Death live.

I'm so sorry that those who, one might say, is just starting his life, has something ill, gradually losing its way. Песня к главе: System Of A Down — Lonely Day

Неделя проходила спокойно. Уже суббота, но, казалось бы, только вчера был понедельник. Маленький будильник, стоящий на тумбочке возле кровати, показывает ровно 5:00. Я сижу на подоконнике. Мне кажется, что раннее утро — это самое чудесное время суток. Люди ещё спят, и никто, ни единый человек даже не подозревает, что кто-то уже не спит, что кто-то встречает рассвет в это время, что кто-то совсем в другом мире, уже не в стране снов... Свешиваю ноги на улицу и, захватив рюкзак, прыгаю вниз. Колени защемляет резкая боль, но я уже привыкла, это проходит быстро. Иду к лесу, повесив рюкзак на плечи. Наверное, это глупо, но я начала уходить в лес по утрам ещё с того дня, как побывала там впервые. Мне нравится там рисовать. Лес — это именно то место, где множество идей посещают мою голову каждую минуту. Джош не знает об этом. Я могла бы ему рассказать, но нет, мне просто не хочется, чтобы он думал и говорил об этом. Это будет моим секретом, который останется в тайне. Залезаю на своё дерево, достав из рюкзака альбом и карандаш. В то время, когда я нахожусь здесь, можно ни о чём не беспокоиться. Лес дает возможность побыть одной, но не чувствовать себя одинокой...

***

Сидя в машине, я высовываюсь в окно, наблюдая за тем, как по тёмно-синему небу летят пташки. Они поднимаются выше, плавно взмахивая крыльями. Джош прибавляет громкость радио в машине на канале современной классики. Снова сажусь ровно, облокачиваюсь на спинку кресла. — Ты совсем отвыкла от мест здесь, верно? — он кладёт обе руки на руль, перед тем как выглянуть в окно. Иногда я задумываюсь о природе здесь. Свежий воздух, чистое море, прекрасный лес. Я действительно отвыкла, действительно не перестаю удивляться тому, насколько прекрасно это место. Мы с матерью жили в шумном городе. Там не было места, где можно побывать в одиночестве. По улицам города постоянно ошивались алкоголики и извращенцы, которых сторонился каждый прохожий. Но, если задуматься, задуматься над всем, что происходило в городе, над всем, что происходит здесь, мы будто обсуждаем две совершенно разные вселенные. Порой это бывает неправильно. Неправильно то, что природа и люди не похожи друг на друга, потому что мир слишком большой, чтобы быть одной «единой Вселенной» с людьми, похожими друг на друга, огромной душой и добрым сердцем. Как это запутано. А ведь в городе у меня были друзья, но, как оказалось, я совсем не знала их, наверное, точно так же, как и они меня. Там люди были переполнены какой-то гордостью или что-то типо того, но они не похожи на людей, живущих здесь. Почему в этом уютном месте каждый знает друг друга, почему же здесь люди — это как одна большая семья. Семья, которая не распадается, даже теряя тех, кто был частью всего этого... — Да, верно, — словно с облегчением выдохнув эти слова, я перевожу на него свой уставший взгляд. Смотрю на Джоша, и почему-то не хочется отводить глаз. Мне не хватало его, а теперь я снова забираю то, что у меня отняли, продолжая вглядываться в черты его лица. В этот момент Джош проверяет дорогу. Поворачиваю голову, смотрю на деревья, быстро мелькающие перед глазами в тот момент, пока автомобиль набирает полную скорость. — Ты побледнела. Тошнит? Не волнуйся, здесь не долго ехать. — Что? — сужаю брови. — Меня не... — Скоро приедем, — перебивает он. Интересно, у меня и правда всегда такое лицо, будто сейчас вывернет наизнанку? Если да, то... О, чёрт. Мы уже выезжаем за пределы лесной зоны. Виднеются магазины, люди, занимающиеся своими делами. Отчего-то я чувствую, как руки начинают потеть, и, о, Господи, кажется, меня сейчас и вправду вырвет. Резко становиться плохо. Очень плохо. Джош припарковывает машину у обочины и переводит взгляд на меня. Осторожно расстёгиваю ремень и не спеша выхожу на улицу, но он всё ещё сидит там, что-то капается. Я собираюсь осмотреться, но почему-то не могу. Меня будто приковали к месту, и я тупо пялюсь на свои кеды, опустив голову, пытаясь сделать вид, что что-то рассматриваю, но, похоже, выгляжу, не совсем нормально. Слышу чей-то смех, множество голосов, и в какую-то секунду хочется заткнуть уши руками, крепко зажмуриться и резко проснуться, но я всё ещё здесь, на этом месте, не двигаясь, кусаю губы всё сильнее. — Всё, идём, — слышу голос Джоша, поднимаю голову и следую за ним. Мы идём по аллее. Люди проходят мимо, ничего не замечая, тупо куда-то спеша. Не знаю, зачем Джошу вообще понадобилось в город. Возможно, это меня заинтересовало бы, но, я уверена, что ему понадобится что-то для машины. Последнее время Джош так часто капается в гараже, что иногда начинает казаться, будто он ищет там давно запрятанный клад. Самой смешно, но, а кто его знает? Джош что-то бормочет, я не слышу. — Что? Ты что-то сказал? — подхожу к нему ближе, заметив, что отошла слишком далеко. — Тебе ничего не нужно в магазинах? — повторяет он. Осматриваю прилавки с большим выбором разнообразных товаров, которые мне, возможно, хотелось бы приобрести, но я с уверенностью говорю Джошу: «Нет"» — Майли, вот, возьми, — он берёт мою руку и даёт двадцатку. Сначала я не замечаю, даже, можно сказать, не понимаю, что он только что сделал, но после сразу же отдаю деньги обратно. — Нет, мне ничего не нужно, — пытаюсь отдать Джошу деньги, но он сопротивляется. — Эй! — улыбаюсь. — Забери. — Нет. Иди пройдись по магазинам, — он осматривается. — Если что, я буду в отделе «Всё для автомобилей», — надо же, как я и предполагала. Понимая, что он не возьмёт деньги назад, я кладу их в задний карман джинсов. — Спасибо, — говорю это, зная, что ничего не куплю на его деньги. — Иди, — он улыбается, уходя, и я разворачиваюсь в обратную сторону. Мне не хочется тратить деньги Джоша. Он вообще не должен был давать их мне. Это выглядит нагло. Я просто осматриваю каждый прилавок, уходя всё дальше. Здесь много разной фигни. Вот, например, магазин с мягкими игрушками, которые стоят около двух зарплат любого работоспособного человека. Как глупо. Прохожу мимо магазинов, уходя всё дальше и дальше. У одного отдела встали несколько человек, что-то загородив. Подхожу ближе и вижу девочку в инвалидной коляске. Все просто смотрят на неё. Похоже, коляска за что-то зацепилась, из-за чего она не может освободить проход. Никто не помогает, все только смотрят и, обеспокоенно закатывая глаза, вздыхают. — Какого чёрта? — я расталкиваю их, подхожу к ребёнку и немедленно помогаю вытащить коляску. Девочка поднимает на меня глаза и, будто затаив дыхание, хочет что-то сказать. В этот момент мне лишь хочется увезти её отсюда, от этих людей, поэтому я отвожу коляску подальше. — Спасибо, — она смотрит на меня, поджимая губы. Смотрю на людей, которые несколько секунд назад осуждали инвалидного ребёнка своими взглядами, а теперь со спокойной душой идут за покупками. Я начинаю злиться, сильнее сжимая ручки коляски. Мне бы хотелось закричать на них, на этих ублюдков и самовлюблённых дамочек. — Почему никто не помог? — резко спрашиваю, проходя по аллее. — Я не знаю, — она пожимает плечами, печально улыбнувшись. Кажется, это именно та причина, почему я невзлюбила места, где больше всего людей. Они считают, что им всё позволено, но это не так. Нельзя быть такими жестокими. Просто нельзя. — Как тебя зовут? — меняю тему, присев на скамейку. Она улыбается. Я замечаю, что у неё покрасневшие глаза. — Эвери. Улыбаюсь и провожу рукой по её белым волосам. — Какое красивое имя. Я — Майли, — улыбаюсь. — И сколько же тебе лет? Почему-то она вздыхает, смотрит на меня, после чего тихо произносит: — Мне одиннадцать, а тебе? — Семнадцать, — почему-то я тоже вздыхаю. Несколько минут мы молчим. Слышны чужие голоса, но именно мы молчим среди этой суеты. — Ты давно здесь живёшь? — вдруг спрашивает Эвери. Она смотрит на свою коляску, ей будто неловко за то, что она такая. — Нет, я приехала к отцу совсем недавно. Я смотрю на неё и задумываюсь на несколько минут. Девочке ведь только одиннадцать, а она уже выглядит на мои годы. Её измученный взгляд начинает меня напрягать. Мне так жаль, что те, кто, можно сказать, только-только начинают свою жизнь, уже чем-то заболевает, постепенно теряя свой путь. Инвалидная коляска — не лучший признак. Таких людей чаще всего жалеют только потому, что они чем-то больны. Жалеют даже тех, кто всегда ведёт себя, как самовлюблённая мразь, но Эвери слишком добра, чтобы какие-то ублюдки позволяли себе её унижать. Я не думала, что люди бывают такими свиньями. — Ты хорошая, — она пытается мило улыбаться, но не выходит, и в этот момент я будто вижу в этой девочке себя. Только приоткрываю рот, как вздрагиваю от голоса позади. — Эвери! Эвери, прости, что задержался. Я будто не понимаю, что происходит, но тут она смотрит на кого-то позади меня. — Ничего страшного, — девочка натягивает улыбку и тут же смотрит на меня, будто ждёт, что я сейчас же обернусь, ну, что я, в принципе, и делаю. Я оборачиваюсь, и тут мой взгляд сталкивается с тёмно-карими глазами. — Джастин, познакомься, это Майли, — Эвери смотрит то на меня, то на парня. В этот момент наступает неловкое молчание, которое не может перебить ни один из нас. Парень пялится на меня, немного приоткрыв рот, будто готовый что-то сказать. Смотрю на него и чувствую отвращение. Для меня он просто гадкий мальчишка, который, чёрт его побери, столкнул меня в воду в тот вечер. — Майли, это Джастин, — будто опоминается Эвери. — Да... Майли... — начинает он. Я не хочу, чтобы он говорил, что мы знакомы, потому что это не так. Мне даже и не хотелось с ним знакомиться. Чёрт побери. — Знаешь, Эвери, мне надо идти. Может, потом встретимся, — я улыбаюсь ей и, поднявшись с лавочки, ухожу. Но я знаю, что, скорее всего, мы больше не встретимся. Наверное, она живёт здесь, в городе. В этот раз я оборачиваюсь и замечаю, что парень что-то говорит ребёнку, после чего он осторожно целует её в лоб и увозит. Можно ли назвать этот момент милым? Можно было бы, если бы в этом моменте не присутствовал бы этот конченный мудак. Я не знаю, что думать. Сказал ли он ей, что мы знакомы? Ох, я не знаю. Но кто он ей? Может, они просто знакомые, не родственники? Почему эти вопросы крутятся в моей голове? Ладно, сейчас у меня такое ощущение, будто всё, что только что произошло — сон. Знаете, как бывает во сне? Ты не чувствуешь ничего, ты ничего не понимаешь, просто какие-то вещи, придуманные твоим мозгом, мелькают перед глазами. Мне бы хотелось, чтобы это было сном, потому что сейчас я выглядела, как идиотка, которая не может осознать, что происходит. Итак, всё, я просто не буду об этом думать. Случайное знакомство с милой девочкой и второе случайное знакомство с конченным придурком. Об этом можно не думать. Вот, я пришла к этому магазину с дурацким названием «Всё для автомобилей». Я ждала, пока Джош купит всё, что ему нужно, примерно час. За это время я успела сдуть двадцать одуванчиков, каждый раз загадывая глупые желания, до смерти затискать бездомную собаку и отсидеть задницу на скамейке. Да, это было очень весело. Когда Джош закончил с покупками, мы поехали, но он так и не сказал, куда именно мы едем. Похоже, придётся ему довериться.