В поисках дома

      — Кто это сделал? — спросил Эдрик, обнаружив на спине своего нового знакомого красные полосы, явно оставленные плетью.       — Ярл Сигварт, — Бьёрн поспешно натянул рубашку, чтобы скрыть следы своего позора.       — Что ты натворил? — саксонский воин догадывался, что у юноши были веские причины покинуть родной север и отправиться вместе с ним в Уэссекс.       — Попытался спасти свою мать от изнасилования несколькими мужчинами, — после непродолжительного молчания отозвался Бьёрн.       — И тебя наказали за это?! — лорд просто не мог в это поверить. Что за дикий варварский народ?       — Ярл разрешил им сношаться, но Лагерта, моя мать, была против, — пояснил юноша. — Вот только… перечить ярлам опасно.       — Почему твой отец не сделал ничего, чтобы спасти ее?       Этот вопрос чем-то разозлил Бьёрна.       — У него другая семья, — буркнул юноша. — Нам с матерью не было в ней места.       — Понятно, — проговорил сакс. — И… где она сейчас? — он уже догадывался, каким будет ответ.       — В Вальгалле, на пиру богов.       — Она мертва?       — Да, — голос его прозвучал так спокойно, что лорду Эдрику стало не по себе. Сыну не могло быть все равно, если он пытался спасти Лагерту, но почему же голос его так холоден?       — Мне жаль, — других слов у него не нашлось.       — Не нужно, — отозвался юноша, и впервые в темно-голубых глазах отразилось что-то похожее на боль. — Там она счастлива. Каждый день Один выбирает лучших воинов и заставляет их биться насмерть. Но к вечеру они воскресают и отправляются на пир богов. Валькирии разносят им пищу. Вальгалла прекрасна, — глаза его стали задумчивы, Бьёрн словно наяву видел все, о чем рассказывал, но сакс не мог до конца этого понять. Не мог понять, как можно ценить человеческую жизнь так низко.       — Обед готов, милорд, — от мыслей его отвлек голос служанки.       За столом, помимо самого лорда, сидели еще его жена Ванесса и дети Эксквин и Мария. Нашлось там место и для Бьёрна, который с немалым удивлением наблюдал, как Эдрик прочел молитву, закончив ее словом, которое произнесла вся семья: «Аминь».       — А как в вашей стране люди благодарят Господа за посланную им кров и еду? — с любопытством спросила Мария, заметив удивление гостя.       Бьёрн перевел взгляд на девушку. Она не была похожа ни на одну деву, виденную им ранее. Подобно своему брату-близнецу, Мария унаследовала зеленые глаза матери и темно-каштановые вьющиеся волосы отца. На шее у девушки, как и у всех христиан, был маленький серебряный крестик. Вряд ли хоть раз ей придется взять в руки оружие, она была слишком нежна для этого. Отец говорил, на западе даже мужчины чаще бывают беспомощны, и, видимо, доля правды в его словах все-таки была.       — Раз в девять лет мы ходим в святилище, чтобы поблагодарить богов и принести им жертвы за все, что они для нас делают: за успехи в битвах, за дожди, посланные для урожая, и самое главное за детей, что после будут нам отрадой и гордостью.       После слова «жертвы» лорд Эдрик невольно подавился и закашлялся.       — Вы приносите богу жертвы? — в ужасе спросила Ванесса.       Бьёрна не удивила их реакция.       — Не богу, а богам, — спокойно поправил он. — На севере много богов.       — А здесь бог один, — Эсквин кивнул в сторону массивного креста, украшенного самоцветами и гордо висевшего на стене.       — И он мертвый, — приподнял бровь северянин. — Он распят на кресте.       — Господа нельзя убить, — сказал Эдрик. — Он отдал жизнь, чтобы искупить вину человека, и после сумел воскреснуть, — сакс внимательно посмотрел на Бьёрна. — Ошибкой будет считать его мертвым. Иисус — это сын божий, рожденный от Божьей матери Марии.       — Ты назвал свою дочь в честь богини? — перебил Бьёрн.       — Мать Мария не была богиней, — улыбнулась девушка. — Она была лишь божьей матерью. А бог у нас един в трех лицах: Отец, Сын и Святой Дух.       — У Одина тоже был сын, — устало отозвался юноша. — Даже несколько, но вот Святого Духа не было.       Мария лишь улыбнулась, глядя на этого странного человека. Она тоже ни разу не встречала никого, кто был бы подобен ему, и ей даже стало немного жаль Бьёрна. Его сердце и душа казались девушке потерянными, как и он сам.       «Господи, — коснувшись креста на своей шее, подумала Мария. — Помоги ему стать на истинный путь. Помоги всем нам. Аминь».