Глава 20. Другого шанса не будет
3 марта 2015 г., 19:40
Эрик
Выдвигаемся на рассвете. Две группы по десять человек молодых парней, даже не неофиты и не все Бесстрашные. Среди молодых Сандер, посматривает недобро. Чувствую, проблемы будут. Дисциплины нет, приказы не будут слушать, полезут в пекло. Черт, а что делать, выбирать не приходится. — Так, идем рассредоточенной группой. Ворон, на тебе первая группа молодых. Джойс, на тебе вторая, Вайро, ты координируешь обе. Опытные Бесстрашные смотрят за девицами, Линн и Трис. Итон и Калеб, держитесь рядом со мной, мы идем вместе, разделяемся только у диспетчерских. Пока идем по лесополосе всем соблюдать крайнюю осторожность, не шуметь, языками не молоть, смотреть на своих командиров, чаще всего приказы будут отдаваться жестами. Были у вас беззвучные тренировки? Отлично, значит самое время применить это на практике. На подходе к Эрудиции будет еще инструктаж. Все, ребят, вперед. Решили идти пешком, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Кто знает, может быть, Сэм выставил патруль и за Стеной. Эрудиты сделали достаточно портативных передатчиков, отпугивающих зверушек, так что хоть с этой стороны можно было не опасаться. Мы идем большой группой, рассредоточившись по лесу. Я пристально наблюдаю за молодыми. Идут правильно. Молодцы, натренировали их по технике передвижения. Сначала вес тела не переносят, а только пробуют. Наступают, если ветка не хрустит, значит можно передвигаться дальше, с опорой на всю ногу. Ставят ногу, убеждаются что ветка не хрустит, переносят вес тела. Толковые ребята. Главное чтобы не выдохлись раньше времени и не стали переговариваться в голос. А то уже слышу шепоток. Жестами показываю командирам, чтобы заткнули личный состав. Ворон показывает, что они что-то увидели. Двигаю к нему. — Чего там? — Смотри! На небольшом отдалении от нас стая кошмарных животных. Скриммены. Нас не замечают. Мы теряем время, конечно, но… Мы так мало знаем о них. Надо бы запомнить, где они собираются обычно. Мартин показывал мне их в овраге, ехали мы тогда примерно полчаса от полигона в другую сторону. Там было особей семь-восемь. Здесь же стая побольше, я уже так сходу и не сосчитаю. Особей двадцать. Что у них тут? Логово? Или где они живут? Надо бы собрать группу и проследить за ними. Нам любая информация важна, не можем мы всю жизнь прятаться за стенами. Животные ведут себя странно, если это вообще можно сказать о таких необычных животных. Когда мы только увидели их, они спокойно ходили по поляне и… щипали траву? Было похоже на то. Всеядные? Тогда понятно, как они выжили в столь суровых условиях. Но чем больше мы стояли и наблюдали, тем беспокойнее ведут себя они. Поднимают морды, водят ими, будто нюхают воздух. Я знаю, что они не видят нас и не чувствуют, но все-таки… Надо быть осторожнее. — Ворон, уходим, как можно тише. Мне кажется, они что-то чуют. Нельзя оставаться долго на одном месте. Ворон показыват своей группе двигаться дальше. М-да, с каждым днем все интереснее. Мартин говорил, что изголодавшиеся по страхам животные могут пробиваться через передатчик. Надо сказать Эрудитам, чтобы подумали над тем, как усилить мощность. — Эрик! Бля, ну что за тупой осел! Калеб орет на весь лес, если тут кто-нибудь есть из разведчиков Сэма, мы уже обнаружены. Прежде чем я успеваю взять себя в руки, мой кулак уже познакомился с его челюстью. Черт, вот ведь идиот, сказал же… — Калеб, ебать-колотить! Ты чего хавальник свой открыл! — шиплю я ему в лицо. — Эрик, смотри туда, — его глаза серые, круглые, на лице ужас, то, что ему по лицу прилетело кажется он даже не заметил… Что его так напугало. Поворачиваю голову в направлении его взгляда. Скриммен. «Пасется» на опушке, из-за деревьев его хорошо видно. И я понимаю, что так напугало Клеба. Это животные было исполинских размеров. Раза в два, если не в три больше, чем обычная особь. Животное поднимает морду, у меня начинает колотиться сердце и учащаться дыхание. Оно пробивает защиту, надо срочно валить. Тут я замечаю, что молодые ребята ведут себя не адекватно. Кто-то отмахивается от чего-то, кто-то упал и корчится. — Итон, командиры, быстро уводите отсюда всех, животное сильнее передатчика, срочно! Старшие подхватывают тех, кто не может идти, остальные быстро, уже не заботясь о том, что нельзя шуметь, уходят отсюда. Чувствую, как пот струится по спине. Почему-то очень и очень жарко. В ушах стоит низкий гул, а потом я слышу треск. За нами идет стена огня. Она приближается быстро, те, кто отстают, уже начинают тлеть. — Быстрее, двигайтесь быстрее! — Эрик, это пейзаж! — орет мне Итон. — Это все не реально, сейчас пойдет дождь! Но огонь догоняет меня, я чувствую страшный жар, моя одежда начинает дымится от запредельной температуры. Когда один мой рукав начинает пылать, раздается оглушающий грохот. Как будто взорвался склад со снарядами. А в следующую секунду на нас обрушивается ливень. Никогда я не радовался дождю так сильно. Это как живительная влага для иссыхающего в пустыне. Ливень был такой сильный, что мы, находясь на расстоянии всего пару метров друг от друга, не видели ничего. Я поднимаю лицо, по щекам барабанят тяжелые, прохладные капли. Все кончилось разом. Будто, не было стены огня, загорающейся одежды, грома и бушующего ливня. Мы стоим посреди леса, совершенно сухие и тяжело дышим. — Все в порядке? Никто не пострадал? Молодежь начинает в недоумении оглядывать себя, Итон и Трис смотрят на меня. Подходит Мартин. — Мартин, почему не сработал передатчик? — Слишком большая особь, она развивается в режиме реального времени. Портативные передатчики рассчитаны на стандартную особь, а это, видимо, уже напиталась страхами. Она выросла, нужны передатчики более мощные. — Группа в порядке? — У Колина ботинок подгорел, и у Сандра куртка опалилась, а так все в порядке. — Так, ладно. Идем дальше. Осталось на самом деле совсем не много, это животное очень близко от стены. Сколько у вас было погибших, Итон? — Всего четверо. Три странные смерти и одна от пулевого ранения в голову. Три другие — разрезанный, утонувший и упавший с большой высоты. — Мартин! Могло животное вырасти за месяц от четырех страхов? — Не знаю, Эрик. Вряд ли. Когда Джанин проводила опыты, животное росло очень медленно, но оно было в неестественных условиях. Чтобы вырасти до такого размера, нужно месяца три-четыре, не меньше, и уж точно больше, чем четыре трупа. Тут явно была большая группа народу и в течении долгого времени. — Предположу, что Сэм все-таки выставлял патруль и организовывал поисковые отряды для разведки. Он искал вас. — Похоже на то, — говорит Итон. — А вообще, очень странно. Я сначала тоже увидел огонь, и тоже стало жарко. А потом я поднес к огню руку, но он меня не обжег. И тогда я понял, что все не реально. — Вот это и не понятно, — задумчиво проговариваю свои мысли, — я часто знал в своих страхах и кошмарах, что они не реальны, и все равно ничего не мог с ними сделать. Я прекрасно думаю, анализирую, не поддаюсь панике, и все равно не могу воздействовать на кошмары. — На самом деле, если осознаешь, то этому можно научиться. Нужно очень четко представлять, что ты хочешь увидеть: спасительную дверь, оружие или, может быть, батут, на который ты приземлишься… Я вспомнил, как в кошмаре своего зверя у меня в руках появился тонкий и очень острый меч. Интересно, как так, я в жизни такой не видел… Или видел? Одно время я очень интересовался оружием, сначала меня завораживало холодное — стилеты, мечи, кинжалы, мачете. Потом интересы перепрыгнули на огнестрельное и я на складах Эрудиции нашел старый, еще довоенный Desert Eagle, разобрал его на части, сделал макет и отдал эрудитам, чтобы сделали мне точную копию и патроны к нему. Правда, потом они поставили эту игрушку на поток, слегка усовершенствовав его и сделав более легким и мелкокалиберным, но тот что у меня — самая первая, самая точная копия. Где же я мог видеть меч? Стену было уже очень хорошо видно, когда Мартин показал нам, что надо сворачивать. Пройдя еще немного, мы увидели замаскированный под небольшой валун люк. Так, значит, это проход. — Мартин, куда выводит проход? Где мы окажемся? — Этот люк ведет в жилой корпус, он самый тихий, там почти нет охраны. Оттуда можно пройти в административный корпус и в лаборатории. Военный корпус, гаражи и подземные склады с другой стороны. — Так. План такой. Итон, я и Калеб выбираемся, я сразу иду в лаборатории, нахожу там отдел генетических исследований, увожу с собой самого старого из всех, так? — Эрик, тебе нужно увести с собой доктора. Все доктора в белых халатах, лаборанты в голубых, не ошибешься. — Ладно, разберусь на месте. Итон сразу идет в административный корпус к диспетчерским, с Итоном идут пятеро молодых, прикрывают его. Старайтесь все делать тихо. Калеб ты из диспетчерской сможешь подключится к основному компьютеру? — Да, я откуда угодно смогу подключится, даже из распределительной коробки, где у них все кабели лежат. Из диспетчерской-то вообще не проблема. — Хорошо. Значит, Итон и Калеб идут вместе под прикрытием молодых. У вас есть не больше получаса, до того как нас обнаружат и перекроют нам пути к отступлению. Трис и Линн под прикрытием опытных отвлекают патруль на верхних этажах, молодые и командиры на нижних. Отвлекать начинаете только, если в этом будет необходимость, по возможности стараемся все сделать тихо. У всех есть средства связи? Они рассчитаны на час. Может чуть больше, мы их не проверяли еще. Радиус действия у них больше километра, так что в Эрудиции точно будет ловить. Если смогу пересечься с Гилем, оставлю ему один миникомп, может у нас будет связь с ним прямо в эрудиции на прямую. Дальше. Как только док будет у нас, валим сразу, без промедления. Нам нельзя никого терять, это ясно? Молодым — слушать приказы, подчиняться беспрекословно. За ослушание — показательная порка, Сандер знает, — с разных сторон раздаются смешки и подколки. Что-то надо делать с дисциплиной. — Повторяю, на рожон не лезть. Геройствовать будете, когда наберетесь опыта. Я беру доктора и сразу иду к люку, свяжусь со всеми, доложу обстановку. Нужно максимальное внимание и концентрация. Игры кончились, Вольники очень сильные, они будут стрелять на поражение. Хожу, проверяю бронежилеты, обмундирование. Девиц инспектируют парни, молодежь топчется в нетерпении. Черт, ответственная операция, не для молодежи она. Стараюсь ничем не выдать своих мыслей. Они должны быть уверены в положительном исходе. — У вас все получится, слушайте командиров. Вы хорошо подготовлены, я успел это заметить. — Проходя мимо Сандра вижу, что он смотрит недобро, хмуро. Не надо было его брать, проблем не оберешься с этими самоуверенными молодчиками. — Двигаемся, как и в начале, тихо. Все, вперед. Спускаемся в люк. Шаги гулко отдаются в пустом пространстве. Молодые стараются двигаться бесшумно, но не воздерживаются и матерятся. Даю воспитательный подзатыльник какому-то молодчику, делаю свирепое лицо. Материться будешь выползая из-под обстрела, а тут все про себя, блядь. Вот и выход. Ну что. Понеслась. Вылезаем в пустое, квадратное помещение, по виду подземная парковка или склад. Интересно, есть тут камеры, как быстро нас засекут? Разделяемся. Мартин остается в тоннеле, я оставляю ему свой автомат и иду к лестничному пролету. Девицы с группой Бесстрашных лезут по вентиляции наверх, командиры со своими отрядами остаются на подхвате, до тех пор, пока Итон не сообщит, что камеры обезврежены. Так, ладно. Надеюсь мои командиры знают свое дело. Мне теперь надо подумать о своем. В лабораторный корпус лучше всего попасть через жилой. На шестом этаже есть переход, связывающий два этих здания. Если подняться по лестнице пожарной безопасности до шестого этажа, перейти по проходу, я сразу попаду в лаборатории. Плохо то, что лестница пожарная начинается с третьего этажа, так что до нее еще добраться надо. Лестничные пролеты в Эрудиции широкие, с размахом, как и все тут. Выглядываю из прохода, оцениваю обстановку. Этажом выше стоит патруль. Ну правильно, куда уж на лестнице и без патруля, тут же нет камер. Так, патрульных двое. Держатся вместе. Если одного снять, второй успеет поднять тревогу. Осторожно пробираюсь по лестнице выше. Бля, они в такой форме, что бесстрашным надо годами для такой тренироваться. На них куртки с уже вшитыми броневставками, автоматы какие-то новые, причудливого вида, округлые какие-то. Замечаю на поясе металоискатели. Они что тут рамок понаставили? Мимо этих патрульных придется пройти. Надо одного отвлечь. Нащупываю в кармане жилетки дымовую шашку. Надо ее забросить этажом выше через пролет. Надо только сигнализацию отключить, иначе через минуту тут будут все. Черт, потолки высокие. Где-то тут есть распределительная коробка, надо разорвать цепь, тогда и верхние датчики отключаться. Ебановрот, где же она была тут? Тихо вибрирует миникомп, входящее сообщение. Итон разобрался с камерами, отлично. Теперь руки хоть сколько то развязаны. Посылаю сообщение с просьбой найти распределительную коробку пожарной безопасности или отключить ее на хуй всю. Отвечают — окей. Точный бросок, шашка упала на втором этаже. Черт, чуть-чуть не добросил. Дым повалил, патрульные переполошились. Один пошел смотреть, что с пожарной сигнализацией, второй направляется ко мне. Стараясь глубоко не дышать, в два прыжка настигаю Вольника, сворачиваю ему шею. Некогда разбираться долго. Зашипела рация, второй интересуется, что случилось, направляется сюда. Вжимаюсь в нишу на лестничном проеме, жду, когда он повернется ко мне спиной. Оглушаю его по голове, сворачиваю шею. Нельзя оставлять никого, спалят они нас. Так, проход открыт, камеры обезврежены, надо выбираться на пожарную лестницу. Черт, хлипкая она какая. Интересно, меня хорошо видно снаружи? Стена здания выходит на стоянку машин, чуть в отдалении стоянка боевой техники. Технику охраняют, я вижу. Машины бесхозные стоят. Знать бы где Эшли, можно было бы и ее с собой забрать, тихо мирно, и уже тогда валить Сэма безо всяких условностей. Но сейчас нет времени ее искать. Еще один камень в мой огород. Был тут и не забрал ее с собой. Все делаем для общества, а для себя… Все в духе Отреченных, мать их. Так, нельзя распыляться. Можно будет спланировать операцию и забрать ее отсюда, когда мы будем точно знать, что колят Вольникам и чего от них ждать. Иначе можно всех вообще угробить. Бля, наконец-то ебаная лестница кончилась. Перелезаю на небольшой выступ, разбиваю окно лестничного проема. Больше больших окон нигде нет, остальные окна как бойницы, очень узкие. Теперь через коридор жилого корпуса к проходу и в лаборатории. Заглядываю в коридор. Никого нет, он пустой. Насколько я помню, шестой этаж относится к лидерским помещениям, тут жила Джанин, Сэм наверное тут где-то живет. Почему он не охраняется? Надеются на камеры? Или просто нет никого в штаб-квартире из шишек? Ну, нам же проще. Торопливо иду по коридору, и тут во мраке замечаю маленькую, сгорбленную фигурку. Сначала я думаю, что у меня обман зрения, подхожу ближе и немного зависаю, потому что это… Эшли. Вот так просто стоит в коридоре лидерского этажа, смотрит в окно, мнет сигарету в руках. Первым порывом было подхватить ее и не отпускать больше никуда и никогда. Но вся ее напряженная поза, то, что она, скорее всего, заметила меня и не поворачивается, а продолжает смотреть в окно, говорит о том, что трогательной встречи не будет. Ясно, уже сказали ей какая я сука, показали убийство Кана. А времени нет ни секунды. Каждая секунда промедления стоит моим людям жизни. Надо было бы пробежать мимо, ничего вообще не говорить и не делать, и это было бы самое правильное решение. Но я не могу. Я должен хотя бы посмотреть ей в глаза. Может другого шанса не будет. — Эшли… — Не смей подходить, — говорит тихо, что совершенно для нее нехарактерно. — У меня только-только стало немножко получаться жить без тебя. Я почти научилась дышать без тебя, не чувствовать твоего сердцебиения… — голос ее срывается. — Ты полностью меня искалечил. Сломал. Ты меня… убил. Превратил в кусок жалкой, растерзанной плоти, безжалостно растоптанной грязными подошвами. Ты чудовище. Я даже не знаю: человек ли я, или пустая оболочка, старающаяся убедить себя, что еще нужно жить… — я не могу сдержать медленный вздох, и не могу оторвать от нее глаз. — Прошу тебя, не подходи… Ты вернулся. Да, ты нужен нам. Но если прикоснешься ко мне, то я, клянусь, пущу себе пулю в голову. — Эшли. Я обещаю, я не буду тебя трогать. Но я прошу, пожалуйста, посмотри на меня. Если ты ничего не увидишь, значит, так тому и быть. Я больше никогда не подойду и не потревожу тебя. Но, если ты посмотришь на меня, и у тебя, хотя бы, зародится сомнение, в том, что я чудовище… Пожалуйста, Эшли. Вдруг другого шанса уже не будет? Она не поворачивается. Медлит. Это конец. Она прогонит меня, он, мой зверь, сделал все, чтобы она отвернулась от меня и не захотела быть со мной. Он был прав, эта боль сильнее смерти. Но она все-таки повернулась. Посмотрела на меня. Я стараюсь впитать в себя каждое мгновение, перед тем, как она окончательно от меня отвернется. Может быть, она почувствует, как дорога мне? Что я не хочу без нее. Не могу без нее. Она смотрит долго в мои глаза, пристально. Шоколадная патока потеплела, накрыла меня нежностью. Но, внезапно, ее глаза стали закрываться, и она стала оседать, я еле успел подхватить ее. Твою мать, что случилось? Она ранена? Ей плохо? — Эшли, девочка, что с тобой? Ответь мне! — я глажу ее волосы, ее щеки, ощупываю на предмет повреждений и переломов, наклоняюсь, слышу что сердце бьется. Дышит вроде. Со стороны лестничного пролета бежит Гиль. — Босс, что у вас? — он, наверное, знает где док. — Гиль, позови дока, срочно, Эшли плохо стало. — Да, босс, сейчас крикну. Ты пока отнеси Крошу в ее комнату, тут не далеко. У Кроши часто обмороки. — Говори, где ее комната. — Комната 632. Несу ее в комнату, кладу на кровать. Что же с ней такое, почему она такая изможденная? Ее тут голодом морили? Что с ней вообще тут делал этот ублюдочный Эрудит? В комнату уже вбегает доктор и Гиль. У меня меньше минуты. — Гиль, слушай внимательно. Мы тут за языком, сейчас хватаем дока и валим. Этот доктор занимается Эшли? Он может быть в курсе что происходит с вольниками и сыворотками? — Да, но он приставлен у ней всего два дня назад. Насчет сывороток — не знаю. Эй, док, где ты работал до того, как тебя приставили к девушке. — Я работал в отделе генетических исследований, но я не понима… — Значит, он идет со мной. Мы планируем нападение на Эрудицию, но нам надо знать, с чем мы имеем дело. Я оставляю коммуникатор, разберешься с ним. Мы вернемся, обязательно. Эшли я беру с собой. Док, вы привели ее в чувство? — Молодой человек, я с вами никуда не пойду. С девушкой все в порядке, но я ухожу… Достаю пистолет, даю Гилю. «Глок» полегче, патронов у него больше, с «Орлом» ему не справиться. — Гиль, держи этого козла на мушке. Если дернется, стреляй ему в руку. Я не могу без Эрудита уйти отсюда. Вижу, что Эшли слегка поднялась на локтях. — Эшли, как ты? Идти сможешь? Нам надо срочно отсюда сваливать. Там командиры сдерживают патрульных, им долго не продержаться. Если не сможешь идти, давай я понесу тебя. Наклоняюсь, чтобы подхватить ее под коленки. Но она берет мое лицо в ладони. — Эрик, подожди. Со мной нормально тут обращаются, я останусь, я могу выяснить многое. У меня есть свобода передвижения, я буду полезнее тут. — Тебе опасно тут оставаться, ты знаешь, что Сэм от тебя хочет? — Нет, но я все выясню, я не могу больше страдать от неведения. Пожалуйста, оставь меня тут, Сэм хорошо ко мне относится. Он мой отец, он просил меня тут с ним остаться. Может, я смогу выяснить что-нибудь полезное. — Эшли, че за бред? В смысле, твой отец? — Ну вот так! Я это только тут выяснила, сейчас, когда попала сюда. Иди, тебе надо уходить. Я обещаю, я буду осторожна. — Босс, док порывается уйти… — Прострели ему плечо! Эшли, ты уверена? Ты понимаешь, насколько это опасно? — Я прошу, поверь мне, я справлюсь. Я не верю Сэму ни на грош, но я должна выяснить, что он замышляет, а он что-то замышляет, это точно. У меня есть план. Если что, я найду способ сбежать или укрыться. Я не пропаду. Вам не справиться с Вольниками без подготовки. Она порывисто притягивает меня к себе, прижимаясь губами к моим губам. Я обнимаю ее, всего мгновение, но надо уходить. Отстраняюсь, смотрю ей в лицо. Решительное, серьезное, она сильно изменилась, стала жестче. Только глаза источают нежную патоку. — Я вернусь за тобой. Мы все спланируем и вернемся. Береги себя, Эшли, я очень прошу. И не вздумай сдохнуть, поняла? — Все будет хорошо, иди, Эрик… Беру Эрудита за плечо, вывожу его из комнаты. — Гиль, пистолет оставь себе, береги Эшли. Мы вернемся, очень скоро. Постарайтесь не вляпаться никуда. — Есть, босс. — Молодой человек… — Док, не усложняй жизнь ни мне, ни себе. Иначе я тебя вырублю, а это больно, док. — Как будешь выбираться, босс? — Спустимся на лифтах. Связываюсь с Вайро, докладываю, что я спускаюсь. А вот теперь можно и пошуметь.
