Black Dream: Долгий и тёмный декабрь

"Роза, я сломлю тебя, Роза в чистом поле!" "Мальчик, уколю тебя, Чтобы помнил ты меня! Не стерплю я боли". Роза, роза, алый цвет, Роза в чистом поле!* Соединённое Королевство, Англия, графство Бакингемшир, Маленький Ангел, замок «Чёрная Роза». 7 декабря 2011 года. 10:24.

      Открыв глаза, я долго не могла понять, где нахожусь. Пахло сыростью, холодом. Хотя, тут я «пролетела». В общих чертах пахло старьём. Это не похоже на тот аромат, что витает в библиотеках, а какой-то мерзкий запах старых простынь и пыльных штор. Я сбросила с себя одеяло и быстро поднялась. Все, что окружало меня – каменные стены, деревянная мебель, бархатные шторы – внушало ужас. Даже рой служанок, одетых в чёрно-белую униформу. Они заставили меня подняться с огромной кровати с балдахином (я этому рада, поскольку матрас слишком жёсткий) и завели за перегородку из красного дерева. Мне протянули белое платье ниже колен без рукавов с чёрно-розовыми разводами. Так хорошо сидит – просто отвратительно. Это что? Шелк? Какой кошмар! А это – драгоценные камни? По-моему, просто пустое стекло.       Горничные показали мне шкатулки и сундуки, полные камней и безделушек. Неужто, все принадлежало его матери, невестке и племяннице? Я в ещё большем ужасе. Что мне делать? Мне сейчас так больно и одиноко. И я чувствую, что должно произойти нечто ужасное.       Серебряный кинжал остался у Эрика. Дерек меня чертовски разозлил. Не сказать, что взбесил, просто раздражал. Но почему я забыла? Нечто такое важное я просто забыла. Что происходит?       Мне нужно выяснить многое. К тому же я не понимаю, что происходит. И мне нужны книги. Мой мозг отупеет, если я не возьму и не прочитаю какую-нибудь книгу. Хотя бы роман. Детективный, любовный, фантастический, или же простую философскую тему – мне без разницы. Я просто хочу почитать. К тому же в этой комнате есть камин, что обнадёживает. Здесь чертовски холодно, а на мне платье с открытыми плечами. А рукава – они из бисера! И пояс из бус. За что мне все это?!       Я начинаю метаться, как тигр в клетке. Меня раздражает абсолютно все. Я должна найти выход. Берусь за дверную ручку и пытаюсь открыть дверь. Открыто! Мне становиться как-то обидно. Я уже приготовила план… Осторожно выхожу наружу. На стенах как подобает – факела и свечи. Я не настаиваю, но электричество здесь явно не помешает. Хотя, минутку… Какой наглец! Это газ! Все на автомате! Здесь все такое каменное…       Мне нужны книги. Мой мозг так устроен: если нет школы и задания, то только чтение. Совсем себя избаловала! Спускаюсь вниз. Прохожу мимо окна, что выходит в сад. Какая печальная картина: заросшие сады, сухая трава, большой фонтан, беседка и тот самый дуб. А, взглянув на небо, можно понять атмосферу замка. На него всем весом давят тучи. Почему всегда так?!       Когда я собралась идти дальше, то наткнулась на Дерека. Он тоже смотрел в окно.       — Ненавижу это место, — сухо и без единой эмоции сказал он. — Этот сад разбила моя мать, под вон тем дубом встречались Ясмин и Эрроу, возле фонтана Корнелия Горал разоблачила меня, а вон в той беседке я получил пощёчину от вашей бабушки, мисс Картер.       — Видно было за что, или она слишком долго общалась с шотландской семьёй и своей сводной сестрёнкой, — заметила я и пожала плечами. Затем посмотрела на него. — Дерек, прошу, не трогай Эрика. Я никуда не убегу.       — Волнуешься за него? — приподняв брови и не отводя глаз от окна, спросил он.       Я опускаю глаза. Ох, как будто пол поможет мне найти ответ!       — Он – Чёрный Ангел, а я – Роза, простая Роза. Он – лучшее, что со мной когда-либо случалось, может и худшее. Я не знаю, кто он мне, но точно знаю, что очень дорог…— с грустной улыбкой отвечаю я.       — Тогда мне искренне жаль, что вы снова потеряли дорогого человека. Этот декабрь для вас выдался слишком тяжелым. — Без тени сочувствия или сожаления говорит Дерек. Меня охватывает тревога. Она и так со мной с Санкт-Мориц, а сейчас её удушливая волна захлёстывает с новой силой.       — Что ты с ним сделал? — меня охватывает дрожь.       — Яд саламандры не лучший способ остановить человека, скорее Феникса. Он слишком неуправляемый. Этот яд используют для пыток. Простые люди умирают за пять часов, а вот Фениксы – с ними отдельная история. Он будет мёртв к завтрашнему утру.       Меня трясёт от безвыходности и боли. Те же чувства, что и в Нью-Йорке. Я не могу утихомирить эту панику. Мне больно.       — Мне жаль, Розалитта, но так нужно.       Я смотрю куда-то невидящими глазами. В них слёзы, во рту горечь, а в горле отвратительный ком. Я в ловушке. Мне нужно что-то…       — Скажи мне: Тим жив? — спрашиваю я дрожащим голосом.       — Да, Эрик придумал оригинальный способ его спасения. Они вернулись в Лондон. Все хорошо. — Спокойно говорит мне Дерек.       Я вижу себя со стороны. Стою на перилах балкона, холодной балюстраде, и смотрю вниз. Обрыв и река. И я падаю. А потом тону в ледяной воде. Хороший сценарий для смерти. Я начинаю думать о смерти?! Жуть. Начинаю мотать головой, в попытках отогнать все эти видения.       — Ты совершил большую ошибку, рассказав о его отравлении. — Твёрдо говорю я.       — Противоядие для Феникса есть. Это вино с приличной выдержкой. У меня есть в подвале бутылочка. Последняя. Берёг для важного случая. — Дерек протянул мне хрустальный бокал с узорами, наполненный красной жидкостью. — Желаете сделать глоток? Где вы ещё попробуете такой деликатес. Тысяча семьсот седьмой – хороший год. Знаете, что это за событие?       Поджав губу, я подняла глаза на печальную картину за окном и забрала из рук Дерека бокал.       — Образование Королевства Великобритания, путём объединения Англии и Шотландии Актом о союзе. Люблю историю. — Последнее я сказала, потому что Дерек смотрел на меня с едва заметным удивлением.       — Анна не захотела дать мне титул пэра в тот день. Посчитала, что я лишком молод, наверняка знала о моей тайне,** — печально заметил Дерек.       — Иметь вечного пэра в Парламенте не выгодно, — усмехнулась я.       — Но они взяли к себе в Палату некого Уилкса, таинственного безумно богатого аристократа, который сватался к младшей дочери графа Реджинальда Ричардсона. Слышали о печальной истории малышки Розетты, полюбившей своего доктора и сбросившейся с балкона своего дома? Хотите дополнить мой рассказ?       Вздохнув, я сделала маленький глоток.       — Граф Реджинальд Ричардсон был женат дважды, и от первого брака на Анетте Коридж имел дочь Розетту. Второй брак был на некой вдове Авилине, у которой была дочь Далинда. Далинда была старше Розетты и ущемляла её во всем. Первая попытка самоубийства у Розетты не получилась, поскольку высота была не та, и мимо проходил практикующий молодой врач из богатой семьи Аден Раймонд Бэнкрофт. В него-то и влюбилась Розетта. Он лечил её полгода. Они хорошо скрывали здоровье девушки, но Авилина вскоре узнала об обмане и ускорила помолвку с неким лордом-председателем. На помолвку пришел и некий Двэйн Клейтон, друг Бэнкрофта, но все сорвалось самоубийством Розетты. Сам мистер Клейтон тоже приходил свататься, но председатель его обошёл в этом вопросе, так что ему был предложен вариант с Далиндой. Я где-то промахнулась? — невинно хлопая глазками, спросила я, сделав ещё один глоток.       — А какое к этому имело отношение к сестрам Горал? — Дерек видно не собирался отставать от меня.       — Чисто дружеские. Они наверняка были компаньонками. Составляли друг другу компанию. — Ловко маневрировала я. Но все равно стоял вопрос. — Кто такая Селена Блэкнайт?       — Одна маркиза, жена Эйдена Маршалла. Это семья стала основой для Глэдис Маршалл, матери тройни и Габриэллы. Как стыдно, мисс Картер, вы не знаете другую сторону дерева.       — С вашей тоже есть промашки, мистер Рейдер, — с улыбкой через боль говорю я. — Все ли Богини пили вино, коньяк?       — Я такого не замечал, — ответил Дерек.       — Жаль, — с улыбкой говорю я, отдавая бокал. Говорить мне становилось все труднее, сильно першило в горле, — иначе ты бы не совершил эту ужасную ошибку. Все Богини имели сильную аллергию на спирт. Аден вылечил Розетту своей магией. А не операцией. У всех была аллергия, и они не могли пить вино. Я тоже не могу. В прошлом месяце я едва не погибла от бокала алкогольного мохито. Мне его «случайно» подсунула Катрина Алиэс. Так какой вы титул имеете сейчас, мистер Рейдер?       — Самый высший, я – граф. — Спокойно ответил Дерек. — А вам, мисс Картер, Королева назначила встречу в августе следующего года. Вы к тому моменту окончите школу, верно?       — Уилкс, — я с трудом могу дышать, — такое знакомое имя… Я слышу его так часто…       Меня трясёт, по стене я сползаю на пол. В горле все горит. Сценарий переписан, я выбрала иную смерть. Я – аллергик. Получается, я, даже не задумываясь, выбираю смерть? Чёртово перерождение! Каменный пол такой холодный. У меня сильная одышка. Дыхательные пути сживаются из-за раздражения вином.       Вижу, как Дерек ставит бокал на каменный подоконник и опускается рядом. Он поднимает мне голову.       — У тебя же есть лекарство против аллергии, — обеспокоенно шептал он, проверяя пульс и трогая мой лоб.       — Я не… пью, Дерек… — шептала я в ответ через силу.       С каждым мгновением мне становилось все хуже и хуже. Если бы я выпила весь бокал сразу, то возможно потеряла сознание моментально как в прошлый раз, но нет. Мне нужен был этот разговор.       — Эй! — подняв глаза, я вижу расплывчатые силуэты людей. — Немедленно в аптеку за чем-нибудь, что снимает сильную аллергическую реакцию. Желательно внутривенно. — Все это Дерек говорит спокойно, властно и без единой эмоции. Как же в прошлый раз отреагировал Эрик?       Я отключаюсь из-за нехватки кислорода. Вижу странные картины: сначала родителей до их официальных отношений. Они стояли на мосту через речку в родной деревушке и смотрели на воду. Точнее это Клео смотрела на воду, а отец смотрел на неё. Он такой молодой! Без единой морщинки, без синяков и мешков от недосыпа и стресса под глазами. И все такой же высокий, плечистый, с испанскими корнями и глазами тёмно-карего цвета. А мама… Такая же, как и всегда. Такая же, какой я вижу её на фотографиях. Такая же, какой я видела её не так давно. Она такая же стройная, хрупкая, с белой кожей, красивыми глазами и волосами, похожими на ночь.       — Отец едет в Нью-Йорк, а там, возможно, получит новую работу, — тихо говорит она. — Он должен попытать счастье.       — А как же ты? — спросил её мой отец.       — Всегда хотела увидеть Леди-Свободу. Интересно, а в факел подняться можно? Смешно, не так ли? — и Клео грустно улыбнулась своему отражению.       Рич долго и внимательно смотрел на неё, а потом стал напевать под нос:       — Дейзи, Дейзи, отдай мне сердце, делаешь ты       Меня чудным от любви и надежды…       Не будет с тобой сильным брак,       А карету я не потяну…       Клео улыбнулась ему и запела вместе с ним последние строчки:       — Сладкая, выгляни на улицу –       Там на двоих мой байк!***       — Мне нравиться эта песня, — говорит моя мама.       — А сколько ей лет? — спрашивает отец.       — Ровно сто, — тихо отвечает она.       — У меня нет велосипеда на двоих, Клео, только мотоцикл с пассажирским, — ответил Рич.       — Не будет с тобой сильным брак,— напела девушка.       — Попробовать всегда стоит, — улыбнулся ей мой отец. — А насчет поездки – ты её заслужила. Хранитель Кольца, потом мои сумасшедшие родственники, пыльные гробницы и оборотни, поездка в Австралию и Мишель, Финварра, Чёрный Принц, твой племянник, помолвка Санни – это не проходит бесследно, Клео, ты должна отдохнуть…       Меня бросает куда-то в другую сторону. Я вижу себя и Эрика. Я ругаюсь с ним, кричу на него, даю пощечины, а он это терпит. Мои с ним отношения совершенно не похожи на те, что были у моих родителей. Моя мама с отцом общалась спокойно и непринуждённо. Они были более романтические, а у нас какая-то каша. Это и отношениями назвать-то сложно. Эрик просто терпит меня. Тогда почему? Я вспыльчивая и неблагодарная, а он…       Меня что-то вытаскивает из сна. Из бессознательного состояния. Это Торн, и он в моей комнате. Эти братья Мейдоны меня бесить начинают: одни и те же привычки.       — Как спалось, мисс Картер? Как себя чувствуйте? — спрашивает он, не отходя от окна.       — Отлично, спасибо, — отвечаю я, приподнимаясь на локтях. Голова немного кружится и слегка подташнивает. Но в целом, я ещё жива.       — Было очень трудно найти в захолустной деревенской аптеке эпинефрин*. Я прошел ад. — Расхваливал себя принц-изгнанник.       — Ад в аптеке? Сразу видно, что вы никогда не были на распродажах. Вот только как мне вас назвать? Вы больше не принц, а Мейдон-старший ещё живой. Мистер Мейдон-средний? — не удержалась я.       Принц-изгнанник криво усмехнулся, подошел к кровати и присел на край. Я почувствовала дежавю.       — Мисс Картер, мы с вами это уже проходили. — Спокойно и ласково начал Торн.       — Я – британка, чёрт возьми! Я не подчиняюсь другим королям и принца, тем более тем, кто в изгнании. — Гордо заявила я. — Так как мне к вам обращаться? Изгнанный принц Огненной Равнины Торнтон Мейдон Арбесский, второе имя – «Чокнутый вампир-преследователь» или «Месть своему брату»?       — Вы слишком уверены в себе, мисс Картер. Узнаю привычки и школу, — заметил Торн.       — С волками поживёшь – и выть начнёшь, — ответила я. — Но, если честно, то я сама по себе такая.       — Помниться в прошлый раз, в нашу первую встречу, вы смогли перевести древние надписи в книге заклинаний, — вспомнил Торн.       — Было дело, но я не смогла расшифровать египетские письмена, пришлось топать через Сахару, чтобы найти переводчика. — Ответила я совершенно честно.       — Тогда вы были связаны. — И Торн скользнул по моим запястьям взглядом. — Мы оба знаем: мой брат не успокоится, пока не исполнит свой долг, пока не спасёт вас.       — Знаете, вы, два брата, так похожи на карусель: оба кругами ходите, а меня от вас мутить начинает. — Признаюсь я. Хотя, не только от них, но и от лекарства.       — Теперь я вижу эту изюминку, то, что так нравится Эрику: свобода, норов и желание быть лучшей.       Опустив голову, я задумалась. Торн ошибается. Взглянув на него снова, я откинула прядь волос назад и ответила:       — Я всегда была лучшей – скромность мешала.       — А вы слышали такое выражение: «Розы умирают, достигнув совершенства»? — спрашивает он меня. — Хорошо ли, на ваш взгляд, это звучит?       — Достигнув пика своих сил, мы все падаем. — Отвечаю я. — Это всегда очень больно, и мы совсем не учимся на ошибках.       — А о таком поверье вы слышали: когда девушка позволяет расчесать кому-то волосы, значит, этому человеку она доверяет ему больше всех на свете?       — Значит, я доверяю Эрику? — удивляюсь я вслух, и тут же отвечаю, — и не только о доверии идет речь. Это значит, девушка впустила его в своё сердце. Нам больше не о чем говорить, верно?       — Верно, — соглашается Торн без охоты и поднимается с кровати. Когда он покинул комнату, меня стало трясти. Что со мной происходит? У меня опять включился режим «суицид»? Мне надо себя чем-то срочно занять. Но я не могу думать ни о чем другом. Если Торн прав, то моё время ещё не пришло. Я ещё не готова к этому. Я не хочу умирать. Я хочу жить, любить и быть любимой. И опять все возвращается к несчастной участи. Но я ещё не готова, я не совершенна, я не достигла пика, не дошла до кондиции. Так, начинаю думать о стряпне – уже хорошо. Не стоит умирать на голодный желудок. А пить тем более. Ладно, я вынесла из этого урок, а сейчас нужно спуститься вниз и чем-нибудь перекусить.       Когда я вышла из своей комнаты и спустилась к главному залу, то услышала голоса и притаилась за дверью. Говорили они на немецком. Жаль, а я-то надеялась услышать что-нибудь новенькое. Они готовились к полнолунию. Скорее здесь был вампирский клан «Кровавой Луны». Они, наверное, используют «Чёрную Розу» под штаб-квартиру, и их точно предупредили о моём присутствии. Кто-то предложил выпустить Гончих для проверки территории, но Дерек настоял на том, чтобы патрульные взяли нескольких с собой, а сторожевых во дворе отвязать. Ну, и что это значит? Что, кто-то идёт, и ты, Дерек, готовишь сюрприз? Судя по тону, клан ему подчиняется. Интересно, а много ли сил тьмы у него на побегушках?       Мимо меня пыталось прошмыгнуть крошечное коричневое существо в зелёной одёжке. Я окликнула его. Им оказался маленьких брауни – домовой. Хоть что-то приятное за все пребывание здесь. А я пробыла здесь полдня! Брауни запрыгнул мне на плечо. Его вес я не ощущала, но прекрасно чувствовала его, когда он хватал меня за волосы. Мне пришлось подняться с ним на свой этаж и показать ему оставленный на подоконнике бокал с вином. — Ты можешь перенести бутылку с таким вином в то место, откуда я тебя позову? — спросила я его. Брауни показывал мне жестами, что не собирается исполнять мою просьбу. Придётся идти другим путём. — Я – Розалитта Анжела Розаликлео Дубмон-Маклейн Картер – победительница Далахана. Тебе это о чем-нибудь говорит? — перепуганный до смерти фейри закивал головой. — Значит, мы договорились. Попроси клурикона – он, пьяница, в этом разбирается. И держи мою серёжку, так ты найдешь меня по ней.       Вручив маленький золотой гвоздик и пообещав оставить на окне молоко, я отпустила брауни. Тот умчался, а мне оставалось только ждать. Я не могла найти себе место. В спальне я пыталась до самых сумерек вспомнить мелодию из шкатулки, которую слышала на затонувшем корабле «Диана». Такая знакомая, но я никак не могу вспомнить её. Уж точно не «Дейзи Белл». Я прилегла на кровать и закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на чём-то одном, нежели на самоубийстве. Я должна найти выход. Должна! Но выхода нет.       Кто-то упал на меня, придавил. Тряпка, которой мне заткнули рот, пахла отваром из трав. Таким пользуются фейри, когда заманивают путников в ловушки и усыпляют их. В который раз я потеряла сознание. Мне опять снилась всякая ерунда. Например, странный зал, где все сделано из хрусталя, купол с ночным небом, прозрачный пол, под которым плавают рыбки, пьедестал, оплетенный душистым шиповником, и девушка. Белоснежка? Спящая Красавица? Но нет – это я. Облом. И я испытываю те же чувства, что и тогда. Одиночество, боль и ненависть. Я стараюсь сопротивляться, но ничего не выходит. Словно была замурована, погребена живой в гробу. И тут меня стало обволакивать чувство безопасности и любви, заботы и нежности. Если первое можно сравнить с чем-то чёрным и густым, вязким и таким противным, что мне ужасно захотелось проснуться, убежать, то другое можно сравнить с огнём, тёплым и обволакивающим, что проснуться я хотела, лишь бы увидеть то, откуда исходит это тепло. Но беспокойство заглушило их всех. И я вскочила. Правда, сначала жёстко приложилась лбом обо что-то. Как оказалось, простая стеклянная крышка…       Я В ХРУСТАЛЬНОМ ГРОБУ!?       Не смешно! Совсем не смешно. Сбросив крышку, которая моментально разбилась вдребезги, и кое-как выбравшись, я свалилась на пол, прямо на осколки, испытывая сильное головокружение и тошноту. Такое бывает, когда на тебе испытали «хлороформ» фейри. Я читала об этом. Поднявшись и обнаружив на себе белую сорочку на тонких бретельках в пол, я сала проклинать все, на чём свет стоит, в том числе и Совет Старейшин.       Услышав чьи-то шаги, я вооружилась тем, что мне попалось под руку – старой вазой – и спряталась. Вошедшего я вырубила сразу. В моих планах после этого стояло «бежать без оглядки вниз», но я осталась стоять в зале. Сломав первый попавшийся деревянный стул в этом помещении, я воткнула обломок ножки в грудь незнакомцу. Все вампиры от этого умирают. Это чтобы не мешал. Опять режим «смертника» включен!       Выглянув в окна, я поняла, что эта башня – самая высокая в замке. Скорее донжон. Значит, ловушек много. А если двери закрыты, то точно не выбраться. Стащив с вампира вонючий пиджак, я накинула его на себя и вытащила из гроба ткань. Она была довольно плотная и длинная. Я привязала её к балюстраде на маленьком балконе, перешагнула через ограждение и стала медленно спускаться на небольшой выступ на башне. Это должно мне помочь, правда, ещё не знаю, как именно. Внизу пропасть и река.       Доноситься протяжный вой Призрачных Гончих. Сейчас с ума сойду от страха и холода. К тому же пошёл сильный снег. А на мне нет обуви! Не то, чтобы я жаловалась, но я… жалуюсь! Да, мне холодно и страшно. И все ещё хочется умереть. Нет, мне хочется жить и есть. Я очень голодна. И испытываю боль.       Боль? Это ещё откуда? Она просто присутствует. Так же, как и раньше. Это боль Эрика? Ему плохо? Он умирает? Ну, почему его убила не я?! Жаль. Ничего, вот выберусь отсюда… А как? Кажется, я только что заманила в ловушку саму себя.       Опять вой Гончих. Кто-то явно проник на территорию. А тот вампир не «надзиратель», его послали охранять меня. Но почему меня усыпили?       Продвинувшись вперёд, мне стало видно соседнюю башню. Особенно прекрасно небольшую террасу. Там стоял Эрик и ОН. ОН нагнулся и нанёс Эрику рану. В руке поблёскивал окровавленный кинжал.       — НЕТ!!! — закричала я и отпустила ту единственную опору, за которую держалась. Стоп! Это Тим, и вампиры кидают в них кинжалы? Тим просто защищает Эрика? Неужели, всё так плохо? Не удержав равновесия, я оступилась и полетела вниз. Но Эрик жив! На душе потеплело. И тут же похолодело: я падаю! Ну, вроде прожила спокойную жизнь, совершила много подвигов, тоже неплохо. Это будет учитываться там, куда попаду? Эти мысли пролетели меньше чем за секунду моего падения. Смирившись с гибелью, я открыла глаза и осознала, что меня держат на руках. А когда подняла глаза, то вздохнула.       — Эрик? — спросила я.       — Спасибо огромное вам, мисс Картер, за то, что воспользовались бесплатными услугами келпи-сервисом! Приходите еще! — с морем сарказма в голосе сказал тот, кого я приняла за Эрика из-за чёрных волос. Это был Кинебил – водяной оборотень келпи!       — О, моя любимая черная лошадка! — с улыбкой и облегчением сказала я. — Ты не представляешь, как я рада тебя видеть! Все как полгода назад! — это я добавила с восхищением.       Кинебил меня так поймал, когда я выпрыгнула из окна этого же замка при краже Лунного Кольца у Дерека. Тогда я хотела повторить опасный манёвр, какой совершила в Кардиффе.       — В Нью-Йорке ты едва не убила меня, — вспомнил Кинебил.       — Давай будем жить настоящим, — перевела тему я. — Поставь меня на ноги, и я распоряжусь доставить килограмм сырого мяса к Сонному озеру, а если поможешь спасти тех красавцев, то три.       — Прости, детка, но мне дали пять килограммов за то, чтобы доставить тебя в безопасное место и немедленно. — Ответил келпи с улыбкой.       — Даю десять за помощь и новую рубашку сверху, за поиск брауни с моей серьгой. Сама сошью! — это было моё последнее слово.       — По рукам и копытам! — обрадовался Кинебил и подкинул меня довольно высоко. Взвизгнув, я приземлилась ему на спину, точнее он обратился в мокрого чёрного коня. Он мчался во весь опор назад в замок. Я не знала, что он умеет так высоко прыгать. Помниться, по воде он бежит быстрее, чем по земле. Когда мы оказались на заднем дворе, я подозвала келпи к конюшням, где в стойлах были скелеты лошадей.       — Это твои родственники, или их оживили магией? — спросила я. — Это лошади Охотников, — стал объяснять мне Кинебил, снова принявший человеческий облик. — Ты же слышала миф про Дикую Охоту? Так вот, это никакой не миф. Призрачные охотники-всадники с Призрачными Гончими охотятся за некрещёными душами и гонят их в ад.       — Это я слышала. А кто управляет Охотой? — спросила я.       — Ею управляет Дикий Охотник. Ещё его называют Черным Всадником, — ответил Кинебил, заглянув в стойла.       — Это я тоже слышала. Как его зовут? — не отставала я.       — Не знаю, — легко ответил келпи.       — Что?! — удивилась я.       — Каждый раз меняется. У них нет определённого предводителя. Тот, кто убивает предыдущего, должен встать на его место. Кто им только не был: Один, король Артур, Генри-охотник, Вотан, Самаэль, Дитрих Бернский, Ганнс фон Хаскельберг, Гвин ап Нуд, Роланд, Госпожа Голла, Финн Мак Кумал, Маллт-и-Нос, король Стах, Денди Дьявола, Френсис Дрейк – я половины всех не помню. — Немного обиженно и раздражённо заявил Кинебил. — Сэр Френсис Дрейк?!** — с удивлением переспросила я. — Ты точно не помнишь, кто первый заправлял этой сворой?       — По-моему, Геката, — неуверенно ответил келпи.       — Древнегреческая богиня темной стороны Луны, покровительствующая ведьмам? Близко к правде. — Съязвила я.       — По преданию у Гекаты был серебряный лук Артемиды. Кажется, он висит в холле «Чёрной Розы»… — промямлил Кинебил.       — И ты молчал?! — возмутилась я. — Вспоминай, кто был последним!       — Последним был Кристофер Грост, глава мафии, инкуб, а затем какая-то сирена Аглаопа. Ты их все равно не знаешь…       — Я их знаю.       — Да?       — Они хотели меня убить.       — И что?       — Они поплатились за это жизнью. Ха, Аглаопа…       И тут я вспомнила её слова. Она говорила, что собирает своему хозяину еду в виде человеческих мечтаний. Дерек питается человеческими мечтами, а тогда в Нью-Йорке я вернула людям мечты, потому что это моя сила. Выходит, я нужна Дереку, как источник вечной еды. А зачем ему класть меня в гроб? Это на случай конца света? Да ладно, он произойдет, когда я соглашусь стать женой Эрика.       — Так, выходит ты – предводительница Охоты?! — келпи смотрел на меня в недоумении. — Тогда это все меняет, они будут слушаться тебя. Только будь твёрже.       Но у меня был готов план, и с улыбкой на губах я откинула прядь волос назад.       — Откуда ты столько всего знаешь? — спросила я лукаво.       — Мне нравиться история, — улыбнулся в ответ Кинебил.       — Тогда слушай…       Я поделилась своим планом с келпи, и мы разминулись: он бросился в замок, а я вошла в конюшню. Но мы должны проверить нашу теорию. Может ли так случиться, что я – предводительница Охоты. Это надо проверить. Но скелеты лошадей пугают меня. Хотя, странно, что они преклонили передо мной головы, когда я вошла. Это называется «признание хозяйкой», или они вставляют челюсти, чтобы меня убить? Ладно, мне нужно завершить план.       — Так ребята, только без фокусов, ясно? — сказала я лошадям, открывая самое близкое ко мне стойло. Потом открыла другой, следующий, пока не выпустила их всех. Дикая Охота не только миф британских островов. Лошади послушались меня, когда я попросила их выйти из конюшни. Только всадников нет, ну и чёрт с ними. Дерек никак не ожидает увидеть такое. Все скелетообразные кони были запряжены, но мне, как предводителю, нужен особый. Жаль, рядом нет моей любимой Зены, но есть Кинебил, который спешил ко мне с серебряным луком и колчаном, полным стрел. Отлично!       Вручив мне оружие, держа его через снятую рубашку, он огляделся.       — Ты подчинила их? — спросил он в изумлении.       — Просто вежливо попросила, — честно ответила я. — Ты готов?       После моего вопроса Кинебил обратился конём и немного присел, дабы облегчить мне путь на его спину. Перекинув через плечо лук, и закрепив колчан, я мигом запрыгнула.       — Вот теперь – готов! — и он громко заржал.       Меня это немного напугало, но я старалась держаться смело.       — Вперёд! — крикнула я скелетам, и они тут же сорвались с места и бросились к указанным мной дверям замка. Под их зверским натиском двери рухнули, а коридоры заполнил страшный гомон, стук копыт и громкое ржание, сопровождаемое воем Гончих на другой стороне. Охота началась.       — А нам куда? — спросил Кинебил.       — Нам нужно попасть в башню. Мы пересечёмся с табуном по дороге. Будем следом. Идём! Келпи повез меня в другую сторону. Как раз к нам бежали Призрачные Гончие. Кинебил остановился, дав мне возможность попробовать манипулировать этими тварями, но те не захотели мне подчиниться. Что ж, вы сами напросились. В нескольких я запустила стрелы. Это позволило мне попрактиковаться в стрельбе. У Джеймса это получается намного лучше. И у меня бы получилось, не брось я в одиннадцать лет! От остальных избавился Кинебил.       На пути встал Торн. Он смотрел на меня с ужасом и неким интересом, будто бы не мог поверить, что это я. Да, это со мной ты говорил несколько часов назад. Я сдалась врагу, едва не погибла от аллергической реакции, позлила тебя, прилегла отдохнуть, и вот – уже с армией, верхом на фейри из Неблагого Двора! Кажется, это семейное…       Позади Торна собрались и другие представители «Кровавой Луны». Стукнув пятками по бокам келпи, я дала ему сигнал бежать дальше. Кинебил рванул вперёд, через эту толпу. Впереди кто-то достал пистолет, но против нас им тягаться не следовало! Подняв лук и натянув тетиву, я выпустила стрелу прямо в вампира с пистолетом. Тот пал замертво, а мы были далеко позади.       Вскоре мы догнали Охоту, но я попросила келпи держаться позади них. Они прокладывали нам путь, топча всех на своём пути. И вот, они ворвались на террасу, куда пришёл сам Дерек. Он-то никак не ожидал увидеть здесь такую Дикую Охоту, которая превращалась в чёрный рой и улетала в небо. Мы прибыли последними. Спрыгнув со спины скакуна, я тут же сгруппировалась и направила на него лук. Кинебил в человеческом обличии встал рядом, закрыв собой Эрика, Тима и Дориме.       — Как ты…? — Дерек проглотил часть вопроса от изумления. Он постарел ещё больше.       — Выбралась из того стеклянного ящика? — предложила я. — Книжку перед сном захотелось почитать. И где у тебя здесь библиотека?       — Роза… — прохрипел Эрик.       Я чувствовала его боль ещё больше. Он горел изнутри. Его сжигал яд.       — Кинебил, — обратилась я к оборотню и кивнула. Тот достал откуда-то (откуда именно, и знать не хочу) старую и пыльную бутылку с вином, где на этикетке было написано «Май 1707 года». И именно это вино он и влил в Эрика. Дерек раскрыл от удивления рот.       — Тысяча семьсот седьмой – хороший год, — говорю я.       На террасу вбежал Торн. Оглядевшись, он быстро понял сложившуюся ситуацию, но действовать не спешил. Следом пришли и вампиры из клана. Они перешёптывались между собой, и наконец, Торн озвучил вопрос многих:       — Кто ты такая?       — Скажи так, чтоб обалдел! — подсказал Кинебил.       — Наследница великих Богинь из рода Феникс, потомок династии Коридж! Дочь Богини Жизни и предыдущего Рыцаря Феникса. Разрушительница «гнезда» «Истребителей Души», победительница демона Юу, бросивший вызов Совету Старейшин открыватель Ящика Пандоры, сразившийся с племенем Дини Ши и одолевший самого Далахана. Девушка, погубившая суккуба Лили Блэк и инкуба Кристофера Гроста, та, кто сумела покарать сирену Аглаопу и вернуть к жизни её жертв. Я та, кто убил двух твоих невест и приставил к твоему горлу клинок! Кто сумел вернуться из Сида! Я – Розалитта Анжела Розаликлео Дубмон-Маклейн Картер. И я – невеста Эрика Мейдона! — с гордостью сказала я и тихо добавила, — и та, кто больше не бежит от судьбы. Доволен, надеюсь?       Кинебил зааплодировал и сказал:       — Классная речь для босой девушки в сорочке и окровавленном мужском пиджаке.       — Пиджак считай трофеем! — ответила я с улыбкой, предчувствуя дальнейшие события.       — Но ты обещала остаться здесь! — Дерек предпринял последнюю попытку задержать меня.       — Дейзи, Дейзи, Не будет с тобой сильным брак… Нет, это Эрик мне обещал спасти моего друга, это мой отец, наверняка, обещал Эйдону выдать меня за Эрика замуж, и это я на глазах у многих фейри пообещала выйти за него, но как-то не спешу выполнить своё обещание. Мало что там пообещала девушка. Твой дядя был прав: нам, жёнам дьявола, верить нельзя. Кинебил!       Келпи создал огромный портал из воды, который накрыл нас с головой, и мы перенеслись прочь из этого проклятого замка.

Но злую шутку с ним шутить Та вечность вздумала. Не жить Без грёз людских – их надо поглотить. У него, как дёготь, черна мечта…

*Отрывок стихотворения Иоганна Вольфганга Гёте «Дикая Роза» (перевод Д. Усова). **В 1711 году, королева Анна, чтобы лишить вигов (английская либеральная оппозиция) большинства в Палате лордов, присвоила в один день 12 званий пэров (система дворянских титулов в Великобритании, часть Британской системы наград). Почти за 50 лет Елизавета I присвоила меньше титулов, дающих право на звание пэра, чем Анна за один этот день. ***"Дейзи Белл (велосипед для двоих") - популярная песня, написанная в 1892 Гарри Дакром, известная мотивом "Дэйзи, Дэйзи / Дай мне ответ. / Я почти сошел с ума / из-за любви к тебе", заканчивая словами "велосипед для двоих". Близкий перевод. *Эпинефрин (адреналин) – препарат, снимающий тяжелые аллергические реакции. В медицинской практике адреналин применяется в основном как сосудосуживающее, и противоаллергическое средство. **Сэр Френсис Дрейк (1540 - 28 января 1596) — английский мореплаватель, корсар, вице-адмирал. Первый англичанин, совершивший кругосветное плавание (в 1577-1580 гг.).