cynesthesia

      В помещении светло, сквозь пыльное окно в комнату пробираются лучики солнца. Один, второй. Они забираются на старый письменный стол, медленно скользят к скрещенным рукам. Трогают рыжим светом пальцы, ползут по запястьям, ласкают кожу теплом. Лишь несколько. Остальные, не столь внимательные, играют с пылинками, парящими в воздухе. Их зажигают и оставляют сверкать. Даже это замечется не сразу.       Стук часового маятника на стене как метроном. Раз, два. Слышатся ноты, в такт ему играющие что-то своё, тихое и знакомое. Такое же светлое, как и сама комната. Такое же тёплое, как горящие пылинки в солнечном свете. Наконец, удаётся расцепить напряжённые пальцы, и лучи теперь касаются подставленных им ладоней так нежно, как никто раньше.       Пыль слетает с деревянных досок в объятия ясных полосочек, чтобы тоже засиять. Стучат ножки стула, тихо скрипят половицы. Шаг, второй. Ноты проскальзывают всё яснее, подгоняемые тиканьем часов, и снова прячутся, сплетаются с рыжим светом из мутных стёкол, чтобы позже появиться вновь. Ещё шаг. И ещё один.       Комната пуста, пусты ветхие шкафы, на столе живут только пылинки, а сквозь стекло ничего не разглядеть. Огонь в очаге не разводили уже очень давно, но кажется, что здесь тепло. Наверное, только кажется, потому что снаружи всё далеко не так, а здесь иначе. Кажется, что если открыть окно, за ним будет весна и ветер принесёт оттуда запахи леса, потревожив спокойные доселе полыхающие в солнечном свете звёздочки.       За мутным стеклом оказывается старый город, который совершенно не радует глаз. Несчастные люди спешат по своим делам, о чём-то говорят, решают что-то, не давая себе времени на передышку. И ветра нет. Один из немногих погожих дней в эту зиму. Пустую, бесснежную и холодную.       Окно закрыто. Снова тихо скрипит дощатый пол, испугав робкие звуки, которые только-только перестали прятаться по углам. Остался только метроном на стене. Шаг, другой. Негромкий стук. Теперь стул жалобно, но тихо заскрипел под чужим весом. В этом доме уже давно никто не бывал, но тут всё так же тепло по сравнению с тем, что происходит снаружи.