В прятки с кошмаром

Эшли

      Утро встретило меня суетой. Я даже не сразу поняла, что происходит, а потом вспомнила — сеанс связи. Эрик говорил со мной сухо, по деловому, но в голосе, все равно, проскальзывали тревожные нотки. Обещал прийти сегодня. Он волнуется за меня! И он пришел! Он прорвался, иначе, чего бы все забегали, как угорелые. Только и слышно, как заводятся драгстеры, матерятся «Уебальники», бегают, собираются. Что, если попробовать сбежать, пока такие дела творятся?       Одеваюсь в одежду Эрудита, беру коммуникатор, который я вчера забрала у Гиля, пистолет за пояс, дымовые шашечки в ботинки, может, пригодятся. Потихоньку просачиваюсь в коридор. Никого. Что, если попробовать прямо с шестого этажа пробраться в лабораторный корпус, а оттуда по вентиляции до оранжереи. Раньше все ходы и выходы из жилого корпуса охранялись, но сегодня, может, получится? Сердце заходится в предвкушении. Может быть, сегодня все и кончится, может быть, уже сегодня, Эрик заберет меня в Яму. Да, я знаю, она разрушена, но мы все сделаем, чтобы ее восстановить.       Правда, еще предстоит рассказать Эрику о ребенке. Тяжелый вздох вырывается из моей груди, тревога туманит разум. Как он отреагирует, что скажет? Вряд ли, конечно, обрадуется, он одиночка по жизни, его тяготят люди. Когда мы куда-нибудь выбирались во время инициации, он всегда держался особняком, иногда, редко-редко, перебрасываясь словами с командирами. А может, они нам, неофитам, демонстрировали сдержанность и холодность? Или вдруг он скажет, что ребенок ему не нужен, что от него надо избавиться… Как потом жить, я еле-еле за шкирку вытянула себя из ужасного кошмара после просмотра видео, любезно предоставленных папочкой, а тут еще и такое. Мне бы собрать себя по кусочкам и думать о том, как бы сбежать, а там уже разберемся. Но… Почему-то так хочется, чтобы он обрадовался. Я знаю, понимаю, что сейчас не время для детей, идет война, и все плохо… Но ведь война рано или поздно закончится, а ребенок — он навсегда. В животе потеплело, будто выглянуло маленькое, светлое солнышко. Как ты там, малыш? Ничего не бойся, мы с тобой все переживем!       Вот и переход, о, опять никого нет. Интересно, где Лелик и Болик? Тоже запрыгнули на драгстер и поехали воевать? Интересно, что же Эрик задумал? Он сказал, что у него есть план. Только бы это был хороший план, потому что от этого плана вообще все зависит… И только бы он не полез бы в самое пекло, как обычно… Черт, только сейчас подумалось, что Эрик он же… Обязательно полезет. Не думать. Не думать о плохом. Эрик опытный боец, он все сможет. Только так.       По переходу стараюсь пробежать, как можно быстрее. Сейчас уже не важно, камеры не камеры, главное спрятаться до его прихода, чтобы, если папочке придет в голову, вдруг, меня усыпить, он меня не нашел. В лабораториях, я знаю где слепые зоны, пусть побегают поищут, а я спущусь вниз, к ячейкам, там всегда полумрак, там можно спрятаться. И тогда, уже спокойно, ждать Эрика.       Урод ебаный этот Сэм, надеюсь когда Эрик придет, он ему устроит показательные выступления на тему. Порвала бы своими руками, была бы только возможность. Ублюдок, припер меня сюда, чтобы я ему выносила плод. Чтобы потом забрать его на опыты. Это свихнуться можно, вот тебе и папочка. Отчего-то стало так тоскливо. Ну как так, разве можно быть таким? Все Эрика называют монстром, а настоящий монстр, чудовище и ужас вот он, лидер всея фракций. Как его только Земля носит и не проваливается под ним? У меня в голове не укладывается! И все для чего, чтобы его все боялись и все подчинялись, что ли? Бен, который никак не участвовал в моем зачатии, был самым настоящим отцом мне, родным, любящим, терпеливым… А это… Даже язык не поворачивается сказать что, нет таких слов. Знать бы, все это, заранее, убежала бы с Эриком еще тогда, роняя тапки. А теперь… Что уж, теперь. Надо перестать копаться в этом, вот уже и решетка.       Сковырнув привычным жестом заслонку, бросаю ее внутрь, подтягиваюсь и залезаю в вентиляцию. Заслонку на место, все, теперь только вперед. Спускаться — это не подниматься, конечно. Но все равно, на третьем этаже ноги уже потряхивало от физической нагрузки. Фу-у-у, наконец-то оранжерея. Глазами ищу Кару, а, вон она, рядом с бассейном.       — О, Крош, ты чего такая взъерошенная? — Девушка поднимает на меня голубые глаза. — Я тут…       — Погоди, Кара! Ты ничего не слышала, чего все патрульные бегают туда-сюда? Мои соглядатаи куда-то пропали…       — А ты не знаешь? На Стену напали! Скорее всего, ваши, из сопротивления. У меня друг в диспетчерской работает, сказал, приходили сообщения, что группа Бесстрашных захватила участок Стены, где ворота. Теперь здесь ждут нападения на Эрудицию. Через два часа нам сказали быть готовыми и на выход, эвакуация.       Неужели нападут, пока я тут? Что вообще происходит, почему Эрик не связывается со мной? Откуда я знаю, куда мне бежать и что делать. Сказал спрятаться. А где мне тут спрятаться-то?       — Кара, мне срочно нужно спрятаться так, чтобы меня не нашел Сэм. Я Эрудицию совсем не знаю, ты не можешь подсказать, куда идти?       — Можно тебя спрятать в отделе экспериментальных исследований, там есть много всяких огромных установок, и тайных мест, у меня там тоже есть хорошие знакомые.       — Оттуда можно будет быстро выбраться?       — Вот это вряд ли, только если пересидеть. А чтобы быстро выбраться, есть смотри что, — Кара подвела меня к растущему везде по стенам плющу и чуть раздвинула листья. За ними я увидела проход.       — Куда он ведет, Кара?       — На лестницу, а оттуда, через нижний уровень, можно пробраться к выходу.       — О, это то, что надо. Кара, сюда идут Бесстрашные, если все так, как ты говоришь. Они идут не убивать, они знают, что главный убийца тут Сэм, они идут по его задницу. Прошу, когда начнется заваруха, спрячься сама. А потом мы разберемся.       — Я боюсь, что они будут применять эти ужасные ракеты, — глаза девушки наполнились слезами. — Райн бегал по всей Эрудиции и орал, как это было здорово палить из этих пушек и сравнивать с землей все вокруг, в том числе и живых людей. Это страшная мощь. Если они применять это против Эрудиции, от нас и мокрого места не останется.       — Лидеры Бесстрашия не допустят жертв мирного населения, Кара. Они не плохие люди. Спасибо, что ты мне помогаешь. — Я пожимаю ей руку и чмокаю в щеку. Эрудитка немного отшатывается, а потом улыбается мне.       — Удачи тебе, Крош. Пусть у тебя с твоим лидером все получится!       Да уж, мне бы тоже этого хотелось. Вот прям от души. Да только с моим лидером вечно, как на вулкане, никогда не знаешь, когда шибанет. Потихонечку, полегонечку выбираюсь на лестницу, и тут никого, то ли везение, то ли день такой. Не успела так подумать, как услышала топот тяжелых военных берцев, черт, спускаются откуда-то сверху. Скрываюсь за дверью, оставляя себе маленькую щелочку. Надо же понять, когда они пройдут.       А-а-а, никто иной, как Райн. Еще один уродец. Ему бы тоже не помешало пожелать смерти в самых страшных мучениях. Супермен хуев, погоди, Эрик разберется с тобой. За все, в том числе и за твои восторги.       «Уебальники» протопали вниз, я пересидела еще чуток, и надо двигать. Я и так уже час тут лазаю, надо скорее выбираться. Короткими перебежками спускаюсь на нижний уровень. И тут как раз и есть проблема. Выход с лестницы на нижний уровень — это выход в огромный холл, напоминающий подземный гараж. Много квадратных метров, очень хорошо просматриваемых, разделенных квадратными балками. Конечно, за ними спрятаться можно, но чтобы пройти незамеченной, если за этим местом наблюдают — не может быть и речи. От балки к балке, перебегаю до выхода в коридоры, ведущие к ячейкам. Допросные ячейки дальше, мне туда не надо. Мне надо в другую сторону и на выход.       — Эшли! Если ты слышишь меня, ответь, везде включены микрофоны, давай поговорим!       Когда раздается голос по громкой связи, я подскакиваю не меньше, чем на полметра. Бля, надо так пугать! Что, заметил отсутствие дочурки? Кого будешь призывать к ответу, что я сбежала? Выковыриваю дрожащее сердечко из пяток, насмешливо и уверенно отвечаю недородителю:       — Она в обмороке, но можете поговорить со мной, все как есть передам.       — Эшли, вернись пожалуйста. Зачем ты убежала? Не бойся, все хорошо, у тебя был нервный срыв, все пройдет. Давай, дочь, возвращайся!       Ага, сейчас, ты утюг приготовил папочка, у меня еще шнурки не достаточно гладкие? Вот я прямо взяла свою задницу в лапки и побежала навстречу светлому и безмятежному будущему. Ты за кого меня принимаешь, идиот ублюдочный? Понял, небось, что я обо всем догадалась, вот и льешь мне сироп в уши. А то я дура такая, ага.       Продвигаюсь к выходу потихоньку. Вот выберусь и сразу свяжусь с Эриком, пусть он дальше командует, куда бежать.       — Эшли, если ты не вернешься в течении пяти минут, твой юный друг порадует тебя своим голосом. Скажи ей, чтобы не дурила и вернулась. Ну, быстро!       — Кроша, это я Гиль. Я очень тебя прошу, ты пожалуйста… даже не думай возвращаться, прячься, наши уже на подходе! А-а-а-а-а! А-а-а!       Боже, что они делают с ним! В отчаянии затыкаю уши, невозможно это слушать. Слезы крупным горохом закапали было, ну как же так, из-за меня все, из-за меня мальчишка страдает. Покапав себе на мозги минут пять, принимаю решение прекратить, это война, а он попался. Только бы Эрика дождаться, скорее бы он пришел!       Надо подумать, где его держат. Ну ясно, что в допросных ячейках. Что я могу сделать? Можно было бы шашечку запустить, сработает пожарная сигнализация, они выбегут на шум, патронов у меня ровно пять, а дальше что? Нет, это не выход, надо придумать что-то еще. Но лихорадочный перебор возможных вариантов ничего не дает. Остается только сидеть и ждать, когда придет милый и всех убьет. Я всем сердцем этого хочу, море трупов и гора костей! Побегав по коридору возле ячеек и поняв, где все-таки его держат, решила спрятаться в подсобке. Если меня тут обнаружат, буду отстреливаться, пока есть патроны, потом пойдут в ход ногти и зубы. Без боя им я не дамся! Эрик, ну где же ты, ну поскорее, пожалуйста!       Крики Гиля почти свели меня с ума, когда завибрировал коммуникатор. Вылавливаю из-за пазухи, удравшую туда душонку, отчаянно трясущуюся, как заячий хвост. От волнения, переживаний и полного отчаяния, я никак не могу его включить. Руки дрожат, пальцы не слушаются. Наконец включился.       — Эш­ли, ты где, ты как? — от облегчения, я даже не сразу сообразила, что ответить.       — Я спря­талась на ниж­нем уров­не, как толь­ко на­чал­ся ки­пиш. Сэм от­пра­вил к сте­не поч­ти всех, за ис­клю­чени­ем лич­ной ох­ра­ны. Эрик, они Ги­ля схва­тили, объ­яви­ли по гром­кой свя­зи, что бу­дут его пы­тать, ес­ли я не вый­ду. Где ты? Они убь­ют его!       — Эш­ли, не де­лай глу­пос­тей! — Блин, а можно без нравоучений хоть пять минут продержаться? — Я нап­ро­тив штаб-квар­ти­ры, сей­час бу­ду у те­бя. Мне нуж­но точ­но знать, где ты, что­бы не те­рять вре­мени на по­ис­ки.       — Я у пы­точ­ных, на ниж­нем уров­не. Ты зна­ешь, где это, си­жу в ни­ше ка­кой-то, вро­де под­собка.       — Яс­но, хо­тела вы­тащить Ги­ля. — А ты на моем месте отставил, все как есть, и сбежал бы, да? — Мы от­вле­чем их. Ми­нут че­рез де­сять, будь го­това от­сту­пать. Я при­ду и по­шумим. Прор­вемся де­воч­ка, толь­ко не сда­вать­ся.       — Да знаю, знаю… Иди уже, быс­трее!

Эрик

      В Эрудиции патруль есть конечно, то теперь, когда основные силы стянуты к Стене, он не представляет опасности. Пространство перед штаб-квартирой Эрудиции с одной стороны абсолютно пустое, с другой теснятся здания. Швыряю гранату на открытую площадку, наблюдаю, кто выскочит. Из здания высыпали несколько Эрудитов, наиболее любопытных, охранник-вахтер с автоматом и пара патрульных. Пока они решают, что это было, бегу к лестнице, которая ведет на нижний уровень. Интересно, Сэм смотрит по камерам что происходит? Не может не смотреть. И он знал, что я приду. Что-то тут не так. Он опять вовлекает меня в свою игру.       Вот и подвал. Эшли где-то тут.       — Эшли! — зову тихо, потому как в гулкой тишине коридора звуки разносятся далеко. Не хватало еще раскрыть себя раньше времени. Хотя, если Сэм смотрит по камерам…       Неожиданно кто-то хватает меня и затягивает в нишу. Прижимается ко мне. Эшли. Черт, живая. Не попалась, не потерялась. Обхватываю ее крепче, поднимаю лицо за подбородок, пару секунд смотрю в ее глаза в темноте. Темные глаза блестят, я чувствую, что она соскучилась. Напряжена, смотрит недоверчиво, но когда целую ее в губы, отвечает мне. Так и стоял бы тут. Но надо, хотя бы, попытаться отвлечь внимание на себя.       — Мы твоего дружка спасать будем или нет? А то и тут не плохо…       — Его держат там уже два часа. Я даже не знаю, жив он или нет. У тебя есть план?       — У меня есть вот это, — показываю ей тонкую полоску, — это взрывчатка, не очень мощная, но на диверсию хватит. Калеб и твой брат ее сделали в таком виде. Ее можно запрограммировать на любое время. Ты знаешь, где можно Гиля спрятать, когда мы его вытащим? Или берем его с собой?       — Спрячем в оранжерее на время, туда проберемся по вентиляции. А оттуда есть выход, можно сбежать, если будет оружие и прикрытие. Ты хочешь заложить взрывчатку с одной стороны, а когда они побегут на взрыв, вытащить Эрудита?       — Ворон научил? — Кивает. — Так и сделаем.       Я расклеиваю полоски, ставлю на десять минут таймер. За это время уйдем на приличное расстояние. Бежим в противоположную от взрыва сторону.       — Ты слышала, он сильно орал или нет?       — По громкой связи мне дали послушать. Орал, да. Не знаю, что с ним делали.       — Скорее всего, как обычно, пальцы резали. Ладно, сейчас разберемся.       Бахает взрыв, включается система противопожарной безопасности. Все помещение заволакивает белесым туманом. Видимость хоть и есть, но очень приблизительная. Если бы раньше не был тут, наверное не сориентировался. Из одной допросной ячейки выбегают пять человек. Выбегают оглушенные, видимо они были ближе, чем я думал. Натыкаются друг на друга, суетятся. Отдаю автомат Эшли.       — Стреляй на поражение только в случае крайней необходимости. Патроны бережем, поняла?       Пользуясь их смятением, внедряюсь в толпу, одному перерезаю горло, отбрасываю его на другого, сбивая с ног, ломаю ему череп ногой. Следующего оглушаю локтем в челюсть, пока он не успел опомниться, сворачиваю шею. Двое других уже очухались, поперли на меня, стали беспорядочно стрелять. Одному Эшли разнесла голову, забрызгав стену его мозгами, у второго выбиваю пистолет, два оглушающих удара в челюсть, добиваю его ножом в горло.       В ячейке с Гилем остались двое. Выстрелы прорезают воздух, едва успеваю пригнутся, вот козлы. Стреляю в ответ. Оба пошли в расход. Гиль сидит привязанный, похоже без сознания. Руки на подлокотниках, двух пальцев нет полностью, у третьего нет фаланги. Типичная пытка Бесстрашия, даже не стали заморачиваться.       Эшли кидается к нему, пытается привести в чувство. Времени у нас мало, отпихиваю ее, бью его по щекам. Эрудит стонет, начинает приходить в себя. Так, ладно, теперь кровь надо остановить.       — Эшли, давай, вот пластырь кровоостанавливающий, бинты и обезболивающее. Останови кровь и приводи его в себя, я в коридор. Гляну, нет ли у нас гостей.       В коридоре все еще воет сигнализация, ввинчиваясь в мозг высокими и резкими звуками. Черт, как бы заткнуть этот фонтан. Глаза натыкаются на распределительную коробку. Расстреливаю ее из пистолета, проверяю, есть ли патроны еще собой. Из ячейки выходит Эшли, на ее плечах висит бледный Эрудит. Ну хоть идет сам.       — Гиль, ты как? Можешь сам идти? По вентиляции сможешь пробраться?       — Я не много крови потерял. Но они отрезали мне пальцы, как я теперь буду…       — Так, нытье отставить! Отвечай на поставленный вопрос, времени мало. Сможешь ползти по вентиляции?       — Смогу, наверное…       — Ладно. Эшли, где решетка? Отсюда можно добраться?       — Нет, но из любой лаборатории можно. Нам надо попасть в секретную, я знаю где. Она сильно охраняется, металлоискатели, охрана, все дела. У меня есть электронный ключ, так что в лабораторию попасть сможем, если охрану обойдем.       — Охрана не самая большая проблема. В твоей этой оранжерее, точно есть, где спрятаться?       — Там, по крайней мере, есть потайной выход. Можно оттуда незамеченными сбежать.       Ну что ж, можно попробовать. Мальчишка уже уверенно стоит на ногах, только руку придерживает.       — Гиль, сможешь из автомата стрелять, если что?       — Ну в плане использования у меня обе руки одинаково рабочие, так что левой смогу, да. — Отдаю ему свой автомат, мне пока и пистолета хватит.       Бежим по коридору, никого нет. Надо бы связаться с ребятами, как у них там продвигается, прибыли ли Эрудиты, сработал ли план по использованию животных. Впереди вижу просвет, но Эшли за локоть меня тормозит. Прижимаемся к стене.       — Там, за поворотом, будет проход, слева выход к лестницам, а справа разветвление и КПП с металлоискателями. Там обычно народ толпится, много Эрудитов, будем палить без разбора, много мирных людей положим. Надо придумать какую-нибудь диверсию.       — Металлические шайбочки подойдут? — вклинивается Гиль. — Они отвлекутся, будут досматривать всех, а мы пролезем. Эрик будет к себе внимание привлекать, он слишком большой… — да уж, не всем же быть дохляками.       — Эрик, ты пока спрячься тут, за углом, когда мы поднимем кипиш, быстро метнешься за металлоискатели, за ними сразу дверь справа, я ее открою электронным ключом, так мы попадаем в переход в лаборатории.       — Ладно, давайте. Патрульных и изгоев мало, все у Стены, прорвемся.       Эшли и Гиль смешиваются с толпой эрудитов. Вид у них самый обычный, Эшли в синем мальчишеском костюме, с взъерошенными волосами, Гиль с окровавленной рукой. Если их не тормознут, будет чудо просто, блядь. Слежу за ними из-за укрытия. Ничего лучше их плана в голову не приходит. И меня не оставляет ощущение, что за нами следят, по камерам-то уж точно. Давай, Сэм, выходи! Или ты только в окружении своих гребаных «Вольников» смелый?       Тут начинают выть металлоискатели, притух свет, загорелись тревожные лампы. Вот идиоты, может на Эрудитов действует вся эта хуйня и они теряются, а для Бесстрашных это отличное прикрытие, Эшли знала? Или случайно угадала?       Рывком подаюсь вперед, толкаю и валю с ног какого-то Эрудита, и мимо вольника-охранника, проскальзываю в открытую Эшли дверь. Охранник меня несомненно заметил, и даже взглядом проследил. Надо было снять его, но я потерял бы время. Как только я оказываюсь внутри, Эшли из-за дверного проема, стреляет в охранника, попадая ему точно в лоб. Интересное кино, она что, у Гиля забрала пистолет? Или еще где-то подрезала? Ладно, все равно нас заметили. Эшли открывает ключом еще одну дверь, через коридор еще одну. Черт, вот же, похлеще лабиринта. Как она тут не путается?       — Я тут по вентиляции все облазила, а ключ у папочки подрезала, — чуть ухмыляясь говорит она, — только вот лаборатория всегда закрыта и охраняется.       — Что над ней? На первом этаже?       — Там оранжерея, как раз, в крайнем случае, можем уйти через вентиляцию.       — Я вижу, инициация тебя научила по вентиляциям лазить лучше всего, — не сдерживаю ухмылки. — Бегать и прятаться лучше, чем сражаться?       — Как видишь, в данном случае, это оказалось самым эффективным. Надо использовать все свои таланты, нет разве? Тем более у меня их много, — ухмыляется в ответ. Да она меня дразнит! Чертова девица.       В конце коридора большая раздвижная дверь, по типу того, что была в Бесстрашии, где Джанин проводила свои опыты и моделирование. Охраны нет. Ну почти нет, четверо придурков не в счет. Гиль прижимается к стенке, я показываю взглядом на охранников, Эшли, чуть заметно, кивает. Мы синхронно высовываемся из-за угла, и снимаем охрану, которая даже не успела понять, в чем дело. Молодец, девка, не стреляла давно, а навыки не потеряла.       Ну ладно, Сэм, ты меня пытаешься заманить в ловушку, хорошо, думай что заманил. В конце концов, кто-то должен избавить землю от такого ебаного ублюдка, как ты.       — Эрик, — шепчет мне Эшли, — это ловушка. Тут всегда полно охраны, а сейчас я даже не удивлюсь, если они не перепрограммировали дверь. Они заманивают нас сюда. — Похоже, что Вайро не просто так хотел ее взять в группу.       — Я вижу. Знаю. Пусть думает, что мы попались. Или я попался, потому что, как мы выяснили, ты в любой момент уйдешь через вентиляцию. Шахта только внутри лаборатории или есть где-нибудь еще выход?       — Нет, только внутри. Как думаешь, зачем он нас туда заманивает?       — Пока не пройдем внутрь, не выясним. Только, вот что. Обещай, что будешь меня слушаться. Иначе, можем все погибнуть, включая Гиля. Если я говорю «убегай», ты убегаешь, поняла?       Кивает. Блядь, ни хрена она не поняла. Ладно, чем черт не шутит.       Пробираемся к лаборатории, Эшли вставляет ключ. Дверь заблокирована. Все-таки не ждали они нас. Или это обманка очередная?       — Подожди, Эшли, надо попробовать вот так, — Гиль отбирает у нее карточку и, потыкав в электронный замок, открывает дверь, — вуаля.       — Возьми с полки пирожок, — поджав губы, говорит ему Эшли.       — Я им помогаю, а она еще и издевается, — возмущается Гиль. Хлопаю его по плечу, отчего он слегла пошатнулся.       — Привыкай, брат.       — Да уж, у меня было время привыкнуть, босс.       — Может перестанете обмениваться дурацкими шуточками и поможете мне? — сердито спрашивает Эшли, которая не может сдвинуть тяжелую дверь.       Заходим в помещение. Везде стоят наполненные различными жидкостьями стеклянные сосуды, в которых плавают неизвестные организмы. Или части организмов, я не стал рассматривать. Надо дверь закрыть. В помещении очень приглушенный свет. Пока Гиль ошарашено бродит вдоль стеллажей с лекарствами, колбочками и пробирками, мы закрываем дверь, а я расстреливаю электронный замок и меняю магазин.       — Эрик, но мы не выйдем теперь…       — Вы уйдете через вентиляцию, а я их задержу. Ну, и пока они будут открывать дверь, тоже будет у нас время. Давайте осмотримся тут.       На столах стоят выключенные компьютеры и вообще, если бы не плавающие непонятные хрени, выглядело бы это все вполне обычно.       — Что это за секретная лаборатория такая, чего тут секретного? Выглядит все более или менее мирно.       — Ага, босс, мирно, если только не знать, что это клонированные животные, большинство неудачно клонированные. С мутациями и уродствами.       — Эти организмы живые?       — Нет, но они их изучают. Потому и держат в питательном растворе. Надо тут еще осмотреться, почему-то мне кажется, это еще не все.       А я решаю не терять времени и расклеить взрывчатку. Что бы они тут ни делали, а все равно, это надо уничтожить, как и всю Эрудицию.       — Эрик, всю Эрудицию нельзя уничтожать. Тут очень много наработок, которые могут нам пригодиться!       — Да, босс, и что будут делать все те Эрудиты, что останутся без своей работы? Может, и надо уничтожить клонированных существ, но всю-то Эрудицию зачем?       — Вообще-то план взорвать Эрудицию был до того, как мы придумали использовать кошмарных животных.       — Каких животных? — удивленно смотрит на меня Эшли. — Эрик, вы что, использовали животных, которые умеют вызывать кошмары?       — Когда мы выбирались из Эрудиции в прошлый раз, нас у выхода из тоннеля ждали Вольники. Много, человек сто. Мы не выжили бы, но на них напали скриммены и это позволило нам продержаться до приезда подкрепления и техники. На нас были портативные передатчики, нам их сделал Мартин Корби, которого я нашел. Точнее он меня нашел. Вот я и подумал, что если нам поймать их и использовать против Вольников? Мелисса придумала, как схватить главаря стаи, чтобы остальные за ним пошли. Короче, я не очень понял как и что, факт в том, что Эрудиты со скримменами должны быть на подходе и ликвидировать армию Сэма. Этого он явно не ждал. А как это работает, тебе потом Дин с его девицей расскажут. И звери умеют показывать всякие видения. Трис они показали, какой она будет в будущем, а мне, как я умру. Хоть Мелисса и говорит, что это от агрессивных мыслей…       — Эрик, что ты говоришь такое? Что значит, показали, они что, умеют общаться?       — Как-то умеют, если руку к его башке приложить. Короче, там сложно все, но мне он показал, что я сдохну в каком-то саду. Ладно, хуйню молоть прекращаем, тут я все расклеил. Где еще будем взрывать?       — Я вроде все обошла, тут все, больше ничего интересного, только вон там дверь в бытовку и все.       — Надо проверить, и тогда вы уходите, а я жду гостей.       Открываю дверь в бытовку, там пыльно, стоят какие-то ведра, швабры, пахнет плесенью. Уже закрывая, я вижу тонкую полоску света. Там еще что-то есть.       — Гиль, возьми фонарик и посвети мне, тут хрень какая-то!       Эрудит направляет луч света в темное нутро подсобки, освещает бытовую утварь и… еще одну дверь. Ну конечно, где еще быть входу в тайную лабораторию, если не в подсобке, блядь. Замок обычный, не электронный, но открывается дверь наружу, так что выбить его — это просто вопрос времени, даже пулю тратить неохота. Дверь бабахает о стену и первое, что я вижу в огромном круглом помещении — это блики на потолке от ярких ламп, которые отражаются от огромного резервуара с водой. Делаю несколько шагов по решетчатому полу. Нет, это не вода, это жидкость, напоминающая глицерин. Вспомнились уроки анатомии. Мы в такой жидкости держали трупы, чтобы они не разлагались быстро. Это тоже разработка Эрудиции, в ней можно хранить труп до месяца, если он нужен для изучения. В жидкости плавают подвешенные вертикально мешки с людьми в разной степени разобранности. У одного нет руки, у другого кишки наружу торчат. Есть один, у которого лицо висит клочьями. Но есть и целые. Бля, да это же трупы. Эшли ошарашено смотрит на это все великолепие и сгибается над ведром.       — Пф-ф, ты чего опять слабину даешь? Блядь, ну пора бы уже и привыкнуть, трупов, что ли, не видела?       — Таких — не видела. Нечего так на меня смотреть, ничего я не слабачка, — хмурится, а я ухмыляюсь. — Это бывшие Вольники, умершие. Это их он оживляет. Надо тут все осмотреть, нет ли еще подарочков.       Идем по железным мосткам вдоль резервуара. Во мне, неожиданно, просыпается Эрудит. Интересно, как он это делает? Что, правда, они потом жизнеспособны, и все из-за сыворотки и крови Эшли? А руки и ноги оторванные — вырастают или покалеченных он использует только в качестве подопытных?       — Босс, глянь на это…       Железные мостки, огибающие резервуар, проходят мимо окошек, в которых… На металлических пружинах, соединенные многочисленными трубками и проводами, в прозрачных, матовых мешках, подвешены… небольшие копии Сэма. Они совершенно лысые, с прозрачной кожей, глаза прикрывают полупрозрачные веки, уши еще не до конца развиты, но все тело, руки, ноги, голова и черты лица почти закончены. Клоны Сэма. Да, тут не просто мания величия. Тут кое-что посерьезнее. Гиль смотрит совершенно обалдело. Эшли часто дышит. Я притягиваю ее к себе, она утыкается мне в грудь. А я еще считал, что мне не повезло с родителями.       — Уходим отсюда. Гиль, уведи ее, сейчас пожалуют патрульные, а тут надо все заминировать. Эшли, девочка, ты слышишь меня? Можешь отвести Гиля к решетке вентиляции?       — Эрик, у меня все нормально, — опять злится, — конечно, я могу. Только без тебя я отсюда не уйду, ясно?       Начинается. Это как раз то, чего я всегда старался избегать.       — Готова рискнуть Гилем ради этого? — Хорошо, что мы его с собой взяли, такой шикарный аргумент. Только бы она не вернулась потом. Вздох подавить не получается.       — Нет, Гиля я выведу…       — А потом свяжешься с Фором, он как раз должен быть уже где-то на подходе, и приведешь его сюда, как подкрепление. Да? Это ты хотела сказать? — Она хмурится, но не злится. Поджимает губы.       — Как с Фором связаться?       — Номер его коммуникатора и все остальные есть в памяти устройства. Гиль тебе покажет, если что. Я тут похимичу, а вы сваливайте скорее в свою оранжерею. Как только тут закончу и выберусь, я с тобой свяжусь. Окей?       — Ладно, Эрик. И не вздумай сдохнуть!       — Обещаю, Крош, ты тоже береги себя. — Притягиваю ее к себе, коротко целую в висок и легонько подталкиваю к Гилю. — Гиль! Береги ее? Ты понял? Патронов в автомате много еще. Все, вперед.       — Да, босс!       А мне надо тут все подчистить.