Влечение

      Как бы внимательно не всматривались стражники-ламии в темноту ночи, как бы чутко не пробовали воздух их раздвоенные языки, они не заметили хрупкую быструю тень, проскользнувшую мимо них в сад дворца-гарема. Юноша в плаще с капюшоном скользил меж стволов деревьев, затем залезая на одно из них и забираясь в тёмное окно подсобного помещения.       Конечно, то был Ник. Да, он был не по годам мудр, обладал глубоким научным умом. Но когда на кону была дружба, он становился столь же страстным и отчаянным, как и другие мальчишки. Пока он не узнает, какова была судьба Василиса, Ник не смог бы спокойно спать.       Гарем встретил его полумраком. Юноша прокрался к выходу из подсобки и выглянул наружу, в освещённый факелами коридор. Он побрызгался феромонами, подавлявшими его запах, но всё же не стоило рисковать и встречаться с ламиями.       Ник быстрыми перебежками пересекал коридор, когда услышал шелест хвостов впереди. Он спрятался в тёмной нише за пьедесталом и постарался не дышать.       — С-с-с-становитс-с-ся с-с-с-слиш-шком много желающ-щ-щих пос-с-сещ-щ-щать гарем... — произнёс один из ламий, медленно ползущих по коридору. — Прос-с-стым воинам и только что вылупивш-ш-шимс-с-ся потомкам нужно ограничить дос-с-ступ...       — Возможно, к ос-с-сновным помещ-щ-щениям и лучш-ш-ш-шим омегам... Для них ес-с-с-сть "Богадельня"... — подтвердил второй. — Там они могут размножитьс-с-с-ся и удовлетворить с-с-свои потребнос-с-сти... А попадатьс-ся на глаза вождям им ни к чему...       Ник не понимал, о чём они говорят. Что за "богадельня"? Юноша ничего о ней не слышал, но почему-то сразу понял, что это нечто важное.       Когда шелест хвостов по каменной кладке утих, Ник выбрался из своего укрытия и продолжил путь.       В своё время ему было очень интересно устройство дворца. Попасть сюда ему было, конечно, ни в коем случае нельзя, но учитель и другие члены сопротивления рассказывали Нику о нём по памяти, рисовали карты. Так что он достаточно легко нашёл большую приёмную залу, откуда можно было попасть почти куда угодно во дворце.       Но вот того, что он там увидит, даже Ник не ожидал.       На шёлковых подушках возлежали ламии-колдуны. Их чешуйчатые тела переливались яркими, ядовитыми красками. А на их членах сновали юные омеги. Ламиям даже не надо было двигаться, отупевшие, стонущие мальчишки сами насаживались на огромные змеиные стволы и полировали их своими узкими попками. Ник застыл, заворожённо глядя на ближайшую к нему парочку. Огромный змей с бордовой чешуёй и бирюзовыми волосами схватил молоденького эльфа и с силой опустил на свой токсично-зелёный член, резко врубаясь на всю длину так, что на голом животике красноволосого юноши отпечаталась заострённая головка. Ник даже поморщился, настолько жутко и грубо это выглядело. Но эльф только блаженно приоткрыл пухлые губы в сладостном стоне. И когда змей задвигался внутри крошечного по сравнению с ним юноши, то раздалось только пошлое хлюпанье смазки внутри ануса эльфа, наверняка девственного до этого момента.       Ник заворожённо следил за тем, как ярко-зелёный монструозный предмет исчезает внутри парня примерно его возраста, а потом появляется вновь, чтобы с новой силой вбиться обратно. Как поршень на одной из его экспериментальных машин.       К своему ужасу Ник ощутил, что ему стало любопытно узнать, каково это. Васси иногда рассказывал про свои похождения в качестве уличной проститутки... И иногда эти рассказы звучали интересно и увлекательно, и даже будили внутри сладостное возбуждение.       Нет! Ник раздражённо встряхнул кудрями. У него есть миссия. Любые удовольствия нужно отложить.       Вдруг на его плечо опустилась когтистая большая ладонь.       Ник вздрогнул, подавив крик, и медленно обернулся. На него смотрели ярко-синие глаза стражника-ламии.       Несколько секунд они смотрели друг на друга. Ламия пробовал воздух языком, видимо, испытывая какие-то сомнения, а потом отпустил Ника, откидывая свою малиновую косу назад:       — Подай напитки гос-с-сподам. Ник нервно кивнул. Видимо, ламия принял его за одну из прислуживающих женщин. Слава богам.       Он увидел неподалёку поднос с чашами, полными подсахаренной воды. Ник поднял его на руки и поднёс тому ламии, на которого смотрел. Тот уже переключился, долбя какого-то смуглого омежку другой расы. Он молча взял чашу, не отвлекаясь от растрахивания парня.       Красноволосый эльф лежал рядом, как будто без сознания. Глаза его были блаженно прикрыты, ножки раскинуты, а из представлявшей собой огромную дыру попки густо сочилась сперма. Сам его животик был округлившимся и упругим.       Ник хотел подойти и спросить, всё ли с ним в порядке, но тут его окрикнули:       — Эй! Подай воду господам.       Ник увидел омегу-фурри, красную панду, смотревшего прямо на него.       Ник опустил взгляд, бледнея. Тому, конечно, было очевидно, что перед ним не женщина. Но незнакомый омега молчал, только прищурив огромные голубые глаза.       Ник быстро прошёл мимо него и поднёс воду следующему ламии.       Нужно было уходить, срочно. Всё существо Ника кричало, что он в опасности. Потому, раздав все чаши, он, под видом того, что пошёл за новым подносом, выскользнул из зала и как можно быстрее побежал по коридору.       — Как ты сюда попал? — услышал он позади себя грозный оклик. Тот панда шёл за ним и остановился в двух шагах от замершего Ника. — Что тебе надо тут, нищий? Если господа не захотели обращать тебя в омегу, значит, ты слишком болен и уродлив! Убирайся!       Ник понял, что его, всё же, не раскрыли, и камень свалился с его сердца.       — Я ищу своего друга. Мне нужно спасти его отсюда.       — Ага, завидуешь, что господа забрали другого мальчишку? — панда усмехнулся и погладил свой живот. — Я предназначен для величайшего Сновидца. Скоро он наполнит меня своим семенем. И твоего друга это ждёт! А вот ты жалок... Тебе никогда не познать этого счастья.       — Прошу, помоги, — взмолился Ник. Он боялся, что больше не встретит никого, кто захочет с ним разговаривать. — Мне ничего больше не нужно, только скажи, не видел ли ты тут омегу, похожего на... жеребёнка?       Панда скривил мордочку:       — Лошади? Фу! Такое не интересно господам.       — Но он правда тут был.       — Возможно, его отправили... В "богадельню". Как весь остальной уродливый мусор и рожавших омег, — фуррик самодовольно огладил свою пушистую грудку.       — А где это находится?       — В бывших темницах, — тут панда сощурился. — Только вот тебе там нечего делать, бродяжка! Стража! Стража, тут нарушитель!       Ник побледнел, а потом бросился к панде:       — Нет, прошу, не выдавай!       — Стража, тут какой-то нищий пробрался в гарем!       Нику ничего больше не оставалось. Он выхватил из своей сумки с зельями, спрятанной под плащом, небольшую бутылочку, открыл и брызнул ей на панду.       — Фу! Что это?! Ах ты! — панда стал лапками пытаться стряхнуть капли. Ник же улучил этот момент, чтобы припустить по коридору со всей прыти.       Со стороны залы быстро приближалась пара ламий-стражей, почти одинаковых. Их зелёная чешуя блестела, а фиолетовые волосы были заплетены в крепкие косы.       — Там! Нарушитель! Он убежал! — пищал фуррь. Он продолжал пытаться брезгливо отряхнуться от того, чем обрызгал его Ник, не замечая, как пеленой покрываются глаза ламий.       Изучение феромонов омег позволило Нику создать мощнейший афродизиак, который делает омег не просто привлекательными для ламий, а буквально сводящими змеев с ума от похоти. Юноша до сего момента и не знал, насколько препарат силён и для чего он ему может в итоге пригодиться.       — Догоните его и... Что?! Что вы делаете?!       Один из ламий подхвотил пандочку за хвост и развернул к себе пушистым задом, а второй зашёл спереди. Омега расширенными зрачками уставился на сочные огромные члены, устремлённые прямо на него.       — Нет! Я принадлежу великому Сновидцу! Не смейте меня трогать, чернь!       У ламий существовала строгая иерархия. Помеченный высшим жрецом омега не мог лечь под простого воина. Но стражники, опьянённые феромоном, сейчас были не в состоянии остановиться.       В пушистую попку панды был вставлен один толстый, конусоподобный член, а к его пасти был приставлен второй. Сперва омега ещё протестовал и барахтался в сильных больших руках, а потом просто расхныкался. Но это только до того момента, как оба члена в одном темпе начали ввинчиваться в него, до предела растягивая девственную дырочку и горло. Змеи буквально насквозь насадили маленького фурри на свои стволы и долбили: то одновременно, то по очереди.       Омега мелко подрагивал, и в итоге его блестящие глазки закатились от наслаждения. Ему уже было всё равно, что он надеялся стать элитным омегой одного из колдунов. Сейчас панда выполнял свою роль для двух ламий сразу и ничего иного не хотел, только чувствовать, как его сквозь его нежные проходы пролезают массивные прохладные члены.       Ламии были всё так же безэмоциональны, как и все из их расы, но в отличие от обычного, они плохо контролировали себя. И сначала в ротик панды хлынула одна густая струя, которой он едва не захлёбывался, а затем другая — в растраханную попку.       Не сговариваясь, змеи вытащили члены из использованного омеги, но теперь передний наг взял его за шкирку и посадил на свой так же твёрдый член задней дырочкой, а второй пристроился к попке фурри сзади, отодвинув пушистый хвост.       Панда обмяк, ощущая, как сразу два ствола неимоверно распирают его анус. Он лишь облизнулся от перепачкавшей его мордочку и белую грудку змеиной спермы и высунул язык, тяжело дыша. Ещё бы, ведь на его животике сейчас виднелось сразу две движущиеся выпуклости, будто фурри был не омегой, а пушистым мешком для членов и спермы. Маленькими лапками он гладил животик, уже представляя, как его наполнит двойная порция змеиных яиц.       Ник же бежал дальше, стремясь найти спуск вниз, в темницу. Отчего-то он не сомневался, что найдёт Васси там, но в то же время боялся того, что увидит в этой "богадельне"...