Siderae

      Доктор делал все возможное, по крайней мере ему удалось привести ее в сознание хотя бы на какое-то мгновение, а также вытащить обломок стрелы. Он сказал, что она едва ли не угодила прямо в сердце, и тогда смертельного исхода было не миновать, но все обошлось. В рану не попало никакой инфекции, все протекало как ни есть наилучшим образом, за исключением того факта, что девушка потеряла очень много крови, и ей требовалось время на восстановление. Я весьма щедро заплатил мужчине за его работу, тот сначала не хотел принимать деньги, но потом все же взял, добавив, что это слишком много за такую мелочь и пообещал приставить на время нашего пребывания прислужницу, которая будет ухаживать за сербкой и содержать дом в порядке. Относительно дома он извинился, что не может предоставить нам временное жилище получше, потому что многие дома были разрушены после нападения, да и гостей в свою деревню они принимали нечасто. Пообещал подыскать хотя бы кровать. На следующее же утро сдержал свое обещание и приволок с мужиками в дом громадную деревянную, хоть потрепанную, но вполне себе уютную, кровать. Я переложил сербку на нее, укрыв шкурой, - все же зимние ночи здесь холодные.       Я практически не спал. От силы за ночь смыкал глаза на час-два, максимум три. Сербка ночами спала плохо: постоянно стонала во сне, бубнила что-то.       В первый же день пребывания в деревне я взобрался на самое высокое здешнее здание - местную церковь, и осмотрел окрестности. Деревня состояла всего из двух дворов и семнадцати домов, которые еще можно было считать домами, ибо некоторые были простой кучкой пепла. Люди здесь были молчаливы, мало разговаривали друг с другом и каждый занимался своим делом, все прислушивались к доктору, как я понял он был у них в почете. А также в деревне был введен обязательный комендантский час.       Я планировал пробыть здесь неделю, чтобы сербка смогла окрепнуть и нам снова стало возможным двинутся в путь, не теряя попусту времени.

***

      Утром я попросил доктора навещать сербку чаще, потому что собирался съездить в соседнюю деревню, что находилась неподалеку отсюда, которая, по словам одного местного, была в полном подчинении турков. Следовало проведать обстановку.

***

      Я сидел за столом и проверял свое снаряжение на боеспособность и наличие каких-либо поломок. Скрытому клинку левой руки требовался ремонт. Я поднес посеребренный наручь ближе к слабому свету лампадки - комендантский час запрещал мне использовать освещение ярче - пружина совсем износилась, следовало заменить. - Где ты был? - раздался охриплый, сонный голос сербки.       Я на секунду отвлекся от своего дела и посмотрел на нее. Девушка выглядела намного лучше, чем пару дней назад, и уже почти восстановилась. Доктор сказал, что рана была глубокой, поэтому заживать будет долго, а поэтому ей не рекомендовалось вставать с постели и тревожить плечо по крайней мере еще несколько дней, после чего мы сможем снова двинуться в путь.       Отвернувшись, я снова принялся за работу, так и не ответив на ее вопрос. - Тебя не было все сутки. Я уж было подумала ты бросил меня... По-крайней мере я бы на твоем месте, наверное, поступила именно так.       Я не перебивал ее. - Ты теряешь время здесь. - Я искал тебя слишком долго, чтобы сейчас бросить. И я говорил тебе, что у меня есть предложение. Это не пустые слова.       Она села в кровати, аккуратно массируя больное плечо. - Тогда может теперь самое время просветить меня?