вспылила младшая сестра, - ну может хватит уже? – она подняла глаза, - Я же… Девушка осеклась на полуслове. Сердце пропустило удар, отчего в глазах на секунду потемнело. Словно попав в некий транс, она выронила пакетик со льдом и опустила взгляд чуть ниже. -… Баатар? *** - Как думаешь, может нам перестроить вон тот сад?... – начала было Суинь. - Подожди, - Баатар вежливо прервал ее, - Опал? Ты всё-таки решила вернуться к нам… о Духи, - мужчина соскочил со стула и подбежал к дочери, - где ты так? Что с щекой? Су отвернулась. Женщина прекрасно понимала, что ей не стоило поднимать тогда руку, и теперь может назреть очередной конфликт, но уже с мужем. Баатар присел и принялся рассматривать лицо девушки, порой дотрагиваясь до опухшей щеки. - Опал… что случилось? – на младшей дочери лица не было, мало того, она не реагировала на ноющую боль в щеке, когда отец всякий раз прикасался к ней. - Пап… - выдавила из себя девушка, - Баатар… он… Хуан насторожился. - Что? Что с ним? - Я не знаю, - на выдохе ответила Опал, - он лежит в своей комнате, на полу, в луже крови, - из девичьих глаз потекли горькие слезы, а бойкий голос предательски дрогнул, - я не знаю что с ним. - Ч-что? – вскочила Су. - Суинь, вызывай скорую! Хуан, идем, поможешь, - командовал Баатар-старший. Парень молча сорвался с места и побежал вслед за отцом. Су ужасно нервничала, пальцы судорожно дрожали, вследствие чего номер скорой помощи она набрала только со второй попытки. - Д-да, скорая?... *** Будучи являясь конструктором особняка (да и плюс ко всему Старший часто заходил к сыну), Баатар сразу отыскал нужную комнату. - О Духи, - он остановился у порога в комнату, на мгновение задержав взгляд на бесчувственном первенце. Младший лежал на полу возле письменного стола, под его головой растекалась небольшая лужица крови, - да что же ты будешь делать… - мужчина подбежал к нему и перевернул на спину. Лицо частично было окрашено кровью, глаза и рот чуть приоткрыты. Баатар проверил пульс. - Пульс отсутствует, - скрепя сердцем, прошептал мужчина, - Хуан, помоги мне поднять его! *** - Кладите его! – скомандовал реаниматор. Благодаря технологическому прогрессу, который в Заофу протекал особенно быстро, больницы в городе не уступали столичным ни в плане персонала, ни в плане самих технологий. Снующие вокруг Баатара врачи и хирурги уложили его на операционный стол и принялись с ювелирной точностью вспарывать одежду. Искать замки и застежки времени нет, особенно когда на кону человеческая жизнь… - Пустите меня, я его мать! – чуть ли не в истерике кричала Суинь. - Су, не надо мешать людям работать, они и без тебя там справятся! - Мэм, прошу вас, сядьте на место, - пыталась успокоить ее медсестра. - Поймите, мне нужно видеть его, - женщина прикрыла ладонью рот, стараясь сдержать громкие рыдания, - умоляю… Позади родителей на лавочках сидели их дети. Вей и Винг как всегда устроились рядышком, Хуан отдельно от них, а Опал посередине. Все они были напряжены до предела. От небывалого напряжения близнецы лихорадочно грызли ногти. Хуан хоть и казался спокойным, но глубоко внутри беспокоился за состояние старшего брата, а Опал… девушка не сводила глаз с дверей палаты и, казалось бы, была зомбирована ими... …- Братик! – смеясь, позвала она Баатара, - братик давай поиграем! - Аааааа, Опал, слезь с меня! – истерично вопил восьмилетний мальчик, но девчушка и не думала слушать его, а наоборот, залезла выше, цепляясь маленькими пальчиками за его лицо. - Вперед, мой верный конь! – с задором командовала она. - ОПАЛ! Я!... Я!.. Уау, – Баатар не выдержал и упал на живот (благо под ногами была трава). - Воу, - Опал не удержалась и повалилась на сочную травку недалеко от старшего брата, - хочу еще! – радостно заявила она. - Агхр - Младший поднял голову и грозно посмотрел на нее, - нет, только через мой... – Опал неожиданно зажала его нос. - Бип-бип! – с лучезарной улыбкой произнесла девочка, отпустив его нос. Младший лишь недоуменно стал пялиться на нее, в то время как младшая сестра продолжала заливаться смехом, обхватив животик. Пара минут усердных уговоров и вот Опал уже верхом на старшем брате штурмовала невидимую крепость. - Вперед, наши враги падут! – покрепче обхватив шею Баатара рукой, воинственно кричала девчушка. Младший лишь закатил глаза и с улыбкой отправился на штурм… … - Прости меня, пожалуйста, - закрыв лицо руками, девушка в отчаянии зарыдала, - прости… *** - Очень странно… - задумчиво пробормотала медсестра. - Что «странно»? - Симптомы у него… довольно редкостные. - Просвети же меня, - парень выхватил планшет из ее рук. - Они очень похожи на те, что обнаружили у пациентов в столичной больнице на прошлой неделе. - Да ладно тебе. Штамм хоть и передается воздушно-капельным путем, но только, если человек находится в непосредственной близости с разносчиком. Для этого надо… ну, суммарно провести рядом с больным двадцать четыре часа, если не больше. -… думаешь? - Исходя из заключений ведущих специалистов – уверен. К тому же… зараза не «путешествует» на столь огромные расстояния. Какова вероятность того, что этот бедолага побывал именно в той самой больнице и в той самой палате, плюс ко всему провел там сутки? - Хм… наверное, очень мал… - Нет, Лиара, он ничтожно мал. К тому же… Зачем ему надо было лететь так далеко, если и в Заофу больницы ничуть не хуже столичных? - Ну мало ли, может он был в отъезде и что-то случилось? - Я проверял его медицинскую карту только что. В последний раз он был в столичной больнице... эм, лет так девять назад на медикаментозной терапии и то в другом учреждении. Так что не парься. - Хм. Пожалуй, ты прав... *** - Разряд! - скомандовал реаниматор. - Ты вообще слушаешь меня?! - А смысл тебя слушать? - Черт тебя подери Баатар, зачем ты это сделал?! - Это не твое дело, Опал. Иди займись своими делами... - Младший стремительно направился подальше от надоедливой сестры. - Ты... ТЫ!... Моральный урод! - выкрикнула она напоследок, - И ВСЕГДА ИМ БЫЛ! - Еще раз! Разряд! Тело вновь содрогнулось, но сердце от этого биться не стало. - Ненавижу! - золотоволосая девушка схватила тарелку из коллекционного сервиза и со злости кинула ее на пол, разбивая фарфор вдребезги. - Как ты мог так поступить со мной после всего, что между нами было?! - она резко провела рукой по столу и скинула остальную составляющую сервиза на пол, к первой жертве праведного гнева хозяйки дома, - каких я только людей не повидала, но ты - самый что ни на есть настоящий БОЛЬНОЙ! - кричала Кван Чи, - Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! - Сэр, он не приходит в себя... - сообщил один из ассистентов, - показатели на нуле... - Я прекрасно вижу. Разряд!