XI
17 февраля 2015 г., 07:51
XI.
Девушка на том конце провода вежливо поинтересовалась:
— Как вас представить?
Таких звонков у нее сотни за день. Все хотят говорить с Маной. Но Мана-сама не подойдет к телефону, если имя звонившего ничего ему не скажет.
Гакт с трудом вспомнил название гостиницы, где они останавливались, и представился ее сотрудником.
— Скажите, что мсье забыл у нас часы.
— Часы? — переспросила девушка. — Хорошо, я скажу…
Гакт услышал, как она положила трубку, до него донесся еле слышный стук ее каблуков, и через минуту или чуть больше в трубке раздался ровный и спокойный голос.
— Я слушаю.
— Привет, — произнес Гакт.
Мана что-то сказал девушке, видимо, прося ее выйти.
— Как… как ты меня нашел? — удивленно спросил Мана.
— С трудом, — честно признался Гакт. — Впрочем, ты не очень-то прячешься…
Мана не ответил на его реплику. Гакт представил себе, как он убирает прядь волос со лба, потом поправляет ворот рубашки (или блузки?), прикрывает глаза, собираясь мыслями.
— Чего ты хочешь? — наконец, спросил он.
— Ты забыл часы. Я обнаружил их у себя и хочу вернуть… и поговорить.
— Хорошо, — неожиданно легко согласился Мана. — Только не звони сюда больше, прошу тебя. Скажи мне номер своего телефона, я сам тебе позвоню.
Гакт продиктовал ему номер.
— Все-таки, — сказал Мана, — как ты меня нашел?
— Internet. Твои фанаты — люди ненадежные…
В трубке раздался смешок.
— Так и вижу тебя в толпе визжащих фанаток. И в платье типа «лолита».
— Ну, уж этого точно не будет! — Он помолчал. — Как ты себя чувствуешь? Я волновался…
— Всё хорошо. Спасибо. Извини, мне нужно работать. Я позвоню тебе завтра или послезавтра. Au revoir.
Раздались короткие гудки. Гакт очень медленно положил трубку. «Кажется, — подумал он, — он был рад меня слышать».
***
Рад был Мана или нет, он и сам не знал. Когда Гакт уехал, у Маны было такое чувство, как будто его бросили, и он остался один-одинешенек. Раньше, приезжая в этот городок на задворках Вселенной, он наслаждался одиночеством. Никого, кто мог бы втянуть его в скучный и бессмысленный разговор, кто доставил бы беспокойство, французский язык, который он так любил! Гакт разрушил эти чары, а после его отъезда одиночество перестало быть таким приятным. Осталась только пустота. Теперь Гакт вдруг позвонил. Часы? Мана уже и думать о них забыл. Черт с ними! Когда секретарша передала, что звонят из памятной гостиницы, Мана сразу понял, чей голос он услышит. А когда действительно услышал, сердце на мгновение остановилось. Весь этот и следующий день Мана не мог ни о чем другом думать. Ночью он проснулся от того, что сам себе говорил: «Ты ведь его любишь? Любишь?» После этого он все утро был сам не свой, а днем бросил все дела и уехал за город. Только потом уже, сев за столик в каком-то безымянном кафе, набрал номер Гакта.
